Одна на всех

Одна на всех

Часть первая. Начало

Глава первая.

– Идишь, твою через коромысло… – хриплый голос старпома нарушил напряженное молчание последних минут, повисшее в рубке.

– Точно, падаем, – обреченно констатировал капитан, и в ту же минуту взвыла сирена.

«Внимание, аварийная посадка! – разносился из корабельных динамиков противный до тошноты механический голос. – Всем занять места в противоперегрузочных креслах! Приготовиться к аварийной посадке! Внимание…»

Под вой сирены броуновское движение людей на корабле казалось особенно хаотичным. Однако это была только видимость суеты, каждый член экипажа в точности выполнял то, что предписано корабельным уставом на случай внештатной ситуации. Информационная панель в рубке капитана засияла, как новогодняя ёлка, сигнализируя о готовности каждого отсека в том числе.

– Ну, Петрович, с Богом! – тихонько кивнул своему старому другу капитан, переводя управление кораблем на себя.

– И тебе не болеть, Павел Сергеевич, – шепотом отозвался старпом, крепко вцепившись в подлокотник.

Космический корабль ДК-73 начал аварийный спуск к планете Фабула. Экипаж всеми силами пытался притормозить стремительное падение корабля. Перегрузка возрастала, руки еле двигались, тело вжимало в кресло, дышать становилось труднее. Почти все «пассажиры» потеряли сознание, только несколько крепких мужчин еще держались. Команду исследователей не готовили так серьезно, как экипаж, да и отбор в экспедицию осуществлялся не по выносливости, а по несколько иным параметрам. Человек прежде всего должен быть знатоком своего дела, уметь находить ответы на вопросы, которые, безусловно, будут возникать при изучении новой, совсем недавно открытой планеты и на которую еще не ступала нога человека. И именно эти «первые ноги» и вез корабль на Фабулу. К тому, что произойдет сбой системы, да плюс еще ряд непредвиденных обстоятельств только усугубят ситуацию, не был готов даже капитан. Сейчас ему было не до «разбора полетов», сейчас мозг и руки были заняты исключительно посадкой ДК-73, не дать ему свалиться в штопор и главное спасти людей.

Поверхность планеты стремительно приближалась... Вот они: океаны, леса, горы - как на ладони. Надо сказать, что Фабула была ну очень «земная» планета. Когда пришли данные от роботов разведчиков, вернувшихся из этой звездной системы, все были просто шокированы: планета с практически идентичным составом атмосферы, плюс вода, материки, горы, реки, равнины и буйная зеленая растительность. Ничего необычного, все как на Земле, с той лишь разницей, что материков меньше и форма у них иная, но главное, не обнаружено признаков цивилизации. Это не значило, что сразу отбросили вероятность наличия разумной жизни, но то, что этот разум еще находится в стадии развития – было очевидным.

Планета как магнит притягивала к себе землян. Такая удача, найти мир-двойник! С того времени, как люди вышли в дальний космос и начали осваивать иные миры, создавать колонии, на Земле все перевернулось, начался новый виток развития общества. Промышленность получила толчок к производству оборудования и товаров, необходимых для колонизации, сократилась безработица, понадобилось много людей, для освоения открытых миров. Недовольным кастам и организациям комитет отдавал бесплатно если не целые материки, то приличные площади для заселения и развития. Хочешь построить свой мир- лети, бери и строй, а там уже история рассудит, чья теория мировоззрения была права, кто выживет, а кто разочаруется, у кого получится, а кто вернется к прежним, земным, законам.

На Земле после смутных времен наступило перемирие. У каждого появился выбор. Вот только планет, пригодных для колонизации находили мало. Тем и ценна была Фабула, от того и сроки на подготовку экспедиции были минимальны, да и цели разведки не грандиозные, а чисто потребительские: есть ли разумная жизнь, где лучше разбить первые города, что съедобно, а чего или кого надо опасаться. Все остальное – уже по ходу заселения.

И вот под ними расстилалась водная гладь и лишь на горизонте едва темнела суша.

– Только бы не в океан, – простонал Петрович, – а то наш ДК не водоплавающий. Да и я пловец хреновый, могу не догрести до берега.

– Да знаю я все, – сжав зубы, отозвался капитан, – попробую дотянуть «семь-три» до суши.

Корабль сильно трясло. Все системы издавали жалобный вой, как бы прося оставить их, наконец- то, в покое. Автоматика захлебывалась, пытаясь всеми своими фибрами рапортовать и сигналить об очередных сбоях и поломках. Но гордость земной техники все еще держался и нес измотанных перегрузками и напуганных людей на чужую планету.

Павел Сергеевич всматривался в дрожащий и мигающий экран, пытаясь хоть что-то рассмотреть. Расстилавшийся до этого под ними океан упирался в обрывистые скалистые берега. А дальше шла горная цепь.

- Сегодня точно не наш день, - вздохнул Петрович, понимая, что врезаться в скалы не самый лучший вариант посадки.

На счастье землян горный массив был невысок и не широк, за ним виднелась зеленая узкая равнина, а чуть дальше поднимался лес.

– Сергеич, держи его, родной, – взмолился старший помощник, – горы перемахнем, а там будь, что будет.

– Сам знаю. Вижу в лесу проплешину. Попробую туда посадить.

Корабль с воем снижался, грозя плюхнуться всей своей массой на любого, кто не успел спрятаться.

Сказать, что посадка была жесткой – ничего не сказать. Анти перегрузочные кресла отрабатывали на всю свою мощь, но этого было мало. Корпус корабля принял на себя основной удар, погашая энергию и давая людям возможность выжить. И вот оно соприкосновение с чужой землей, удар…

Внутри воцарилась зловещая тишина, если не считать последних «стонов» умирающей техники. Постепенно люди стали приходить в себя, помогая тем, кто нуждался в посторонней помощи.

«Всем внимание, говорит капитан корабля, – разнеслось по отсекам.– Медперсонал проводит осмотр пострадавших и предоставляет мне сводку по личному составу. Начальникам отделов через десять минут доложить о техническом состоянии корабля. Биохимическому отделу срочно сделать окончательный анализ забортного воздуха… по возможности, - добавил он. - Результат доложить также через десять минут. Всё»

Корабль качнуло, и носовая часть слегка приподнялась относительно хвоста.

– Петрович, включи расширенный обзор, посмотрим, куда мы сели.

Нехотя, потрескивая, экран расползался на всю стену рубки, показывая панорамный вид окружающей местности. Капитану все же удалось приземлить терпящий бедствие ДК-73 на лесную проплешину. Это был плюс, но вот вокруг… У носовой части впритык, стеной возвышались величественные деревья. Крушение космического корабля оставило немалые следы: обрубленные верхушки и поваленные стволы уродовали нетронутый цивилизацией лесной пейзаж.

Внимательно осмотрев окрестности, ни капитан, ни помощник не увидели каких-либо признаков инопланетной фауны. Впрочем, это было логично, любое мыслящее, даже дикое существо, убежало бы от звуков падающей с неба неизвестной махины.

– Дай увеличение, – скомандовал Павел Сергеевич.

Петрович приблизил картинку:

– А чё, нормальная планетка, жить можно.

– Да уж… Удачно сели, – капитан поморщился, прижимая к себе поврежденную руку. – Теперь посмотрим поближе, на чем мы лежим.

Он переключил камеры и поставил на максимальное приближение. Не все приборы отозвались, но часть все же уцелела и кусками выдавала информацию, по которой можно было сложить мало-мальски приемлемую картину. На экране зеленая лужайка стала приближаться, вот уже можно различить отдельные лепестки чужих растений. Что-то поблескивало между стеблями.

–Вода? – Петрович внимательно вглядывался в экран.

– А не болото ли это?

Старший помощник переглянулись с капитаном, у обоих вновь промелькнула мысль, что сегодня точно не их день. И как бы отвечая на не высказанную мысль, корабль вновь вздрогнул и ещё больше задрал нос.

В это время с докладом в рубку вошел главный инженер, за ним протиснулись и другие начальники отделов.

– Как люди? – в первую очередь капитан обратился к врачу.

– Четверо погибли, все из двенадцатого отсека, куда пришелся основной удар.

- Отсек получил пробоину при посадке, - подключился к докладу второй помощник. - Автоматика вовремя сработала, люди успели покинуть помещение до полной блокировки, но спасти удалось не всех.

- Я не Бог и даже моя техника не всесильна, - развел руками Юрий. - Вот список погибших. У Марины, биолога, травма головы, но, думаю, все будет нормально, если дня четыре её не тревожить. Еще у двоих перелом руки, у одного пару ребер сломано, остальные отделались синяками и ссадинами. Павел Сергеевич, что с рукой? Давайте посмотрю.

– Потом, – отмахнулся от врача капитан. – Сигнал бедствия отправили? Маяк вовремя отстрелили?

–Не беспокойтесь, все сделали согласно инструкции, – начал доклад связист.– SOS ушел в первые минуты падения, маяк с сигналом бедствия повис на орбите. А вот на данный момент мы остались без дальней связи, так как перегрузка вывела передатчик из строя.

– Жаль, что связи нет, но хорошо, что успели сообщить о бедствии. Что с двигателем?

Главный инженер вздохнул:

– Хм… Одним словом: хреново, прошу прощения, надежды на реанимацию нет. Да и практически все оборудование в хлам. Корабль точно уже не поднять в космос, но наладить жизнеобеспечение экипажа – вполне возможно, если без изысков, соблюдая экономию ресурсов и очень постараться.

– Что ни новость, то плохая, одна надежда на биохимиков, – капитан посмотрел на Елену.– Докладывайте.

Елена развернула распечатку:

– Пробы, взятые только что, ничем не отличаются, от тех, что были получены нами от роботов-разведчиков. Воздушная среда в норме, кислорода чуть больше, чем на Земле, но не настолько, чтоб почувствовать головокружение. Вредных примесей нет. Экипаж ещё на орбите вакцинирован от иноземных микроорганизмов. Хорошо бы понаблюдать и взять пробы грунта и воды, но, понимая нестандартность ситуации, даю разрешение на выход контрольной группы с соблюдением необходимых защитных мер.

– Это каких мер? – не понял связист.

– Элементарных: не пить местную воду, не есть местные растения, по приходу на корабль принимать дезинфицирующий душ. Ну и хотелось бы, чтоб маски надевали. Только боюсь, с этим все равно проблемы будут, – вздохнула Лена, понимая, что работать в масках очень неудобно, а дышать трудно. Да и не дают они особого эффекта, скорее для успокоения совести тех, кто прописал данные меры.

– Так, Петрович, – капитан повернулся в помощнику, – возьми трех человек, выйди, посмотри, на чем мы лежим, да и окрестности тоже осмотрите, нет ли чего интересного или опасного? Заодно возьмите пробы грунта, ну и воды, если найдете. От корабля далеко не уходить. Один постоянно на страже. Да! Оружие в сейфе возьми, мало ли что...

Петрович без лишних вопросов сразу отправился выполнять приказ капитана.

- И без геройства там, - крикнул ему в спину Павел Сергеевич, хотя полностью доверял своему старому другу и знал, что в здравом уме тому не откажешь. – Всё. Все свободны, занимайтесь своими непосредственными обязанностями.

Капитан тяжело опустился в кресло. Все невесело покидали рубку, в полголоса переговариваясь.

– Павел Сергеевич, давайте посмотрю вашу руку, - судовой врач, уже раскрывал свой переносной мед-центр.

– Давай, – согласился капитан, отдаваясь во власть Юры.

Доктор был молод, но достаточно опытен, имел за плечами три дальних рейса. Обычно в рейсах врачам особо делать нечего. Исключения – разведка дальнего космоса. Их случай как раз и подходил под категорию «Исключения». Да ещё и аварийная посадка, что совсем выбивалось из колеи. Но Юрий не собирался давать никому повода усомниться в своих навыках и способностях. Он решительно снял с капитана китель, прошелся медицинским щупом по шее, спине, ребрам, затем пришел черед рукам и ногам. Щуп пискнул, издал тихое шипение и вколол под кожу пациента лекарство. Затем невозмутимо сжался и свернулсявокруг прибора, всем своим видом говоря, что он свою работу сделал.

– Вывих обыкновенный, – констатировал доктор. – Сейчас вправлю сустав и наложу фиксирующую повязку. Потерпите, будет немного больно.

– Не кисейная барышня, правь.

Юрий с силой дернул руку, вставляя сустав на место. По лицу капитана пробежала легкая гримаса боли, но он быстро справился с чувствами. Затем доктор наложил тугую повязку.

–Дня три руку не беспокоить.

– Слушаюсь, только мы не в санатории, сам понимаешь.

– Понимаю. Пойду к Марине, посмотрю, как она.

Юра вышел, оставив капитана одного.

Павел Сергеевич - старый космический волк. Старый не в смысле возраста, ему всего-то пятьдесят шесть лет, а в смысле опыта. Начинал межпланетным перевозчиком, затем перешел в отдел разведки и исследований. Четыре экспедиции прошли под его командованием успешно. И вот на тебе, в пятой что-то пошло не так. Ведь все было штатно: вынырнули в созвездии Гидры, как раз у нужной звезды, подошли к орбите Фабулы, две недели кружили вокруг нее, и тут, как на грех, при запуске двигателей для запланированного снижения на планету, произошла невероятная цепочка случайностей, приведшая к поломке основного блока тяги. Чудо, что вообще сели.

Приход старпома вывел капитана из размышлений о причине аварии и о том, все ли он сделал так, как нужно, где ошибся, где тот момент, когда все встало с ног на голову. Мысли, что это его вина витали в воздухе, но в уверенную версию, так и не сформировались. Не видел он, где ошибся, да и никто другой. Все выполняли то, что было необходимо, без косяков и разгильдяйства. Но все равно все пошло не так…

Капитан машинально покачал головой, отгоняя навязчивые мысли:

– Ну что там?

– Аврал, вот что! – весь вид старпома говорил о том, что он не шутит.

– Конкретнее можешь?

– Конкретнее – тонем в болоте. По моим подсчетам через два часа полностью засосет.

– Ты уверен? Два часа и не больше?

– Обижаешь. У меня все точно, – Петрович кивнул на свои часы с секундомером. – Хвост уже наполовину ушел. Надо эвакуироваться с носа, там берег рядом. Я уже послал ребят повалить с десяток деревьев, сделать настил, и расчистить место на твердом берегу для выгрузки людей и оборудования.

– Хорошо, Петрович. Когда настил будет готов, скажи чтоб сразу мне доложили, я сделаю объявления об экстренной эвакуации. На тебе – сбор и монтаж оборудования.

«Внимание! – в очередной за сегодняшний день раз, разнесся по кораблю голос капитана. – Объявляется срочная эвакуация. В нашем распоряжении полтора часа до затопления корабля. Эвакуация производится с первого по пятый носовые выходы. Выносим все, что может пригодиться для жизни в диких условиях. В первую очередь продукты, вода и инструменты. Старпом отвечает за эвакуацию на корабле, второй помощник – организовывает прием и складирование оборудования на берегу. Главврач отвечает за эвакуацию раненых и медицинского оборудования. Научные сотрудники покидают корабль сразу после раненых, затем члены экипажа. Соблюдаем спокойствие и порядок»

За два часа вынести все из корабля – нереально. Капитан осмотрел рубку. Первым делом судовой журнал, карты, документы. Система навигации на земле вряд ли пригодится. Достал аварийный ящик (всегда думал, что это полный атавизм): сигнальные ракеты, компас, компактная надувная резиновая лодка, аккумулятор, фонарик, работающий от простой мускульной силы ладони, трос, непромокаемые спички и бутылочка с этикеткой «Яд». Не густо.

Из каюты забрал одеяло, сменное белье, форменный кортик повесил на пояс. На полке стояло фото погибшей жены. Вспомнил, как пять лет назад, возвратился её исследовательский корабль с планеты Круп. Вернулись все, кроме Наташи. Она была фанатом своего дела. Могла сутки напролет ковыряться в своих пробирках и мензурках. И вот доисследовалась. Сказали несчастный случай, у него не было причин в этом усомниться, да и имело ли смысл, если ее все равно не вернуть.

Павел Сергеевич положил фото во внутренний карман, оглядел ещё раз помещение. Больше брать было нечего.

На корабле стояла суматоха. Вещи и оборудование, не упаковывая, просто выносили на берег. Люди как муравьи сновали туда-сюда, причем туда бегом, а обратно нагруженные по самую макушку. Все понимали, что любая мелочь из цивилизованного мира может стать хорошим подспорьем в выживании. А что их ждет на чужой планете - никто не знал, да и думать пока об этом было некогда. Сейчас стояла задача спасти необходимый запас еды, взять максимум инвентаря и медикаментов. А вот тут корабельному врачу пришлось труднее всего. Мед-отсек был оборудован по последнему слову медицинской техники, но все это было бесполезно вне корабля. Юрию ничего не оставалось, как только собрать все имеющиеся лекарственные препараты и перевязочные материалы в пластиковые контейнеры. Он с жалостью посмотрел на реаниматор, но, увы…

Старший помощник контролировал процесс выгрузки. Продуктовый склад почти опустел, то немного оружие, что имелось на корабле, перенесли в первую очередь, остальное – по возможности, что брать из личных вещей каждый решал сам за себя.

Петрович стоял в коридоре, подгоняя замешкавшихся и направляя порожних в нужные отсеки. В проеме коридора появился молодой сотрудник научной экспедиции и тащил к выходу робота-уборщика.

– Ты бы ещё сортир взял! – в сердцах прикрикнул на него старпом. – Соображать надо! Оставь этого монстра в покое. Срежь лучше все страховочные канаты с коридоров и тащи их наружу.

Корабль уже чувствительно покачивался и вздрагивал. Очевидно, нос лежал на более твердом грунте и тормозил погружение. В результате образовался крен под тридцать градусов, что ещё более затруднило эвакуацию. Вскоре два боковых выхода пришлось закрыть, так как вода стала заливаться вовнутрь, а потом еще один.

– Завершить выгрузку! Всем покинуть корабль! – командирский голос капитана разнесся по отсекам и был подхвачен далее.

Капитан стоял на носу корабля. На берегу толпились люди, в беспорядке лежали кучи оборудования и вещей.

– Петрович, сделайте перекличку.

– Все на берегу, – после недолгой сверки личного состава доложил старпом.

Капитан в последний раз посмотрел на тонущий корабль, затем решительно вступил на импровизированный мост.

Минут через двадцать на поверхности не осталось и следа от огромного космического корабля, так бесстрашно бороздившего просторы Вселенной и так печально сдавшегося перед инопланетным болотом. Несколько женщин всхлипнули, мужчины сняли головные уборы, а команда приложила руки к козырькам, отдавая последние почести ДК-73.

Мрачное созерцание черного водяного пятна на болоте и поднимающихся с глубины пузырьков воздуха затянулось, и капитан это чувствовал. Нельзя давать повод людям для отчаяния, надо заставить их что-то делать, иначе дурные мысли точно начнут роиться в их головах, сея панику и чувство безысходности. А этого Павел Сергеевич допустить не мог. Он - капитан, только он отвечает за каждого вверенного ему человека. Если за команду можно было не переживать, люди там все прошли специальную подготовку, приучены к строгой дисциплине, без которой в космосе делать нечего, то штатские… Обычные научные сотрудники, многие далеки от спорта, есть и «светила науки», которые не привыклиникому подчинятся, ну и, конечно, простоженщины, существа нежные и капризные. Вот от них Павел Сергеевич ждал самых больших проблем в сложившейся ситуации. А проблемы ему не нужны.

Он внутренне вздохнул своим невеселым мыслям, отгоняя их прочь. Оглядевшись и найдя подходящий ящик, капитан взобрался на него, поправил повязку на руке и обвел взглядом сразу притихших людей.

– Поздравляю с высадкой на Фабулу. Пусть прибытие произошло не так, как было запланировано, но мы все же сюда добрались и будем выполнять поставленную перед нами задачу. Не забываем, что у нас научно-исследовательская миссия, и никто эту миссию не отменял. Научных сотрудников прошу об этом не забывать и ответственно подойти к поставленной перед вами задачи. А пока работники камбуза организовывают обед, остальные сортируют вещи, составляют список. Начальники отделов, собираемся на планёрку у… – капитан оглянулся и потом кивнул в сторону приметного растения, – …у кривого дерева. Олег! Подойди ко мне.

Крепкий молодой парень подскочил к капитану и привычно козырнул.

– Олег, - капитан спрыгнул с ящика и понизил голос, - ты возьми ещё кого-нибудь в помощь, надо похоронить наших людей. Присмотри место повыше, чтоб не в болоте, словом, сам понимаешь…

– Всё сделаем, Павел Сергеевич.

Парень свистнул кому-то в толпу и стал выискивать в ворохе вещей лопаты.

Импровизированный штаб раскинулся чуть в стороне от основной массы вещей и людей. На небольшом пригорке росло высокое дерево с роскошной кроной. Только ствол дерева в метре от земли причудливо изгибался, как будто огибал невидимое препятствие. Под ним и расположились теперь уже бывшие космонавты.

– Объяснять, что с нами произошло, не буду – сами всё знаете, – начал Павел Сергеевич.– Нам сейчас надо выработать план действий на ближайшие дни.

– Почему только на ближайшие дни? – удивился второй помощник.– Насколько я понимаю, мы здесь застряли надолго.

– Все правильно понимаешь, Герман, но чтобы строить планы на более долгий срок, нам нужна информация, а это тоже время. Сейчас первая задача устроить ночлег, организовать питание и охрану. Необходимо сделать инвентаризацию, прикинуть наши ресурсы и продолжать изучать окружающий нас новый мир. Дел много, а людей мало. Нас осталось сорок девять, из них одна – тяжелораненная, и трое травмированы.

–Четверо, – поправила Елена, – вы себя не посчитали.

– Крепких парней разделить на три группы, – игнорируя замечание, продолжал капитан.– Первая группа займется разбивкой лагеря и постройкой временных убежищ, вторая возьмет оружие и рассредоточится по периметру. Сообразите там по ходу дела, как и чем можно загородить лагерь.

– Это в смысле изгороди, частокола, сигнализации?– уточнил Петрович.

– Точно. Ты и возглавишь эту группу. Второй помощник руководит первой группой.

– Хорошо, – кивнул старпом. – А третья группа что делает?

– Третья отдыхает. А к ночи сменит охрану. Да, кстати, когда здесь ночь будет?

Все переглянулись. Планетолог погибла, а заглянуть в её записи, как-то времени не было, своих дел хватало.

– Насколько я помню, – начала Лена, глядя на солнце, – она говорила, что сутки здесь длятся двадцать два наших часа. Следовательно, часа через три- четыре.

– Не разбежишься, – прокомментировал Максим.

– Да уж. Вопросы есть?– Капитан окинул всех взглядом.

Герман хотел было что-то спросить, но замялся и покачал головой.

– Тогда всё, разошлись.

Работа в лагере кипела. Над медблоком натянули пару простыней. Юра хлопотал возле Марины, которая все еще оставалась без сознания. Спешная эвакуация пошла ей не на пользу, пришлось отключить от стимулирующих аппаратов и положиться на крепость ее организма. Доктор сидел возле нее, но от бессилия ему хотелось просто выть.

Герман руководил постройкой жилья. Было принято решение пока сделать два дома – женский и мужской. Высокие крепкие деревья вокруг – отличный строительный материал, а современный лазерный резак – прекрасно их валил, только успевай отбежать в сторону. И вот уже треск сломанных веток и крики «поберегись!» оптимистично разнеслись по округе. Только после того, как свалили четыре дерева и кое-как их обтесали, решили сделать из них остов будущей постройки. Вот тут-то все поняли, что понятия не имеют, как его делать. Современный человек давно отошел от примитивных построек. Большие дома строили с помощью специальной техникии используя готовые блоки. Временное жилье, как правило, было самосборное, надувное, но у них на корабле такого оборудования не было. Изначально планировалось, что корабль сядет на планету и будет служить базой для сотрудников. Да и смысла не было жить на дикой планете в походных условия, подвергая себя каждый день опасности, когда под рукой все удобства, и хорошо оснащенные лаборатории. И вот корабля под рукой нет, а есть только огромные деревья вокруг и ничего из строительной техники.

Старший помощник хоть и слыл человеком гордым и самолюбивым, но дураком он не был. Герман смотрел на бревна и понимал, что это была неверная идея, хотя и такая привлекательная.

– Никто на строителя не учился? – с издёвкой спросил Макс. – И как вас только в космос взяли! А подъемный кран ни у кого не завалялся? И по карманам проверили?

– Хватит хохмить, – прервал его Герман.– Меняем тактику. Строим несколько маленьких шалашей. Небольшие гибкие деревья ставим под углом друг к другу. Сверху сплетаем их веток что-то типа сетки, а на нее набросаем листья. Пол выравниваем, очищаем от камней, делаем мягкую подстилку их мха, травы, ну и что тут еще можно найти подходящего.

–А бревна куда? – кивнув на уже спиленные деревья, спросил Ким.

– Оставить пока так как есть, некогда сейчас, потом распилим на дрова, – распорядился второй помощник.

Работа снова закипела. Периодически кто-нибудь вскрикивал и ойкал. Юра только успевал обрабатывать ссадины и порезы. Внезапно, громкая неприличная брань разнеслась на весь лагерь. Мужчины кинулись на место происшествия. Женька, громко ругаясь, отмахивался от каких-то беленьких букашек, которые буквально облепили его. Пару человек попытались ему помочь, сбивая их куртками, но букашки набросились на вновь подошедших людей. Спас положение сообразительный Жорик, притащивший горящую ветку и обкурив дымом все вокруг.

–Откуда они взялись?

– Я рубил ветку, – Женьки кивнул на стоящее рядом дерево, – а они из трещины как набросились!

Елена осмотрела ствол.

– Вероятно, мы потревожили их гнездо, – высказала она свое мнение. – Надо все здесь ещё раз хорошо обкурить дымом. А я возьму пару жучков на исследование. Надеюсь, они не ядовитые.

– Ядовитые?!– Женька побелел от страха.– Это что же получается, бравый космолетчик Евгений погибнет от какой-то мелкой букашки?!

– Спокойно, бравый космолетчик. Подойди ко мне, я обработаю укусы, – доктор достал из аптечки вату и смочил её в дезинфицирующем растворе.

– Жорик, обкури все вокруг, – приказал Герман.– И давайте разведем по периметру несколько дымящих костров, чтоб больше никакая живность нас не тревожила. А ты, – обратился он к Жене, – в следующий раз следи за своими выражениями, не в кабаке.

– Так, я ж от неожиданности, – оправдывался Женька.

– А в штанах неожиданность не появилась?

Все дружно загоготали и разошлись по своим местам.

В то время как мужчины пыхтели над строительством временного жилья, женщины пытались организовать кухню. Им тоже приходилось несладко. На корабле процесс приготовления пищи был автоматизирован. Повару оставалось только загрузить нужное количество продуктов в аппарат, да набрать код меню, все остальное – дело техники. А зачастую и продукты поступали напрямую из биосинтезатора. Так что как такового шеф-повара на корабле не было. Только несколько камбузных матросов повахтово дежурили на кухне, следя за исправностью оборудования, да надраивая полы и столы.

Тем не менее, посуда на камбузе была, но в малом количестве, исключительно для гурманов, любящих себя побаловать время от времени чем-то самодельным. Столовых приборов хватало, но в сложившейся ситуации главным вопросом стало: «в чем варить?» Нашлись три двухлитровых кастрюли, одна кастрюля литра на три и две сковороды. Плюс несколько пластиковых кофейников, которые в данных условия годились только для хранения воды. С продуктами ещё хуже. Биосинтезатор пищи большой и громоздкий, и демонтировать его не было возможности. Да и при отсутствии электроэнергии все равно был бы бесполезен. Так что в наличии имелись три ящика тушенки, ящик сгущенного молока, пару ящиков различных рыбных консервов, яичный порошок, немного сухих хлебцов, порошковые соки, чай, кофе, мешок сахара, соль, кое-что их специй, мешок риса, мешок макарон и ещё какие-то сушеные полуфабрикаты. На первое время хватить, но вот что будет дальше?..

Командовать кухней взялась Сима Абрамовна. За большой жизненный опыт, ум и доброту, все на корабле называли её баба Сима. И не потому, что ей всего-то было пятьдесят два года, а потому, что основная масса людей на корабле были люди молодые и, наверное, немного тосковали по отеческой заботе, которую с такой теплотой раздавала всем Сима.

Сима Абрамовна человек примечательный. Почти всю свою жизнь она провела на Земле безвылетно. Сима считала, что обязательно сама должна воспитать своих детей, а не перекладывать эту роль на государство. Вместе с каждым из трех своих сыновей она умудрилась заочно окончить институт по той же специальности, что и они. На вопрос, зачем ей это надо, отвечала, что она должна знать, о чем говорят её дети. В результате имела три диплома и большой опыт в ведении домашнего хозяйства. Когда сыновья разлетелись в разные стороны, решила и сама устроиться работать на какой-нибудь корабль. И вот это была её вторая экспедиция на ДК-73.

Первым делом, баба Сима организовала сортировку продуктов. То, что могла съесть местная живность, было подвешено на ветвях, остальное описано и аккуратно разложено у раскидистого дерева. Вскоре на поляне появилось три костровища, оборудованные деревянными треногами и крюками из проволоки. В хозяйстве боцмана нашлись два пожарных ведра, не очень удобных, но выбора у потерпевших крушения не было. Спасибо и на этом. И вот уже по лагерю поплыл аромат «макарон по-флотски», а в кастрюлях закипал чай и кофе. Сушеные хлебцы, размоченные в воде и поджаренные на сковородках, выглядели аппетитно.

Сима подошла к капитану:

– Ужин готов. Я могу созывать народ?

– Да, пожалуй, а то скоро стемнеет.

Она застучала поварешкой о крышку кастрюли. Со всех концов лагеря потянулись уставшие и голодные люди. Поваленные бревна оказались кстати, сидеть на них было удобнее, чем на голой земле. Ужинали молча. Утомленные непривычной тяжелой физической работой, люди наслаждались нехитрой едой и отдыхом. Темнело. Дымовые костры разгоняли насекомых, или их совсем не было на этой планете. Никто не досаждал землян, что не могло не радовать. За чаем, вокруг потрескивающего костра, стали обсуждать дальнейшие планы.

– Давайте я пока объясню всем присутствующим, сложившуюся на сегодняшний момент обстановку,– взял слово капитан. – В момент аварии мы успели послать сигнал бедствия и оставить на орбите позывной маяк. Но вы сами прекрасно знаете, что межгалактическая связь не совершенна, и идёт через ряд маяков. По моим подсчетам, помощи нам ждать лет пять. Если, конечно, не случится чуда, и мимо Фабулы не пролетит какой-нибудь корабль, и не услышит сигнал бедствия от орбитального маяка. Но на это надеяться не стоит – район не изучен и здесь никто не летает. Так что надо обустраиваться здесь надолго. Вы знаете, что наша экспедиция предполагала только разведку планеты Фабула, а не поселение на ней. В нашу задачу входили сбор первичной информации, поиск разумных существ, создание карт, ну и тому подобное. Для колонизации мы не готовы. У нас нет ни техники, ни запаса продовольствия, нет семян и инструментов. И, главное, у нас мало людей. Но, мы с вами цивилизованные, образованные люди, поэтому, я надеюсь, нам не составит большого труда опуститься в каменный век.

–Что и мамонты будут?– хихикнул Женька.

– Ты с жучками сначала научись справляться, – Жорик, ткнул Женьку в бок.– Вон как сегодня кричал, мы уж думали всё, съели нашего Женьку.

Капитан, улыбнувшись, продолжил:

– Придется всем вспомнить все, что учили по истории, все, что где-то когда-то читали про дикие времена. Нам надо сделать оружие, так как батареи наших бластеров скоро сядут, а подзаряжать их негде. Кто-нибудь знает, как изготавливать лук и стрелы?

Капитан внимательно посмотрел на окружающих. Все отрицательно покачали головой.

– Жаль. Придется учиться экспериментальным путем. Так, теперь о лагере. Если вы помните, на планете два материка: в западном полушарии поменьше и расположен практически на экваторе, а в восточном полушарии – большой и расположен севернее экватора. Изначально мы планировали высадку в глубине восточного материка, где-то километров на пятьсот северо-восточнее нашего теперешнего местоположения. Идти туда не вижу смысла. Предлагаю вернуться назад к горному массиву, который мы недавно благополучно миновали. Во-первых, там могут быть пещеры, пригодные для жилья. Как выяснилось, строить из бревен у нас плохо получается, да и долго. Во-вторых, у подножия имеется небольшая равнина, которая хорошо просматривается, что облегчит нам защиту лагеря, и к тому же, на ней можно заняться сельским хозяйством. В-третьих, с гор течет речка. Вероятно, она же и образует данное болото. Ну и ещё одна причина – это подальше от леса, где могут скрываться опасные животные.

–Но и от леса нельзя далеко отходить, – вмешалась Лена, – это источник питания и стройматериалов.

– Согласен, – кивнул Павел Сергеевич, – тогда будем искать место, где лес подходит поближе к горам. Кстати, Лена, что у нас с биотой?

– Те экземпляры, которые я сегодня успела собрать и исследовать в данных условиях, никаких ядов и токсинов не содержат. Жучки, напавшие на Женю, не ядовитые, но лучше им не попадаться, так как они всё же кусаются. Поймала ещё три вида различных насекомых. Один из них также кусающийся, но не смертельный. Исследовала пару плодов – анализатор выдал с вероятностью 99%, что они съедобны. Пока всё.

– А я видел животное,– вставил один из охранников, – прыгало по веткам, как наша белка, только не такое лохматое и хвост короче.

– Ну, я думаю, что живности здесь достаточно и в ближайшее время мы, так или иначе, столкнемся с ней. Причем не только безобидные и пушистые белочки и зайчики, но и хищники будут. Так что не теряем бдительности.

Вдалеке послышались раскаты грома.

– Грозы нам только не хватало, – пробурчал Герман. – А как тут вообще с климатом?

– Насколько мы успели выяснить, – ответила Сима,– лето на данном материке теплое, умеренное, зима не ниже минус пятнадцати, грозы, очевидно, тоже бывают. Увы, больше ничего конкретнее сказать не могу, слишком малый период наблюдения был.

Раскаты грома вновь прокатились над головами людей. Из лесу доносились всевозможные звуки, говорившие о том, что жизнь в лесу кипит. Как бы в подтверждение недавних Лениных слов, пару раз на поляну выскакивали небольшие животные, но стремительно убегали назад, не давая себя как следует рассмотреть. Люди устало попивали остывший чай, опасливо поглядывая на затянутое тучами небо и прислушиваясь к такому земному раскату грома.

– Предлагаю всем ложиться спать,– Юра встал с бревна, – день был сложный, завтра у всех с непривычки будут болеть мышцы. Так что, жду особо страдающих, утром ко мне на массаж. Спокойной ночи.

Доктор ушел в сделанный на скорую руку шалаш. За ним потихоньку потянулись и остальные. Через полчаса поляна опустела. Лишь дежурные тихонько переговаривалась и подкидывала ветки в сторожевые костры.

Лёжа на жестком полу шалаша, капитан никак не мог уснуть. Забарабанили капли дождя. Гроза была совсем некстати. Люди и так вымотались за день, им необходим отдых. А как тут уснешь, когда за шиворот вода польется. В том, что шалаши не выдержат напора стихии, никто и не сомневался. Но сейчас уже ничего нельзя сделать. Придется терпеть. Под равномерный стук капель, капитан все же уснул.

– Капитан! – кто-то тряс его за плечо. – Вставайте!

– Тише ты. Что случилось?

– Потоп, болото выходит из берегов, уже подходит к шалашам.

– Буди всех, – скомандовал Павел Сергеевич.

Люди выскакивали из шалашей. К капитану бежал старпом и главный инженер.

– Надо быстрей уходить отсюда! – на ходу кричал Петрович.– Вода сейчас все затопит к чертовой матери!

– Главное - берем продукты, оружие, хозинвентарь, – командовал капитан. – Быстро идем в направлении гор. Иван Иванович, давай вперед с факелом, будешь указывать дорогу. Всем идти друг за другом, в сторону не отходить. Женщины и раненые в середину. Я замыкающий.

Люди в потемках хватали первое, что подворачивалось им в руки. Хорошо еще, что продукты сложили отдельно. В первую очередь брали их, затем уже выхватывали из кучи сваленных вещей инвентарь. Времени не оставалось, вода и так дошла уже до колен. Капитан скомандовал всем уходить и бросать оставшееся. Наконец, все двинулись в путь, нагруженные и обвешанные тяжелым грузом. Идти с грузом, да еще и в воде становилось все тяжелей. Дождь лил, как из ведра. Молнии раскалывали небо, освещая путь людям. Гром гремел не переставая, порой пронзая слух на небывалой частоте, то оглушая тяжелыми раскатами, то уходя в ультразвук и сотрясая землю. Нет, это была не земная гроза, это бушевал чужой мир, словно восстав против появления землян. Но люди, сжав зубы, шли, несмотря на стихию, на усталость и на весь этот чертов чужой мир. Кто-то тихо ругался себе под нос, кляня эту чертову планету на чем свет стоит, кто-то молился, кто-то хлюпал носом, стараясь не разреветься и не бросить все, не забиться в истерики. Но все шли, терпели и шли. Оглядываться не было ни сил, ни желания. Все что за спиной, уже в прошлом, теперь только вперед, только так можно выжить. А выжить хотелось всем.

Через некоторое время вода под ногами уже не доходила до колен, и почва стала тверже, впереди замаячил просвет. Лес закончился, но густой кустарник цеплялся за одежду и тюки, мешая продвижению. Гроза стала уходить в сторону. Дождь уже не лил сплошным потоком, а моросил мелкими каплями. Начинало светать. Выбравшись на более-менее ровный участок, капитан скомандовал привал. Все без сил повались там же, где и стояли. «Надо бы выставить охрану» – подумал капитан, но вокруг все уже спали. Юра из последних сил что-то колдовал над Мариной, но вскоре и он уснул, уткнувшись носом в её носилки. Недолго думая, Павел Сергеевич взял оружие и, отгоняя сон и усталость, стал ходить кругами вокруг спящего отряда, посматривая по сторонам. На их счастье гроза отпугнула хищников, и они не беспокоили пришельцев из другого мира.

Павел Сергеевич с тревогой смотрел на спящих измученных людей. Сколько им предстоит ещё вынести? И выдержат ли они, эти по большей части молодые ещё девчонки и мальчишки? Как он будет смотреть в глаза их родителям, если не убережет их. Четверых он уже потерял. Хотелось бы, чтоб эта цифра осталась неизменной.

Через два часа тягостных мыслей и борьбы с усталостью, капитан разбудил старпома, который сменил его на посту. Тяжелый сон не принес покоя душе.

2.

Первый помощник и капитан в очередной раз склонились над картой.

– Вот тут речка, – ткнул пальцем в карту Герман, – надо к ней и двигаться.

– А мы что делаем? Мы и двигаемся, только что-то не видно ее.

Они ещё раз огляделись вокруг. Справа – равнина, впереди – горы, слева – подступает лес. Речки видно не было.

– Какие-то проблемы?– поспешила присоединится к мужчинам Лена, видя их озабоченные лица.

– Угу, речку потеряли, – невесело хмыкнул Герман.– Она должна быть здесь, но что-то не видно.

Лена внимательно посмотрела вокруг, приложив ладонь ко лбу, отгораживаясь от слепящего Ардо.

– Вон там,– она решительно указала налево.

– Ты уверена?– засомневался старпом.

– Да. Смотри, там цвет растительности несколько другой, чем вокруг, следовательно, там иные условия для роста. Что и говорит о наличие потерянной вами речки.

– Элементарно, Ватсон! Вот что значит светило биологии! Мы с тобой до ночи бы искали, - улыбнулся капитан.

- Ну да, это тебе не трехмерные звездные карты читать, - насупился первый помощник, складывая карту, - здесь«точная наука»: лютики-одуванчики…

- Не ворчи, идем, посмотрим, а вдруг Лена ошибается, – капитан уверенным шагом направился в сторону предполагаемой воды.

Речка, как и выдала космическая разведка, оказалась небольшой, не очень глубокой и прозрачной. Каменистое дно заставляло воду бурлить и перекатываться, и не давало водной растительности никакого шанса закрепиться и прорости. Лишь по берегам буйно разрослось разнотравье.

Земляне двинулись вдоль реки против течения, приближаясь к выбранной цели – горам. Идти стало трудней, и не только за счет подъема, но и камни под ногами не облегчали передвижение нагруженным и уставшим людям. Когда светило заметно перевалило через зенит, заветная цель маячила перед ними. Река заканчивалась небольшим водопадом, льющимся прямо из трещины в скале, дальше она исчезала где-то в каменистых недрах.

Все с радостью опустили поклажу, понимая, что на сегодня переход закончен. Скоро начнет темнеть, и надо готовиться к ночлегу. Разведка местности и подбор постоянного места стоянки будет уже завтра. А пока людям нужен отдых, горячий ужин и хоть маленькая, но надежда на то, что впереди будет только лучше.

Смыть пот и пыль в прохладной воде – наслаждение, но не повод для расслабления. Организовали охрану и отправили две группы в горы на разведку, остальные занялись готовкой ночлега и ужином. Дел не просто хватало всем, а свободных рук катастрофически не хватало. Много людей было занято охраной лагеря. Капитан понимал, что первым делом, на новом месте, что бы это ни было: пещера или шалаши, нужно позаботиться о защите лагеря. Так и спокойнее спать, и высвободим людей для повседневных, но обязательных, дел. А дел будет невпроворот… Прежде всего питание, на том, что спасли с корабля долго не протянуть.

– Эх, теперь бы пещерки поуютнее, – Петрович бросил кучу хвороста у ног капитана, прерывая ходего мыслей.

– Лучше уж пятизвездочный отель, – подхватила Лена, так же сваливая собранную добычу из веток и сучьев.

– Мечтатели… хотя, вон там вроде как проем в скале, – капитан указал куда-то вверх и чуть левее. – Подождем разведчиков. Дыра – это еще не значит пещера, там может оказаться как и провал, так и тупик.

– Хоть бы нам повезло?– взмолилась Лена, сцепив ладошки и подняв глаза к небу. – После всех событий последних дней, я уже начинаю думать, что удача от нас отвернулась.

– Не будь пессимисткой, Ленчик, жизнь только начинается.

– Ну да… – вздохнул капитан, – Ох, как быне пришлось за эти пещеры повоевать…

- Надо будет – повоюем, - улыбнулась Лена и пошла за новой партией дров для костра. Ночь будет долгой.

К ужину вернулись разведчики. Опасности никто не заметил, лишь одна группа слышала далекий рык, не предвещающий ничего хорошего. Но что порадовало, это то, что горы сложены мягкими породами и различных трещин и проемов в них предостаточно. На первый взгляд разведчики отметили три прохода в глубину горы, но так как приказа исследовать не было, да и без снаряжения и надлежащей страховки, они не стали рисковать, отложили до утра.

Это было правильное решение. Пороть горячку никогда не стоило. Утро вечера мудренее, как говорит народная мудрость, ну и небо над головой полностью очистилось от туч, давая надежду скитальцам на сухую ночь.

Спасть устроились на одеялах вокруг костров. Жестковато, но выбирать не приходилось. Усталость быстро сморила землян, едва только солнце скрылось за горизонт.

Утром капитан с группой крепких мужчин первым делом поднялись на склон, искать место для будущего лагеря. Первая природная терраса не обнадежила, а вот чуть выше виднелась пара вполне многообещающих широких расщелин.

Подойдя к первой пещере, Павел Сергеевич, стал кидать вовнутрь камни и горящие ветки. Не услышав никакого возмущения, по поводу постороннего вторжения, разведчики двинулись вглубь, освещая себе путь пока еще работающими фонариками. Следов чьего-либо пребывания люди не обнаружили. Лишь небольшие насекомые периодически проползали по стенам и потолку, но агрессии и они не выявляли.

В итоге были найдены и обследованы две вполне пригодные для жилья людей пещеры и, главное, свободные от всякой живности. На склоне нашлось ещё несколько пещер, но они оказались либо слишком узкие, либо низкие. Но, в перспективе, их можно было приспособить под склады или ещё под что-нибудь, а при необходимости - расширить и увеличить. Но это уже было из области фантастики, им бы сейчас выжить, а уж что будет потом - рано загадывать.

Выяснив все это и определившись с местом дальнейшей дислокации землян, Петрович отправился назад за оставшимися людьми, а остальные продолжили осмотр и распланировку будущего лагеря вынужденных поселенцев.

Пещеру выбрали не самую большую, но более удобную. Вход в нее начинался небольшим туннелем и только через пару метров расширялся, образуя зал. Это и стало решающим в выборе , так как природный коридор даст преимущество в обороне и облегчит людям сохранить тепло в холодный сезон. И еще большой зал имел природную перегородку, которую решили немного удлинить и таким образом сделать обособленную комнату для женщин.

Естественные природные ниши и выступы приспособили под склад и полки. Вообще скальная порода здесь оказалась довольно мягкой и легко поддавалась обработке, что облегчило людям формирование «полочек» и «амбаров».

Площадку перед пещерами решили выровнять и устроили на ней летнюю кухню и место для общего сбора. На нижней террасе и сверху обустроили посты для охраны. Из камней сделали укрытия и собрали запас небольших булыжников для метания.

Работа кипела на всех фронтах. Как-то так само собой получилось, что люди разбились по специализации. Образовались охранники, строители, кухарки, так называемые ремесленники, охотники и добытчики. Конечно, все это произошло не в первый день. В первые дни люди только примеряли на себя ту или иную работу. Да и работа в основном была грубая, строительно–таскательная. Пищу пока готовили из корабельных припасов. Все силы были брошены на организацию более-менее приемлемых условий жилья и организацию охраны.

Первый день на новом месте омрачился печальным событием. Умерла главный планетолог Марина. Тяжелая травма, полученная во время крушения корабля, эвакуация, а затем ещё и поспешное бегство с болота не дало ей шанса на выздоровление. Отсутствие нормальных условий и специального медицинского оборудования не позволило её спасти. Корабельный врач выбивался из сил, но ничего больше не смог для нее сделать. Недалеко от лагеря, у подножия горы, вырос первый холмик с крестом. Все молчали, провожая в последний путь Марину. Все надеялись, что этот холмик так и останется единственным, но… Все прекрасно понимали, что основные трудности и опасности ещё впереди. Кто знает, что им ещё приготовит Фабула, и сколькими ещё жизнями им придется расплатиться за свое проживание здесь?

На вечернем чае у костра, капитан подвел итоги очередного прошедшего дня:

– Всем спасибо, поработали на славу. У нас есть крыша над головой, что уже хорошо. Уют и удобства придут постепенно. К сожалению, часть вещей и оборудования пришлось бросить у болота, так что нам будет труднее адаптироваться к новым условиям жизни. Гера, завтра нужно поработать с речкой.

– В смысле?– не понял Герман.

– Возьмешь ещё двоих, подумайте, где и как лучше устроить безопасный и удобный забор воды, и ниже забора надо устроить купальню и прачечную. Иван Иванович в свободное от работы время думает, как провести воду к пещерам.

– Наверх, без мотора?– Главный инженер, только покачал головой.

– Гигиена прежде всего, так утверждает наш доктор, и я с ним в этом солидарен. Сима Абрамовна, сколько протянем на корабельных запасах?

– Недели две, если не шиковать.

– Маловато, – вздохнул Павел Сергеевич. – Мужчины завтра продолжают обустраивать жилье, двое – на заготовку дров. Складываем их в ту узкую пещеру, что слева, надо забить ее по максимуму, чтоб дрова всегда были под рукой, не смотря ни на что. Соорудите с помощью веревок волокуши и подъемник. Лена, ты с девочками отправляешься на поиски всего, что можно есть. Один парень с ними в охрану. Далеко не ходите, будьте осторожны. Да, это касается всех: отходить от лагеря только по двое и больше. В группе обязательно наличие оружия.

– А у меня всегда с собой, – Ким вытащил из-за пояса увесистую рогатку.– Во! Бьет метров на пятнадцать.

– Ух, ты, здорово, – подскочил к нему Саня. – А резинку где взял?

– Ну, это… Из трусов вытащил.

– Ким, а трусы то как? На бантике? А ну покажи! – захихикали девчонки.

– Вот дуры, вам бы только ржать. Мужик может и без трусов ходить. В каменном веке вообще все голые ходили, в одних шкурах.

– А у меня подтяжки есть, – встрял Иваныч, – из них целая катапульта получится!

– Ну, я смотрю, творческая мысли заработала, молодцы,– похвалил капитан.– Петрович, охрана расписана?

– Да, все в порядке, – устало отозвался Петрович.

– Хорошо. Отдыхайте,– капитан встал и пошел к пещере.

Молодежь продолжала болтать у костра. Павел Сергеевич, заглянул в пещеру, посмотрел на спящую смену, проверил склад продовольствия, спустился к охранникам.

– Ну что, Максим, все в порядке?

– Да, товарищ капитан, все тихо, – отозвался связист.– Тут недавно из лесу олень выбегал. Не олень, конечно, но очень похож. Рог у него один посреди головы растет, а потом раздваивается. Животное небольшое, с крупную собаку. Вот бы поймать такого, мясо пожарить на углях…– Максим мечтательно облизнулся.

– Это хорошо, что есть дичь. Значит, будет и жаркое и бульон, это точно.

– Чур, я первый на охоту!

– Посмотрим, а пока спокойного дежурства.

Капитан поднялся на верхнюю террасу. Осмотрел все ещё раз уже свысока. Да, не густо пока. Небольшая горстка людей, заброшенная бог весть куда с минимальными средствами для выживания. Жалкое зрелище, если бы он был женщиной, то точно пустил бы слезу. Только он не женщина, да и «слабый пол» приятно удивил капитана: за все это не простое время ни одной истерики и скандала, лишь тихие украдкие всхлипывания, да печальные взгляды. Он еще раз порадовался и мысленно поблагодарил тех людей, кто подбирал команду и научных сотрудников. Люди держались хорошо, не позволяя себе раскисать впадать в панику, а это давала капитану надежду на то, что они продержаться пять долгих лет.

Капитан нашел более-менее ровный участок, лег на спину и стал смотреть на звезды. Рядомо послышался шорох чьих-то неторопливых шагов. Капитан приподнял голову и увидел Лену, идущую к нему.

– Не холодно на голом камне лежать?- в голосе Лены чувствовалась забота.

– Нет, они теплые. Не успели ещё остыть.

– Тогда и я прилягу, не возражаешь?

Она опустилась рядом, он подставил свое здоровое плечо ей под голову. Наверху сияли незнакомые созвездия. Небо Фабулы было просто усыпано звездами, казалось, что на нем нет живого места. Спутников у Фабулы не было, но в безоблачную погоду вполне хватало звезд.

– Красиво, – еле слышно произнесла Лена.

– Звезды всегда и везде красивые.

– Это да, но мне живой мир все равно нравится больше.

– Тебе по статусу положено – ты биолог, а не астроном.

– Если следовать твоей логике, то наш Иваныч только от винтиков и моторчиков умиляться должен.

Легкий, теплый ветерок, обдувал их лица. Приятная истома разливалась по уставшему за день телу.

– Надо здесь потом место для отдыха соорудить.

– Тогда это место сразу станет местом влюбленных, – хмыкнула Лена.

– Ну что ж, и об этом надо думать, жизнь продолжается.

Они помолчали, каждый думая о своем. Капитан вспомнил, как впервые увидел Лену. Он столкнулся с ней в таможенном терминале. Была какая-то заминка с аппаратурой и им пришлось двадцать минут стоять в тесной кабинке досмотрщика. Там они и познакомились. Лена сразу показалась ему очень интересным человеком, и он пригласил её к себе в гости на корабль с надеждой на то, что удастся переманить её к себе на службу. Предыдущий его биолог по случаю беременности только что оставила свой пост. И вот они знакомы уже шесть лет. Лена подружилась с его женой и в нерабочее время часто была у них в гостях. Когда погибла Наташа, Лена всячески его поддерживала. Если б не она, то он, возможно, и не вернулся бы в космос. И вот теперь Ленка стала для него самым дорогим человеком. Но он ужасно боялся себе в этом признаться, а ещё больше он боялся того, что Лена может об этом догадаться. Она такая молодая и красивая, а он – всего лишь старый лысеющий грубый космический волк. Капитан вздохнул.

–Ты завтра в лесу не рискуй, не геройствуйте. За девчонками следи, чтоб все в пределах видимости были.

– Да, понимаю я все, – отмахнулась Лена.– Не маленькая.

«Да, уж, не маленькая…, –горько думала Лена. – Сорок с хвостиком, а что за плечами? Одна работа, ни мужа, ни детей. Умру, и никакого следа от меня не останется».

– Ты лучше мне, Паша, честно скажи – мы выживем?

Капитан приподнялся, посмотрел Лене в глаза:

– Обязательно! Может не все, но многие. А это того стоит.

– Ладно, товарищ капитан, пойдем спать.

«Вот и еще один день продержались», - подумал капитан, засыпая.

– Эй, добытчицы, чего вы там копаетесь? – Ким уже стоял у подножия горы с оружием наперевес.– Зверье все наши фрукты съедят!

– Идем, – отозвалась Лена.

Очередной поход в лес на поиск и сбор съедобных растений. Женщины, с сумками через плечо, шли вереницей. Впереди - Ким, сегодня он исполнял роль охраны. Ближайшие деревья и кустарник были уже обобраны от съедобных плодов, поэтому каждый раз им приходилось заходить все дальше от лагеря. Лена то и дело нагибалась к очередному растению, стараясь выкопать его корень. Девочки смотрели в основном по верхушкам деревьев. За несколько дней собирательства, они уже неплохо освоили технику лазанья по деревьям. Сумки потихоньку наполнялись.

– Ой, белка!– вскликнул кто-то из девчонок.

– Где?

– Да вон, на том дереве, – Оля указала рукой направление.

Все задрали головы и увидели животное, прыгающее с ветки на ветку, серого цвета, размером с земную рысь. Внешне оно не очень было похоже на белку. Особенно хвост – он был короткий, плоский и не пушистый. Животное ещё какое-то время покрутилось у них над головами, а затем стремительно заскочило на самую верхушку и прыгнуло на другое дерево. Точнее это был не прыжок, а полет, так как между лапками у зверька раскрылись кожистые перепонки, и он планировал над землей.

– Надо же, – удивилась Лена, – как наши белки-летяги. Природа во всей вселенной думает одинаково. Отсюда и схожесть форм.

– Давайте этого зверька так и будем называть белкой, – предложила Оля.

– Почему нет, – согласилась Лена, – внесем это в судовой журнал.

Сбор продолжился. Девушки ещё обсуждали увиденного зверька, когда Ким сделал знак всем остановиться и замолчать.

– Стойте на месте, впереди просвет, я пойду, посмотрю.

– Я с тобой, – Лена оставила свою сумку и присоединилась к Киму.

Они, пригибаясь, осторожно подошли к крайним деревьям, за которыми начиналось свободное пространство. Поначалу казалось, что это просто поляна, но помня коварное болото, они не торопились делать выводы. Ким, выбрав удобную палку, уже собрался выйти на открытое место, но неожиданное движение в траве и шорох остановили его. Лена и Ким внимательно прислушались, но высокая трава скрывала все, что там происходило.

– Не видно ничего. Я залезу повыше, осмотрюсь. А ты на стреме, – Ким отдал бластер Лене, а сам полез наверх.

Через некоторое время он спустился вниз.

– Ну, что там?

–Олени. Штук шесть. Мне показалось, что там есть вода, и они пришли на водопой.

– Олени – это те, кого видел Максим? – уточнила Лена.

Ким кивнул головой.

– Что будем делать? – спросил он.

– Давай подойдем поближе, – предложила Лена, – хочу на них посмотреть.

Прячась в траве, прощупывая палкой почву под ногами, они украдкой, на полусогнутых, двинулись сквозь заросли. Впереди уже слышался плеск воды и фырканье животных. Лена приподняла голову и увидела этих красавцев. Рог у них и вправду смешной. Животные ещё некоторое время потоптались и ушли в лес. Ким с Леной подошли к водоему. Это оказалось озеро метров десяти в диаметре, с белыми берегами.

– Ба! – обрадовалась Лена. – Так оно соленое. Олени сюда за солью ходят. Это хорошая находка! Ким, надо как-то отметить это место, чтоб потом можно было легко его найти.

– Зачем? Чтобы солевые ванны принимать?

– Ну, и это можно, но главное - это добыча соли. Наших запасов хватит на полгода. А человеку без соли нельзя. Ладно, я пойду за девочками, а ты вешек высоких нарежь.

Пока Ким и Оля к вешкам цепляли цветные кусочки ткани (пришлось пожертвовать одной блузкой), да расставляли их по периметру, женщины продолжали сбор плодов вокруг озера. Лена же набрала целую охапку местных колосков.

– А это зачем?– поинтересовалась Марина.

– Посмотрю, может из этого можно муку сделать.

– А! А я думала, оленей кормить, – хмыкнула она.

– Вас бы прокормить! – улыбнулась Лена. – Ладно, сейчас десять минут на отдых, и возвращаемся. Ким, ты по дороге оставляешь метки.

–Ага, как собачка, лапку задирай под деревьями, – хихикнула Юлька.

–Боюсь, от таких меток всё зверьё в округе перемрет, – огрызнулся он.

Женщины легли на полянке, Ким остался стоять, внимательно следя за лесом.

– Лен, а тебе не кажется, что здесь как-то мало животных? – прервала молчание Марина.

– Ну, не знаю. Конечно, я не вижу на Фабуле такого разнообразия, как на Земле, но их гораздо больше, чем на той же Круп. Ты не забывай, что мы наделали много шума, и часть обитателей ушла от нас подальше. Так что, нам предстоит ещё повстречаться со всеми обитателями Фабулы. Мелкая живность время от времени шныряет в траве, насекомых достаточно, особенно в земле. Вот чего я здесь не вижу, так это птиц. И насекомые не летают, а ползают или прыгают. Видно, этот виток эволюции у них по какой-то причине не пошел.

– А почему решили, что здесь нет разумной жизни?– подал голос Ким.

– Нет, никто не утверждал, что разумной жизни нет. А вот признаки какой-либо цивилизации отсутствуют. При съемке планеты не было обнаружено ни городов, ни каких- либо построек вообще, в темное время суток – нигде не было огня, исключая естественные пожары. Так что, вывод напрашивался сам собой. Если и есть разумная жизнь, то только на низкой стадии развития.

– Понятно, – протянул Ким.– А жаль. Нам бы было это сейчас на руку. Наладили бы дружеские отношения, попросили бы помощи и все – спи-отдыхай, жди спасательный корабль.

– Тебе лишь бы ничего не делать, – возмутилась Марина. – А если бы аборигены оказались злобными чудовищами? И мы прямиком угодили бы к ним на завтрак? Как тебе такой расклад событий?

– Да ладно тебе, завелась. Высокоцивилизованные существа никогда не станут есть других разумных существ.

– А ты уверен, что мы для них были бы достаточно разумны? – не унималась Маринка. – Представь, что для них все наши достижения все равно, что для нас построенный термитами муравейник. И пока ты будешь чесать свою репу и думать, как им доказать, что ты не муравей, они спокойненько сделают из тебя отбивную.

– Марина, прекрати, – взмолилась Оля, – не надо про еду, и так живот постоянно бурчит.

– Может, уже двинем? – злой Ким решительно встал и пошел по тропе.

В лагере не голодали, но и досыта не наедались, а это давалось нелегко, особенно мужчинам.

– Да, пожалуй. Подъем! – скомандовала Лена.

И они гуськом направились обратно к пещерам.

Капитан спускался к реке, проверить работу по её благоустройству. Тропинка к водоёму была порядком утоптана. Там, где вода выбивалась на поверхность, расчистили берег, выровняли подход, ребята сколачивали мостки.

– Не высоковато?– поинтересовался капитан.

– В самый раз. По весне и в дождливый сезон вода поднимется. А для облегчения подъёма вёдер, я ещё небольшой журавль сделаю. Только вёдер у нас мало. Пластиковые ёмкости для воды большие, их отсюда полными не дотащить. А носить воду двумя вёдрами, притом, что в них ещё и готовим – неудобно.

– Придумаем что-нибудь, Иваныч, – вздохнул Павел Сергеевич.– А где Герман?

– Внизу по течению. Они там с мужиками запруду строят, чтоб купаться удобнее было.

– Хорошо, пойду, посмотрю.

Работа у реки бурлила. Строители поднимали камни со дна, укладывали их в плотину, одновременно углубляя дно и возводя препятствие. Камни закрепляли переплетенными ветками и глиной. Герман, весь перепачканный глиной, подошёл к капитану.

– Паводок может и не выдержит, – сказал он, кивая на плотину, – но на первое время сгодится. Мы потом с Иванычем подумаем, как её ещё укрепить.

– Павел Сергеевич! – окликнул капитана Жорик.– Тут глины много. Давайте попробуем сделать из нее посуду?

– Почему нет? Нам емкости нужны, воду носить. Подумай, как бы сделать что-то объёмное, но не тяжёлое. Ладно, – он обратился к Герману, – заканчивайте, а то замерзли уже все в воде сидеть. Да и ужинать пора. Как раз и женщины возвращаются из леса.

После скромного ужина молодежь отправилась купаться на речку, а «старики» сидели вокруг костра, попивая чай. Сегодня в чай добавили местную пахучую травку, от чего напиток приобрел малиновый вкус. От такого свойства траву так и стали называть малинкой. Вообще земные названия как-то сами собой прилипали к местным растениям и обитателям. Наверное, людям так проще адаптироваться в новой жизни, легче всё запомнить, усвоить. У них уже были белка, олень, кузнечик, землеройка, трещотка. Белые жучки, в первый день напавшие на Максима, получили название прилипал. Растения также называли земными названиями. Плоды, похожие внешне на яблоко, грушу, банан – так и называли, и неважно, что вкус у них отличался. А сегодня Лена принесла новый, выкопанный ею, корешок на пробу. По виду – морковка, только фиолетовая, а по вкусу – слегка подмороженный картофель. Окрестили её все же морковкой. Так потихоньку обрастал мир Фабулы названиями.

– Петрович, – обратился капитан к старпому. – Ты завтра возьми Кима, сходите с ним к соленому озеру. Во-первых, нанеси его на карту, во-вторых, наколите побольше соли. Она тяжёлая – женщинам не справиться. И осмотритесь там внимательно, наверняка за солью не только олени ходят, хорошо бы ещё какие-нибудь звериные тропы найти.

– Давай отправим завтра ещё и троих ребят на охоту за оленями?– предложил Петрович. – А то на овощах долго не протянем. А мясо можно впрок засолить, раз уж у нас запас соли теперь есть.

– И зима не за горами, – поддержала баба Сима. – Консервы надо бы на чёрный день приберечь. А из свежего мяса я таких котлет приготовлю – пальчики оближете! Да и мало ли ещё чего…

– Пельмешек бы, – размечтался Иваныч, – со сметанкой.

–Прекратите, – застонала Лена, – сил нет вас слушать.

– Ладно, ладно, уговорили, – глотнув слюну, согласился капитан. – К тому же, пока не сели бластеры, надо выжать из них максимальную пользу. С завтрашнего дня начинаем охоту. Тем не менее, сбор плодов всё равно не бросаем.

– Хорошо, – кивнула Лена, – только можно я завтра займусь сельским хозяйством? Мне бы мужчину в помощь – целину копать. А то я одна много не накопаю.

– А что сажать собралась? Морковку?– Петровича распирало любопытство.

– Морковку тоже планирую, но на следующий год, если осенью семена соберу. А пока вот это, – она протянула на ладони колосок, – по составу очень похоже на пшеницу. Посмотрим, как на вкус будет.

– Ленка, дай я тебя расцелую!– Петрович подскочил к биологу и заключил её в свои объятия.– Мне ж даже во сне хлеб сниться стал!

– Не раздави нам специалиста, медведь! – прикрикнул на него капитан. – Елена, вам объявляется благодарность, с внесением записи в судовой журнал.

– Да ладно вам, – отмахнулась она, – может и не получится ничего.

– Что значит «не получится»? – возмутился Петрович. – Вернёшь поцелуй назад тогда!

– Ну, уж нет, – хмыкнула Елена, – костьми лягу, но накормлю тебя хлебом!

– Вот это другой разговор.

Со стороны речки послышался испуганный визг, а за ним крики: «Держите его!» Все помчались вниз к реке.

На берегу стояли растерянные мокрые девушки.

– Что у вас случилось?– спросил прибежавший капитан.– Кто кричал?

– Юлька с Саней. Они вниз пошли прогуляться вдоль речки. А потом слышим визг. Ну, парни с оружием туда помчались. Вроде за кем-то погнались. Вон и Юля идет.

Все подскочили к девушке. Она была чем-то явно ошарашена. Со всех сторон на неё посыпался град вопросов.

– Тихо всем! – прикрикнул Петрович, – Рассказывай,– приказал он Юле.

– Мы шли по берегу, болтали. Вдруг впереди, в воде я увидела купающегося ребёнка.

– Кого?

– Ну, мне так показалось, что это ребёнок был. Поэтому я испугалась и закричала. А Саня за ним рванул, потом и другие парни прибежали и присоединились к погоне. А мне велели возвращаться к вам.

– Так кто же все-таки там был?

– Не знаю…

Юльке явно было стыдно, за поднятый ею переполох.

– Так, понятно, что ничего не понятно. Женщины, давайте-ка идите в лагерь, а мы пойдем, глянем, кого они там ловят, – капитан кивнул Петровичу, следовать за ним.

Небо в эту ночь выдалось звёздным, видно вокруг вполне прилично. Едва спустившись, мужчины различили идущих им навстречу группу ребят. Они о чем-то громко спорили.

– Ну, орлы, кого ловили?

– Павел Сергеевич, там животное купалось.

– А почему Юля сказала, что ребёнок?

– Это ей со страху померещилось.

– Ты неправ,– вступился за девушку Саня, – он действительно издалека со спины похож на ребёнка. Представьте, Павел Сергеевич: ростом около метра, может чуть выше, спина, руки без шерсти, голова – лохматая. Это уж когда он повернул свою морду, да побежал, то только тогда стало видно, что это зверь, а не ребёнок.

– Я так понимаю – не поймали?

– Какой там, он скачет как обезьяна! А стрелять я не хотел. Мало ли кто это. А вдруг действительно что-то разумное, и мне отвечать потом за межрасовый конфликт. Пусть сначала Лена посмотрит и даст добро на отстрел.

– Понятно. В следующий раз без самодеятельности. И никаких больше скачек за зверьём по ночам. Только днём и тем более не в одиночку, – Павел Сергеевич, строго посмотрел на Саню.

– Так я от неожиданности.

–Здесь каждый день полон неожиданностями, пора бы и привыкнуть.

Лагерь потихоньку успокоился от вечерних событий и угомонился.

Следующий день начался с небольшого теплого дождика, но людей он не остановил. Первая тройка новоявленных охотников с утра направилась в лес за добычей. Опыта ни у кого не было, но все надеялись на удачу и везенье. Группа женщин проследовала на очередной сбор плодов. Лена, взяв в подручные Саню- маленького, отправилась на равнину, выбирать место для огорода. Петрович с Кимом, как и планировалось, ушли к соляному озеру. Герман продолжал строительные работы у реки, Сима с подручными мыли и убирали посуду, сушили фрукты и овощи, принесенные накануне из леса. Несколько человек плели гамаки, Юра что-то долбил на камне. Павлу Сергеевичу стало любопытно, он подошёл к доктору. Посмотрев на его работу, капитан одобрительно, похлопал его по плечу. Да, очень скоро им придется перейти на копья, с каменными наконечниками, а также делать луки и стрелы. Да и ножи не вечны. С такой нагрузкой, как сейчас, они очень скоро выйдут из строя. А впереди ещё сельское хозяйство: плуг, серп, что там ещё надо? Капитан поёжился. Моросящий дождь напомнил ему ещё про одно дело, которым он хотел сегодня заняться.

Соорудив из подручного материала носилки, капитан позвал с собой крутившегося неподалеку Виктора, которого все вокруг величали просто Виком. Они спустились к речке, нагрузили полные носилки глины и понесли наверх, к пещерам. Сделав ещё пару ходок, Павел Сергеевич решил, что для начала хватит. Потом они собрали камни средних размеров, и сложили их там же в пещере.

– Что это будет? – спросил заинтригованный Вик.

– Хм, я надеюсь, что печь.

– Зачем? Здесь будет кухня?

– Нет, здесь скоро будет зима. Можно, конечно, и открытым огнем обогревать, но так выйдет лучше, дров меньше будет уходить, да и еду зимой на улице готовить проблематично. Понятно?

– Угу. А вы умеете делать печь?

– К сожалению, нет, но буду пробовать. И я пока не решил, куда дым отводить. Наверное, придется все же топить по-черному. Давай помогай мне. Укладывай камни друг на друга, старайся подбирать с наиболее подходящими краями. А я буду скреплять их глиной. Для начала, попробуем сделать круглую печь. Вот как-то так, – капитан разложил первый ряд камней по кругу. – Ты как думаешь?

– Не маловата?– засомневался Вик.

– Хм, боюсь, что большего размера развалится, я всё же не каменщик. Ну, с Богом.

Они принялись за работу. Не сказать, что так уж всё у них гладко шло. Два раза обваливалась стенка, и приходилось начинать сначала. Глина предательски заканчивалась в самый неподходящий момент, камни всё угловатые попадались. Приходилось их сначала обтачивать и придавать более- менее гладкий вид. Но дело всё равно продвигалось вперёд.

– Павел Сергеевич! – вбежал запыхавшийся Иваныч, – Вот ты где! Там Кима ранило, его Петрович принёс.

У пещеры на траве лицом вниз лежал Ким, возле него суетился Юра. По спине Кима проходили три рваные раны.

– Юра, как он?

– Крови много потерял, но раны не очень глубокие. Если инфекция не попадёт – всё нормально будет. Баба Сима! Какие у нас соки в закромах?

–Апельсиновый, тропики, виноград, гранат, яблоко, – отозвалась Сима.

– Эх, – вдохнул Юра, – сейчас бы ему стаканчик красного вина, но, делать нечего. Разводи гранатовый сок, да побольше, – скомандовал он Симе.

Капитан подошёл к сидящему рядом Петровичу, вся одежда которого была в крови.

–Ты сам как? Не ранен?

– Я-то нормально, – махнул рукой Петрович, – пацана жалко. Пока его на своем горбу тащил, думал всё, не донесу живым. Вон видишь, кровищи сколько вытекло? – Петрович кивнул на свою одежду.

– Ничего, он молодой, крепкий, выдержит. Да и Юра у нас спец, всё будет путём. Иди-ка ты в баню, не пугай народ, ополоснись – сразу легче станет. Потом всё расскажешь.

– Хм, в баню, значит. Ну, в баню, так в баню. Ты пошли ребят по нашим следам, тут не очень далеко. Я там соль бросил – пусть заберут. И надо бы со зверюги шкуру снять – пригодится.

Петрович встал и поплёлся к реке. Расстроенные люди расходились по своим делам. Кима отнесли в пещеру. К капитану подошёл Иван Иванович:

– Слышь, Сергеич, я тут посмотрел на твои труды и, кажется, знаю, как можно дымоотвод сделать.

– А я, если честно, ещё над этим и не начинал думать. Может оно и правильно – зачем зря мозги напрягать, если ты у нас есть. Поможешь?

– Куда ж я денусь?!

– Вот и ладно. Пойду, посмотрю, что за зверя Петрович завалил. Саня, позови ещё кого-нибудь, возьми бластер и идем со мной.

Место боя нашли без труда. Посредине звериной тропы лежало крупное животное, с гладкой шерстью буро-зелёного цвета, чем-то похоже на ягуара с крысиной мордой и двумя жёлтыми клыками, торчащими из пасти. Лапы заканчивались острыми когтями. Заряд бластера буквально срезал животному пол головы.

– Ну и страшилище! – восторгался Саня, обходя тушу вокруг. – А оно съедобное?

– Вряд ли, обычно, хищников не едят.

– Да я б его и не стал есть, – подхватил Олег.

– Ладно, за дело. Надо снять с него шкуру, а также забрать когти и клыки. Мы с Саней начнем, а ты, Олег, в охране. Кто его знает, может, он был не один.

Не имея опыта снятия шкур, измучились они изрядно. Получилось не очень хорошо. Да и шкуру кое-где повредили. Но это был их первый трофей, добытый на Фабуле. Уставшие, перемазанные кровью, с солью и тяжелой шкурой наперевес, уже к вечеру возвращались к пещерам. Подходя к лагерю, они почувствовали аромат жареного мяса.

– Мне одному это чудится? – Олег потянул носом.

– Да нет, точно шашлыком пахнет! – подхватил Саня.

– Значит, охотники с добычей вернулись. Надеюсь, без потерь. Давайте ускорим шаг.

Упрашивать никого не пришлось. Аромат мяса подгонял их и придавал сил.

В лагере было радостное оживление. На костре жарились куски убитого оленя, а в ведрах булькал наваристый бульон. Приход капитана с парнями вызвал новую волну любопытства. Все с интересом стали рассматривать шкуру убитого хищника. Девочки в ужасе смотрели на огромные клыки, а парни сразу расхватали трофейные когти и клыки – пойдёт на оружие. К ужину страсти понемногу утихли.

– Петрович, так расскажи, наконец, народу, что там у вас произошло?

– Хм, чего… Идем мы с Кимом уже обратно, нагруженные мешками с солью, – начал рассказ Петрович.– Тихо вокруг. Вдруг слышу, кто-то кашляет: «Кхы– кхы». Я Кима спрашиваю: «Простыл что ли?» А он мне: «Сам кашляешь, а я простыл?» И тут опять, только громче: «Кхы–кхы». Мы с ним одновременно поворачиваем головы и видим в метрах пяти от себя вот эту зверюгу, уже вставшую на задние лапы для прыжка. Ну, мы от испуга в разные стороны и сиганули. Этот чахоточник, не ожидая от нас такого подвоха, и промахнулся. Только он быстрый, гадёныш, сразу за Кимом рванул. Я оружие вскинул, да пальнул, но он в падении лапой по спине Киму все же проехался. Хорошо, что сразу издох, а то мог бы дел натворить. Ну, а дальше и так всё понятно. Так что, если кто услышит кашель – тикайте со всех ног, особенно если без оружия.

– Ну, в общем-то, логично. Если есть травоядные, должны быть и хищники – закон природы. И хорошо, что одного из них мы уже знаем в лицо, точнее в морду, – подвел итог Иваныч.

– А как мы его назовем? – поинтересовалась Оля.

– А как его назовёшь? Чахотка он и есть чахотка.

С доводами Петровича никто спорить не стал.

– А мы сегодня у речки опять видели обезьянку, – похвасталась Юля.

– Ту, что вчера вечером переполох устроила?– уточнил капитан.

– Возможно, и не та конкретно, но той же породы – это точно, – подхватил Жорик.– Они реально похожи на обезьян, только практически без шерсти, кожа прямо как у нас. Морда – скорее щенячья. Она, в смысле обезьяна, поплескалась в воде, а потом, увидев нас, убежала в горы.

– Ну вот, теперь у нас и обезьяны есть, – усмехнулся капитан. – Герман, надо бы и на горе охрану удвоить. Чтоб эти обезьяны нам проблем не создали. Тем более что мы о них пока ничего не знаем. Не дай Бог, звери окажутся агрессивными.

Капитан дописал в судовой журнал последнюю фразу, положил его поглубже на «полку» и лег на лежанку из листьев и сухой травы. Было в меру мягко и приятно пахло полевыми цветами.Еще один день прошел и к счастью без потерь, а большего капитан и не желал…

3.

Весна уже чувствовалась, как в природе, так и в настроениях людей. Пошёл одиннадцатый месяц пребывания землян на Фабуле. Люди всё больше дичали. Не в смысле умов, а в смысле образа жизни. Осталось всего два работающих бластера, которые берегли на самый крайний случай. Та немногочисленная одежда, которую удалось спасти после экстренной эвакуации и потом бегства с болота, порядком износилась. Это не по асфальту и паркету ходить, камни, грязь, дождь и мороз – не способствовали сохранности вещей. Женщины пытались из остатков материи что-то мастерить и латать, но самодельные иголки были большие и грубые, нитки травяные, быстро рвущиеся, да и сама ткань порядком обтрепалась в полевых условиях.

Шкуры выручали, но их ещё было мало, а выделка оставляла желать лучшего, пока они были пригодны лишь как подстилки, да дверные занавески. Из мелкого зверья мастерили чуни, рукавицы, шапки. Скоро станет совсем плохо с обувью. Крепкие форменные ботинки ещё держались, но такую нагрузку они выдержат максимум еще сезон. Придется перейти на лапти и мешкообразные меховые унты, значит, надо уже учиться их делать, искать подходящий материал. А людей не хватало, слишком много сил и людских ресурсов уходило на охрану и поиски питания.

К ужасу всех женщин закончились запасы мыла, шампуней и крема для депиляции. Лезвия бритв затупились. Мужчины волей-неволей ходили с бородами, а дамам пришлось укоротить свои прически. Длинные волосы доставляли слишком много хлопот. Если бы не мужские бороды, то внешне уже порой трудно было определить пол стоящего существа. Бесформенные шкуры, чуни на ногах, короткие волосы и мускулистые руки: всё это было у всех одинаковое. Люди изрядно обветрились, сбросили жировую прослойку, но накачали мускулы. Всё больше входили в обиход каменные и костяные орудия труда. Охотники вооружились копьями и луками. Из рогов оленей получились великолепные рогатки. Без бластеров стало трудней добывать дичь, но люди придумывали всё новые и новые ловушки. Копали ямы на тропах, научились делать силки из верёвок.

Жорик набил руку в изготовлении глиняной посуды. Грубость тарелок и чашек никого не смущала. Зато сделанный им первый неказистый кувшин был принят на ура. Входы в пещеру на зиму завесили шкурами чахотки. К первому трофею, добытому Петровичем, прибавилось ещё два. В этот раз обошлось без травм и жертв. В пещере были построены две печи: Одна ближе к выходу, создавала тепловую завесу, а вторая в глубине, для обогрева второй заселенной половины и для приготовления еды в зимнее или ненастное время. Печи получились не сразу, но кто не пробует, тот ничего не добивается. Одну пришлось ломать и строить буквально заново, а вот со второй возились меньше, только дымоотвод создал дополнительные трудности. Но если бы не печи, было бы совсем тоскливо в темные зимние вечера. Да и расход дров намного сократился, а это лишние свободные руки и лишнее свободное время на отдых, о котором колонисты уже и забыли.

Иваныч, или Дед, как многие стали называть его, соорудил в одной из небольших узких пещер настоящую баню, которая спасала людей от паразитов и болезней.

Зима выдалась снежная, но не очень лютая. Люди всю зиму просидели в тёплых пещерах. Наружу выходили только за водой, да охотники каждый день отправлялись в поисках дичи. Олени ушли вглубь леса и практически перестали попадаться добытчикам. Люди не брезговали и мелким зверьём. Когда снегом покрылась вся долина, с гор спустились стаи небольших животных, покрытых густой шерстью. Чем-то они были похожи на свиней, но уж больно волосатые. Как оказалось, и по вкусу ничем не уступали домашней свинине. Поначалу, решили их назвать поросятами, но название «колобки» быстрее к ним прилипло за их смешную походку. Из-за густого меха морды и лап практически не было видно. И когда зверьки передвигались, то было такое впечатление, что они просто катятся. Ловить их оказалось довольно трудно, так как они всегда были начеку. Но, если уж удавалось завалить колобка покрупней, то в лагере начинался пир. Из лохматой шкуры делали великолепные тёплые унты на радость всем.

Запасов, приготовленных на зиму, было маловато. Если б не зимняя охота, то мог начаться голод. Так что, ответственность за жизнь людей легла в основном на мужские плечи. Один из походов за дичью закончился трагически. Вик и Боб утром на рассвете отправились на охоту в дальний лес. Светило солнце, был легкий морозец, и ничего не предвещало беду. Но днём внезапно небо заволокло тучами, поднялся ветер, началась метель. К вечеру охотники так и не вернулись. Стали жечь сигнальные костры, но снег не давал свету далеко распространиться, приходилось ждать, ждать либо чуда, либо когда утихнет непогода. Направлять в такую погоду людей на поиски капитан не стал, это было очень рисковано.

Утром, когда метель стихла, сразу несколько групп отправились на поиски. Нашли пропавших только к вечеру. Боб уже не подавал признаков жизни. Вик, лежавший с ним в обнимку, был ещё жив. Юре пришлось ампутировать ему три пальца на ноге, и потом еще долго приводить весь организм в норму, пока окончательно не поставил парня на ноги.

Были и ссоры, и истерики. Но были и праздники. Скромные, но искренние. Не забывали про Новый год и про дни рождения. Все даты, конечно же, были условными. Календарь здесь не совпадал с земным, но никого это особо не смущало. Людям необходимы дни отдыха и развлечений, иначе монотонная тяжёлая жизнь подорвёт и самый стойкий организм. Петрович, знавший кучу всяких историй и космический баек, побывавший на различных планетах, вечерами веселил публику. И никто не задавал вопросов, настоящие это истории или только что им сочинённые? Всем было просто хорошо и уютно сидеть у теплой печки и слушать незамысловатые истории.

Петрович вообще личность уникальная. Рос он в семье актеров, очень даже успешных и даже иногда узнаваемых на улице. Родители пристроили сына в лучшую школу, записали в секцию спортивной гимнастики, наняли педагога по музыке и пению, словом, готовили своего приемника. Они даже и подумать не могли, что их мальчик, такой красивый и талантливый не пойдет по их стопам! Но, юный тогда еще не Петрович, а просто Олег, мечтал о другом. Карьера актера его совсем не прельщала, его манила романтика неба, звезд и дальних странствий. Так что, в один прекрасный день, Олег просто сбежал из семьи, написав простенькую записку и прихватив минимум вещей.

С тех пор он и мотался по космосу. Начинал с простого зайца на пассажирских кораблях, затем его одна добрая душа пристроила юнгой на исследовательский корабль. Потом эта же добрая душа вытолкнула молодого, но очень неглупого человека в Институт космической разведки. Петрович до сих пор с теплотой и благодарностью вспоминает своего «батю по жизни», который вдолбил ему, что быть бродягой не романтика, а глупость, что можно заниматься любимым делом, принося еще и пользу обществу. Словом, научил уму-разуму и дал шанс выйти в люди.

Был ли Петрович женат, так толком никто и не понял. Он говорил, что на каждой обжитой планете, на каждой космической станции его ждет супруга. То ли врал, то ли на самом деле так было, оставалось для всех загадкой. Да и не так это и важно. Главное, экипаж любил и уважал своего старпома. А он, в свою очередь, горой стоял за своих подчиненных, в то же время, не давая спуску лентяям и разгильдяям.

И вот, долгожданная весна. Сошёл снег, успокоилась разбушевавшаяся от паводка река. Людям предстояло чинить и строить заново всё, что разрушили снег и вода. Лена засеяла небольшой огород. Колобки ушли в горы, но уже появились поблизости олени, по ветвям пронеслась стайка белок, вернулись и хулиганистые обезьяны.

Жизнь на Фабуле процветала, и люди потихоньку в нее вписывались, что не могло не радовать.

– Эй, Чингачгук! Сегодня без двух оленей можете и не приходить! – смеясь, провожали группу Максима на охоту.

Он слыл самым удачливым добытчиком в лагере.

–Герман, пусть охрана лучше гоняет этих обезьян, – возмущалась баба Сима. – Вчера опять чуть ведро не утащили! Мало того, так они от нас научились камнями кидаться! Теперь так и следи, чтоб в лоб не запустили.

– Ну не могу я всех людей в охране держать, – оправдывался Герман.– А на охоту кто ходить будет? Оружие делать? Дрова и воду таскать?

– Вот он пусть сидит в охране, посматривает по сторонам и стрелы крутит, или лапти плетёт, – не унималась кухарка.

– Когда чахотка над ухом кашлять начнет – поздно поглядывать будет.

Сима, махнув безнадежно рукой, ушла в кухню.

– О чем задумался, капитан? – Петрович подошёл к сидящему с остывающим чаем, Павлу Сергеевичу.

– Весна – самое трудное время. Хватит ли припасов? Дичь ещё не пришла. Плодов и подавно не найти. А огород Елены ещё не скоро кормить нас начнёт.

– Придумаем что-нибудь, – ободрил Петрович. – Дикари выжили, и мы сдюжим. У меня давно есть такая мысль: через перевал махнуть к океану. Высота гор здесь не запредельная, только кое-где снегом покрыты вершины. Судя по карте, правее есть переход подходящий. Может, устроим вылазку? А, капитан?

– А что нам это даст?

– В горах колобки, в океане – рыба. Сплетём сети, сделаем удочки. Всё разнообразие в еде. Рыбу можно навялить, засолить.

– Можно, но потом. С берега сеть далеко не забросишь, а лодка у нас маленькая и резиновая, на такой далеко в море не ходят. А строить лодку здесь из дерева и волочь её к морю – не реально. Давай лучше сделаем вылазку вглубь материка. Недели на две. Во-первых, разведаем местность, во-вторых, поищем новые источники пищи, в- третьих – набьем дичи, там она еще не пуганая. Взять с собой человек десять.

– Десять для нормальной экспедиции маловато.

– Нельзя больше, лагерь совсем останется без защиты. Думаю три женщины и семеро мужчин. Ты останешься за капитана.

– Нет, Сергеич, мы так не договаривались! Я с вами! Мне уже тошнит от нашего стойбища.

– Ничего, потерпишь. А на кого оставить?

– Пусть Герман командует, он давно рвётся. Или Дед.

– Дед слишком мягкий. Из него пацаны верёвки вить будут.

– Ты зря. Это он с виду мягкий, а как до дела дойдет, так хрястнуть по затылку не постесняется. Ладно, решай сам. Только тянуть с походом не надо, пока растительность не разрослась – самое то, по лесу пробираться.

– Сам знаю. Я думаю, что Лену берём с собой обязательно, как главного биолога, Юлю и Марину – они крепкие, шустрые девчонки. Кого из ребят?

– Чингачгука, как лучшего охотника.

– Может как раз его в лагере оставить? Мы с собой бластер возьмём, справимся и сами. А ему здесь людей кормить.

– Согласен, – кивнул Петрович, – хотя жаль, он хороший парень. Тогда и Гончара нельзя брать, никто кроме него кувшины ещё не научился делать.

– Это Жорика?– уточнил капитан.– Поддерживаю. Так. Доктора оставляем. Тогда Женю, Олега, Саню маленького.

– Тогда уж и Саню.

– Почему?

– Ну, – замялся Петрович, – если Юлю берём, то и Саню надо.

– Понятно. Ладно, не возражаю. Кого ещё?

– Может Кима? Спина у него зажила. Он после ранения прямо в бой рвётся.

– А хорошо ли это? Дров не наломает? – засомневался капитан.

– Наоборот, он за жизнь зубами сейчас вцепился. Говорит, что никакая тварь Фабулы не помешает ему дождаться спасателей.

– Уговорил. Вечером объявим о нашем решении. Может, кто из выбранных и сам не захочет пойти с нами, тогда переиграем. Я прикину список вещей и продуктов. Надо у Юры аптечку взять. Одного дня на подготовку хватит?

– А что нам собирать? Пойдём налегке, чтоб обратно с мясом прийти. Так что, хоть завтра в путь.

На том и порешили.

На вечерних посиделках все с большим воодушевлением приняли информацию о предстоящем походе. Всем уже хотелось каких-то перемен и новой информации. Из тех, кого отобрали капитан с Петровичем, не оказалось ни одного отказника. Юра рвался с ними, но все решили, что не стоит рисковать единственным врачом.

–Итак, – подытожил капитан, – завтра день сборов и подготовки амуниции. Юля – ты принимаешь у доктора аптечку со всеми инструкциями по её применению. Марина и Ким – принимают у Симы продукты, упаковывают их, готовят ёмкости с водой. Лена – у тебя своё хозяйство. Оба Сани готовят мешки для заготовленной дичи и думают о спальных местах, но чтоб всё компактно было. Женя и Олег, на вас оружие. Мы с Петровичем завтра разрабатываем маршрут. Во время моего отсутствия за капитана остаётся Герман.

Первый помощник заметно повеселел, но быстро спохватился и сделал серьезный вид. Оставшиеся завидовали счастливчикам, собирающимся в поход.

На следующий день, во время сборов, все пытались давать советы по поводу снаряжения и упаковки вещей, предлагали помощь и вообще всячески мешали. Лишь волевой окрик капитана заставил людей разойтись по делам.

Утром вышли в поход. Первый день было решено двигаться вдоль речки, пока позволяли берега. Потом идти вглубь материка на северо-восток. Обсудили только направление. А уж путь следования надо будет выбирать на местности, нанося на карту, всё, что может пригодиться людям в жизни сейчас и будущим колонистам. То, что этот поход не последний, никто и не сомневался. Человек по своей натуре - существо любопытное. И сидеть долго на одном месте не будет. Только малое количество людей и необходимость подготовиться к зиме, на целый год отсрочило разведку окружающей лагерь территории. Эта экспедиция - первый пробный шаг. Все участники были переполнены радостным волнением. Первую половину дня шли бодро, с шутками. Тропинки давно хожены и знакомы, так что трудностей особых не было. Днём поели всухомятку, всем не терпелось отойти подальше от гор. К вечеру, разбили лагерь на пригорке. Спать решили на одеялах вокруг костра. По ночам ещё было прохладно, но огонь должен защитить людей от холода.

– Ну что, – подытожил капитан, – сегодня мы преодолели достаточно большое расстояние, завтра постараемся не терять темп и пройти как можно дальше без остановок. А вот потом уже сбавим скорость и смотрим во все глаза, ищем новые пригодные в пищу растения, высматривать звериные тропы, места их водопоев. Всё это будет тщательно нанесено на карту. Не теряем бдительность. Уж очень мало мы пока знаем о местных обитателях. Дежурим по двое и по три часа. Всем отдыхать.

Путешественники ещё некоторое время укладывались и переговаривались, но вскоре весь лагерь погрузился в тишину. Охрана обходила стоянку, следила за костром. Из лесу доносились всевозможные звуки, которые сливались в общий гул. Там шла своя ночная жизнь.

К обеду следующего дня берега реки стали всё более заросшими и заболоченными. Идти стало трудно. То, что они подходят к болоту, почувствовалось задолго до того, как люди увидели его. Земля под ногами стала вязкой, растительность гуще, жучки-прилипалы все чаще набрасывались на путников. Деревья расступились, и перед ними оказалось зеленое «поле». Болото было огромное, западный берег виднелся еле-еле. Решили обойти с востока.

– Где-то там, в глубине, лежит наш ДК,– Лена с грустью посмотрела на зеленую жижу.

– Может, когда-нибудь поднимем его? – Олег посмотрел на капитана.

– Нет. Самим нам этого не сделать, а прилетевшим за нами не до этого будет. Да и смысла не вижу. В космос ему не подняться, а предметы и вещи к тому времени сгниют и испортятся окончательно.

– Представляете, – поддержала разговор Юля, – через пару тысяч лет появится здесь разумная жизнь. Болото к тому времени обмелеет, и остатки корабля вылезут наружу. И ученые этого мира будут гадать над, неизвестно откуда, взявшимся чудом. Будут различные версии выдвигать, про исчезнувшую цивилизацию придумывать. А может, и про пришельцев сообразят.

– Мечтательница ты, Юлька.

– Почему нет? – возразила она. – Лен, ведь здесь может развиться цивилизация?

– Всё возможно, – улыбнулась Лена, – только двух тысяч лет явно маловато будет. Так что наш разбившийся корабль не внесёт никакого влияния на местную цивилизацию, он просто не доживёт до этого.

– Жаль, – вздохнула Юля.

– Лен, а ты сможешь спрогнозировать, какой вид зверья сможет эволюционировать до разумного состояния?– спросил капитан, скорее не из любопытства, а для того, чтоб веселей шлось.

– Как тебе сказать… – Лена задумалась.– Данных у меня мало. Ну, вот хотя бы местные обезьяны, вполне перспективные. Только и на Земле обезьяны умеют орудовать палкой и используют камни, но они и по сей день так и остались просто обезьянами. Ведь никто до сих пор не знает, как зарождается высший разум. Возможно, это результат мутации, может, влияние более сильных рас, которых мы ещё не встретили. То ли, действительно, труд делает из дикарей разумных индивидуумов. Вы все эти гипотезы не хуже меня знаете. Если результат зависит от мутаций, так здесь этого может и не случиться. Словом, мы вообще мало чего видели на Фабуле, и делать какие-то выводы рано. Собственно, мы за этим и отправились в экспедицию. Смотришь, что-то интересное и найдем.

– А если здесь так и не обнаружим разумных существ, мы будем создавать свою колонию? – не унималась Юлька.

– Юль, это уже будет решать Совет, – ответил Павел Сергеевич.– Наше дело – информация, а выводы пусть они делают. Если здесь бедные недра, что влечёт за собой трудности в индустриализации колонии, то вряд ли Совет пойдёт на колонизацию. Проще поискать что-то более подходящее.

– Да уж, проще, – крякнул Петрович. – Шесть смертей и семь лет коту под хвост, и это в лучшем случае.

– Не бурчи, космос всегда требует жертв. И почему «коту под хвост»? Мы за это время столько материала наберем, что будущим колонистам очень облегчит первые годы существования, и спасет не одну жизнь.

Некоторое время шли молча. Болото заметно стало закругляться. Северный его берег оказался более твёрдым, растительность становилась кустистой. С болота раздался плеск и чавканье. Все остановились, прислушиваясь. Петрович с Олегом пошли вперёд на разведку. Подойдя почти к самой кромке болота, они увидели, что в воду входит тучное животное. Оно громко фыркало и чавкало. Животное имело широко расставленные очень толстые, но короткие лапы. Очевидно, благодаря им, оно не так сильно проваливалось в трясину. Да и болото на этом участке скорее походило на заросшее озеро. Животное вылавливало плавающую растительность, громко чавкало и при этом ещё сопело и пыхтело. Чуть дальше стояло ещё одно, а из воды виднелась спина третьего.

– Петрович, давай забьём, – зашептал Олег.– Бегемотик-то травоядный!

– А если другие на помощь придут? Нам всех не завалить вдвоём.

– Мы его тихонько копьями. А потом влезем на сосну, – Олег кивнул на ближайшее, ветвистое дерево, – с такими лапами не лазят по деревьям. Отсидимся там, потом за тушей спустимся, когда они успокоятся.

– А если не успокоятся?

– Наших позовём, – не унимался Олег.

– Ладно, давай,- поразмыслив и прикинув все за и против, согласился старпом, ведь они как раз ради этого сюда и шли. - Ты справа и в глаз меть, а я слева и постараюсь в шею попасть.

Копья полетели практически синхронно. Оружие Петровича попало в холку животного и так там и застряло. Олег в глаз не попал, но угодил в ушное отверстие. Копье пронзило голову, чуть ли не насквозь. Животное рухнуло как подкошенное. Стоявший неподалеку собрат, насторожился, перестал жевать, поднял голову. Не увидев никакой опасности, как ни в чём не бывало, продолжил свою трапезу.

Мужчины осторожно подошли к убитому зверю. Оно было размером с крупного кабана. Гладкая без шерсти кожа, огромный рот с плоскими зубами, маленькие глазки, а ушное отверстие прикрыто небольшим тонким наростом.

– Надо его быстрей вытаскивать, пока не утонуло.

– Самим бы не потонуть, – проворчал Петрович, погружаясь по пояс в воду.

–Дотащим ли сами этого бегемотика?

– А кто ж его знает? Давай попробуем.

Не без труда мужчины вытолкнули тушу на берег. Затем они взяли его за задние лапы и поволокли к ожидающим их людям. От шума, поднятого охотниками, остальные бегемоты, недовольно фыркая, отошли в сторонку.

–Что так долго? – подскочил первый Женя. – Ух, ты! Вот так добыча!

Все обступили охотников, рассматривали новый трофей.

– Может забить ещё? – Саня маленький, уже готов был бежать к болоту.

– Подожди, – остановил его капитан. – Давай сначала попробуем его мясо. Вдруг оно горькое или невкусное. А мы зря зверьё набьём. Пройдитесь с Кимом, найдите место для привала. Петрович, снимай шкуру, освежевай добычу.

– А шкурка-то в самый раз для обуви пойдет, да и на штаны сгодится, – Саня погладил гладкую спину бегемотика. – Надо постараться её потоньше выделать.

Через час весело потрескивал огонь, на нём жарилось мясо убитого бегемота. Все были возбуждены удачной охотой и рады, что снова можно вдоволь поесть и мяса и наваристого бульона. Лена насобирала немного разнообразных, только что пробившихся, молодых побегов. Добавляя понемногу в отвар, она добивалась наиболее приемлемого для людей вкуса напитка.

Мясо оказалось достаточно съедобным. Немного отдавало болотом, но, если добавить пахучих травок, то очень даже ничего.

– Какие будут предложения по поводу охоты? – спросил капитан, обгладывая кость.

– Экспедиция только началась, – стал рассуждать Петрович, не переставая жевать, – но дичь бросать просто так не хочется. Поэтому у меня зародилась мысль, – он проглотил кусок и запил его отваром из трав.– Давайте набьём бегемотов, мясо подкоптим и засолим, сложим в мешки и повесим на дерево. На обратном пути заберём. Шкуры при желании можно с собой взять.

– Так стащит кто-нибудь! – Саня недоверчиво посмотрел на еще голые, только начинающие зеленеть ветки над головой.– Или испортится.

– Испортиться не должно, если нормально подкоптить и просолить, – возразил капитан. – А вот стащат…

– Не должны, – вмешалась Лена.– Всё, что здесь бегает по деревьям – травоядное. Им наше мясо не надо. А от чахотки и других хищников нужно просто повесить выше. Найдём ли на обратном пути, вот вопрос?

– Найдём! – заверил Петрович, – на карте помечу, и зарубки вокруг сделаем. Да чтоб я мясо не нашёл?! Да никогда!

– Значит, – подвёл итог Павел Сергеевич, – завтра с утра на охоту. Саня и Юля остаются у костра, а мы по четверо пойдем в разные стороны по берегу болота. Охотимся до обеда, вторую часть дня обрабатываем мясо. Дольше задерживаться не будем.

Как всегда перед охотой, все проверяют оружие, точат ножи, правят амуницию. Становилось всё темней. Стали укладываться на ночь.

– Всё хотел спросить, – ни с того, ни с сего начал капитан, – Саня, а почему ты «маленький»?

Все тихонько захихикали. И было от чего. Саня маленький был метра два ростом, широк в плечах, с накаченными мышцами.

– Так в техотделе двое Саш оказалось, – отозвался Ким. – Чтоб не путаться, решили их по-разному звать. Ну и спрашиваем: «Клички у кого-нибудь из вас были»? Нет, говорят. Ну а в детстве друзья или мама как звали? Ну, Саня и говорит: «меня мама «маленьким» звала».

Снова все захихикали.

– Да, уж, – хмыкнул капитан, – мимо такого вы пройти не могли. И как ты, Сань, им по шеям не надавал?

– А мне что, – сонно отозвался Саня маленький, – они ж не со зла.

Все засопели. Юлька с Саней ещё перешептывались какое-то время, но и они вскоре угомонились.

Охота прошла без каких-либо неожиданностей и происшествий. Бегемоты оказались неагрессивными и ленивыми существами. И как они только выживают? Хотя, если б не наши копья, то близко к ним незамеченным не подойти. При виде опасности они уходят подальше в болото. Чахотка точно бы увязла в трясине. Да и люди для них существа новые, опасения пока особого не вызывали. Вот через год-другой – уже начнут опасаться. Ну, а пока надо пользоваться своим преимуществом. Добыли два бегемота. Порезанное на куски мясо коптили на трех кострах, затем засаливали и укладывали в мешки. Один наполненный мешок Ким уже повесил на верхушку сосны. Во второй ещё складывали последние, только что снятые с веток, куски мяса. Из лесу послышался призывный свист Олега. Ким, Петрович и Саня маленький бросились к нему. Остальные сгрудились спина к спине, приготовив оружие к бою. Раздался звук ломаемых деревьев и характерное покашливание. На запах разделываемого мяса пожаловала чахотка. Олег вовремя заметил приближающегося хищника и подал сигнал. Мужчины бросились на нее с копьями и ножами. Испугавшись такого количества неведанного врагов, чахотка решила ретироваться. Ломая ветви, она умчалась в чащу, унося в спине копьё Олега.

–Сегодня разведем больше костров и усилим охрану на ночь, – приказал капитан, – завтра с утра уходим отсюда, а то остатки от туш привлекут еще не одного хищника.

Следующий день шли исключительно по лесу, удаляясь всё дальше от болота, реки и гор. Крупного зверья не попалось, шныряли только белки, тушканчики и ещё какая-то мелочь. Ночью их разбудил звук, которого они до этого ни разу не слышали. Кто-то или что-то трубило во всю мощь. Похожий звук издает слон, трубя в свой хобот. Только этот звук был более визгливый.

– Лена, кто это? – Марина, прижалась к ней.

– А я откуда знаю? – отозвалась она. – Может, это и не живое вообще.

– А что тогда?

– Например, болото воздух выпускает через поваленное, полое внутри, дерево, – предположила Лена.

–Или обезьяны трубу сделали и сейчас дискотеку устроили, – хихикнул Саня.

Звук раздался снова, но немного в стороне и, похоже, удалялся.

Удвоили охрану. Трубный звук периодически разносился по ночному лесу, беспокоя уставших людей. Однако остаток ночи прошел спокойно. Под утро трубач угомонился, и, наконец-то успокоившись, людям удалось заснуть.

Весь день пробирались сквозь лес. Листва набирала силу, поваленные за зиму деревья преграждали тропинки, затрудняя путь. Двигаться стали медленнее. Лес просматривался плохо, приходилось быть всегда настороже. К вечеру очередная звериная тропа вывела путников к небольшому лесному озеру. Решили сделать привал.

Озеро было великолепно. Прозрачная бирюзовая вода, небольшая песчаная отмель, наклонившиеся деревья создавали просто сказочную картину. У южного берега на воде расцветали синие цветы. К сожалению, для усиления сказочного пейзажа не хватало птичек и порхающих ярких бабочек.

– Эх, искупаться бы, – Юлька с надеждой посмотрела на капитана.

Да уж, искупаться не мешало бы всем. Потные, пропахшие дымом и копченым мясом, уставшие, они, все еще цивилизованные люди, давно мечтали помыться.

– Разбивайте лагерь на поляне. Ким, пойдем, разведаем, – капитан, взяв копье, спустился на берег озера.

Вода прозрачная, просматривалась практически до дна, живности видно не было. Осмотрели берега, тоже всё в порядке.

– Давай, я первый, а ты последи.

Капитан стал снимать с себя нехитрое обмундирование. Зашёл в воду по колено.

– А вода ледяная! Много не накупаешься! – и он быстро погрузился в воду.

Сделав пару гребков, вернулся на берег.

– Ох, хорошо! Освежает. Давай ты теперь.

Ким не заставил себя долго ждать.

Вечером, чистые и уставшие, сидели вокруг костра. Юлька с Саней ушли к озеру. Ким с Петровичем отправились ставить на тропах ловушки для мелкого зверья. Лена на берегу мыла посуду. Павел Сергеевич там же пытался привести свои штаны в более–менее чистое состояние.

– Да, это вам не мягкая английская шерсть, – ворчал он,– тут без грубой щетки не обойтись. Да и мочить особо нельзя, завтра задубеют – не влезешь.

– Ты становишься похож на старого ворчливого деда, – улыбнулась Лена, – который вечно чем-то недоволен.

– А я и есть дед. Шестьдесят не за горами. Да и первобытная жизнь подкосила немного. Самой ведь тоже тяжело, я же вижу.

– Да, нелегко, – согласилась Лена. – И спина стала болеть. Вот только если руки опустить, то все – можно сразу умирать. А как-то не хочется.

– Тут ты права, умирать рановато. Внуков хотелось бы понянчить, – мечтательно вздохнул капитан.

– Каких ещё внуков? – не поняла Лена.

– Наших, фабуловских. Мы теперь одна семья, значит, и внуки у меня будут.

– Ну, это, я думаю, не за горами, – Лена кивнула в сторону доносившегося хихиканья Юльки с Саней. – Надо придумать церемонию бракосочетания, чтоб красиво и торжественно было.

– Валяй, – согласился капитан, – это по вашей, бабской части. А моё дело занести в судовой журнал соответствующую запись.

–Какой ты, всё- таки, скучный и не романтичный.

– Что ж не романтичный? У меня чернила закончились в ручке. Так что запись в журнале о бракосочетании буду делать красной краской. А выговоры и нарекания – черной сажей. Ну, а повседневную рутину – синей.

–Ну вот, теперь ты как клерк из скучной конторы. Всё бы тебе записать, да зафиксировать, да ещё и с подвыпертом.

– Опять недовольна, – вздохнул Павел Сергеевич, – ничем тебе не угодить.

Лена села возле капитана, положила свою голову ему на плечо. Он обнял её и они, молча, сидели на берегу озера и слушали плеск воды.

На противоположном берегу, Саня полез в воду.

– Не накупался, что ли? Холодно ведь, – удивился капитан.

– Он за цветами, – объяснила Лена, – там синие цветы росли. Для любви холод не помеха.

Саня, нарвав охапку цветов, вылез из воды. Юлька стала его растирать и согревать. Потом они скрылись из виду.

– Может, останемся здесь ещё на день? Походим вокруг озера, поищем дичь? – предложил капитан.

– Я «за», постираемся, отдохнём. Если здесь перспективное место для охоты, то можно будет организовать что-то типа охотничьей стоянки. Сделать небольшой дом, оставить кое-что из посуды, соль, пару банок консервов. Сухие дрова под навес.

– Умница ты моя! Глобально мыслишь. Если остальные возражать не будут, то завтра мы здесь.

– Помогите! – раздался испуганный Санин голос с противоположного берега озера.

Капитан с Леной сорвались с места и кинулись на голос. Юля лежала без сознания на земле, Саня держал её голову на коленях и пытался привести в чувство.

–Что случилось?

– Не знаю. Мы сидели, а потом она вдруг потеряла сознание и сползла вниз.

Лена с капитаном наклонились над Юлькой. Она дышала ровно, глубоко.

– Такое впечатление, что она просто спит, – сделал предположение капитан. – Давай, Саня, перенесем её к костру.

Парень с легкостью взял Юлю на руки. С её колен посыпались синие цветы. Лена подобрала пару штук и положила себе в сумку. Юлю положили поближе к костру. Пытались водой привести её в чувство, но разбудить так и не смогли. Саня места себе не находил.

– Не волнуйся ты так, всё будет нормально, – успокаивали его. – Устала очень, вот и вырубилась. Поспит, завтра свеженькая как огурчик будет.

– Не могла она вот так просто вырубиться, – не верил он.

Подошла Лена, с синим цветком в руке и анализатором.

– Ты прав, Юлька не просто так отключилась, – сказала она. – Запах этого цветка на наш организм действует, как снотворное. Если бы был только один цветок, то она почувствовала лёгкую сонливость и спокойно дошла до лагеря и уснула. Но Юля вдохнула целый букет. И как результат – мгновенный крепкий сон. Надеюсь, без последствий.

– Это я виноват, – Саня сидел, обхватив голову руками.

– Зато, благодаря тебе, Юля отдохнёт, – Петрович похлопал парня по плечу. – А ты отдежуришь за неё ночную вахту.

– Так что, – подытожила Лена, – теперь у нашего доктора будет снотворное. Остальных надо будет предупредить об опасности, исходящей от данного растения.

– Лен, ты набери их побольше, вдруг у кого в походе бессонница будет, – хихикнул Женя.

– Страдающие бессонницей будут дежурить по ночам за других, – Петрович треснул Женьку по затылку.

– Да ладно, Петрович, я ж пошутил.

– А я нет, – хмыкнул Петрович.

– Ладно вам, – прервал капитан. – Завтра остаёмся здесь. Делаем разведку по двум направлениям. Охотимся, наблюдаем. К вечеру возвращаемся к костру. Если что-то произошло и нужна помощь, подаём сигнал дымом.

– А как же Юля?

– Если к утру не проснётся, то с ней останется Саня.

Капитан вёл свою четвёрку на запад. Ардо приятно грело спину. Весна уже уступала свое место лету. Многие деревья стояли в цвету. Лена по пути набирала образцы растений. По веткам прыгали белки. Встретился им и отбившийся от стада олень. Последнему не удалось уйти от охотников. Сане маленькому пришлось тащить тушу на себе. Не обошлось и без приятных сюрпризов. Трофей охотников пополнился новым образцом. Это был зверь, напоминающий кенгуру: такие же сильные задние ноги, и потрясающие прыжки. На этом, собственно, сходство и закончилось. Но его все равно окрестили «кенгуру». Животных было несколько, они паслись на небольшой поляне. Так как животные не видели до этого людей, охотникам легко удалось подойти к ним поближе и выстрелить. Сражённое стрелой, одно кенгуру упало, а остальные огромными прыжками кинулись врассыпную.

– Нелегко будет потом их ловить, – вздохнул капитан, – вон, как сиганули.

– Зато посмотри, какая шерсть изумительная, – Лена провела по серебристой шкурке рукой.– Мягкая, нежная. Вот бы шубку из такой.

– Леночка, специально для тебя, набьём этих кенгурушек на дюжину шуб!

– Спасибо, Жень, ты настоящий друг! – улыбнулась Лена.

Капитан насупился, но ничего не сказал. Взвалив убитое животного себе на плечи, двинулись дальше.

Впереди послышался небольшой шум, трещали сломанные ветки и что-то ещё. Мужчины опустили свою поклажу и прислушались. Вдалеке мелькнули три существа, двое стояли на задних лапах, а один сидел на дереве. Люди притаились за кустами. Ростом животные были чуть ниже среднего человека. Они собирали листья с деревьев, складывая их во что-то, напоминающее сумки. Тело их было покрыто короткой серой шерстью, имелся небольшой плоский хвост. Морду плохо было видно. Они издавали тихие звуки. Затем все прыгнули на дерево и ловко поскакали с ветки на ветку в противоположную от землян сторону.

–Павел Сергеевич! Вы это видели?– Саня маленький сиял от восторга.– Вот это дичь! Давайте догоним?

– Сомневаюсь, что мы догоним. Лена, что ты на это скажешь?

– Не знаю пока. Пойдем лучше посмотрим, что они собирали.

Дерево как дерево. Лена сказала, что уже встречала такие, но не обращала на них внимания. Решили взять листья на пробу. Рассмотрели следы. Ступня плоская, шесть пальцев, когти маленькие. Вот и всё, что удалось выяснить.

К вечеру обе группы разведчиков вернулись на место стоянки. Юля с Саней уже приготовили ужин. Юля проснулась где-то к обеду, с небольшой головной болью, но отдохнувшая и выспавшаяся. Группа Петровича принесла двух оленей. До темноты все снимали шкуры и обрабатывали мясо. Решили так же, как и после первой большой охоты, оставить добычу на деревьях.

– Вообще хорошее место, – рассуждал Петрович, – удобное, перспективное. Зверья много. Лена правильно предложила, что здесь нужно построить охотничью времянку. Опять-таки – озеро рядом, вопрос с водой отпадает.

– Ага, и сон-цветы!– подхватил Олег.

– Кенгуру, эти ваши, – продолжал Петрович, – надо бы лучше узнать их повадки и где они обитают. Шкурка у них хороша. Да и на вкус – нормальные. Мясо жестковато, но бульон наваристый.

– А ещё эти… двуногие, – вспомнил Саня маленький.– Может, и они съедобные.

– Какие ещё «двуногие»?– заинтересовался Ким и вся группа Петровича.

– Ну, такие, – Саня маленький пытался подобрать необходимые слова.– Как белки, только крупные и на задних лапах ходили, листья собирали. А потом заскочили на дерево, только мы их и видели.

– Интересно, – Петрович задумался.

Лена тем временем возилась со своими травками и цветочками.

– Павел! – Позвала она капитана. – Подойди ко мне, пожалуйста.

Когда капитан подошёл, она подала ему кружку с отваром:

–Попробуй, это из тех листьев, что большие белки собирали.

Павел Сергеевич сделав пару глотков, удивлённо посмотрел на Лену:

– Хм, ты тоже чувствуешь, что там алкоголь?

Лена утвердительно кивнула головой.

– По вкусу, как глинтвейн, – капитан сделал ещё глоток. – В холодном виде ещё вкуснее будет.

–Что будем с этим делать?

– Скрыть всё равно не удастся. Рано или поздно это вылезет наружу. Но ограничить придётся. Будем писать закон о запрете чрезмерного употребления … этого.

– Всё бы тебе писать, бюрократ чёртов, – покачала головой Лена.

–Не бурчи. А сейчас давай свари его в слабом виде для всех нас. Будем отмечать удачный день.

Ещё два дня пути позади. Они не принесли ничего нового. Капитан уже планировал обратный путь. Хотелось пройти не совсем по старым следам, но, в то же время, необходимо заходить на места схронов. Решили сделать небольшую петлю на запад, чтоб подойти к озеру с другой стороны. Там забрать мясо и сделать петлю на восток, а потом вернуться к болоту за бегемотами.

Место для последней перед возвращением ночёвки выбирали долго. Вокруг был густой лес, и поляна всё не попадалась. Быстро темнело. Решили ночевать там, где и стояли. Кое-как расчистили место под деревьями, развели огонь. Дозорные разошлись по своим местам. Все стали укладываться спать.

– Вот гадость! – вскрикнул Олег.

– Что там у тебя?

– Да слизняк какой-то под руку попался.

– Не кашлял?– хихикнула Марина.

– Он мокрый и скользкий, брр! И здоровый, сволочь, не то, что наши улитки. Я его подальше отшвырнул.

– Зря, – зевнул Ким, – улитки очень даже вкусные. Надо завтра поискать.

На том благополучно и уснули.

– Капитан, беда, вставайте.

– Что случилось, Женя?

– Я пошёл будить Олега, он меня сменить должен был, а он … по-моему, мёртв.

– Как это? – капитан вскочил и подошёл к лежащему под деревом Олегу.

Тот лежал неподвижно, в глаза бросилась неестественная бледность. Сердце не прослушивалось, тело уже начало остывать.

– Может искусственное дыхание сделать и массаж сердца?– предложил Женя.

– Поздно, он уже часа два, как умер. Вот только от чего? Давайте осмотрим его хорошенько.

На груди никаких ран не было. На спине тоже, а вот на затылке было большое сине–красное пятно. Осмотрев внимательно все вокруг тела, обнаружили еле заметную кровавую удаляющуюся дорожку. Пройдя метра три по ней, в кустах увидели большого красного слизня. При виде его, Марину вывернуло наизнанку.

– Вот мерзость! Это оно убило Олега?– Ким ткнул слизня копьем.

Слизень, лениво зашевелился, капелька красной крови вытекла из его тела.

– Улитка-кровопийца, – Юлька в ужасе прижалась к Сане.– Она ведь могла любого из нас.

Ким проткнул копьем кровопийцу.

– Но почему Олег не сопротивлялся?

– Вероятно, – предположила Лена,– оно впрыскивает жертве что-то типа обезболивающего или парализующее. А затем спокойно пьет кровь.

– Осмотрите всё вокруг, – распорядился капитан, – нам не нужны новые жертвы.

Слизней больше не было, но настроение у всех было подавленное. Марина постоянно шмыгала носом. Ребята молча копали могилу.

Дорога домой всегда бежит быстрей. Вот и не заметили, как два дня отшагали. Взяли на запад, где лес казался совсем древним и реликтовым. Деревья возвышались до небес, разбрасывая крону широким куполом, а ствол, чтоб обхватить и девять человек не хватит. Словно сказка вокруг.

– Ты знаешь, – Лена шла с капитаном впереди, – мне кажется, что в таком лесу должны жить эльфы. Эти деревья-великаны просто созданы для них. А когда цветут – прекрасны вдвойне. Я так и вижу, как из небольшого домика на дереве вылетают красивые эльфы и порхают среди цветов, собирая нектар. А к вечеру рассаживаются на ветвях и играют чудесную музыку, танцуют и поют.

– Фантазёрка, – отозвался капитан. – Сама говорила, что здесь нет никого летающего. Так что с эльфами облом. Скорее здесь рай для белок.

Пройдя ещё метров триста, им пришлось остановиться. Впереди, среди деревьев что-то виднелось. Решили затаиться и сделать разведку. Подкравшись поближе, они различили на деревьях постройки, напоминающие гнёзда, только большого размера. На деревьях, у гнёзд сидели те большие белки, которых люди встретили у озера. Внизу по земле ходили ещё несколько особей. Через плечо у них висели сумки, в лапах держали палки. Понаблюдав за ними немного, разведчики вернулись к остальным.

– Там стая больших белок и их много. Поэтому предлагаю обойти это место стороной. Если они все на нас набросятся – то нам несдобровать.

– Поддерживаю, – сказал капитан.– Идём тихо, стараемся не попадаться на глаза этим животным.

Все молча стали удаляться от гнездовья больших белок. Пару раз им пришлось прятаться в кустах и пропускать движущихся по деревьям животных.

На вечерней стоянке, Лена подошла к Петровичу:

– Ты покажи на карте, где мы наткнулись на странную стаю ?

Петрович развернул карту и ткнул пальцем.

– Отметь, пожалуйста, может потом пригодиться.

–А зачем они тебе? Есть какие-то мысли? – спросил он.

– Да, я думаю, что это и есть та ветвь в фабуловской эволюции, которая может стать разумной. Точнее, они уже немного разумны. Так что, советую их не есть, до выяснения всех обстоятельств.

– Это ж надо! – удивился Саня, – Белки и вдруг разумные.

– Лена, а почему сразу «разумные»? – засомневалась Марина, – У нас птицы тоже гнёзда вьют и что?

– Там не просто гнёзда, – объяснила Лена, – у них орудия труда, примитивные, но есть. Сумки для сбора плодов и листьев. Если вы заметили, белки переговариваются друг с другом. Значит, у них есть свой язык. И ещё я обратила внимание на то, что они всегда по трое ходят по лесу. А это говорит о том, что у них уже есть зачатки коллективизма. Эх, понаблюдать бы за ними.

– Ну, через год-другой организуем сюда научную экспедицию, – обнадёжил её капитан.

– Если доживём…

– Не будь пессимисткой, – Петрович, похлопал её по плечу, – куда ж мы денемся?

Дальнейшее путешествие не принесло ничего нового. По пути назад, у озера забрали мешки с мясом, оставленные там на хранение. А вот у болота сохранился только один мешок. Второй лежал на земле, разодранный и искромсанный зубами, без всякого намёка на лежавшее там мясо. Ветка, на которую его повесили, не выдержала тяжести и обломилась. Хищники не побрезговали соленым и вяленым мясом. Тяжело нагруженные люди медленно продвигались сквозь лес назад к пещерам. Через четыре дня вышли к своим. Навстречу им бежали счастливые соплеменники. Радость встречи омрачилась известием о гибели Олега.

Вечером устроили большой пир. Лена заварила винные листья. Веселились, пели песни, играли возле костра.

Капитан, дед и Петрович сидели в сторонке, попивали теплое вино.

– Ну что, дед, как вы тут без нас? Происшествий не было? Как Герман?

– Да нормально. Я думал, гайки начнёт закручивать, ан нет, толково всё делал. С Чингачгуком поначалу цапались, а потом ничего, обтесались. Особенно после отравления…

- А конкретнее? – насторожился Павел Сергеевич.

- Да,- отмахнулся дед,- новый фрукт принесли, проверили - анализатор выдал, что условно съедобен, ну и … поели. Вкусный, зараза, был, сладкий, сочный. А потом всех как начало нести… Словом, не фрукт, а чистое слабительное. Но, слава богу, только сутки побегали до выгребной ямы и все, на этом обошлось. Герман струхнул малек, особенно когда и самого прихватило, но ничего, справился и не до ссор потом уже было, - Иваныч довольно хмыкнул. - В остальном – всё согласно штатному расписанию. Обезьяны, паршивцы, замучили. Пришлось поверху заграждение делать из колючих веток. Всю одежду на этих колючках разодрали – два дня потом чинили. Зато сразу тише и спокойнее стало. А то прямо житья от них не было.

– Это хорошо, что справились.

– Всё хорошо, что хорошо кончается, – подхватил Петрович, допивая остатки вина. – Пошёл я спать. Соскучился я по своей лежанке.

– Это точно, – капитан пошёл вслед за Петровичем. Гамак и подстилка из сушеной травы ждали его.

Глава вторая.

1.

– Капитан, мы дотянули до Фиби, но на штатное приземление у нас не хватит мощности умирающего двигателя. Боюсь, ничего нельзя сделать, мы разобьёмся.

– Без паники, Стерх, будем садиться. Тем более что другого варианта у нас нет. Проверь лучше, все ли в капсулах? И сам ложись.

– Ты одна не справишься,– возразил он.

– Справлюсь. Это приказ.

С приказами капитана на корабле никто не спорил. Первый помощник ещё раз прошёлся по отсекам корабля. Все пассажиры и члены экипажа лежали в посадочных капсулах. Корабль начал дрожать всем корпусом. Стерх печально покачал головой, и пошёл к своей капсуле.

Кари из всех сил пыталась выжать из двигателя всё, чтобы посадить разбитый корабль. Это было вообще чудо, что они долетели до Фиби, которая считалась условно пригодной для жизни. Правда, условно пригодной её называли лишь потому, что до её изучения всё никак не доходили руки. Никаких конкретный данных о планете под названием Фиби у Кари не было. В справочнике только говорилось, что здесь есть кислородная атмосфера, вода, растительность и, вероятно, животный мир также присутствует. Вот, собственно и всё. Когда произошла авария, корабль прошёл чуть больше половины намеченного пути. По всем расчетам они не дотягивали до пункта назначения. Решили рискнуть и лететь к ближайшей по курсу звезде, имеющей пригодные для жизни планеты. Это и оказалась Фиби. Да, они рисковали, но альтернативой была долгая мучительная смерть в космосе на разваливающемся транспортнике, а такого не пожелаешь и врагу.

Корабль уже практически был неуправляем, они стремительно падали. Карине могла видеть, куда именно они падают, не могла скорректировать полёт. Единственное, что ей оставалось делать, это не давать кораблю пикировать, и стараться удерживать его в более-менее горизонтальном положении, заставляя планировать. В довершении ко всему они попали в грозовой фронт, молнии били в корпус корабля, словно специально старались добить несчастную машину. Мощный удар о землю - последнее, что помнила Кари. Противоперегрузочная система отработала до последней капли, стараясь спасти всех, кто находился на борту, но и ее возможности были не безграничны.

Стерх одним из первых пришёл в себя после крушения корабля. Он огляделся, пытаясь сориентироваться в обстановке. Некоторые члены экипажа так же как и он пришли в себя и самостоятельно выбирались из капсул. Пассажиры все еще находились в шоке. Непривычные к таким перегрузкам и неготовые к экстремальным ситуациям, многие просто растерялись и не знали, что им делать. Быстрый осмотр капсул, убедил его, что все живы.

– Ребята, – Стерх обратился к своим подчинённым, – помогите всем пассажирам выбраться, окажите помощь, постарайтесь успокоить. Я к капитану.

Он бегом побежал в рубку. Кари неподвижно лежала на пульте управления, кровь капала из носа и ушей.

– Мисса, срочно в рубку, – вызвал он корабельного врача.

Через пару минут та уже суетилась возле раненого капитана.

– Что с ней?

– Ушиб головы и перегрузка. Сейчас рану обработаю и постараюсь привести её в чувство.

– Хорошо, – Стерх повернулся к приборам. – Надо посмотреть, куда нас занесло. Вот невезение, мы лишились практически всех наружных датчиков и камер. Ничего не видно. Придётся выходить. Мисса, после капитана проверь пассажиров.

– Уже, – отмахнулась она, – там всё в норме, пара ушибов не в счёт.

– Это хорошо. Тогда я на разведку.

Стерх, вызвав биохимика, направился в шлюзовую камеру. Туда же подошёл и Грок с небольшим аппаратом в руках. Молча, влезли в аварийные скафандры. Люк шлюзовой камеры медленно открылся. Планета встретила их ночью, громом и шквалистым ветром, вовсю лил дождь. Стерх зажёг фонарь. Из-за дождя практически ничего не было видно. Грог выставил свой прибор, там что-то защелкало и через минуту на экране появились цифры.

– Ну, что тут? – Стерх нетерпеливо посмотрел на экран.

– Что ж, мы – счастливчики, – Грог, довольный выключил прибор.– Можно снимать скафандр, воздух вполне пригодный.

Стерх посмотрел на бушующую за бортом стихию:

– Нет уж, я пока в нём побуду. Пойдём вниз, осмотримся.

Платформа-подъемник стала плавно опускать их вниз, но на пол путикрякнула и застряла на месте. Корабль покачивало, ветер норовил сбить звездолётчиков с ног.

– Смотри, – Стерх остановился и указал вниз.

А под платформой блестела вода и она, явно поднималась к ним или это они опускались к ней, при чем всем кораблем. Они как зачарованные смотрели за ее движением пока до воды не осталось всего ничего.

– Счастливчики, говоришь, что-то не похоже.

Стерх осветил фонарем окрестности. ОРИ–КО лежал на болоте и погружался в него. Дождь ускорял этот процесс. В кормовой части корабля виднелась прореха. Каким-то чудом повредилась только внешняя обшивка, и вода ещё не хлынула вовнутрь. Но как долго внутренняя обшивка продержится натискам стихии, помощник капитана не знал.

–Да уж, – вздохнул Грог. – Что будем делать?

– Эвакуироваться, причём срочно.

– Куда? И главное как?

Они ещё раз огляделись. Кроме как к ближайшим деревьям идти было некуда.

– Из кресел, кроватей, лестниц и веревок будем делать настил и потихоньку переправлять пассажиров.

Они вернулись вовнутрь. Капитан всё ещё была без сознания. Стерху ничего не оставалось, как взять на себя организацию эвакуации. Пассажиры доставляли много хлопот. Если экипаж работал чётко и слаженно, то частные лица абсолютно не приспособлены к авральным ситуациям. Повезло ещё, что в этом рейсе не было детей, а то проблем и визгу прибавилось бы. С горем пополам настил был готов. Первый его испробовал стюард Ирек. Он был самый крупный, поэтому и полез первый. Заодно он же и будет принимать идущих за ним пассажиров. Всем было приказано брать только самое необходимое из личных вещей. Каждого ещё нагружали продуктами, одеялами и инструментами.

Макки двигались медленно один за другим. Темнота, дождь и порывистый ветер затрудняли эвакуацию. Оказавшись на твёрдой почве, пассажиры сбились в кучку под деревьями. Члены экипажа сделали ещё пару ходок на тонущий корабль, вынося оттуда всё, что может пригодиться. Вода прибывала, начиная затапливать и пригорок, на котором расположились эвакуированные макки. Потерпевшим крушение ничего не оставалось делать, как уходить вглубь леса, подальше от болота и тонущего ОРИ–КО.

Остаток ночи измученные и мокрые макки пробирались через лес. Гроза уходила в сторону. Капли дождя становились мельче. Светало. На первой попавшейся поляне сделали привал. Макки в изнеможении повалились на землю.

– Как Кари? – Стерх подошел к носилкам, но которых несли капитана.

– Пару раз приходила в себя, но ненадолго. Я думаю, если ей дать покой, через пару дней встанет на ноги.

– Ох, Мисса, нам бы всем покой не мешал,– вздохнул Стерх, – да где его взять? Ладно, всем спать, а там будем решать, что делать дальше.

Пассажиры, кое-как укутавшись в мокрые одеяла, пытались уснуть. Стерх организовал охрану из членов экипажа. Лагерь затих, сил на рыдания или возмущения ни у кого не осталось.

Стерха, несущего караул вокруг спавших, не покидали тревожные мысли. Как поведут себя пассажиры? Справится ли немногочисленный экипаж с такой разношерстной группой, неприспособленных к жизни в диких условиях, макки? Среди пассажиров пять женщин. Одна их них пожилая дама: шерсть у неё совсем потускнела и стала редкой. Если он правильно помнил, она летела к родственникам улаживать семейные дела. Была еще молодая, уверенная в себе девушка. Стерх знал, что её звали Манора, и то, что она являлась хока и дочерью какого-то важного чиновника. Весь недолгий путь на корабле Манора держалась особняком, ни с кем особо не общалась. Впрочем, это естественное поведение таких барышень. Стерх на своём веку перевозил их немало, и всегда они держались в стороне от других, чем вызывали раздражение у пассажиров. Да, с Манорой они ещё нахлебаются. Недалеко от неё устроилась женщина средних лет. Стерх её практически не замечал на корабле. Тихая, вежливая, в меру общительная. Чуть дальше устроились юрист и две его жены. Женщины молодые, крепкие, но полностью во власти своего мужа. Юрист не очень нравился Стерху, уж больно заносчив и спесив. Остальные макки ничем особенным себя не проявили и первому помощнику не запомнились, все разные, как и по возрасту, так и по комплекции. Он решил, что с утра надо будет узнать их профессии, может, что и пригодится. «Только бы Кари пришла в себя, – думал Стерх, – она мудрая женщина, она справиться с любой проблемой». С такими мрачными мыслями, отдежурив, Стерх уснул.

После нехитрого, сделанного на скорую руку обеда, все собрались на поляне. Общий сбор начал первый помощник капитана.

– Уважаемые пассажиры и члены экипажа! Вы все знаете, что наш корабль, получивший повреждения, не смог продолжить намеченное путешествие и был вынужден совершить экстренную аварийную посадку на ближайшую к нему планету. Только благодаря мастерству и мужеству Кари, мы вообще смогли сесть. И нам повезло, что планета оказалась пригодной для жизни. Теперь о состоянии дел на сегодняшний момент. Сигнал бедствия отправлен, но помощи ждать нам придется не менее трёх лет. Нас всего тридцать, из них одиннадцать членов экипажа и девятнадцать пассажиров. Это очень мало для организации настоящей колонии. К тому же у нас нет соответствующего оборудования и инструментов. Скажу больше – у нас всего один парализатор.

– Как же мы выживем? Это ж три года надо как-то держаться? Как жить в таких условиях? – со всех сторон доносился ропот пассажиров.

– Никто не говорит, что будет легко, – продолжил Стерх, – но мы макки – цивилизованная, высокоразвитая раса, и не должны сдаваться. Чтобы выжить, нужно жить одной командой. С этой минуты здесь нет экипажа и пассажиров, здесь есть один сплоченный коллектив. Каждый будет выполнять работу по мере своих сил и возможностей. Какие будут предложения по поводу организации лагеря?

Макки притихли.

– Вы знаете, – начал один из пассажиров, – я по профессии зоолог, специализируюсь на изучении древних вымерших животных, и считаю, что при данных сложившихся обстоятельствах, нам ничего не остаётся, как вспомнить истоки возникновения расы макки. Как вы все прекрасно знаете, наши предки спустились с деревьев. Первобытное существование на ветвях давало им безопасный кров и пищу. Примитивные деревянные и каменные орудия труда помогали выжить. У нас с вами есть небольшое преимущество перед нашими древними предками - это знания. Вопрос в том, сможем ли мы ими воспользоваться в данных условия? Но есть и минусы – мы, увы, давно вышли из леса, и навыки выживания в дикой природе забыты.

– Вы хотите, чтоб мы опять залезли на деревья? Это же дикость! – возмутилась пожилая дама.

– У кого есть другое предложение? – спросил Стерх.

Все промолчали.

– Я, так же как и Крок, считаю, что нам лучше всего устроить лагерь на деревьях, – поддержал Оги.– По крайней мере, на первое время. Спуститься вниз мы всегда успеем. Если выживем, – тихо добавил он.

– Решено, – подытожил Стерх. – Ирек, Грок и я идем на поиски подходящего места. Фури, организуй ужин. Женщины ей помогут. Оги, вы ведь биолог? – Оги утвердительно кивнул, – тогда займитесь поиском пригодной пищи. По одному не ходим, минимум трое.

Все разошлись по делам. Первый помощник с двумя другими членами экипажа, взяв единственное оружие, имевшееся на борту пассажирского корабля, отправились на разведку.

Место надо было выбрать, чтоб и поляна была, и деревья вокруг стояли крепкие и большие. Обязательно источник воды рядом. Шли на северо-запад. Почему именно туда, Стерх точно сказать не мог, скорее всего, именно в том направлении вела первая встреченная ими звериная тропа. По ней идти было удобней, и она могла вывести на водопой.

Вокруг шумел лес, шныряло под ногами мелкое зверьё.

– Тихо, – Грок остановился, прислушиваясь.– Вода журчит.

– Точно, – подтвердил Ирек, – левее. Пойдём, посмотрим.

Они, пробравшись сквозь кустарник, вышли на родник, выбивающийся из-под камня. Родник оказался прозрачный и полноводный. Макки с удовольствием напились чистой, прохладной воды.

– Я предлагаю спуститься вдоль ручья, возможно, что-то подходящее и найдём.

Все согласились со Стерхом. Через час пути ручей набрал силу, звонко журча, бежал по камням, прокладывая себе дорогу через лес. Его поток к вечеру привел путников к совершенно необыкновенной поляне, вокруг которой рос реликтовый лес. Деревья поражали своей красотой и размерами. Мощные стволы венчала раскидистая крона. Стволы обвивали ползучие растения. Ирек первым снял обувь и легко взобрался на дерево.

– Здорово! Здесь вполне можно сделать приличное гнездо, – крикнул он сверху.

Стерх и Грок поднялись следом. Они перепрыгнули на соседние деревья, осмотрели и их. В коре растения водились всевозможные насекомые.

– Это не страшно, – заверил Грок, – есть у меня препарат – ни один жучок не вынесет. Спать будете спокойно.

В этот момент по лесу разнесся трубный голос. Разведчики переглянулись. Ирек полез выше, осмотреться вокруг. Но из-за листвы ничего не было видно.

– Надеюсь, здесь не много хищников и они не умеют лазить по деревьям, – вдохнул Грок.

– На это все надеются, только бдительность терять не надо. Ну что, на этом месте и остановимся? – Стерх ещё раз осмотрелся вокруг, – На мой взгляд, то, что нам надо.

–Согласен, – поддержал Грок.– Возвращаемся за остальными.

На обратном пути они делали зарубки и оставляли опознавательные знаки. Вернулись уже ночью. Их долгое отсутствие заставило тревожиться остальных. Появление Стерха с командой, вызвало радостные крики и вздох облегчения. Все, услышав про родник и про лес, где растут огромные деревья, одобрили выбор разведчиков. Решили тронуться в путь с утра. Непривычные звуки чужого леса, жесткая постель, тревога за будущее не давали маккам спать спокойно. Кое-где слышались всхлипывания и вздохи. Только к утру лагерь наконец-то затих. Лишь дозорные, сменяя друг друга, сидели на ветвях, вглядываясь в тёмный лес. К счастью, хищники в эту ночь проходили стороной.

2.

Обустройство нового жилья далось тяжело. Все помнили картинки из пособий по истории, где были нарисованы большие, удобные гнёзда, в которых жили семьями древние макки. Но как они их делали, можно было только догадываться.

Всеми подручными средствами, рубили удобные для плетения ползучие растения, гибкие ветви. Собирали листву и мох, косили и сушили траву. Поселившись на деревьях, маккам сразу пришлось отказаться от обуви. Молодые парни уже неплохо освоились на ветвях. Рудиментарные стеги, хоть и не так эффективно, как у древних макки, но делали свое дело. Урих и Марк становились асами по прыжкам с ветки на ветку. Поэтому основную работу на кронах деревьев, выполняли они.

– Марк, смотри, – крикнул с верхушки Урих, – у нас появился конкурент!

По веткам дерева прыгал небольшой зверёк.

– Как он похож на древних макки, только маленький и хвост длинней. Ух, ты! У него и стеги есть, – Марк восхищённо смотрел на зверька.– Может, это будущий представитель разумной цивилизации на этой планете.

– Почему бы нет, – подхватил Урих, – назовём его мукси. Хорошо бы посмотреть на его гнездо, и перенять опыт.

– Давай проследим за ним?

– Идёт. Стерх, мы на разведку за зверьком.

– Возьмите третьего с собой, – ответил Стерх.

– Я с ними, – Манора ловко забралась наверх.

Парни переглянулись.

– Не отстанешь?

–Постараюсь,– Манора поправила заплечную сумку.

Урих пожал плечами. Они высмотрели в ветвях, всё ещё прыгающего там, мукси и отправились вслед за ним. Зверёк неторопливо носился по деревьям, срывая на ходу плоды и съедая их. Преследователи без труда двигались за ним. Через некоторое время, насытившись, зверёк рванул в сторону, прыгая по самым верхушкам. Урих, Марк и Манора еле поспевали за ним. В один миг они потеряли его из виду.

– Куда он делся? – Марк стал внимательно осматривать дерево.

Манора и Урих разошлись по другим деревьям. Визг и проклятья разнеслись по лесу. Парни бросились к Маноре. И сами оказались под градом летящих плодов, палок и камней. По ветвям деревьев со всех сторон неслись мукси и нападали на незваных гостей. Последним ничего не оставалось, как покинуть чужую территорию.

– Вы это видели? – возмущался Марк. – Чуть нас не покалечили!

– Дружно живут, – подхватила Манора, вытирая сочащуюся из раны кровь.– Надо и нам так, а то не выживем.

– Но мы так и не увидели, где и как они живут.

– Это ты не видел, – фыркнула Манора.

– Я видел, как они выскакивали из дырок в деревьях, – подхватил Урих.

– Ага, я пыталась заглянуть в одну из них, вот они и напали на меня.

– Жаль, – вздохнул Марк, – ничего нам наша погоня не дала. Дырки в деревьях делать мы не будем, размер у нас не тот. Так что, пошли назад.

Урих огляделся вокруг.

– Хм, а кто знает, куда нам идти?

– Туда, – Марк махнул рукой.

– Ты уверен? – засомневалась Манора. – Мне кажется надо брать левее.

– Уговорила, пойдем между нашими направлениями.

Они не торопясь, перебираясь с ветки на ветку, пустились в обратный путь. Вдалеке раздался трубный звук. Путешественники насторожились.

– Может, пойдем, посмотрим? – предложил Урих.

– Мы без оружия, – возразил Марк, – а я не думаю, что это безобидное животное. Любопытство может дорого нам стоить. К тому же с нами женщина.

Манора только фыркнула, ничего не сказав. Звук раздался снова, уже ближе. Затрещали ломающиеся ветки кустов. Макки поднялись повыше и ускорили темп. Оглянувшись, они увидели мелькнувшее тело крупного зверя, с длинными конечностями, с гладкой кожей, и мощными челюстями. Оно опять затрубило, при этом на голове у него вытянулись две трубки, напоминающие обычные кухонные воронки.

– Брр, вот так уродец!

– И явно хищник, – подхватила Манора.– Не хотела бы я с ним столкнуться. Давайте быстрее убираться отсюда, пока он нас не заметил.

В это время в лагере, Кари пришла в себя. Радостная весть об этом облетела всех макки. Мисса хлопотала вокруг капитана. Фури пыталась накормить её самым вкусным и питательным. Тем временем, Стерх ввел капитана в курс дела на сегодняшний момент.

К вечеру вернулись все обитатели лагеря. Рассевшись на самом большом дереве, попивая отвар из трав, обсуждали всё, что произошло за день. Марк рассказал о хищнике, издающем трубный глас, предупредил всех о вероятной опасности, которую представляет данный зверь.

– Вот, чит! – выругался Ирек, – Почему всегда должны быть злобные твари?

– Ничего не поделаешь, – ответил Крок, – закон природы. Я даже предположу, что мы ещё встретимся не только с этим читом, но и с другими опасными хищниками.

–Утешил, – вздохнул Стерх. – Ребята, завтра надо изготовить копья. Без оружия из лагеря чтоб не уходили! Оги, что у нас с питанием?

Оги, как выяснилось, был крупный ученый в области ботаники. Работал в институте по разведению новых сортов различных употребляемых в пищу растений. Летел на биологический симпозиум для обмена опытом. По роду своей деятельности он не раз бывал в полевых экспедициях, как на самой Глори, так и на других колониях. Вообще, Оги оказался очень общительным и приятным макки. Несмотря на свой возраст, он легко находил общий язык как с молодыми, так и с представителями своего поколения. Будучи величиной мирового значения, оставался при этом «своим парнем». Попав сейчас вместе с другими в сложную ситуацию, он сразу же включился в полезную деятельность. Сам Рук послал его потерпевшим кораблекрушение.

– Ну что… – начал Оги, – очень даже перспективно. Я нашёл массу съедобных плодов и кореньев. Нужно организовать сбор и заготовку на зиму. Есть один сорт дерева, из которого возможна добыча тканевого волокна. Сейчас пытаюсь найти нечто, пригодное для изготовления крепкой посуды.

– Это замечательно, – похвалила Кари.

– Я тоже кое-что раздобыла, – вставила Мисса. – Местный мох – прекрасный антисептик, есть несколько травок с явно выраженным болеутоляющим эффектом, есть листья с тонизирующим действием. В дальнейшем, надеюсь, соберу неплохую аптечку. Вообще местная растительность здесь замечательная. Не хуже, чем на нашей планете, а может быть и разнообразней. Надо только всё это изучать и исследовать.

– Полностью согласен, – подтвердил Оги, – в чём-чём, а в этом нам повезло. Планета просто рай для ботаника.

– Работа над гнёздами медленно двигается, – заметила Кари.– Давайте в первую очередь сделаем крышу над головой. Завтра все мужчины на строительство. Женщины на сбор пропитания. Марух, – обратилась она к юристу, – я слышала, вы хотели жить отдельно?

Юрист кивнул в знак согласия.

– Я не возражаю. Пусть кто-нибудь из мужчин поможет вам. Но вы и ваши жены должны участвовать в жизни лагеря наравне со всеми.

– Это естественно, без вас нам втроем не выжить. К тому же, моя Вули умеет шить.

–Хорошо, – кивнула Кари. – Сейчас отдыхайте.

Молодёжь ушла к ручью, смеясь и дурачась на ходу. Кари поежилась от прохладного вечернего ветерка. Стерх подсел поближе к ней.

– Как ты себя чувствуешь?

– Небольшая слабость в ногах, а в остальном полный порядок. Так что, некоторое время по веткам не попрыгать.

– Напрыгаешься ещё. Хотел узнать твои мысли по поводу зимы.

– Ох, и не спрашивай. Надо бы с биологом посовещаться. Крок, можно вас на минутку.

– Да, конечно, – Крок присел на соседнюю ветку.– Хотите? – он вытащил из заплечной сумки пару сочных плодов. – Замечательный вкус!

Кари взяла один, Стерх отказался.

– Что вы думаете по поводу зимовки? – спросила Кари, откусив плод. – Перезимуем ли?

– Да, сложный вопрос. У нас на Глори мы не испытываем холодов, точнее, не бывает у нас морозов. Но ведь так не всегда было. Был период, когда и у нас на планете была зима. Археологические исследования показали, что шерсть в тот период у нас была гуще и длиннее, но это всё равно не давало макки возможности полноценно зимовать. Главная причина, конечно, низкие температуры, а вот вторая причина – отсутствие еды. Простите меня за эту лекцию, но я скорее для себя хочу повторить известные факты. Макки – травоядные и, следовательно, сильно зависят от растительного мира. Мы научились сушить и консервировать еду. Но не в данных условиях. На Глори в холодный период все помещения обогреваются. Здесь вряд ли нам удастся в ближайшее время придумать полноценный обогрев гнёзд. Следовательно, надо исходить из первобытных условий. А наши первобытные предки на зиму впадали в спячку.

– А если не впадём?– засомневался Стерх.

– Ну, я не могу дать сто процентную гарантию, но очень на это надеюсь.

– Тогда нам надо максимально утеплить гнёзда, – Кари задумалась.– И продолжаем делать запасы. Надо выдолбить дупла в деревьях, для хранения продуктов.

– Я напрягу механиков, пусть помозгуют по поводу обогрева.

Кари одобрительно кивнула.

– Пойду и я ополоснусь в ручье, – Стерх встал, – а то вся шерсть в трухе.

– Пожалуй и я с вами, – Крок поспешил за Стерхом.

Кари осталась одна, наблюдая за тем, как копошатся женщины на импровизированной кухне, убирая и моя посуду. Как мало ещё сделано. Хлипкие постройки и пара сплетенных сеток для хранения провизии и инвентаря – вот и весь лагерь. Внизу небольшое костровище. Кари вздохнула. За что ей всё это в самом конце службы? С детства она мечтала быть командиром корабля. По молодости все, конечно, мечтали водить быстрые разведывательные суда. Но потом, с опытом, понимаешь, что возить пассажиров не так романтично, но не менее увлекательно. Сколько интересных макки она встречала за всё время своей службы, скольких знаменитостей. Кари, благодаря её мастерству и безупречной репутации, доверяли полеты к самым дальним колониям. За свою тридцатилетнюю службу она побывала везде, где живут представители маккской цивилизации. Этот рейс должен был быть для нее последним, она собиралась уйти в отставку. Срок её службы подошёл к концу. Кари уже присмотрела себе одну милую спокойную колонию и даже купила там дом. Дом, правда, требовал ремонта и вложения немалых средств для модернизации под её вкус, но она могла себе это позволить. Не имея семьи, Кари скопила приличную сумму денег на своём счету и надеялась на безбедную спокойную старость. И вот, пожалуйста – эта нелепая авария. Тихий домик на тихой планете отошёл в неизвестность на неопределённое время. Да и увидит ли она его вообще? Выживут ли они в этом диком мире? Кари гнала эти мысли от себя. Здесь все надеются на неё. Она всё ещё командир корабля и несёт ответственность за всех присутствующих здесь макки. Значит, она сделает всё, чтобы они выжили. С этими мыслями Кари встала и пошла проверять дозоры.

Через неделю на деревьях уже висели четыре гнезда. Маленькое гнездо было для семьи юриста. Одно гнездо было сделано для женщин и два для мужчин. Начали работать над строительством пятого общего гнезда. На сбор овощей и фруктов были брошены основные силы. На добычу выходили каждое утро по тройкам. Каждая тройка была вооружена копьём. Так как оружие мешало передвигаться по ветвям, его несли по очереди. В свободное от сбора фруктов время, женщины утепляли и всячески облагораживали новое жилище.

С первых дней аварии Манора резко сменила свое поведение. Ранее необщительная и замкнутая, она стала во всём проявлять инициативу, не гнушаясь тяжелой и грязной работы, стараясь быть полезной. Вначале, зная ее происхождение, все искоса поглядывали и сторонились ее. Но она своим поведение добилась того, что потихоньку все просто забыли о том, что она хока. Манора любила ходить на добычу. Она шустро прыгала с ветки на ветку, не уступая в ловкости парням. Свою золотистую модную тунику девушка давно забросила, на бедрах, как и у всех, болтался небольшой фартук, а через плечо висела сумка. Только гладкая, блестящая, когда-то хорошо ухоженная, шерсть ещё напоминала о её высоком происхождении.

– Манора, ты сегодня с нами? – Урих с надеждой посмотрел на неё.

– Это вы со мной, – фыркнула она. – Отстанете – ждать не буду.

– Как бы нам тебя ждать не пришлось.

Сегодня Манора, Урих и Грок намеревались уйти на юг, в сторону болота. На плечах у них висели сумки, Грох нес копьё. Решили отойти подальше от лагеря налегке, а уж потом начать сбор провизии. Макки с легкостью неслись по среднему ярусу ветвей, перегоняя друг друга. Их стеги раскрывались, давая возможность планировать. На Глори они вели размеренный образ жизни, прыжки по деревьям ушли в прошлое. Попав в первобытное существование, заложенные природой инстинкты рвались наружу. Однако отсутствие навыков выливалось в постоянные падения и ушибы. Урих с Манорой двигались вместе, Грок немного отставал. На очередном прыжке Манора сорвалась вниз.

– Вот чит! – выругалась она, вставая на ноги.– Я вляпалась во что-то мокрое и скользкое.

Грок внимательно осмотрел место падения. На траве сидело небольшое существо, скользкое на вид, красного цвета.

– Гадость какая, – Манора брезгливо вытирала руки о листву.

– Мне оно тоже не нравится, – констатировал Грок.

– Да проткни ты его, нечего гадость разводить, – посоветовал Урих.

Грок, недолго думая, опустил копьё на слизняка. Во все стороны брызнули капли крови. Грок подобрал пару испачканных листьев.

– Зачем они тебе?– удивился Урих.

– Хочу исследовать состав. Ну что, двинули дальше.

Они продолжили свой путь. Скоро перед ними открылось озеро. Внизу проскакали какие-то животные. По всем признакам они были травоядные, поэтому макки и не обратили на них внимание. Решили остановиться здесь, отдохнуть у озера и начать сбор фруктов и овощей.

Через пару часов, сумки были наполнены, пора думать о возвращении. Неожиданный хохот Грока, заставил всех вздрогнуть.

– Ты чего?

– А ты попробуй это, – Грок протянул Уриху лист.

Сначала осторожно он откусил кусочек, затем с наслаждение съел весь лист.

– Вот это да! Это ж тонизатор в чистом виде! Надо набрать больше.

Они дружно принялись за работу. Вернулись в лагерь поздно вечером. Кари уже собиралась отправлять отряд на их поиски. Увидев возвращающуюся тройку, все вздохнули с облегчением.

– Следите за временем, не заставляйте нас нервничать, – ругала их Кари. – У нас тут и без вас забот хватает!

На следующий день, Грок исследовал листья с кровью слизня.

– Очень интересно… Посмотрите коллега, что вы об этом думаете? – Грок протянул образец Оги.

– Лист обыкновенный. А что касается крови, то толком ничего не могу сказать. Я не специалист в этой области.

– Ну, я как бы тоже. Только мне кажется, что здесь присутствуют две разные составляющие. Не совсем разные, но всё же отличные. И что это может значить – не пойму.

– Предположим, что особь была беременна и кровь в нем его отпрыска.

– Да, чужой мир – потёмки. Ладно, оставим пока, как загадку.

На том и успокоились.

Так шли дни за днями. Гнёзда обретали уют. Корабельный повар Фури совместно с Шуней, пожилой пассажиркой, творили чудеса на кухне. Разнообразие и изобилие местной флоры давало возможность приготовить изысканные и питательные блюда. Макки не любили открытое пламя. На Глори они использовали разнообразное энергетическое оборудование для термической обработки продуктов. Здесь им пришлось вернуться к огню. На нём готовили различные травяные отвары и варили некоторые виды овощей. Огонь разводился внизу на каменной кладке. Шуня, в силу своего преклонного возраста, не могла прыгать по деревьям. Она следила за очагом, мыла посуду и помогала готовить еду. В первый день высадки она была самой ворчливой пассажиркой. Стерх переживал, что она доставит им ещё массу хлопот. Но, как ни странно, поворчав немного, Шуня сменила гнев на милость и просто изо всех своих слабых сил старалась быть полезной и нужной. Макки полюбили её и уважали за возраст и жизненный опыт.

После очередной вылазки за добычей Оги пришёл сильно возбуждённый. Он нашёл куст, семена которого были укутаны волокном, по составу и свойствам похожим на тонкую шерсть. Укутанные таким образом семена благополучно зимовали до весны. Это был подарок судьбы. Кари распорядилась собрать как можно больше данного волокна для утепления гнёзд изнутри.

Не обходилось и без несчастных случаев. Неопытные макки периодически срывались с деревьев и падали, получая ушибы и ранения. Мисса мастерски вправляла кости, зашивала рваные раны, накладывала компрессы на ушибы.

Вынужденные колонисты потихоньку узнавали мир чужой планеты. Как-то добытчики, пришедшие с юга, рассказали о странных животных, виденных ими. Так как звери были достаточно крупные, они поостереглись близко к ним подходить и не смогли хорошенько рассмотреть. Единственное, что утверждали добытчики точно, это то, что животные гладкокожие, ходят на двух лапах, питаются мясом. Крока очень заинтересовала данная информация.

– Кари, отпустите меня на разведку. Двуногие хищники – это очень необычно и интересно.

– Хорошо, Крок, – вздохнув, ответила капитан, – три, максимум четыре дня вам на экспедицию. Кто ещё с вами пойдет?

– Я бы хотел пойти, – откликнулся Оги, – буду по пути смотреть в оба, глядишь, ещё чего полезного разыщу.

–И я, – выкрикнула Манора.

– Нет, тебя не возьму, – решительно возразил Крок.

– Это почему, что за дискриминация?

– У нас и так мало женщин, – объяснил Крок, – нельзя вами рисковать.

– Я согласен с Кроком, женщин не берём, – подключился Оги.

– Тогда я пойду, – отозвался громила Ирек.

– Хорошо, возьмите с собой парализатор, – Кари протянула единственное в лагере современное оружие.

Тройка исследователей наутро двинулась в путь. Первый день путешествия прошёл без осложнений и ничего нового не принес. Ночёвку устроили на дереве, переплетая ветви, делая удобное место для ночлега. Дежурили по очереди. Оги дежурил первым. Будучи самым легким из тройки, он забрался на самое высокое дерево осмотреться. Недалеко от места их ночёвки на поляне паслись звери с рогами на голове. Макки уже встречали таких, не боялись и называли их рогочами. Вдалеке виднелись очертания гор. Оги показалось, что там что-то блеснуло. Деревья мешали хорошо рассмотреть. Ботаник попытался запомнить направление на увиденный отблеск.

Ночь уже подходила к концу, когда дежуривший Крок услышал треск веток. Раздался характерный трубный звук. Чит подбирался к дереву, на котором ночевали макки. Его гладкая кожа блестела в свете звёзд. Ирек находился ниже всех. Крок предупреждающе вскрикнул, и бросился его будить. Чит, большими прыжками мчался к дереву с макками. И вот он оттолкнулся своими сильными мускулистыми лапами и прыгнул к ветке, на которой только что спал Ирек. Мощные челюсти хищника клацнули в пустоте. Макки еле успели забраться выше. Крок прицелился и выстрелил в голову чудовища. Чит, сделав ещё одну попытку допрыгнуть до макки, замертво повалился на землю.

– Вот, чит! Он чуть не схватил меня за ногу!

– Почему ты его так близко подпустил? – возмутился Оги.

– Да у него скорость такая, что не успеваешь среагировать, – оправдывался Крок. – Вообще на этой планете все жутко прыгучие!

– Спасибо, что эти твари по деревьям не лазят.

– Да уж. Ну что, спать дальше?

– Не, я уже не усну, – вздохнул Ирек. – Могу покараулить, а вы спите.

Крок и Оги попытались уснуть, но адреналин ещё бурлил в крови, не давая им покоя.

– Знаете, я вечером видел в горах какой-то свет, – поделился увиденным Оги.

– Может, там озеро или водопад, вот свет и отражался, – сделал предположение Крок.

–Вряд ли, – задумался Оги, – скорее было похоже на отблеск от огня.

– Откуда там костер? – удивился Ирек.

– Не знаю. Проверить бы, – он с надеждой посмотрел на Крока.

– Далеко, не успеем. Завтра надо назад возвращаться. Потом, как-нибудь, устроим вылазку к горам в более многочисленном составе. Ну, что, раз не спим, может, пойдем дальше? Светает уже.

Наскоро перекусив, он двинулись в путь.

– Тсс! – Ирек, двигавшийся первым, остановился.– Там впереди кто-то есть.

Все остановились и прислушались. Впереди явно кто-то был. Слышно, как трещат ветки от их шагов, и также звуки их голосов. Осторожно, забравшись повыше, макки перепрыгивали с дерева на дерево, подбирались поближе к неизвестным обитателям планеты. По тропе шли на задних лапах два крупных зверя. Гладкокожие, с волосатой мордой. На плечах одного болталась туша рогача. В руках у них были копья, на спине висело ещё какое-то приспособление. Крок сделал знак остановиться. Звери вскоре скрылись из виду.

– Что ты об этом думаешь, Крок?

– Хм, я думаю, что это вид местной фауны, подошедший к первой стадии эволюции. Они ещё примитивны, но уже начали применять элементарные орудия труда. Что меня больше всего удивляет, это то, что они хищники. На Глори ни один хищник не обладает достаточно развитым мозгом. Они действуют на уровне инстинктов. Прогресс им чужд. А вот травоядные, вынужденные всегда бороться за свою жизнь, способны к прогрессу. Здесь же природа, видимо, распорядилась иначе.

– Фу, а эта гладкая кожа! – вставил Ирек. – Как у чита!

– Да, – согласился Оги, – только челюсть у этих не такая мощная.

– Вторая странность, – подтвердил Крок.

– Давайте проследим за ними?

– Нет, Ирек, не стоит. Эти двуногие хищники достаточно опасны. Пусть лучше они не знают о нашем существовании вообще. Надо предупредить всех наших, чтоб опасались двуногих читов.

3.

Осень уже наступала на пятки. Ночи становились всё холодней. Макки чувствовали приближение холодов, становясь вялыми и сонливыми. Растительный мир потихоньку увядал, готовясь к зиме. Гнёзда приобрели вид огромных меховых шариков, зацепившихся за ветки деревьев. И вот выпал первый снег. К обеду он растаял, но на макки, не знавших снега, он произвел сильное впечатление.

– Ну что, Стерх, пора устраиваться на зимовку? – Кари, с неприязнью посмотрела на холодный белый покров и поспешила отхлебнуть горячий напиток.– Запасов насушили много. Крок сказал, что в период спячки необходим только питательный отвар. Но перенесём ли морозы?

– Это одному Руку известно, – Стерх зябко поёжился. – Будем дежурить по очереди. Охранять и поить спящих. Юрист с женами уйдет к остальным. Неспящие займут их небольшое гнездо. Будем отапливать его горячими камнями, нагретыми на костре. Мы уже соорудили там настил, чтобы не устроить пожар.

– Надо собрать как можно больше одежды для дежурных. Хорошо, что Вули придумала сделать меховые мешки на ноги. За водой придется спускаться по снегу,– Кари зевнула. – Сама еле держусь. Мозги уже начали застывать, еле ворочаются, а это хорошо, значит, инстинкты у нас все еще остались…

Через два дня лагерь погрузился в спячку. Первая тройка неспящих продолжала утеплять своё жилище и плести из волокон одежду. Морозы пока были только по ночам. Макки лежали в гнёздах, укутавшись в одеяла. Входное отверстие тщательно закрывалось. Глубокий сон ещё не пришёл к ним. Они лежали вялые, в полудрёме. Температура их тела потихоньку падала. Дежурным приходилось нелегко. Их тела, непривычные к низким температурам, всячески противились любой физической работе. Умственные процессы замедлялись. Приходилось поддерживать температуру тела с помощью обогреваемого гнезда, а так же принимая теплые и тонизирющие отвары. В обязанности неспящих входило поддерживать внизу огонь для нагрева камней и приготовления питательной смеси, кормление спящих, охрана лагеря. Пока снег не выпал, дежурство проходило без особых затруднений. Снежный покров сделал процесс разведения костра неимоверно сложным. Не обладая опытом зимовки, макки не позаботились о заготовке дров и хранении их в сухом закрытом месте. Отсыревшие дрова не хотели гореть. Два дня дежурным пришлось сидеть без огня, пока дрова не просохли в гнезде. В довершение всего ручей сковал лед.

– Надо идти за водой, – Оги вяло поднялся с тёплой лежанки. – Где снегоходы?

– У выхода лежат, – Марк указал на шерстяные мешкообразные сапоги.– Не забудь копье.

Оги, взяв в руки копье с каменным наконечником и пару бурдюков для воды, вылез из гнезда, тщательно закрыв за собой выход. На нижней ветке надел на ноги снегоходы, и спрыгнул на снег. Сали внизу, кутаясь в одеяло, подбрасывала хворост в огонь. Оги по протоптанной в снегу тропинке спустился к ручью. Лед приходилось долбить копьём. Сонное тело с трудом находило силы. Приходилось часто останавливаться и отдыхать. Наконец-то лёд поддался. Набрав в бурдюки воды, Оги поплелся назад. Заменив Сали у костра, он стал варить очередную порцию питательного отвара. От огня шло приятное тепло. «Вот бы в гнезде огонь разжечь… – мечтал он, – но нельзя, сгорим все». Спустился Марк, протянул озябшие ладони к огню:

– Питье готово?

– Да, пойдем кормить.

Они разлили по кувшинам отвар и разошлись по гнездам кормить спящих соплеменников.

Зима крепчала. Время, казалось, стало таким же вялым и ленивым, как и макки. На дежурство заступили Кари, Крок и Урих. Снег покрывал всё вокруг толстым слоем. Тропинку к ручью приходилось каждый раз протаптывать заново. Охранник поддерживал еле тлевший огонь и следил за обстановкой в лесу. Надо сказать, что местные обитатели не беспокоили макки. Шустрые мукси, сновавшие всё лето вокруг гнёзд, с наступлением холодов исчезли. То ли ушли на юг, то ли впали в спячку до весны. Проходили мимо несколько раз рогачи. Чит не трубил и не показывался.

Урих грелся у костра. Площадка рядом была хорошо утоптана. На плетеной подстилке рядом лежали дрова и хворост. Ежедневная кормежка закончилась, Кари и Крок грелись в гнезде. Ветер пробежался по верхушкам деревьев. Захрустели ломающиеся ветки. Урих услышал покашливание. Обернувшись на звук, он увидел пробирающегося через снег крупного зверя с буро-зеленой шерстью. Судя по клыкам, торчащим из пасти, зверь пришел не просто погреться у огня. Никто из макки ранее не встречал данный вид местной фауны. Зверь, покашливая, ускорил своё движение. Страх и инстинкт самосохранения заставил кровь Уриха течь быстрее. Он одним махом взлетел на ветви стоящего рядом дерева. Снегоходы свалились с его ног. Чудовище в два прыжка подскочило к тому месту, где только что был Урих. Его челюсти сомкнулись на упавших снегоходах.

– Кари, Крок! Опасность!

Крок осторожно выглянул из гнезда. Урих сидел на соседнем дереве, вскинув наготове парализатор. Зверь кружил вокруг дерева, пытаясь допрыгнуть до Уриха. Очередной прыжок почти достиг цели, но, приземляясь, зверь попал лапами в костер. Кряхтя и кашляя, он убежал вглубь леса.

– Ты чего не стрелял?

– Не знаю, – Урих осторожно слез с дерева, подобрал свои снегоходы.

Один был разодран, голые пальцы вываливались наружу, загребая снег. Урих запрыгал на одной ноге.

– Что значит «не знаю», – возмутилась Кари, – а если б он достал тебя? Или ещё хуже, забрался бы в гнездо?

Урих виновато молчал. Он сам не мог понять, почему не стрелял в хищника. Он был просто парализован взглядом зверя.

– В следующий раз обязательно уничтожай любого хищника, пробравшегося на нашу территорию, – Кари всё ещё злилась. – Надо по смене передать информацию о новой угрозе.

– И пусть в глаза ему не смотрят, – тихо добавил Урих.

Кари внимательно на него посмотрела.

–Хм, вот оно что… Учтём.

День становился длиннее. Снег начал подтаивать, но по ночам опять покрываясь твёрдым настом. Юрист с женой отправились кормить спящих, Ирек сидел у костра. Из женского гнезда выглянул встревоженный Марух.

– Ирек, поднимись сюда,– позвал он.

Войдя в гнездо, Ирек увидел, что Марух склонился над Шуней. Она лежала без признаков жизни. Тело уже начало остывать.

– Наверное, сердце не выдержало, – предположил Марух. – В её возрасте организму трудно перестроиться.

– Что будем делать?

– Для начала вынесем её отсюда.

Они аккуратно положили тело пожилой женщины на снег. Предстояло решить, что с ним делать. На Глори умерших отправляли в Дом скорби. Что там с ними делали дальше, редко кто задумывался. Здесь же Дома скорби нет.

– Давайте в снег закопаем, – предложила, подошедшая, Вули.

– Снег скоро растает, – возразил Марух.

– Тогда давай обмотаем её в одеяло и привяжем к дереву на окраине лагеря.

– Пожалуй, это мысль.

– А когда все проснуться, сообща и примем решение, – поддержал Ирек.

Так и сделали.

Как-то вечером разыгрался ураган. Сильный ветер ломал ветви деревьев и раскачивал гнёзда. Небо заволокло чёрными тучами, посыпались крупные мокрые хлопья снега. Дежурным пришлось сидеть без огня, так как мокрый снег не давал возможность нормально развести его. Макки, съежившись, сбились в гнезде, периодически выглядывая наружу для осмотра окрестностей. Очередной порыв ветра налетел на лагерь. Раздался треск ломающегося дерева. Ирек выглянул наружу.

– Вот, чит, – выругался он, – дерево с телом Шуни упало.

– Не на гнездо? – встревожился Марух.

– Нет, не достало.

– Что ж, придётся ждать окончания бури, сейчас нам ничего не сделать.

К утру буря стихла. Обходя засыпанный снегом лагерь, дежурные убедились, что все гнёзда уцелели и ничуть не пострадали, а со спящими соплеменниками всё в порядке. Внезапно до них донеслось характерное покашливание.

–Ты это слышал? – Ирек прислушался.– Похоже на того нового хищника, кхыка.

Он выглянул из гнезда. Кхык, покашливая, рыл лапами снег у упавшего дерева. Затем он вытащил из-под снега завёрнутое в одеяло тело и стал когтями и зубами раздирать его. Марух, выскочил из гнезда, забрался повыше на дерево и выстрелил в хищника. Зверь поднял морду, посмотрел в глаза испуганному Маруху и повалился на бок. Марух выстрелил ещё раз.

– Он пришёл на запах. Надо оттащить эту кашляющую тварь подальше от гнёзд. А бедной Шуне устроить погребальный костёр.

Марух только кивнул в знак согласия. Они взяли тушу убитого зверя и потащили его за ручей, подальше в лес. Вечером, соорудив настил из дров и водрузив на него тело умершей макки, зажгли большой погребальный костер. Это была первая смерть макки на чужой планете и первое прощание с ним.

Через две недели весна уже вступила в свои права. Макки стали выходить из долгой спячки. Вялые, исхудавшие, они потихоньку возвращались к жизни. Чтобы восстановить силы, они вынуждены были есть практически постоянно. В ход шли, помимо сушеных овощей и фруктов, молодые побеги растений, почки деревьев, первоцветы. Макки чистили гнезда, восстанавливали образовавшиеся прорехи. Для удобства решили на лето построить ещё пару гнёзд. Постепенно жизнь входила в привычное русло.