Почти никто уже не сможет точно и вспомнить, когда и где это случилось. Одно известно достоверно – уйма лет минуло с того времени.
Жило два брата. Справные, статные, настоящие молодцы. Старший – Иван. По характеру очень строгий, была в нём некая суровость, то ли врождённая, то ли приобрёл он её за время тяжкой работы. Видно было по его лицу сразу – суровый, молчаливый. Другой же – Гордей, немного младше, но характером он отличался от старшего брата – многословный, кудрявый, в некотором смысле даже балагур. В суконной рубахе с закатанными рукавами, множество раз рассуждавший об устройстве жизни, о том, как всё должно быть.
Так и жили братья, работали. Иногда крепко ругались, иногда даже сильно дрались, не поделив что-то меж собой. Но всегда они мирились. И Иван всегда поучал Гордея: «ты слушай меня, и никогда не пропадёшь. Всегда держись меня, я же брат твой».
И всё у них было сносно. Гордей в одиночестве воспитывал дочь – Анастасию. Хорошую такую, славную девчушку. Волосы русые, густые, что грива у породистого коня, свисавшие чуть ли не до пят. Иван всяко помогал Гордею в этом деле, и Анастасия очень полюбила своего дядьку – чуть ли даже не больше, чем отца. И много раз убегала к нему с ночёвками. Гордей относился к тому спокойно, всегда знал, что с Анастасией всё будет там нормально.
Но однажды, перед рассветом, приехала к ним в земли заморская красавица, чьего имени сейчас уж никто не сыщет. Может, Джессика какая, может, Саманта. Но прозвали её Иноземкой. Она была приятна в общении, крайне обходительна в манерах своих, приветливо улыбалась. И очень хорошо владела их речью.
Гордей, конечно, начал сближаться с Иноземкой. Он с раннего утра до самой поздней ночи был готов слушать её рассказы о той жизни, другой. Жизни, что кипела на самых дальних берегах. А она всё рассказывала ему и рассказывала. И вид у Гордея был мечтательный и счастливый после бесед с ней. Он не скрывал от Ивана своей симпатии, но тот становился всё мрачнее и мрачнее.
«Ох, брат, не доведёт тебя она до блага», - сказал ему как-то Иван.
«Я сам разберусь, - ответил Гордей резко. – Я сам знаю, что мне делать».
Иван лишь хмуро качал головой и больше ничего не говорил. Так дни шли за днём, дожди сменяли снега, а лето становилось зимою. Жизнь текла своим чередом, пока Иван не узнал, что Иноземка с Гордеем стали жить как-то уж совсем близко. То ли соседствовали, то сожительствовали… Слухи и есть слухи.
Но брат и вправду перестал к Ивану приходить. Старший же отнёсся к этому с пониманием – в своей жизни брат сам должен разобраться, не маленький уже. Но насторожило его в крайней степени другое – Анастасия перестала к нему приходить. Ни один раз не зашла проведать за длительное время. И Иван сам решил пойти, чтобы узнать, что происходит.
Анастасия встретила его грустным бледным лицом. Её синие глаза блестели небывалой печалью, которую он никогда ещё не видел.
«Мне больше нельзя уходить к тебе», - сказала Ивану Анастасия.
«Почему?»
«Запретили строго-настрого».
Иван помрачнел снова, как туча. Он пошёл к Гордею. По округе лежал плотный, почти осязаемый туман после долгого хорошего дождя. Там и там стояли лужи, и в них отражалось хмурое небо.
Гордей встретил его спокойным взглядом, но довольно холодным.
«В чём дело?» - сразу спросил Иван, обойдясь без долгих предисловий.
«Ты на неё дурно влияешь, - просто ответил его младший брат. – И мы решили, что так будет лучше для всех».
«Мы решили?!» - воскликнул Иван, в первую же секунду осознав, кто именно решил.
«Да».
«Я же тебе говорил, чтобы ты не путался с Иноземкой. До добра это не доведёт!»
«Я сам знаю, что мне делать, - леденяще повторил Гордей. – И решать буду я. Анастасия – моя дочь».
«Подумай дважды, прежде чем делать».
Гордей ничего не ответил, и Ивану пришлось уйти. Он страшно переживал и не находил себе места… Но вскоре Анастасия снова стала прибегать к нему и навещать его, обходя отцов запрет.
Поздним летним вечером к Ивану приехал его старый знакомый – лихой наездник и знатный купец из южных земель. Бородатый, усатый, с таким же суровым взглядом, как и у Ивана. Он узнал про Анастасию и захотел жениться на ней – её светлые глаза сразили его в самое сердце.
Он немедленно поехал к Гордею, но он, конечно, грубо прогнал его. Это взбесило купца, и тот уехал прямо ночью, бранясь на всех троих. Иван же отнёсся и к этому спокойно, но сам Гордей приехал к Ивану разгневанным. То была ночь, и у них прогремела страшная ссора.
«Нечего мне подсовывать своих побратимов!» - прокричал Гордей.
«Никто никого не подсылал».
«Забудь про Анастасию! Я не хочу тебя видеть!»
«Тогда что ты здесь делаешь?»
Гордей ушёл и больше не приходил. Конечно, Анастасия ходить не перестала к Ивану, а однажды вообще прибежала ночью – растрёпанная, захлёбывающаяся слезами. Она была боса, и все ноги изранила о сучья и коряги, а платье изодрала. Но не самое страшное это было – Иван увидел, что спина её была исполосована – грубыми, хлёсткими ударами плети, рассекавшими не только одежду, но и кожу.
«Кто?» - спросил Иван, но Анастасия ничего не ответила. Ответ и не требовался сейчас.
Гроза разразилась страшная. Ветер выл такой силы, что со скрипом гнулись верхушки деревьев, а листва беспокойно шелестела. Дождь хлестал, а Иван шёл к брату…
Гордей был дома, сидел за столом, преисполненный ледяной ярости. На столе едва мерцала догорающая свеча. Он размышлял о чём-то неприятном…
Иван ворвался внутрь, не дожидаясь приглашения.
«Ты за что её высек?!» - прокричал Иван, и голос его был громоподобен.
«Мы ей сказали не ходить к тебе. Мы ей сказали не говорить с тобой, - прошипел Гордей. – Она же не послушалась. Непослушный ребёнок должен быть наказан!»
Гордей саданул по столу кулачищем, чтобы подчеркнуть значимость своих слов.
«Ты сошёл с ума! – проревел Иван. – Я не верю, что ты мне это говоришь! Это твоя Иноземка тебя обуяла! Прогони её, пока не стало поздно, брат!»
«Не брат ты мне больше, - тихо отозвался Гордей, глядя на Ивана исподлобья. – А теперь уходи прочь отсюда!»
И Иван, немного постояв, собираясь с мыслями, силами и словами, ушёл. Ушёл в грозу, решив выждать, решив дать младшему брату остыть… Возвратившись домой, он понял,
что Анастасии дома нет. Он кинулся её искать, и рыскал по лесу до самого утра, почти обессилив. Почему-то он решил, что она ушла в лес. Вне всяких сомнений… Он продолжал искать её, и страшное чувство зарождалось в его груди.
Утром же он упал без сил рядом с трухлявым пнём, и рубаха его, взмокшая от тяжких дум и долгих поисков, взмокла и вздымалась вместе с могучей грудью. Так и лежал он, пока его не отыскал один из местных рыбаков... Седой и дряхлый, он всю жизнь занимался ловлей, и Иван его хорошо знал. И Гордей. И Анастасия.
Сейчас он выглядел таким испуганным, будто его едва Кондратий не хватил.
«Что случилось?» - спросил Иван.
«Я Анастасию нашёл», - просто ответил старик.
Действительно, Анастасия нашлась. Она утопилась в реке, бросившись туда ещё ночью. Глаза на синем лице её были широко распахнуты, а губы плотно сжаты. Больше её ничего не волновало и не тяготило.
Иван, наполнившийся небывалой горечью, снова пошёл к Гордею. Он не сознавал, что делает. Просто взял топор и пошёл к младшему брату. Это было раннее утро.
Гордей встретил его в воротах – встретил с высоко поднятой головой, словно ждал его прихода. В руках он тоже держал топор.
«Ты виноват, брат! - дрожащим голосом сказал Иван, и на глазах его выступили слёзы. – Она погибла из-за тебя!»
«Не брат ты мне», - повторил Гордей. И это всё, что он смог сказать.
Они стали биться друг супротив друга. И бились день и ночь, день и ночь… Грязь и кровь. Истерзанная одежда… А после пали от нанесённых ран. Оба.
Речку, в которой утопла Анастасия, долгое время кликали «Настасьевкой», пока эта история не стала забываться. Иноземка же, сожительствовавшая с Гордеем, после схватки обыскала дома обоих братьев, вынесла всё самое ценное, и бежала обратно за море… Вроде бы с ней видели даже того южного купца, что сватался к дочери Гордея.
Сколько лет минуло с этой истории? Уйма… Многие сейчас думают, что это всего лишь едкая выдумка, ибо где ж такое может быть, чтобы брат с братом стали бить друг друга не на жизнь?!
Но старожилы знают ответы на многие вопросы.
8-9 мая 2023 г.