Один вечер из жизни детектива Мельхиора Безродного. (допиленный)

Мельхиор, не торопясь, раскурил трубку. Гному, с его кысмами, которые некогда звались усами и бородой, а тот частенько забывал их расчесывать, нередко давали больше семидесяти лет. Но, на самом деле, Мельхиору не было ещё и пятидесяти. Самый расцвет сил, по меркам гномьего народа. Он задумчиво покуривал крепкий орочий табак, распространяя зловоние и дым по всему кабинету, сложив ноги, вместе с ботинками и широкополой шляпой, на стол. За окном лил дождь, и хотя, жалюзи были частично завешаны, вспышки молний каждую минуту освещали обставленный полками кабинет. Временами, он успевал заметить со вспышками света, вентилятор в дальнем углу. Сейчас тот стоял выключенный, ведь гном использовал его только во время жары.

Перед непрозрачным стеклом входной двери его кабинета, возникла высокая тень. Надпись, на том же стекле с оборотной стороны, гласила: "Частный детектив Мельхиор Безродный". И более мелкий шрифт: "Запись на приём по телефону: 555-1314". Гном, крайне гордился своим номером, ведь его было очень просто запомнить. На столько просто, что даже визиток печатать не пришлось. Гномью жадность до золота, ещё никто не отменял.

В дверь постучали.

- Войдите, - воскликнул хозяин, судорожно соображая, кому это, в такую погоду, понадобилось беспокоить его. Да и час оказался поздний, гном не сразу вспомнил, что уже отпустил домой свою секретаршу, Большую Берту.

Если верить его соглядаям, Берта, была Большой не только потому, что имела орочьи корни. Впрочем, досужие слухи гнома не интересовали. Он привык полагаться на факты. А факты, упрямо свидетельствовали о том, что сегодня, никто на прием, по номеру, написанному на двери, да ещё и указанному в местной гоблинской газетёнке, не записывался.

Замок щелкнул, дверь негромко скрипнула, а свет молнии за окном, снаружи, осветил вошедшего.

Лица сыщик разглядеть не смог, только накинутый сверху черный плащ и шляпу, скрывающую полями лицо. Гном, будучи слегка суеверным, поежился, потянувшись к ящику, в котором покоился, на своем месте, верный, еще со службы в полиции, вороненый револьвер.

- Чем обязан? - гном, приоткрыл внутреннее пространство стола, запустив туда руку, в ожидании ответа от внезапного посетителя.

- Как у вас темно! - разрезал пространство мелодичный женский голос. Мельхиор слегка расслабился. Похоже, что он зря испугался, но чутье, тем не менее, не успокаивалось, продолжая бить тревогу. Именно поэтому, сыщик незаметно достал оружие и пока поднимался, сунул его в карман брюк.

- Прошу прощения, миледи, я не ждал никого в столь поздний час. Если вы позволите, я зажгу светильники.

Пришедшая утвердительно кивнула, в блеске молний, а гном прошаркал к дальней стене, подле неё, и повернул, с характерным щелчком, выключатель. Свет мгновенно озарил помещение.

В черном плаще и такой же шляпе, практически не намокнув от дождя, стояла миловидная эльфийка, не слишком длинные ушки которой, были усеяны многочисленными небольшими колечками-серёжками. По своему опыту, гном знал, что только высокородные светлые, украшали себя таким образом, оставив лишь сами серьги, отказавшись от камней в них, в пользу функциональности. Да и грабителей в последнее время развелось... Правда теперь, когда богатые кланы эльфов обеднели, далеко не факт, что у пришедшей водились деньжата. А благотворительствовать Мельхиор не собирался.

- Спасибо, сударь! - эльфийка слегка присела, изображая реверанс, - меня привело к вам срочное дело, не требующее отлагательств. Прошу прощения за столь поздний визит!

- Если только не требующее отлагательств, миледи. Мы уже закрыты. - гном упрямо шаркнул широченной ногой, давая понять пришедшей, что с места не сойдет без веской на то причины.

Гостья неожиданно правильно истолковала его жест, и подойдя к захламлённому столу, достала небольшой коричневый мешочек. Потрясла им в воздухе, демонстрируя, что это не обман и открыла, потянув за вязочки. Потом, без слов, незнакомка высыпала содержимое на дубовый, ещё вполне годный стол, на который Мельхиор так любил складывать свои ноги, пока курил трубку. Сыщик не видел того, что высыпалось на потертую поверхность, но явственно услышал негромкое звяканье, как от мелких камней.

"Неужели?!", - мелькнула громоподобная мысль, у давно собиравшегося в отставку гнома. Он, пытаясь сохранить достоинство, и пряча, на сколько это было возможно, жадный блеск в глазах, направился к рабочему месту, молясь древним богам, чтобы ему наконец-то улыбнулась удача.

Это были они. Десять крупных бриллиантов, размером с перепелиное яйцо, переливались так, словно светились изнутри. Позабыв на секунду обо всем на свете, Мельхиор чуть было не схватил их, удержавшись только в самый последний момент.

- Вы хотели меня нанять?- сиплым голосом задал вопрос Безродный, поглядывая в сторону сокровищ.

- Верно, господин сыщик, но дело очень деликатное, я хочу, чтобы вы пообещали мне, что никто, кроме нас с вами, не узнает об этом разговоре.

Мельхиор подобрался, взявшись свободной рукой за подтяжки и переступив с пятки на носок. Своей деловой репутацией он очень гордился, поэтому, ему было неприятно слышать такое. Он крякнул, с обидой прочищая горло:

- Это часть условий, которые частный детектив, вроде меня, прописывает ещё перед тем как заключить договор с клиентом. Никто и никогда не узнает ни о чем, даже полиция. - гном слегка приосанился.

- Это то, что я хотела услышать, дорогуша, - эльфийка провела, своей пахнущей лавандовыми духами, ручкой, по седеющему подбородку гнома, украшенному величественной, когда-то, бородой.

О, какой у нее был чарующий взгляд! Давно уже Мельхиор не испытывал укола прямо в свое зачерствевшее сердце.

"Как хорошо заканчивается этот дурно начавшийся день!"

Даже чутьё сыщика слегка притупилось, и он убрал, наконец, руку из кармана, оставив в покое заряженный револьвер. Гном обошел стол, подав, сначала, кресло своей волшебно пахнущей гостье, и, взгромоздился туда, откуда ему, перед этим, пришлось вставать, даже забыв о камнях, которые все еще лежали перед ним. Рассмотрев теперь, как следует прекрасную незнакомку, он, наконец, решил уточнить:

- О чем же идет речь, миледи? Я полагаю, что такую крупную сумму вы не собираетесь отдавать "за так"? Предлагаю сначала познакомиться. Моё имя вы знаете, могу я услышать ваше?

Эльфийка вытащила бумагу со стола, прижатую пресс папье, одновременно, схватила погрызанную перьевую ручку из чернильницы стоявшей здесь же, и что-то быстро написала, передав листок детективу. Густые брови Мельхиора поползли вверх. Так вот, откуда столько секретности...

- Ну что-ж. И чем я могу быть полезен?

- Могу я закурить, господин детектив?

- О, конечно, прошу, - гном хотел встать, чтобы помочь гостье, но она остановила его жестом руки, ловко достала подсигар, вынула оттуда папиросу и совершенно неуловимым движением подожгла её. Мельхиору даже показалось, что пламя возникло прямо из воздуха. Но этого не могло быть, поэтому гном решил, что ему почудилось.

"Все таки я сегодня очень устал, хорошо было бы отдохнуть."

Прикурив и сладко затянувшись приятным табаком, эльфийка положила подсигар на стол и спросила:

- Так, мы можем продолжать, детектив?

***

Спустя час, темная фигура торопливо сбежала по ступеням здания, отданного на растерзание офисным крысам, и под проливным дождем и направилась вниз по улице, обходя лужи на тротуаре. Из окна за ней зорко следил коренастый гном, но как только он моргнул, так сразу потерял её из виду.

- Проклятье, да что со мной сегодня? А ещё ведь придется работать. - он ворчливо прочистил горло, забрал с вешалки свой пиджак и плащ, а потом погасил свет и тихонько затворил за собой дверь.

Верный железный конь Мельхиора давно ждал его на улице.

- Ну и погода, никак не угомонится сегодня!

***

"Похоже, что поспать сегодня не получится, - раздумывал детектив, сидя в своём неприметном, как ему казалось, автомобиле, - Эх, жаль. А ведь дома меня дожидается бутылочка настоящего бурбона."

Сухой закон окончательно доконал все приличные питейные заведения в округе, а ездить за тридевять земель гном не любил. Его прекрасная нанимательница, загадочно сверкая глазами, отправила его сюда не далее, чем час назад, а место Безродному уже казалось более чем подозрительным. Мужчины заходили во внутрь, но ни один пока не вышел.

"Мне сообщили, что здесь часто бывает мой муж." - вспомнил он слова богатой девушки.

Конечно, такая птичка уже поймана в клетку, нечему тут удивляться. Хотя, если её муженёк, все же, ей изменяет, как знать, может тогда у гнома появится шанс? В конце-концов, заработанных денег хватит на то, чтобы привести себя в порядок. И ещё немного останется. Он взял в качестве аванса всего пару камней, сделав при этом умное лицо, хотя, конечно, понимал, что плата уже намного выше той, что он обычно требовал за свои услуги. "У богатых свои причуды", - так любили говаривать его коллеги, но всё же, что-то не давало покоя бывшему офицеру полиции, который зорким взглядом, встав так, чтобы было не разглядеть того, кто находился в машине, выслеживал мужчину, которого ему показали на фотокарточке. Неожиданно ему померещилось, будто огромная тень накрыла его автомобиль, и гном уже не первый раз, вздрогнул, за этот дождливый вечер. В окно машины, с его стороны, учтиво постучали.

Снаружи, в старомодной ливрее, находился эльф, по какой-то неведомой детективу причине, совершенно не намокший, под непрекращающимся дождем, пусть уже и не проливным. Эльф улыбался, показывая рукой, что просит его приоткрыть окно автомобиля. Гном слегка опустил стекло, сжав рукоять верного и единственного друга.

- Графиня передает вам привет, - с улыбкой проговорил лакей и дунул в лицо Мельхиору блестящей пылью. Гном даже не успел выхватить пистолет, чтобы направить его на стучавшего. Всего пара мгновений и сыщик уснул.

Когда детектив, с трудом приоткрыл тяжелые веки, он уже не находился в своей любимой, пропахшей орочьим табаком машине, а был прикован кандалами, которые можно встретить лишь в тюрьмах, к массивному стулу. Напротив него, в слабом освещении свечей, стояла фигура уже ставшая знакомой, точно так же одетая в черное пальто и широкополую мужскую шляпу. Сладкий голос графини тут же запел:

- Вы рады меня видеть, детектив? Не сомневаюсь, что да. Я не люблю врать, и несказанно рада возможности поведать вам правду. Мой супруг, земля ему пухом, мне не изменяет. Я обманула вас, простите. Но, тем не менее, у меня есть очень веская причина заточить вас здесь и покуситься на вашу свободу и жизнь.

Гном не мог говорить, даже повернуть голову, чтобы осмотреться.

- Видите ли. Вы слишком молоды, чтобы это помнить, но раньше, повсюду в нашем мире, царила магия. Она и сейчас есть, но её время подходит к концу. А, к сожалению, с магией, уходят невероятные вещи: драконы, например, вы видели хоть одного? Как же я любила на них летать! Могущество... О, Кровавая Богиня, одним движением руки, я могла низвергнуть сотни и заставить их ей поклоняться! А ещё? Моё бессмертие. Не удивляйтесь так, оно существует. А знаете, откуда теперь можно черпать магию? Кто оказался её носителем, когда её почти нигде не осталось? Жалкие крысы-землекопы, которые ей даже пользоваться не умеют! Да, это вы. Но Богиня милостива, к своим верным подданным. Она поведала мне тайну, как я, первая, а теперь уже и последняя из её жриц, могу вернуть силу себе и моим верным слугам. Ценой ваших жизней, дорогуша. Но не только жизней, но и душ!

Графиня начала развязывать тугой пояс на плаще, откинув шляпу в дальний угол. В ее руках блеснул покрытый рунами кинжал. Светлой эльфийкой она только притворялась. Серая кожа, с головой выдавала в ней теперь, представительницу расы Дроу. Глаза светились хищным, жутким светом. Каждый её шаг, отдавался в голове у Мельхиора, словно выстрел его старого револьвера. Последний безмолвный крик Мельхиора Безродного никто не услышал. Даже его предки не дождались возвращения брата в камень.

***

"Дорогая, Берта!

Вы можете быть свободны от своих обязанностей. Я сорвал большой куш и наконец выхожу на пенсию. Вы же помните, как долго я об этом мечтал. Можете делать с офисом всё, что захотите. В качестве платы, за вашу преданную службу, я оставляю вам часть своего гонорара, полученного от крайне состоятельного спонсора, в размере одного бриллианта. Вам его хватит, до самой старости. Спасибо и прощайте.

Искренне ваш М.Б."