Одиннадцать с половиной башен

Касло-та-Эйли на древнем языке звучит как “одиннадцать башен” — это провинциальное графство расположенное на северной границе земель заселённых людьми и прочими разумными существами. Местность получила название в честь замка — исторического и культурного оплота этих мест. Дальше на север лежат только непроходимые топи Гиблых болот, реликтовый Серый лес и отвесные скалистые горы, без любого намёка на перевал — непреодолимая природная преграда, отделяющая Касло-та-Эйли от края цивилизованного Мира. В тех дальних пределах можно встретить существ уже не столь разумных. До столицы королевства Цольд несколько недель пути, и добраться сюда, в дальний уголок обжитой карты, довольно сложно. Вначале предстоит поскакать через самые дальнобойные стационарные порталы, а после преодолеть приличный отрезок Пути редким рейсовым дилижансом. Или, на свой страх и риск, верхом. Глухомань — одним словом.

- Хорошего вечера, леди Карла!- вежливое приветствие, брошенное на бегу кем-то смутно знакомым.

- И вам того же, любезный!

Удобно примостившись на широком каменном подоконье Карла сладко с подвыванием зевнула. Потянулась всем гибким телом, размяла плечи и спину. Вид девушки, начиная с расслабленной позы и заканчивая полусонным выражением лица, демонстрировал скуку и отсутствие положенных леди изысканных манер. Дворяне севера предпочитают воспитывать детей в духе вольности, прививая им такие черты характера, как независимость и вольнодумие, а не благонравное поведение. Причины такого уклада уходят корнями далеко в историю. Весьма спорные результаты этого воспитания можно каждый день наблюдать на живом примере. Если с детства знаком вкус абсолютной свободы, то строгий придворный этикет плохо укладывается в картину мира. В голове молодой графини Карлы Та-Эйли, так точно его не найти. Возможно, именно поэтому она частенько попадает в переплёт.

Пожалуй, бездействие - самая сложная часть дела. Девушка ждала нужного времени, вполглаза следя, как сменяется череда лиц проходящих мимо людей. Тех, что трудятся в замке. Знакомых и нет. Кто-то ускоряя шаг, старался быть незаметным, некоторые в приветствии склоняли голову. Другие вовсе не обращали внимания на юную леди в серебристом платье, сидящую у главной проходной замкового коридора — слишком спешили по своим делам, не замечая ничего вокруг. Карла достала из спрятанного в складках ткани кармашка дикое яблоко, протёрла о шёлковый подол и сочно хрумкнула. Скривилась, оглядела трофей скептически. Кислятина невыносимая, но выбор провианта под рукой оказался невелик, поэтому яблоко хрумкнуло снова, слегка брызнув соком. Крошечный огрызок метко полетел в декоративный вазон с кустом снежной гортензии — на удобрения. Дородная барышня, что тащила мимо корзину с овощами глянула в сторону Карлы осуждающе — снаряд пролетел в шаге от неё. В ответ от юной леди Та-Эйли работница замка получила улыбочку. Барышня вновь осуждающе покачала головой, вздохнула и поплыла дальше, качая колоколом юбки. Особого пиетета графская дочка замковым обитателям не внушает, по вполне объективным причинам.

Примерно через пол свечи людской поток иссяк. Сквозь проём неостеклённого уходящего каменной стрелой вверх окна Карла нетерпеливо наблюдала, как небо на востоке начало темнеть, прибрав контуры холмистой долины. Замок расположен на возвышенности, вид из любого окна захватывает дух. Воздух посвежел к вечернему времени. Цвет небосвода плавно перетёк из одного оттенка в другой, вначале бледно светя оливковым перламутром, а после переходя в густую малахитовую зелень. В северных краях у закатов особые цвета. Время пришло.

Девушка решительно поднялась, и по каменным плитам пола раздалось тихое эхо её шагов. Шёпотом отразилось от стен узкого сводчатого коридора и потерялось в дальних полутёмных переходах. Карла мысленно отметила этот факт на будущее. Пожалуй, печать тишины на подошвах сапог пора обновить - шаги должны быть бесшумными. Сейчас не беда, но после, стоит поправить. Пустой коридор, подсвеченный желтоватыми магическими световиками изогнулся дугой, выводя к крутой винтовой лестнице, ведущей на другой этаж. В этом замке прямых путей если поискать - не найдёшь.

- Доброй ночи, миледи Карла.

- Доброй, мастер Эгре.

У дверей на вытяжку стояли два охранителя в парадных тёмно-синих куртках со светло-серым шитьём, при алебардах и рапирах у пояса. Пожилой в приветствии склонил голову, тепло улыбнувшись в пышные седые усы. Девушка кивнула, ответив такой же лёгкой улыбкой. Карла признала старого знакомого. Мастер Эгре на этих дверях стоит, сколько она себя помнит. А вот его сегодняшний напарник — кто-то новенький. Этого парня со светлой лохматой макушкой Карла среди замковой стражи не видела. Замешкавшись поначалу, молодой охранитель согнулся в неловком поклоне, отчего стало заметно — опыта придворной службы у юноши маловато. Нужно отдать парню должное, он уделил внимание не только обнаженным плечам Карлы — моментально зацепился взглядом за ножны с кинжалом, которые она носит на поясе. Стражей так учат - обращать внимание на оружие, пусть оно почти декоративное. С этой игрушкой девушка не расстаётся никогда.

Парень лишь долю секунды рассматривал причудливое навершие рукояти кинжала, а после его глаза скользнули вниз по подолу платья в сторону пола. Вот когда его взгляд наткнулся на разбитые носки потёртых кожаных сапог, кокетливо выглядывающие из-под дорогого серебристого шёлка, то страж озадачился. Очевидно, что под подолом изящного платья у леди должны быть туфельки, разукрашенные вышивкой и жемчугом, а никак не этакое безобразие. Но и эту странность он, на мгновение задумавшись, простил, очевидно вспомнив, что дочка местного графа славится достаточно эксцентричным поведением. Вытянулся по струнке и уставился в стену. Видимо вспомнил, чему учили. Охранитеям положено в любой ситуации сохранять невозмутимость. Карла насмешливо фыркнула. Парень не выдержал и скосил глаза в её сторону. Поймал смеющийся взгляд и слегка порозовев скулами снова уставился в стену. Ну-ну.

От внимания пожилого охранителя это не ускользнуло. Карла с мастером Эгре переглянулись как старые заговорщики, и в глазах привычного к поведению высокородной особы охранителя заплясали смешинки. Так уж испокон веков заведено - старшему поколению только и потешаться над молодым, пусть даже повод совсем незначительный, вроде засмущавшегося при виде юной девицы в старых сапогах стража.

Уже не скрывая широкой улыбки охранитель спросил:

- Могу ли узнать, миледи, зачем вы пожаловали в замковый схрон в столь поздний час?

Улыбка Карлы была столь же широка, хотя возможно чуть более ехидна. Со старым знакомцем и словом перекинуться приятно.

- Вам можно всё, мастер Эгре. На днях отец ожидает прибытия в город почётного гостя из столицы. Прежде приближённый короля, важный вельможа, перебирается жить в наши захолустные края.

- Неужели? Какая новость. Кто-то из старых знакомых уважаемого графа?

- Вряд ли. Меж столичных придворных у моего батюшки не так много друзей. Вот среди отставных военных - это да. Не знаю, что может заставить столичного жителя переехать в Касло-та-Эйли. То ли почётная отставка, то ли позорная опала, я не узнавала подробности. В замке будет многолюдный торжественный приём по этому поводу. Дабы не ударить в грязь лицом, я, как прилежная дочь, планирую блистать фамильными изумрудами.

Охранитель улыбнулся ещё шире.

- Ах вот в чём дело. И, что же, миледи, фамильные драгоценности после приёма вернутся в схрон? Или таинственным образом затеряются где-то по дороге? А после в стойле замка появится даурский скакун редчайшей серебристо-вороной масти, или в книгохранилище само собой возникнет считавшееся утерянным собрание запретных трудов почившего архимага?

- Обижаете, мастер Эгре! - Карла возмутилась почти искренне. - Фамильные драгоценности из сокровищницы не пропадают. Разве что, мое личное приданое несколько... обеднело за последние годы. Но замковая казна неизменно полнёхонька!

- Так значит, за ваше приданое мне всё-таки стоит беспокоиться? Леди, ваш батюшка дал строгий наказ...

- Наслышана. – Сказала девушка, сделав страшные глаза. Мастер Эгре хмыкнул. Тот нагоняй, устроенный графом, пожалуй слышало пол замка. Даурского скакуна – вредную характером, кусачую и привередливую в жратве скотину, батюшка ей до сих пор простить не может. А вот рукописный многотомник почившего архимага уже многократно доказал свою полезность. Из-за сложностей с природной магией, именно вышедшие ныне из широкого использования глифы и артифакторика стали для Карлы спасением. Не будь этого вида чар, колдовство, скорее всего, осталось бы для неё недоступным, не смотря на наличие внутреннего источника сил.

- Не переживайте, мастер Эгре, про приданое - это так, к слову. Я всего лишь упомянула, что оно поредело. Кому нужны эти новодельные безделушки. Пусть себе пылятся в сундуках. А вот фамильные изумруды будут очень кстати. Мне же надо показаться столичному гостю во всей пышной провинциальной красе.

Карла выдала самую искреннюю из арсенала своих искренних улыбок. Но, не зря упоминалось ранее, что этот страж знаком Карле всю её сознательную жизнь. Он знает некую юную леди столь же долгий срок, по лицу охранителя было понятно – почуял подвох. Похоже, арсенал искренних улыбок пора пополнять. Пригладив пышные усы мастер Эгре согласно покивал на её слова. И оба поняли, что ни один не поверил другому ни на миг.

- Нисколько не сомневаюсь, миледи, что вы выполните свой дочерний долг. После приёма, смею надеяться, изумруды окажутся в схроне. Или нас с вами ждут серьёзные неприятности.

Врать напрямую или подставлять охранителя под нагоняй графа Карле не хотелось. У мастера Эгре приказ. А приказ для охранителя – непогрешим. Но она и не врёт. Почти. В любом случае, оно того стоит.

- Будут! Клянусь честью! – подумала и добавила - И моим любимым даурским скакуном!

На этот раз прозвучало на порядок честнее. Пусть после второй части клятвы мастер Эгре всё же осуждающе покачал головой, вздохнул тяжко, горестное лицо сделал, опять вызвав у девушки улыбку, но всё-таки отстранился от дверей, щёлкнув ключом внутри массивного замочного механизма и пропуская внутрь схрона.

Его цепкий взгляд меж лопаток Карла ощущала до тех пор, пока дверь вновь не закрылась позади. Девушка хмыкнула ещё раз, представив, что должно твориться в голове у новичка-охранителя после этой беседы. Поползут по замку свежие слухи о ее причудах, если мастер Эгре не проведёт с ним разъяснительную беседу и не растолкует некоторые странности поведения юной графини та-Эйли. Впрочем, после этого разъяснения слухов может наоборот прибавиться. И куда более художественных. Мастер Эгре тот ещё сказочник. В детстве Карла прокравшись в караулку и наивно считая себя незамеченной, затаив дыхание слушала его байки про древних могучих магов и ночных тварей.

Не важно. Пора заняться тем, для чего она сюда пришла. Игнорировать огненные взгляды отряда каменных виверн выстроившихся вдоль стен хранилища было делом привычным. Охранные существа-големы полыхнули глазами, но почуяв "правильную кровь" остались недвижимы. Разгоревшиеся под сводами потолка во всю мощность световики озарили поле деятельности. Карла оглядела сундуки и заполненные ценностями полки размещённые в строгом порядке по всей площади широкого зала.

Засучив рукава, принялась за дело. Про рукава – это фигурально выражаясь. Они делу не мешают. А вот подол подобрать пришлось действительно. Карла извлекла спрятанное в складках платья добро - кожаный мешочек средних размеров и моток тонкой верёвки. При виде этих предметов мастер Эгре бы за голову схватился. К счастью для Карлы никому кроме семьи, главного казначея и замкового старшего мага сюда входить нельзя, и её манипуляций никто не увидит. Так настроена магическая защита зала-схрона. Не зря же девушка дожидалась позднего времени. В этот час никому из вышеперечисленных тут делать нечего.

Найдя знакомый сундук с собственным приданным Карла слегка пнула его носом сапога. Как раз поэтому и разбитым – такая обувь идеально подходит для того, чтобы подпинывать твёрдые предметы. Или кого-то, кто сильно не понравился - в таком случае сапог куда лучший аргумент, чем туфелька, пусть и вышитая жемчугом. Тёмное дерево отдалось гулким эхом, чётко показывая, что ёмкость заполнена далеко не до краёв. Тяжко вздохнув девушка присела на корточки и приложила руку к запирающей замок печати. На мордах каменных виверн Карле почудилось осуждение.

***

Замок тихо щёлкнул, и щель идущая по периметру сундука обозначилась более чётко, подтверждая, что защита снята. Карла откинула крышку, в очередной раз с грустью отмечая, что да, с прошлого визита тут ничего ценного не прибавилось. Сгребла в раскрытую горловину мешочка кое-какие золотые украшения, те, что были потяжелее. Добавила несколько нитей жемчужных бус, распутав целую их вязку. Карла с грустью перебрала между пальцами холодные гладкие бусины. Выбрать пришлось те, где жемчужины наиболее крупные, редкого лилового цвета. Кровь моря - их так называют ювелиры. Мелочь и простой жемчуг не подойдут, участвует знающий своё дело посредник. Скрепя сердце девушка вытряхнула из маленького бархатного мешка горсть алмазных амулетов. Эти были с магической начинкой. Не просто бессмысленные побрякушки, а вполне рабочие предметы – Карла берегла их до последнего. Ещё одним ценным предметом стал камень размером с абрикосовую косточку — турмалин параиба, небесной чистоты и голубизны. Его было по-настоящему жаль. Прозрачные грани почти не отбрасывали теней и бесконечно искрились преломляя неяркий свет схрона. Чудесный, идеальный проводник магии. Для Карлы бесполезен в практическом смысле, но ценность у него большая, камни параибы — редкость. Придётся отдать, иначе общей суммы ценностей не хватит на осуществление задуманного.

Юная графиня вернула на место всего несколько самых чистых алмазов-амулетов и сложила в уголок к остаткам жемчуга и золота, с грустью глядя в почти опустевший сундук. В нём еще были красивые вещи, но к сожалению не такие ценные. Видимо, на этом траты придётся прекратить. Или же, что ближе к правде, найти иной источник средств для расточительства. За то, что Карла растранжирила всё приданое, ей когда-нибудь придется ответить. Пока истинных масштабов катастрофы её родные не знали. Страшно представить, что будет, когда дело дойдет до ревизии имущества, в случае помолвки. Хорошо бы максимально далёкой, как не уставала думать про себя девушка. И всё же у Карлы чуть-чуть заныло то место, которое называется совестью. Но разве можно упустить такой шанс? Этого аргумента хватило, впрочем - как всегда. В этом вопросе, на счастье, совесть всегда была солидарна с хозяйкой.

Карла взвесила на руке тяжёлый, плотно набитый кулёк. Должно хватить с запасом, если посредник не изменит условия. Девушка достала из скрытого в складках платья кармана широкое металлическое колечко, щёлкнула , раскрывая замок, надела на горловину мешка. Защёлкнула. На колечке тускло засветилась белым светом нанесённая заранее алхимическим составом печать. Особая — запирающая. Полное собрание сочинений почившего архимага не просто так занимает полки.

В пыльных пожелтевших страницами книгах нашлись любопытные схемы. Покойный маг был экспериментатором, изыскателем. Он создавал свои теории без какой-то определённой цели, лишь ради красоты процесса. Его выкладки часто были непонятны, многие, неприменимы на практике. Но не все. Редкие крупицы знаний - уникальные глифы и печати, мудрёнее общепринятых, Карла изучила вдоль и поперёк. Выяснив методом проб и ошибок, что пригодно. Теперь использует. Да и принципы создания этих схем сослужили службу — направили мысли юной магини в созидательное русло. Как оказалось, пользы от древних значков и закарючек для неё больше, чем от современных. Жаль, что этот вид магии настолько слаб, что применяется в основном в мелком быту, потому и особым разнообразием действий не богат. Но, за неимением другого варианта девушка наловчилась пользоваться тем, что есть.

Карла достала кинжал. Кольнула палец и вымазанным кровью кончиком лезвия ткнула в глифы на металле, оставляя маленькую алую капельку. Камень на рукояти кинжала – необработанный чароит засиял бледно-лиловым. Накопитель пришёл в действие. Без него юная магиня, к сожалению, колдовать не может. Или без той вязанки амулетов, что сейчас висят у неё на шее. В отличие от остальных девяноста девяти процентов магически одарённых людей мира.

Свет печати вспыхнул красным и погас. Всё. Теперь чужие руки без ведома хозяйки крови к ценностям не прикоснутся. А если прикоснуться, то пожалеют.

Дальше, настало время проявить не только магическую сноровку, но и воровскую. Графиня та-Эйли хмыкнула — очень уж легко она применяла в отношении своей персоны это прилагательное. Но, как есть, так есть. Пора заняться делом. В хранилище нет окон, но есть отдушины для тока воздуха. Девушка сразу нашла, искомое. Что оно тут есть юная казнокрадка уже знала. Зарешёченное маленькое отверстие в углу – размером как раз чтобы пролез собранный кулёк с ценностями.

Карла привязала верёвку к горловине мешка. Подцепила край решётки, ослабив крепления. Приподняла. Вновь используя кинжал очертила отверстие стандартными глифами для снятия защиты, завершив плетение самостоятельно составленной печатью. Её компоненты позаимствованы всё из тех же рукописных трудов. Мысленно Карла вновь похвалила себя за удачно вложенное в знания приданое. Успокаивать совесть подобными похвалами приходилось довольно часто.

Главный придворный маг своё дело знает. В это помещение не открыть портала. А если всё же изловчиться и открыть, то не сделать этого не повредив охранный контур. На применение артефактов взлома или заклятий переноса охранная магия тоже среагирует. В любом случае Карла способна использовать лишь слабую магию глифов. Защита хранилища, основанная на совсем другом виде чар – мощной магии потоков, обычной знакописи просто бы не поддалась. Ценности можно вынести только напрямую – через дверь. И только людям, с таким правом. Ну или так, как это делает Карла.

Да, глифы — слабая магия, медленная в каком-то смысле. Зато незаметная. Контур чертимой вокруг отверстия воздуховода печати мигнул жёлтым, взломщица прибавила ещё хаотичных на первы взгляд закорючек, аккуратно чертя их концом активного кинжала. На самом деле в этой мешанине насечек была чёткая система. Камень в рукоятке посветлел. Печать мигнула зеленью и девушка облегчённо выдохнула. Пропихнула мешочек в отверстие и стравливая по чуть-чуть верёвочную нить спустила его на нужную высоту. Закрепила. А после контур печати снова мигнул, но не зелёным, а жёлтым и погас. Верёвка на границе с решёткой задымилась, зашипела и тихо тренькнув оборвалась. Карла озадаченно замерла. Видимо, потоковая магия не просто защищает хранилище, но и перепроверяет защитный механизм по кругу. Это что-то новенькое. Похоже, верховный маг экспериментирует потихоньку. Силы сотворённой Карлой печати оказалось недостаточно. Эх, надо было посложнее сплести, но в прошлый раз и этой хватило. Пожалела запаса накопителей на усиление и вот она, расплата. Хорошо хоть не полыхнуло огнём – значит вмешательство остаётся незамеченным.

Ну и что теперь делать? Планировалось, что в помещении под этим залом, на этаж ниже, Карла просто протянет руку в такое же отверстие и заберёт добычу. И надо же было так опростоволоситься. Прикинув в уме карту воздуховода девушка горестно сморщилась. В подвал. И со стороны складов, ну конечно. Хорошо хоть прямой подход есть. А-то бы пол ночи провозилась выстраивая связки глифов для точного призыва предмета по сложной траектории. А время рассчитано с очень небольшим запасом. Придётся пошевеливаться.

Карла поднялась, быстро прибрала следы предосудительной деятельности. Отыскав одну из массивных шкатулок, проверила, что в ней нужные для званого вечера изумрудные драгоценности. Легенда, по которой Карла вошла в схрон была настоящей. Выходя из хранилища девушка вежливо попрощалась с охранителями. Мастер Эгре напоследок всё-таки проверил содержимое ларца, убеждаясь, что внутрь не попало ничего лишнего. Полушутливо-полусерьёзно поводил возле девушки проверяющим жезлом - тот засветился только возле шкатулки и тем самым слегка успокоил пожилого стража. Хотя то, что в схроне Карла задержалась он не мог не отметить.

- Любовались сокровищами, миледи?

Карла уже представляющая как будет шарахаться по тёмному пыльному подвалу, кивнула отстранённо. Подземелье завалено хламом – в этом месте замка его используют как склад амуниции. Главное не загреметь каким-нибудь ржавым доспехом.

- Да, вы же знаете, что у меня слабость к драгоценностям.

Мастер Эгре скептически покачал головой. Карла с чувством улыбнулась напоследок обоим стражам. Пожилой охранитель увидев этот довольный оскал вновь вздохнул, а молоденький порозовел ещё и ушами.

Пришлось запрятать шкатулку с фамильными изумрудами в одной из потайных ниш по дороге. Карла скрепя сердце и обезопасив тайник несколькими несложными печатями — запас накопителя всё-таки стоит беречь, отправилась вниз. Нет времени идти через главные залы в личные покои, чтобы оставить шкатулку там. Если попасться кому-то на глаза, можно опоздать на встречу. Теперь ещё и в подвале рыскать. Хотя, за такое наплевательское отношение к бесценным родовым украшениям девушке бы влетело по первое число. Если бы кто узнал. Но она никому не скажет. Честное слово. Как и о том, чем планирует заниматься этим вечером.

***

Забрать из отдушины в подвале свое добытое в схроне сокровище оказалось делом простым, пусть и пыльным.

Хотя, и тут не обошлось без казуса. Определив местоположение приземлившегося кулька Карла нашла лишь пустое вентиляционное окошко. Озадаченно сунув туда подсвеченный чароит кинжала, она обнаружила красноречивый округлый отпечаток в пыли. Мешочек с ценностями тут однозначно приземлялся. А вот куда делся потом? Более детальный осмотр места пропажи показал что в вентиляции понизу есть небольшое ответвление, куда кулёк и уполз, оставив довольно чёткую траекторию волочения в пыли. Там же обнаружились и небольшие когтястые следы, похожие на кошачьи. Карла зажмурилась и старательно выругалась… молча. Шуметь сейчас не стоило.

Применив чуть-чуть магии накопителей и подкрепив её значительно большей долей слов, сцеженных сквозь зубы, а потому тихих, но от этого не менее зловещих, девушка отправилась исследовать недра подвала. И там, спустя пол свечи, всё-таки отыскала в одном из особенно сюрреалестических завалов гнездо кара-куру. Сама кара-куру была этому не слишком рада - утробно заурчав встопорщила шерсть и перья на загривке, хищно прижала к голове маленькие ушки и распластала по земле крылья. Сражаться с летучей кошачей нечистью Карла не планировала, поэтому шуганула её снятым с ноги сапогом. Рядом было полно другого хлама, но тревожить эти пыльные барханы девушка не рискнула. В носу итак уже свербело. Красноречивый взмах тяжёлым ботфортом был понятен любому живому существу, кара-куру исключением не оказалась. Возможно её впечатлила вся композиция вцелом — пыльно-лохматая графиня, грациозно поджавшая ногу наподобие цапли, со зловещим светящимся кинжалом в одной руке и не менее зловещим предметом обуви в другой. Зашипев похлеще гадюки, нечистая кошка, сдав задним ходом, ввинтилась в какую-то щель среди барахла, напоследок сверкнув опалесцирующим взглядом. Карла была уверена, что зверюга затаилась рядом, от гнезда она далеко не уйдёт. Но, слава древним, котят ещё нет, а-то без кровопролитной и кошкопогоняйной битвы бы не обошлось. Кара-куру может не только шипеть аки змея, но и укус её тоже вполне ядовит.

Кулёк с ценностями в гнёздышке прочих “трофеев” лежал на самом видном месте - не успела зарыть. Кара-куру утащила его, скорее всего, привлечённая магическим фоном амулетов-алмазов. Зверушка кушает и обычную пищу, но именно магическая энергия для нечисти наилучшая приманка. Карла бы с удовольствием покопалась в кошачьем гнезде ещё — мало ли, каких магических штук притащила туда эта плутовка, но графиня итак много времени потратила на лазанье по подвалу. Ещё выбираться отсюда. А кисонька врядли пустит вглубь гнезда без боя. Может, в следующий раз. Хотя, сообразительная нечисть скорее всего перетащит всё своё добро в другое, неизвестное наглой нарушительнице границ место. Главное, чтобы зверушка не начала перетаскивать туда прочую замковую казну. Карла хмыкнула, почувствовав с хвостатой воровкой некоторое сродство душ. Поддавшись порыву, юная казнокрадка наскоро расщелкнула колечко-замок на горловине, и, нашарив в кульке, закинула в гнездо один из полуразряженных амулетов-накопителей. Не слишком влияет на общую ценность уворованного добра. Зато, этот спонтанный жест может принести удачу. Говорят, боги создали кара-куру, как испытание для рода людского для оценки их пороков и благодетелей.

Теперь, на выход. Девушка решительно захлопнула колечко замка, вновь полыхнувшего печатью, и снова отправилась на штурм подвальных баррикад.

В процессе Карла вдоволь начихалась и обвешалась паутиной с головы до ног, то и дело поминая ночных тварей. Но лазая по темноте и стараясь не загреметь среди этого хлама, она всё-таки нашла и светлую сторону случившейся с защитным контуром неприятности. Из этих помещений есть и короткий, пусть и несколько нестандартный путь за замковую стену. Разве что платье окончательно превратится в пыльную тряпочку. Изначально девушка планировала выйти через северные ворота – сегодня там на калитке стоит караульный, привыкший к её вечерним вылазкам. Теперь же придётся воспользоваться альтернативным путём. Но так даже лучше. Всё-таки она собралась не на пирушку в трактир сходить.

Тихонько прокравшись через извилистые подвальные коридоры, где можно встретить замковую прислугу, юная графиня завернула в неиспользуемый старый переход. Тут начинаются низкие и местами очень узкие тоннели. Они вели когда-то к складам, хранилищам и полуразрушенной сейчас сторожевой башне. Именно из-за этой каменной, местами обвалившейся постройки, заселённой сейчас общиной птахов, к названию замка прибавилась шутливая “половинка”. Теперь величественную громаду замка чаще всего называют либо просто “Башни” либо полноценным длинным названием “Одиннадцать с половиной башен”, чтобы показать свою принадлежность к местному населению, которое в курсе этой маленькой хохмы.

Если дойти прямо, до упора, то проход в какой-то момент заканчивается забитыми наглухо металлическими створками. За ними – заваленный туннель. Откуда Карла знает, что спрятано за наглухо закрытыми металлическими воротами? Обижаете. Но сегодня девушке туда не надо. Свернув в очередной раз она оказалась в непроглядной тьме. Извлекла кинжал из ножен и мысленным усилием активировала рукоять-накопитель. Раньше, даже такое простое действие давалась девушке с трудом. Но, быстрота наработалась практикой. Камень блекло замерцал мертвенно-лиловым светом. От стен он отражается белым, но очень бледным, контрастно очерчивая фиолетово-чернильные тени. Магический свет. Сразу все неровности стен в плохо обработанном узком тоннеле бросаются в глаза. Девушка тихонько рассмеялась. Если бы кто-то увидел в таком освещении бледную простоволосую деву, обвешанную паутиной в длинном серебристом саване да с кинжалом на изготовку, то его бы точно паралич хватил. Но она к такому свету уже привыкла. Да и эти жутко-запутанные, неосвещённые тоннели знает. Они тянутся на уровне и ниже подвалов дворца, вгрызаясь всё глубже в скальную породу. После переходят в древние катакомбы, оставшиеся от когда-то существовавшего на этом месте святилища, до естественных природных пещер внутри горы. Замок Касло-та-Эйли стоит на невысокой горе – на местности это единственная возвышенность, поэтому смотрится впечатляюще.

Маленькое тайное увлечение молодой графини – исследование этих тоннелей. Она ходит по ним уже пару лет, но не уверена, что даже верхние замковые уровни изучены ей достаточно хорошо. Конечно, по большей части, все проходы поверху наглухо забиты, закрыты и завалены. Но слабенькая магия Карлы и намного более сильно развитое упрямство, помноженные на наличие свободного времени, превращают почти любую помеху в несущественную. Уровни относительно глубоких катакомб девушка начала изучать не очень давно. Кое-где даже дошла до уровня пещер. Если бы её родные узнали насколько глубоко юная благородная леди спускается под землю, то были бы в ужасе. Про эти подземелья ходит такое количество мрачных историй, что не счесть. Но считается, что относительно обжитой подвал замка надёжно отделён от внешней части магией и физическими преградами. Поэтому играть в кладоискателя ей позволяют. Почему кладоискателя? Это отдельная история. А сейчас Карле нужен относительно простой и короткий проход, который выведет к стоку у западной стены. Оттуда уже спокойно Карла попадёт на северную сторону, как и планировала. Там начинается единственная проходимая дорога вниз – серпантинный спуск к подножию горы.

Карла выбралась из замка, слава богам, без приключений. Но времени оставалось совсем мало, судя по цвету небосвода. Взглянув на отметки карманного хронометра девушка убедилась - чувство времени не подводит. Пошабуршав в кустах она нашла подготовленный накануне свёрток. Тут всё необходимое, чтобы сегодняшняя затея приблизила графиню еще на шаг к заветной цели. Небо уже почти совсем потемнело – только вдалеке на западе едва тлеют холодные зеленоватые сумерки. Девушка сняла перевязь с кинжалом. Извлекла из-под подола кулёк с ценностями – для этого к ноге крепятся специальные ремешки. Неудобно. Зато никто не спросит, что это она такое тащит в руках. Настороженно оглядевшись Карла убедилась, что из кустов её не видать и в округе никого нет. Стянула потасканное по подвалам и подземельям платье. Из-под него вместо голых коленок на свет, точнее уже ночную тьму, появились штаны из тонкой тёмно-коричневой замши. Зябко передергивая плечами девушка зарылась в извлечённый из-под куста свёрток. По замку Карла разгуливает не только в нарядных платьях, штаны тоже часть гардероба. Но в последнее время её излишне вольный даже по местным меркам образ жизни и соответвтенно одежды стал раздражать семью и девушка старалась лишний раз их не тревожить. Платья, так платья. Хотя, говорят, в столицу вернулась мода на дамские шёлковые сорочки и брючки. Но это такое кружевное и объёмистое безобразие, что лучше уж удобное платье.

К ночи значительно похолодало. Карла надела сначала тёмно-синюю нательную рубашку из мягкого хлопка, а поверх натянула длинный шерстяной свитер мышиного цвета, весьма невзрачный на вид, но очень тёплый. Выцветшая куртка из кожи, которую сейчас с некоторой долей вероятности можно было назвать серо-зелёной тоже знавала лучшие времена и смотрелась так, будто жизнь её долго трепала. Но с этой вещью Карла не расстанется ради всех мехов и шелков мира. Удобная - глубокий капюшон защитит от ветра, дождя и лишних глаз. Длинная, с тайными карманами в два ряда и плотными заплатами на локтях. Кожа куртки, не смотря на неказистый внешний вид не простая. Тварюшка, которая носила её до графини была огнеупорной и скончалась от магического удара, а не от стрел или меча. Пробить её обычным оружием непросто. И даже заплаты на рукавах держатся благодаря особым глифам и служат для определенных целей. Заплетя растрепавшиеся непослушные локоны в небрежную косу, девушка свернула платье и сунула одежду всё под тот же куст. Накинула на плечи вязаный воротник-хомут, который превратил силуэт во что-то окончательно нечитаемое. В котомку закинула кулёк с драгоценностями. Опоясалась ремнём с верным кинжалом. Проверила, на месте ли запасной в сапоге. Вспомнила кое-что и активировав накопитель в рукоятке извлекла ритуальное оружие. Печать тишины на сапогах всё-таки надо подновить.