Одержимые

–Иди же, окаянная! Давай, живее.

Меня толкнули в спину и я с грохотом упала на холодный, каменный пол.

Тело гудело от боли и бессилия.

Я со слезами на глазах развернулась лицом к инквизитору.

–Прошу! Помилуйте, я ни в чем невиновна!

Раздался звук закрываемой камеры.

–Молчи, ведьма! Мы ещё вытянем из тебя признание!

Мужчина развернулся и пошёл прочь. Железная дверь закрылась и помещение погрузилось в полумрак.

Я подтянула ноги к себе поближе, содрогаясь от холода.

Я была одета лишь в платье, да и то порвалось местами, когда я сопротивлялась, пытаясь скрыться от святой инквизиции.

В дальнем углу кто-то часто захрипел.

Я подползла к прутьям и вытянула голову, пытаясь понять, что происходит.

–Помог... – попытался вымолвить юноша моих лет, но затем вновь захрипел.

Затем странно задёргался. Упал на пол и начал задыхаться, изо рта пошла пена. При этом тело парня непроизвольно дёргалось, отчего его голова билась об пол.

–Эй, держись. Сейчас всё будет хорошо!

Я вцепилась слабыми пальцами в прутья камеры и начала их трясти, пытаясь создавать максимальный шум.

–Эй! Вы там, твари, идите сюда! Человеку плохо! Срочно! – орала я во весь голос.

Мои крики раздавались по всему помещению.

На меня были устремлены десятки взглядов, но я не обращала на это внимания.

Мне было важно достучаться до стражников, только они были в состоянии помочь юноше.

–Ну же! Сюда! Человеку плохо!

Слева от меня раздался грохот.

В прутья моей камеры вцепился мужчина средних лет. Его состояние было не из лучших.

На его руке виднелась рана, которую активно расчесали до крови.

–Заткнись, дьявольское отродье! Просто помолчи. Я пытаюсь поспать.

–Но тому парню плохо!

–Да мне по боку. Я хочу спать! А тот парень просто одержим дьяволом.

Я возмутилась:

–Сам ты дьявол! А человеку плохо, он болен. И если ему не помогут, он может погибнуть!

–Я?! Да ты... Да чтоб тебя на костре сожгли за твой поганый язык!

Только сейчас я заметила, как сильно искажён голос мужчины.

Его глаза были красными, он время от времени дрожал.

–Вы тоже больны. Вам тоже нужна помощь.

–Со мной всё в порядке! Меня оклеветали, во мне нет бесов!

–Я верю.

Я примирительно выставила руки вперёд.

–Я хочу позвать тех инквизиторов или стражников, чтобы они помогли парню, да и только. Хорошо? Как только человеку окажут помощь, я прекращу шуметь.

–Сейчас же замолчи. Попробуешь ещё громкоголосить, я клянусь, я выберусь из своей камеры и расправлюсь с тобой, ведьма.

Я встревоженно взглянула в сторону юноши. Хрипы прекратились, судороги тоже.

Из-за полумрака нельзя было разглядеть парня внимательнее и понять, жив ли он.

–Всё, угомонилась?

–Нет.

Мне хотелось верить в лучшее, но интуиция безошибочно шептала – мёртв.

Я с ног до головы осмотрела мужчину из соседней камеры и села напротив него в углу камеры.

–Давно вас укусили? – ровным тоном спросила я.

–Не смотри на меня. Сглазить хочешь?

Я повторила свой вопрос.

–Тебе-то откуда знать, что меня укусили? Ведьма всё таки, да?! Ну ничего, скоро тебя будут пытать!

–Ведьма от слова ведать. Я не враг и ни в чëм невиновна. Да, меня обвинили в колдовстве, но я всего лишь хотела помогать людям. Не вредить.

–Кому ты тут чешешь про свою святость?! – раздалось за моей спиной.

Я не обернулась. А зачем?

–Я не отношусь к тем, кто связан с дьяволом. И вы все тут не одержимы. Никто из вас. Вы больны. Только пару человек может попали сюда, просто потому что их оклеветали и всё. Остальные больны.

Мужчина с раной на руке заходил по камере кругами.

«Скоро уйдёт на тот свет. Немного осталось. Сейчас его будет раздражать всё на свете» – подумала я и притихла.

Мужчина подобрал что-то с пола и угрожающе показал мне увесистый камень.

В камере напротив старуха звонко засмеялась.

–Они скоро придут, всех вас здесь заберут. Вилами затыкают до смерти, затем кинут вас в котёл! А потом скушают вас и ещё будут облизывать свои когтистые пальчики!

Камень полетел в старуху в тот же миг.

Она отскочила от прутьев, как ошпаренная, и снова радостно засмеялась.

–Не попал! Не попал!

–Закрой свой рот! – опять начал свирепеть больной мужчина.

Он тяжело задышал, но не мог причинить никому вреда, от чего бесился сильнее.

Я сняла с себя сапоги, заменив тем самым себе подушку. Прижала платье, и скрутившись в позе эмбриона, начала размышлять.

Как мне выбираться?

Учитывая, что тут происходит, теперь понятно, почему за нами не следили стражники или инквизиторы. Им было страшно и они старались как можно меньше времени здесь проводить.

Сейчас ночь. У меня примерно часов восемь-девять. Вероятно, стражники с инквизиторами придут утром.

Но что делать?

Я бесшумно встала и начала прощупывать прутья камеры в поисках слабого места.

Нащупав около замка тонкую щель, я расплылась в улыбке.

Если постараться и не сильно шуметь, то можно выковырять замок и уйти отсюда до рассвета.

Мой взгляд устремился на соседнюю камеру.

Больной мужчина спал ко мне спиной.

Все остальные, судя по-всему, тоже уже спали.

Я с надеждой посмотрела на тот самый камень, который лежал около камеры сумасшедшей старухи.

Может, было бы лучше, если бы он полетел в меня?

Да, я могла пострадать и даже умереть, попади он мне в голову, но я в любом случае умру.

Меня просто запытают до смерти.

–Эй, старуха! – шёпотом позвала я её.

В ответ мне раздался храп.

Я взяла свой сапог и застучала по прутьям.

–Бабусь! Ну же, проснитесь! Аууу!

Слева послышался недовольный голос:

–Тебе чего, не спится опять? Так давай я тебе помогу заснуть?!

Я обернулась на больного мужчину и чересчур радостно закивала головой.

В его руке был ещё один камень. Меньше предыдущего, но с острыми краями.

–Давайте, а то мне совсем не спится!

Мужчина насторожился, начав почëсывать свою рану.

На ногтях остались следы крови.

Я скривилась. Ещё не хватало подхватить тоже самое, чем болен и он. Но сейчас свобода важнее.

–Спи давай, ведьма, и не зли меня.

Он лёг обратно на пол, положив камень около себя.

Да что ж такое-то!

Я подошла ближе.

–Слушайте, отдайте мне камень.

–Зачем тебе? Колдовать удумала? Не позволю!

–Да не виновна я! Попала сюда по ошибке, как и вы. Просто отдайте мне то, что я прошу и я отстану. Могу и вас отсюда вытащить.

–Я сам отсюда выберусь! Инквизиторы начнут проверку своими методами и поймут, что нет во мне бесов.

–Да ничего они не поймут! Вас будут пытать до состояния, что признаетесь в чëм угодно. И в связи с дьяволом, и что в вас бес сидит. Вы просто не знаете, как они пытают и какими методами.

–Тебе откуда известно это?!

В голове всплыли воспоминания о моей бабушке. Ту тоже когда-то признали ведьмой. Но она осталась жива после немногих пыток, за ночь перетравив всех стражников, что их охраняли и успев перед этим украсть у одного из стражников ключ. Со стороны могло показаться, будто моя бабушка использовала чёрную магию, но на деле она создала лишь дымовую смесь и соорудила себе средство защиты, порвав свою юбку и намочив её водой.

Придя домой, бабушка потом ещё не раз рассказывала о методах инквизиторов.

Моя мама каждый раз закатывала глаза и просила не пугать меня, маленького ребёнка, но бабушка будто что-то знала.

Шикала на маму и упорно продолжала повествовать мне о том, что происходило.

Учила делать яды из подручных средств и исцеляющие лекарства, рассказывала о свойстве трав. Обучала ясновидению.

Но самой главной заповедью было не попадаться на глаза инквизиторам и держаться подальше от завистливых.

Только я, наивная, всё равно попала на одного такого...

Мужчина закашлялся и я выплыла из своих воспоминаний.

Побег. Я должна сбежать!

–Слушайте, просто поверьте моим словам. Я знаю, о чём говорю. Мне рассказывали.

–Кто?

Я закатила глаза.

–Меньше знаешь, крепче спишь. Отдайте камень.

–Нет. – уверенно заявил больной, показав оскал своих гнилых зубов.

Я подошла ещё ближе и плюнула ему в лицо.

Лицо больного мужчины исказилось болезненными спазмами. Он закричал от страха. Камень, который сейчас для меня был драгоценнее всего, упал на пол.

Я молниеносно просунула руку сквозь прутья, пытаясь достать свой ключ к спасению.

–Да подавись, нечистая! – хрипло заголосил больной, подобрав камень и попав им мне в глаз.

Я ойкнула от боли, но забрала камень.

По моему лицу обильно потекла горячая жидкость.

Но, не взирая на боль, я прилипла к замку и начала методично его выковыривать.

Приходилось время от времени вытирать лицо об подол платья, чтобы всё ещё видеть.

После получаса непрекращающегося кровотечения, я оторвала кусок платья и сделала импровизированную повязку.

Руки стали жутко липкими и неприятными на ощупь.

Я устало села на холодный пол.

Глянула в окно.

На горизонте начали появляться еле заметные очертания солнца.

Я психанула, разбежалась и навалилась всем весом в ту часть, где был замок.

Дверь открылась.

По моим щекам потекли слезы радости.

Я тут же надела свои сапоги и пошла к выходу, держа камень в руке, как оружие. Все не спали из-за моих активных работ ночью и теперь жалобно на меня смотрели.

Сзади раздался голос:

–Ты обещала меня вытащить!

Я посмотрела на больного мужчину.

–Тебе в любом случае осталось жить недолго. И так, и так умрёшь мучительно. Тебя укусили, ты заражён. На свободе протянул бы ещё пару дней, возможно кого-то бы заразил. А я хочу жить. В отличии от тебя, у меня есть шанс.

–Тварь!

–Не отрицаю.

Я побежала к выходу.

Но сердце предательски пропустило удар, услышав тихий топот ног у железной двери.

Меня захлестнула паника бурным потоком, я моментально почувствовала всю тяжесть усталости, которая скопилась у меня за время пребывания здесь.

–Не сдавайся, прошу. – тихо зашептала я самой себе. – Только не сдавайся, мы почти на свободе...

Я прислушалась внимательнее, пытаясь откинуть чувства в сторону.

–Не сдавайся! Мы сможем, мы выживем.

Кажется, за дверью всего один человек.

Остальных не слышно, да и разговоров тоже нет.

Я выдохнула.

Просто утренний обход. Всего один стражник.

Прильнула к стене, втянув живот.

Дверь открылась.

Стражник вошёл, и не глядя пошёл вперёд.

–Ведьма сбежала! Ловите! – заорали люди, отчаянно желающие свободы.

Стражник обернулся, но я уже выскочила, закрыв дверь на засов и бросившись наутёк подальше от тюрьмы.

Я не знала куда бежать, но знала, что не домой.

В лес, там меня долго будут искать. И не найдут.

Через время вернусь домой. Соберу нужные вещи. Уйду из этих краёв навсегда. Туда, где не знают. Там, где не станут ловить.

Я упала, споткнувшись обо что-то крупное.

Обернулась и увидела беспризорника.

Ребёнок плакал навзрыд, ударившись оземь.

Я подползла к нему. Силы на исходе.

–Тише, не плачь.

Быстро осмотрев ребёнка взглядом и убедившись, что он не получил серьёзных ран, я кое-как встала и пошла дальше, хромая теперь на правую ногу.

На улице начали появляться люди. В их глазах читался ужас.

Кто-то из них шептался, смотря на меня, кто-то смотрел с презрением и плевал мне вслед.

Я шла всё медленнее. Правая нога разболелась и теперь отдавала адской болью каждый раз, когда я на неё ступала.

–Стража! Сюда! – заорали недалеко от меня.

Я из последних сил ускорилась, но ко мне подбежала женщина, огрев меня ведром по затылку.

Не в силах больше бороться, я свалилась на землю без сил. Сознание потухло.

...

Очнулась я под многочисленные крики толпы.

Они орали: "Поджигайте! Скорее." Смеялись, шептались. Выкрикивали гадости, не стесняясь.

Я задёргалась изо всех сил, но мои движения сковывали тугие верёвки. С них потекла вода. Смочили, сволочи.

Я стала судорожно соображать, что делать.

Мне зачитали короткое обвинение в многократном использовании колдовства, побег и отказ признаваться в связи с дьяволом.

Я заорала на всю площадь:

–Хочу последнее желание! Я вправе!

Инквизитор издевательски заявил:

–Ну и чего ты хочешь, перед тем, как отправиться в ад?

Я беспомощно закрыла глаза. Внутри стало слишком спокойно. Но что это может значить?..

Я внимательно оглядела взглядом толпу. Многие притихли, но в толпе невольно выделялись они... Ведьмы, ведьмаки.

Их было несколько десятков.

Все одеты в свободную одежду, но у каждого из них в волосах были пучки лаванды.

Ближайший из них мне кивнул, как бы говоря: "Всё под контролем".

Я сглотнула ком в горле и сказала:

–Хочу много цикуты! Она приятно пахнет...

Инквизитор переглянулся с придворным лекарем.

Я облегчённо вздохнула, увидев у того за ухом пучок лаванды... Наш!

–Безопасно ли данное растение или что это?

–Да, растение безопасно и, должен признаться, действительно источает приятный запах.

Через десяток минут принесли ведро, доверху наполненное цикутой.

Окружающие воодушевлённо заговорили.

Мои глаза заблестели, видя, как безмозглый инквизитор понюхал траву и начал заботливо укладывать её вокруг меня.

Все, кто ведал, что сейчас начнётся, начали уходить.

Лекарь также покинул площадь.

А инквизитор зажёг огонь.

Ветки подо мной затрещали. Но мне уже не было так страшно. Все, кто жаждал моей смерти, очень скоро познают её сами...