Одна улыбка

На стол опустился крупный кусочек сажи. Слава нетерпеливо сдула его и, отложив в сторону лупу, недовольно посмотрела на Драконью гору. Да сколько ж можно?

— Как дела, рыжик? — весело спросил Марий, заглядывая под навес.

— Это худшая экспедиция в моей жизни, — ответила Слава. — В этой дыре столько пепла, что даже курить не хочется. Я думаю о разводе.

— Надеюсь, не всерьез, — усмехнулся он и наклонился над столом с находками. — Ничего интересного?

— Осколки щитов и оружия, — ответила Слава угрюмо. — Они сняли пока меньше двух пядей, но я сильно сомневаюсь, что что-то изменится. На что вы вообще рассчитывали? Или Янис думает, что мы найдем посох Хрейдмара?

— Было бы неплохо… — попытался отшутиться Марий, но Слава уже завелась.

— Это был сарказм, Марий, сарказм, — прорычала она. — Мы не найдем здесь ни посох тана-чародея, ни даже самого завалящего проклятого кольца. Помяни мое слово — осколки и железяки, — Слава выпростала руку в сторону размеченной веревками площадки. — Королевское Археологическое Общество перекопало здесь все десять тысяч раз. И сейчас они — где? В пустыне Акхар! В Последнем Пределе, Марий, как и эта корова Форсберг. Пока я прозябаю здесь! — она ударила кулаком по столу так, что мелкие находки подпрыгнули. Медленно выдохнула и принялась искать в поясной сумке портсигар.

— Славушка, ты же все прекрасно понимаешь… — Марий встал сзади и осторожно обнял ее за плечи. — Экспедиции Ингрид финансирует сам Гершон — чтобы она приносила то, что ему нужно. А для нас изыскивают средства на общих основаниях… — он на миг прижался лицом к затылку жены и добавил мягко: — Не вечно же мне выигрывать.

— Да… — Слава, прикрыв глаза, несколько раз провела под носом сигаретой и спрятала ее обратно. — Извини.

— Пойдем лучше со мной.

Марий подал ей руку и отрицательно покачал головой, когда Слава привычно потянулась за рабочей сумкой. Окликнул человека из охраны, явно только их и ждавшего. Близ Черного хребта мирным археологам одним ходить опасно. Впрочем, далеко и не пришлось. Марий спустился в одно из многочисленных ущелий, больше похожих на тоннели с узкой полоской неба над головой. Здесь было еще более душно, а ветер сметал сверху целые тучи пепла.

— Меня тут намедни осенило, — все еще ворчливо подала голос Слава, поднимая нижний край куфии до самых глаз, а верхний — пытаясь натянуть еще ниже. — Почему все тверги как тверги, а в клане Дракона — серые? Они просто не умываются! Потому что какой в этом смысл, если тут же опять покроешься треклятым пеплом...

Марий лишь улыбнулся и поманил ее жестом.

Ущелье оканчивалось небольшим «карманом», в котором бесновался огонь. Здесь было жарко, как в печи, — и кроме этого место выглядело совершенно непримечательным.

— Вон там. Давай подойдем поближе.

Охранник остался у горловины, бдительно поглядывая по сторонам. Марий, прикрываясь ладонью от жара, подвел жену к самой пещере и указал внутрь. Она недоверчиво моргнула.

— Они… живые?

— Не совсем.

Внутри разливалась не лава, как показалось сначала. То есть, лава тоже была, но она уже почти остыла, а на аспидно-черной поверхности с тлеющими прожилками резвились огненные сполохи. Очертаниями они походили на мелких зверушек, слегка плывущих по контуру из-за танцующих прямо на шкурках пламенных языков. Зверьки игриво кидались друг на друга, катались по полу, ползали и скакали.

— Какое чудо…

— Это гнездо лавовой кошки, — пояснил Марий довольно. — Редко можно увидеть их так близко к поверхности… да и вообще увидеть. Внизу, должно быть, проходит огненная жила. Случился выплеск — кошка и окотилась. А наши бравые ребятки наткнулись на это гнездо.

— Убили? — расстроилась Слава.

— Нет, кошка сбежала. Но… она не вернется.

— И что с ними будет? Они же наполовину стихии? Им не нужно есть, там, сосать молоко?

— Нет… Там другие процессы, но без матери они не вырастут. Видишь, формирование не закончилось? Они пробудут здесь еще несколько дней и вернутся в лаву.

— Жалко… — вздохнула Слава. Марий повернул голову. Она улыбнулась грустно: — Действительно на котят похожи.

Они ушли от пещеры и в следующие дни к ней больше не возвращались. Археологи снимали слой за слоем на руинах древнего Сварта, Слава занималась привычной работой с отчетностями и собирала гербарий, а Марий уткнулся в свои железки, создавая какую-то очередную очень полезную чародейскую штуку. Жизнь в лагере шла размеренно, охрана скучала, впрочем, исследованиям это было только на пользу.

Но в один из вечеров, уже прилично после заката, Марий вернулся в их палатку с самым загадочным видом.

— Идем, — коротко позвал он. — Только надень огнеупорную мантию.

Он также прихватил две пары перчаток, фонарь и сумку, которую принес из походной мастерской. На краю лагеря снова ждал тот самый охранник, и даже в темноте Слава поняла, что идут они к лавовой пещере. У входа Марий оставил фонарь. Хотя лава совсем остыла, а живой огонь сжался до маленького, почти неподвижного костерка.

— Зачем ты сейчас меня сюда привел? — спросила Слава, чувствуя, как в горле встает комок. — Я понимаю, они не умирают, но…

— Смотри.

Марий вынул из сумки ожерелье, собранное из квадратных пластинок. Они шли внахлест — словно чешуя рыбья. Замочек спереди искусно скрыт и украшен крупным огненным лалом, таинственно переливающимся в свете чародейского фонаря. Так подумалось Славе сначала. Но тут же поняла, что ошиблась: свет исходил от металла. Эти пластинки-чешуйки нарезали из мифрита, и на каждой выбили по руне — связующей и питающей. Само же ожерелье было каким-то подозрительно маленьким.

— Сама поймаешь? — спросил Марий с хулиганской улыбкой и протянул ей перчатки.

Слава фыркнула. Закатала рукава, понадежнее убрала волосы и отобрала у мужа ошейник. Ее руки до локтя одело пламенем.

— Кому нужны тут твои перчатки, — бросила она и полезла в пещеру. — Кис-кис-кис-кис!..

***

Через несколько месяцев, по возвращении в Аль-Мекан, Марий рассказал эту историю своему другу и коллеге из ректората.

— Да небесные ж шестеренки! — вскричал Дахиль, закатывая глаза и воздевая руки к потолку. — Мы могли бы озолотиться на этих зверюгах!

— При всем желании я не успел бы сделать больше одного стабилизатора в полевых условиях.

— Да хоть бы и один! Это уже решило бы проблему финансирования следующей экспедиции… того же Акхара!

— Прекрасно. Только Гориславе Еруслановне ты сам скажешь, что мы продаем ее кота ради исследований Ордо Магорум.

Дахиль тут же сник, сокрушенно тряся головой. Пробормотал жалобно:

— Ты хоть знаешь, сколько он стоит…

Марий беззаботно рассмеялся.

— Одну улыбку моей жены.