Одиннадцать жемчужин

...

Пейзаж за окном замедлял бег, позволяя рассмотреть подробнее предместья городка, похожего и непохожего на другие, виденные мной во множестве. Однако каждый городок это новое приключение, не так ли?

Я смотрела на пронзительную синеву неба, на едва-едва тронутую золотом листву деревьев, на мелькающие среди ее последнего буйства аккуратные светлые домики. И даже современные недоразумения как-то скрадывались на фоне общего благообразия и некой сонной прелести.

Скоро, скоро чудная картина смажется непременными для железной дороги флигелями, ответвлениями путей, со стоящими на них старыми вагонами, дрезинами, ремонтными локомотивами, а потом вокзальной суетой. Влияние истории и времени. От этого не убежать, но мы пробовали раз за разом.

Это была своего рода игра — свидание в другом городе. Почему нет? Два, три дня, если повезет с отгулами или праздниками. Обычно кто-то из нас просто тыкал пальцем в карту и... Нет, мы не планировали поездку вместе, в этом и была прелесть игры. Кто определял место, тот и отвечал за "культурную программу". Второй просто получал билет в конверте.

В этот раз была его очередь, и городок мне уже нравился. Знаете, это предвкушение нового, необычного. И даже если этот городок похож на другие...

Кажется, я улыбалась своим мыслям, что пожилой человек в кресле напротив, с пышными седыми усами, немного подтянулся и тоже улыбнулся мне.

Он должен был уже ждать меня на вокзале.

И, честное слово, я волновалась. Как-никак свидание! И пусть оно далеко не первое, но... Но.

Жди. Я уже скоро. И я уже вижу голубое здание вокзала. Внутри все всколыхнулось удивленным смехом. Голубое? Этот городок определенно стоит посмотреть.

...

Перрон оживился ожидающими. Их всё больше и больше выходило поближе к путям, то ли рассматривающих вдалеке, то ли торопящих одним взором прибытие желанного состава. Не скрою, сам я тоже подошёл поближе, весьма рискуя помять букетик белых пионов, но только чтобы лучше видеть лица в вагонах.

Ещё тёплый ветерок, заигрывая, раскидывал пока что редкие опавшие листья между людьми и путался в волосах, но даже ему не по силам поторопить прибытие.

И вот, состав, мерно перестукивая колёсными парами, побежал вдоль перрона. Для меня в такие моменты всегда будто замирало время, позволяя высмотреть заветную встречу. И вагон за вагоном, незнакомые лица, растянувшиеся в бесконечности, пока взгляд не зацепился за неё. Улыбка сама собой расцвела на лице и мне ничего не осталось, как идти вслед за вагоном до полной остановки.

...

Мой сосед встал вместе со мной и любезно достал мой рюкзак с полки. Он оказался весьма высок и худ, и ему удивительно шла серая старомодная шляпа. Рюкзак почти ничего не весил, стоит ли заморачиваться с багажом из-за трех дней, но я поблагодарила его. За что была вознаграждена еще одной молчаливой улыбкой и протянутой мне визиткой с золотыми буквами на белом перламутре. Однако удивиться я не успела, поезд чуть дернул, окончательно затормозив.

За окном показалось знакомое лицо и любимая растрепанная ветром шевелюра.

Я замешкалась, и мой незнакомец лишь приподнял шляпу уже у выхода, прощаясь. Визитка нашла свое место в кармане и была тут же забыта.

— О, мой бог! Пионы?

Мы не виделись несколько дней, и как же приятно было снова его обнимать. И я снова вспомнила, зачем мы всё это в свое время затеяли.

— Где ты взял пионы почти осенью?! Я должна познакомиться с чародеем, преодолевшим проблемы селекции!

— Они, — улыбнувшись отозвался я и не стал скрывать секрет. — Это всё магия, а чародей скрывается от глаз людских.

Всего несколько дней, но даже этого времени было слишком много. Но теперь это не имело значения, ведь весь город открыт для них двоих, а значит незачем думать о прошедшем.

— Устала с дороги? Здесь недалеко есть уютное кафе, где готовят прекрасный кофе и не менее прекрасную выпечку. Ну, ладно. Я просто был голодный, когда забрел туда.

Я заглянул ей в глаза, стараясь уловить настроение по взгляду и, может, предложить что-то более подходящее.

— М, нет, не устала, — я чмокнула его в щёку. — Отличный современный поезд, мягкие кресла, всего лишь восемь часов скорости, созерцания, сна и раздумий. Всё же прогресс не так плох, согласись.

Рука потянулась и растрепала и без того взъерошенные волосы.

— Я скучала. Поэтому кофе, булочки, пирожки, чебурек из привокзального киоска... Всё, что может сделать тебя менее официальным, — я шутя пихнула его в бок. — Это всего лишь я, ну?.. Полностью готовая к приключениям, куда бы ты меня ни повёл.

Сдержать улыбку невозможно.

— И я скучал. Тогда лёгкий перекус и можно приключаться! И...

Наклонив голову на бок, хитро посмотрел в глаза.

— Что значит, всего лишь?

Палец ткнулся ему в грудь.

— Мы не будем это обсуждать в сотый раз. Но это означает, что ты можешь отринуть напускную галантность и быть собой.

— Хорошо, не будем, — примирительно отозвался я и мы пошли дальше.

Внутри вокзал был чистым и малолюдным, упомянутый мною прогресс с его рамками металлоискателей удивительным образом еще не докатился сюда, да и вендорный кофейный автомат, одиноко притаившийся в нише, не мешал ощущению замедляющегося времени. Бегущие строки цифровых табло тоже удивительным образом встраивались в старую архитектуру без диссонанса.

Мы вышли на крошечную привокзальную площадь.

— Сколько здесь жителей? — задала я традиционный вопрос.

Удивительно, но металлический навес остановки никак не выбивался из антуража площади, уместившей на себе памятник. Наверное, это потому, что машин здесь было не видно.

— Эм... Тысяч тридцать, наверное. Про него мало что и где пишут.

Не хотелось признавать, но две длиннющих статьи, даже толком не прочтённые, отбили желание искать информацию о городке. Однако, выцепить кое-что интересное я успел. У самой реки есть неприступный форт, но неприступность его опровергнута местными ребятами, попасть туда можно. Неофициально, так сказать. Ну а экскурсия максимум вокруг проведет, да расскажет что-нибудь исторически скучное.

Я знала это выражение глаз и паузу перед ответом и едва сдержалась, чтобы не покачать головой. Мой авантюрист...

— Понятно... Все друг друга знают и половина города родственники? Хорошо. Только закинем вещи... Ты же нашёл, где остановиться? И потом, эти цветы слишком красивы, чтобы я дала им преждевременно умереть.

— Где-то около того. Но это не помешало не знать половине другую половину, пока искал местечко поинтереснее. Тебе понравится.

Последнее сказал с хитрецой в тоне, но расшифровывать не стал. Уж лучше увидеть, чем услышать.

Удобно, когда всё в шаговой доступности. И, может, это веяние современности, а может, когда только закладывалась железная дорога в этих местах, построили у площади всяких лавок и кафе с магазинчиками. Выглядят они по-старому, но очень уютно.

Лавочки возле вокзала не манили зайти, пока не манили. Они позовут потом, когда мы будем опаздывать на обратный поезд.

Так бывало всегда. Города и городки поглощали нас и мы позволяли им это делать, растворяясь в том настроении, которое царило вокруг. Как обычно, двух-трех дней оказывалось и мало и достаточно. И тогда он тащил меня в эти местные притоны сувенирного разврата. И я бы ничего не покупала, бродила бы просто, касаясь кончиками пальцев понравившихся предметов. Но он считал, что должно быть что-то маленькое, смешное, теплое... И мы наспех выбирали, смеялись и бежали на поезд или автобус.

— Как обычно? Заблудимся без карты? — спросила я и взгляд мой упал на часы вокзальной башни. Башни с флюгером. — Хм... Уже одиннадцать? Поезд так сильно опоздал? Нет же... На моих половина десятого.

Я перевела взгляд на него и прищурилась. "Откуда ты взял этот город?"

Взглянув сначала на часы башни, затем на её, я даже невольно задумался.

— Так вот почему... Вот почему на меня смотрели так странно, когда я стучался в двери вчера утром, — ответил я улыбающимся взглядом.

Мы проходили по улочке от вокзальной площади как раз там, где располагалось уже одобренное мною кафе. Озвучивать ничего не пришлось — запах свежей выпечки и кофе чувствовались ещё на подходе, и потому одними глазами я предложил зайти, указывая на старую, хотя может и не такую, но очень хорошо выполненную под старину, табличку с изображением кружки, опоясанной круассаном.

Осень еще только подбиралась в эти края. В тени густых старых деревьев было прохладно, но солнце уже пригревало и день обещал быть тёплым.

— Повезло с погодой, — сказала я, заприметив три столика, стоящие снаружи под навесом, — но я хочу посмотреть и внутри. Поэтому пусть будет место у окна.

Запах обволакивал, и почему-то подумалось о сломанных часах с медными стрелками и вечно времени пить чай.

— Представляешь, какое неудобное время, всегда одиннадцать! Завтрак уже давно закончился, а обед еще и не думал начинаться! И почему ты стучал в двери? Разве ты не приехал еще вчера?

Честно говоря я опасалась заходить внутрь из-за вечного опасения разочароваться. Место мне уже нравилось, в нем была какая-то загадка. И обнаружить внутри мягкую мебель, ламбрекены на окнах и искусственные цветы а ля “привет из 90-х”, совершенно не хотелось.

Но я уже знал, что именно это кафе не разочарует её.

— У окна, так у окна, — легко согласился и открыл дверь, впуская внутрь.

Там же встретились деревянные столики из какого-то массива, будто не лакированные, но отшлифованные, гладкие, приятные на ощупь. У каждого стояло по несколько в том же стиле выполненных стульев, а стойка на другом конце небольшого помещения напоминала трактирную. Всюду стояли или висели аккуратные горшки с растениями, не слишком много, но не обратить на них внимания сложно. Некоторые из подвешенных у самого потолка растений, позабыв о нормах поведения, буйно и нахально ползли по потолку, закрывая деревянные балки и оплетая цепи фонарей, оформленных под средние века. С цветами дерева вполне неплохо сочетались стены, будто в небрежно зашпаклеванной мазанке.

— О, да. Представляю в полной мере.

Слегка отведя взгляд, я решил не говорить о том, что скорость местного интернета оставляет желать лучшего, а интересное жилье найти проще, если поспрашивать народ.

— Приятное место... — я улыбнулась, оценив, что он хорошо меня изучил. И это тоже было приятно. — В этом городке любят растения...

— Та-ак, гулять долго, поэтому предлагаю плотно позавтракать, — изучение меню не требовало лишнего времени, но это и хорошо, чем меньше блюд, тем лучше их готовят. — Смотри, как забавно... Цены тоже заканчиваются на 11 или на 23.

Мне нравится её улыбка. Она радует больше всего и сама по себе высшая похвала.

— Нисколько не возражаю.

Только после того, как она сказала про 11, я обратил внимание на эту забавность. А ведь вчера я заходил и не увидел.

— Хм... И действительно. Может, это местная примечательность?

От такой мысли сам улыбнулся. Место, где всегда одиннадцать, всё одиннадцать. Числовая магия, не иначе.

Милая женщина подошла принять заказ как раз, когда я наклонилась через стол к своему спутнику и заговорщически произнесла:

— Возможно, что в часы попала молния. Ну ты знаешь эту историю. Машине времени не хватало заряда, поэтому...

— Это довольно популярная версия, — улыбнулась женщина.

Я слегка смутилась и вернулась на свой стул.

— Неужели? А каковы же не столь популярные?

— Легенда гласит, что вновь завести часы сможет только мальчик с собакой, — серьёзно сказала она.

Я непонимающе посмотрела, но потом рассмеялась.

— С кнопкой?

— Да, но никто не знает, где она, — рассмеялась она вместе со мной. — А вообще, загляните в музей, там расскажут. Что будете заказывать?

— Бьют часы на старой башне, провожая день вчерашний, — пропел я негромко, вспомнив строчки из советского фильма. И посмотрел снова в меню. — Можно нам кофе, вот эти булочки и...

Страничка перелистнулась, палец указал на блюдо с непонятным названием, но в составе было мясо.

— И вот это.

Взгляд оторвался от меню и вернулся к спутнице, как бы спрашивая "Всё ли верно?".

А мысли уже крутились возле музея. Интересно, чего может поведать этот город? Конечно, у нас будет не один день, но... Любопытство. А ещё и заблудиться успеть. Ух, хватило бы.

— Это открытый пирог, что-то вроде киша? Мы попробуем.

Женщина кивнула и ушла, оставив нас наедине.

— Краеведческий музей? В такую дивную погоду... Ладно. Давай так. Мы заглянем туда, если во время блужданий наткнемся случайно, хорошо?

— Конечно.

Спорить было не о чем. В любом случае, как мне казалось, мы успеем всё. Ну или почти всё, как это бывает, с заделом на повторное возвращение.

— Не думаю, что сегодня случайно будем натыкаться на него, — я заговорщицки прищурился и подвинулся ближе, перейдя на шёпот. — Сегодня в планах взглянуть на местные прибрежные достопримечательности.

Сев обратно, посмотрел, будто совсем не скрывал за серьёзностью улыбки.

На самом деле эти заделы на будущее оставались всегда. И мы никогда не возвращались к ним, поддаваясь влечению новых мест. Возможно, это происходило потому, что я боялась разочарования. Первый налет поэтичности можно снять только в первый приезд, а потом...

— Странный город. Он словно с картинки, словно выстроен кем-то по собственным фантазиям. Даже неловко представить здесь какую-нибудь скучную контору вроде Горводоканал или Райэлектросбыт.

И тут мне подумалось, что музей не такая уж плохая идея. Как сохранился этот городок? Почему о нем мало известно? За счет чего он живет?

— Странный, — легко согласился я. — Но чем-то манящий.

Оценив отличный кофе, мы наконец снова выбрались на улицу. Стало теплее.

— Показывай местные чудеса, — я засунула нос в букет, вдохнув тонкий запах.

Солнце отбликовало в окнах и, будто прицельно, ударило по глазам. Смешно наморщив нос и прищурившись, я взял девушку за руку.

— Предлагаю местные чудеса начать с прогулки в сторону набережной. За одно поставим цветы в номере.

Мы неспеша двинулись вниз по улочке, что жила своей размеренной жизнью, будто никакого перрона и не существовало совсем недалеко.

Зажмурившись, я подставила лицо солнечным лучам. Впереди целая суббота, незнакомые зовущие улицы и теплая рука...

Дома в тени деревьев смотрели на нас узкими высокими окнами. Большинство были не выше трех этажей, с красноватыми черепичными крышами. Из-за чего я решила, что они тут, очевидно, производят эту самую черепицу. Мысль меня успокоила, словно я нашла ответ на досадливую загадку.

Машины тоже стояли, их было мало, но и они, и местами торчащие на крышах спутниковые тарелки свидетельствовали, что время всё же добирается и сюда.

Когда асфальт успел поменяться на вытертую брусчатку? Это имитация или и правда настоящая старая дорога? Даже если первое, разноцветные — серые, рыжие, белые, камни радовали глаз ненавязчивой пестротой.

Мы шли не так долго, чтобы можно было насладиться компанией друг друга, но...

— Вот здесь.

Показав на дом, почти ничем не выделяющийся среди ему подобных, я открыл калитку невысокого забора, спрятавшегося за зеленью кустов.

— По глазам вижу, хочешь спросить "И чего же ты в нём нашёл?", но не торопись.

— Да я уже вижу.

Под козырьком на углу красовался номер "11" и "ул. В. Гауса". Меня позабавило еще одно совпадение чисел. Гаус, Гаус... Что-то знакомое, прям вот... Нет, не поймала.

Мы пошли по широкой дорожке мимо ухоженных клумб и кустарника. Бордюром служили мелкие белые и розоватые маргаритки, оттеняющие фиолетовые осенние астры и белые метелки астильб.

Проследив за взглядом девушки, я чуть не запутался в своих же ногах.

— Это совпадение, честно-честно!

Всё же на лице отразилась улыбка. Дверь в дом казалась узенькой и за ней гостей ждал дом древесных ароматов. Лестница из темного дерева вела наверх, скрывалась за перекрытием, налево дверной проём вёл то ли в кухню, то ли на ресепшн, с ходу не понять, коридор впереди по правой стороне насчитывал три двери.

— Что ещё интересно, номеров здесь тоже одиннадцать и... Угадай, какой наш?

— Нет, ты наверное шутишь? — я крутила головой туда-сюда. — Не одиннадцатый вопреки всему!

Что за дом! Невероятно! Если бы я когда-нибудь решила открыть маленькую гостиницу, то она бы была похожа на эту. Изящество, простота и основательность. Белые стены, тёмное дерево, мелкофиленчатые окна...

Наверное от набежавшей волны изумления я сжала его пальцы, потому что когда обернулась, он улыбался.

— Верно, не одиннадцатый, — отозвался я и почувствовал, как она сжимает мою руку. Это приятно... Безумно приятно...

— А где кто-нибудь?.. — я махнула рукой, имея в виду администратора.

Вопрос вывел из мечтаний.

— Кто? А... Вон там, за компьютером сидит.

Я кивнул в сторону прохода слева, но в то же время слово "компьютер" тоскою легло на душу. В таком доме и компьютер... Да ладно, прогресс не остановить, значит можно закрыть на это глаза.

Откликнувшись на голоса, из-за незаметной конторки поднялась лысоватая голова в очках на самом кончике носа. Человек осмотрел нас внимательно и, видимо, узнав моего спутника, поднял в приветствии руку.

Я тоже поздоровалась.

— Тогда... 23. Третий на втором этаже! С дверью на тот длинный узкий общий балкон, террасу, веранду, как оно там называется! Да? Скажи, да!

Я кивнул человеку и прикусил губу, глядя на девушку.

— Нет... Тот находится на третьем этаже и... Пойдём, покажу.

Забрав ключ-карту, мы пошли. Поднялись, пройдя мимо одной двери, я открыл дверь в номер и, улыбнувшись, пропустил вперёд.

— Смотри.

В номере было солнечно, но не душно. Все удобства за дверьми — раздельный санузел, неотъемлемые растения, и у окон дверь, которую и не сразу заметишь. За ней виднелся маленький столик и один из стульев на остеклённом балкончике, откуда открывался вид на широкую реку. Городок был словно на ладони и даже отсюда, казалось, видно, как по склону холма пляшут отражения лучей от реки. Множество деревьев, чем ниже, тем больше походили на волны спокойного моря. Дальше искрился куполами местный храм и за разноцветными крышами едва-едва угадывался старинный форт.

— Ух...

Дверь на балкон сразу же оказалась открыта. По большому счету мне было почти все равно, как размещаться. Ради такого вида можно было стерпеть и чердак с голубями, но... Я вдохнула весь этот простор и обернулась на него, протянула руку.

— Иди сюда, иди.

На самом деле очень сложно сказать вслух слова благодарности за... Вот за это. За то, что ждал и знал, что мне понравится. И наверняка улыбался, выйдя сюда, когда я еще только садилась в поезд.

Я искренне радовался такой реакции. Взяв ее за руку, я зашёл, закрывая за собой входную дверь и погружаясь с головой во всё это...

Комната будто тонула в теплых осенних лучах, но я тонул в её глазах. Да... В этих поездках самое большое очарование — это не места. Это она. Ее эмоции, которые мне порой сложно понять. И сложно отказать себе в удовольствии, порадовать её, ещё немного полюбоваться улыбкой и этим огнем детской любознательности во взгляде.

Я знала, что он делает это для меня. Не то чтобы ему не нравились наши короткие вылазки, в конце концов это делало жизнь много разнообразнее, но...

Букет опустился куда-то на столик или кровать.

— Спасибо... — я прижалась к нему так сильно, как могла. — Спасибо...

Что я могла еще сказать? Вдохнув его тепло и знакомый запах, на миг обо всем забыла... Что, где... Неважно, и никогда не было важно, когда он здесь.

Я посмотрела на него. Неужели, чтобы быть счастливыми, нам нужно куда-то уезжать? Мы не виделись, быть может, пару дней, но ощущение, что целую вечность...

Это невообразимо приятно, щекочуще изнутри. Так тепло может обнять только она и тем приятнее отвечать взаимностью. Чувствуя, как встрепенулось сердце, крепче прижал её к себе, поцеловал... И ещё…

Спустя долгие несколько минут, мы стояли на балкончике, глядя на реку.

— Мы же пойдём туда? — махнула я на форт. — Надо же, городок совсем небольшой, заблудиться будет сложно.

— Конечно пойдём, — я стоял, вдыхая свежий воздух, подставляя нос солнцу. — Небольшой, да. Но кое-что он скрывает. Отгадаешь?

Посмотрел на девушку, ожидая, какие догадки она точно отгадает.

— Какие-то тайны прошлого? Кроме сломанных часов? Например старую усадьбу с привидениями... Или, погоди! Это недавнее прошлое! Кто-то построил здесь фабрику по производству кирпича и черепицы, и теперь гребет деньги лопатой, не забывая облагораживать свою малую родину? Или... тут есть катакомбы? Под мужским монастырём? Или форт приступом брали Иван Грозный, Сенька Разин и Пугачёв, вместе и по-отдельности? А! Здесь останавливался Наполеон? Или Кутузов? Или...

От набега предположений я даже рассмеялся, обнял её.

— Почти всё верно. Катакомбы здесь есть, не знаю насчёт монастырей и завода с набегами, но...

Взгляд улетел к силуэту форта.

— Говорят, туда долго попасть не могли, бумаги утеряны, некоторые входы подорваны. Но нашлись интересующиеся, что докопались до одного из входов в катакомбы и нарисовали карту. Любопытно, правда?

Я повернулась к нему и усмехнулась.

— Ты это выяснил из статей или уже успел заглянуть туда, куда не следует? Что же здесь добывали, раз остались старые шахты? И наверняка есть истории о тоннеле на другой берег?

— Из статей, честно, — улыбка на лице тоже была самой честной. — Здесь раньше добывали гипс, если верить письменам. Но что-то не понятно, потому как гипсовые разработки всегда открытого типа, а здесь системы туннелей. А про туннель на соседний берег не знаю. Там ничего не было об этом.

— Тебя ввели в заблуждение, милый. Какие письмена? Городок старый, но не такой древний. Или он был построен уже на шахтах?

Я вернулась в комнату, положить цветы хотя бы в раковину и напомнить себе, попросить что-нибудь у администратора.

— Не заметила тут особого туристического потока. Может быть это новодел для привлечения любопытных вроде нас?

— Может быть, — я тоже вернулся с балкончика и полез по тумбочкам. — В интернете же все могут что угодно написать, но карту сохранил на всякий случай.

Поиски увенчались успехом и вскоре, наполненная водой гранённая ваза водрузилась на столик.

— Всё предусмотрел? – я отступила на шаг от столика полюбоваться букетом. Пожалуй, я не скажу ему, что это просто большой стилизованный бокал. Впрочем, шут знает, может и правда, ваза.

— Ну как, всё. Что подсмотрел, то предусмотрел.

По привычке, за которую меня ругали еще в детстве заложила большие пальцы в задние карманы джинсов. Конечно же я наткнулась на визитку.

Золото на перламутре. Не слишком ли пафосно?

"Гаус Эрнест Владимирович" гласил строгий шрифт. Человек в серой шляпе. Имя и телефон. Всё.

— Интересно... — пробормотала я и протянула твердый прямоугольничек парню.

Визитка в руках, а взгляд с вопросом обратился к девушке.

— Гаус? И что он предлагал?

Визитка заставила даже немного растеряться. Вычурная, словно агент по недвижимости или адвокат. Повертел в руках, ничего не нашел больше и вернул прямоугольник обратно.

Я пожала плечами, припоминая незнакомца.

— Ничего не предлагал. Не сказал ни слова, если честно. Но вот, где я мельком видела фамилию. Название улицы помнишь? Думаю, он местный. Спросим у администратора, когда будем уходить?

— Спросим. Мне теперь тоже любопытно.

Подойдя ближе, взял за руку, заглянул в глаза.

— Сразу пойдём? Или ещё немного посидим тут?

Положив другую руку ему на плечо, я улыбнулась, показала кончик языка. Дотянулась до уха.

— Потом... Всё потом... А сейчас нас ждет город.

И поцеловала его щеку. Чёрт. Соблазнительно остаться здесь наедине ещё немного, однако секреты старых улиц себя сами не раскроют.

Её игривость и поцелуй только больше тепла разжигали внутри и стоило больших усилий не остаться в номере, не сказать всему миру, чтобы подождал.

— Хорошо, тогда в путь.

Взял её руку и бросив короткий взгляд на вазу с цветами, раскинувшую радужные блики по столу, повёл приключаться.