Один день из жизни семьи Старк

Вечернее солнце проливалось на кухню семейного поместья Старков, освещая глянцевые мраморные столешницы и множество трав, которые Пеппер Поттс умело измельчала. В доме было необычно тихо — пока что — что означало, что либо дети что-то замышляли, либо Тони ужасно не справлялся с присмотром за ними. Опять.

Пеппер выглянула в широкое кухонное окно, где край двора встречался с лесом за ним, густые деревья отбрасывали длинные тени. Вдалеке пели птицы. Где-то раздался металлический лязг.

Она вздохнула.

— Тони! — позвала она, не поднимая глаз. — Ты должен за ними присматривать.

— Я присматриваю! — раздался защитный ответ из гостиной. — Всё идет отлично.

Ещё один лязг. Визг. Что-то грохнулось.

Пеппер отложила поварской нож и уперлась руками в прохладный мрамор.

— Клянусь Богом, если это ещё одна ваза... — пробормотала она.

Тем временем в просторной, залитой солнцем гостиной царил хаос.

Пьетро Максимофф — пятнадцатилетний, с острыми чертами лица и слишком быстрый для чьего-либо блага — пронесся мимо Харли Кинера, вооруженного нерф-пистолетом, модифицированным с помощью настоящей мини-репульсорной технологии. Эти двое играли в салки все более агрессивно, что каким-то образом переросло в скоростную гонку с оружием по всему этажу дома.

— Помедленнее, Спиди! — крикнул Харли, ныряя за диван, когда порыв воздуха сбил стопку журналов с журнального столика.

— Заставь меня, жирная обезьяна! — съязвил Пьетро, снова исчезая в серебряной вспышке.

Тони Старк, гений, миллиардер, слегка ошеломленный отец пятерых детей, потирал виски в кресле, где он технически руководил. В одной руке он держал планшет, в другой — стакан скотча (на три четверти состоящий из яблочного сока, благодаря непреклонному неодобрению Пеппер), а на его лице читалось смирение.

— Ладно, ладно — Пьетро, перестань гоняться за Харли. Харли, перестань модифицировать свои нерф-пушки в настоящее оружие, мы же об этом говорили. Питер... — Он вытянул шею вверх. —Питер, ради всего святого, слезь с потолка, малыш.

Питер Паркер, семнадцати лет, с копной каштановых волос и множеством веснушек, ухмылялся, цепляясь за потолок и напоминая наглого паука.

— Я ничего не делаю! — запротестовал Питер.

— Ты снова взламываешь Щ.И.Т.?

Питер колебался.

— Нет?

Тони застонал, еще глубже вжимаясь в кресло.

— Тони, — послышался из кухни приятный голос Пеппер, и её тон заставил Тони мгновенно выпрямиться. — Если кто-то из них сегодня вечером окажется в отделении неотложной помощи, ты будешь спать на диване.

— Понял, Поттс.

Где-то хихикнул ребенок.

Взгляд Тони метнулся к источнику: Ванда Максимофф — пятнадцатилетняя сестра-близнец Пьетро, сильная, капризная и втайне самая опасная из них всех — стояла посреди комнаты, держа над головой в мягком малиновом сиянии хихикающую трехлетнюю Морган Старк.

— Ванда, отпусти сестру.

— Ей нравится, — ответила Ванда с озорной ухмылкой. — Видишь?

Морган взвизгнула, радостно размахивая крошечными ручками и зависнув в нескольких футах от земли.

— Лети, Морги, лети!

Тони снова застонал.

— Ладно, во-первых — не применяй магию к своей сестре без присмотра. Во-вторых, я не собираюсь объяснять Пеппер, почему наш малыш летает по гостиной, как воздушный шар. В-третьих…

Морган, все еще сияя, улыбнулась отцу.

— Блядь!

Тони замер.

Вся комната затихла, нарушаемое лишь слабым жужжанием домашнего искусственного интеллекта.

— О, да ладно... — пробормотал Тони.

Пеппер появилась в дверном проеме так быстро, что, возможно, это она обладала суперскоростью, с кухонным полотенцем в руке и угрожающим взглядом в глазах.

— Кто? — потребовала она.

Все пятеро детей одновременно указали на Тони.

Глаза Пеппер сузились.

— Беги, — сказала она мужу голосом сладким, как мед. — Я дам тебе фору.

Тони удрал.

Морган поплыла за ним.

— Блядь! — весело повторила она.

Убийственный взгляд Пеппер преследовал их обоих.

Харли фыркнул. Питер свалился с потолка, приземлившись с громким стуком. Ванда осторожно опустила Морган на пол и ухмыльнулась, и даже Пьетро прекратил носится вокруг достаточно долго, чтобы ухмыльнуться отступлению своего приемного отца.

Другими словами, это был вполне обычный день.

***

Суть создания семьи не в том, что это произошло в один миг.

Началось всё, конечно, с Питера. Тощего, болезненно серьёзного ребенка с слишком большими глазами и еще большим сердцем, который случайно вошел в жизнь Тони во время гражданской войны Мстителей. Тони тогда потерял так много — друзей, доверие, части себя — но каким-то образом, вопреки всем обстоятельствам, он приобрел этого упрямого подростка с чрезмерно развитым чувством ответственности и самой большой удачей, какую только можно себе представить. Питер никогда не просил о помощи. Что, естественно, заставило Тони помочь ему.

Затем появился Харли. Родившийся в Алабаме, умнее, чем он имел право быть, с чипом на плече размером с небольшую луну. Он появился в Башне с рюкзаком, полным сломанных гаджетов, и ртом, который работал в два раза быстрее его мозга. Тони сразу узнал этого парня: слишком умный, слишком злой, слишком привыкший к тому, что его подводят. Поэтому он остался.

Следующими прибыли Ванда и Пьетро, словно ураган и его жуткий, тихий глаз. Сироты войны, в которой они не просили участвовать, их силы были такими же нестабильными, как и их характеры. Прошли недели, прежде чем они заговорили с кем-то. Месяцы, прежде чем Пьетро перестал выглядеть так, будто он готов был сбежать в любой момент. Еще больше времени прошло, прежде чем хрупкая оболочка Ванды треснула, и Тони застал ее смеющейся над одной из плохих шуток Харли.

А потом была Морган. Морган, рожденная в хаосе, любви и семье, которая одновременно не имела смысла и была абсурдно полна смысла.

Итак, дом Старков был наполовину убежищем, наполовину зоной военных действий, и все это было абсурдом.

***

Вечер погрузился в своё обычное едва контролируемое безумие. Пеппер позвала детей на ужин — спагетти с чесночным хлебом — и они налетели на столовую, словно рой особенно болтливой саранчи. Разговоры варьировались от школьных сплетен (Ванда заколдовала шкафчик хулигана) до последних промахов Щ.И.Т. (последний несанкционированный взлом Питера) и последнего инженерного проекта Харли (тостер, который также был дроном, по непонятным никому причинам).

Где-то между тем, как Морган запустила фрикаделькой в голову Тони, а Пьетро соревновался с Вандой, кто быстрее съест, Пеппер откинулась на спинку стула и наблюдала за ними.

Её семья.

Это было громко. Это было хаотично. Это было абсолютно безумно.

И она не променяла бы это ни на что на свете.