Однажды мы все посмотрели вверх

На крыше университета хорошо сиделось. В меру не холодно и не жарко, с стаканчиком горячего напитка. Небо сегодня было особенно солнечным, и лучи пронзали пространство светлыми полосами.

- А ты веришь, что ТАМ, - Маркус показал куда-то вверх, - кто-нибудь есть?

Я покачала головой. Ему всегда мерещилось то, чего нет, и идеи друга становились всё бредовее и бредовее. Поначалу это было забавно, но теперь, спустя время, начинало пугать и настораживать. Нынешнее же его предположение и того пуще заставило меня растревожиться.

- Если верить логике, то нет, - попыталась я закрыть неприятную тему. - Учитывая высоту и фактор давления, думаю, там невозможно существовать. Люди бы просто не выдержали подобного без специальных приборов.

Маркус глотнул сваренный из сублимированных водорослей напиток и поморщился. Ему никогда не нравилась наша традиционная кухня, в отличие от меня.

- А я вот думаю, что это вполне вероятно... - начал было он, но продолжать аргументировать свою мысль я ему не дала. Я поднялась на ноги и тем самым разорвала нить беседы.

- Нам пора, иначе мы опоздаем на семинар, - я подняла с пола сумку и перекинула её через плечо.

Друг кивнул и неохотно поднялся вместе со мной. Слушать профессора философии ему сейчас хотелось меньше всего, но я проигнорировала его эмоции. Надо было как-то свернуть эту лавочку. В конце концов, мы не всегда получаем того, чего хотим.

Я пошла вперёд быстрым шагом, предоставляя Маркусу возможность переключиться со своих витаний в облаках, догоняя меня. Порой его нужно было насильно выдирать из его же теорий - они захватывали друга с головой, и, чем больше тот о них рассуждал, тем меньше понимал, где настоящее, а где его собственная выдуманная реальность. К примеру, не так давно Маркус решил изобрести корабль, который доставил бы нас к иным формам жизни, обитающим по его теории на дне океана, в пещерах, где давление 1086 бар. Маркус даже начал строить эту свою субмарину в гараже своего отца. Не знаю до сих пор, достроил ли он её... Да и честно говоря, знать не хочу.

Моя задача, как главного и лучшего друга Маркуса, - не давать ему "западать", исчезая из жизни на месяцы.

И всё же, как я не торопилась, в аудиторию мы вошли последними, и я успела бросить на преподавателя извиняющийся несчастный взгляд. Тот закатил глаза и кивнул, подъезжая к доске.

Мистер Рист - невысокий, очень худой колясочник, - служил в нашем университете уже много лет. Говорят, он преподавал здесь философию ещё мэру Атли-тауна! С ума сойти... Иногда я задумываюсь, это сколько же ему лет? Имею ввиду профессора. И стараюсь не отвечать себе на этот вопрос, потому что явно, больше, чем было бы комфортно представить.

Вместо речевого аппарата у мистера Риста были датчики в мозгу и микрофончик с электрическим голосом. Импульсы из мозга озвучивались и переводились прямо в моменте. Из-за этого он воспринимался ещё более отталкивающе. В нашем мире роботы - не редкость, но вот киборги... До сих пор жутковато о них думать. Одно дело - когда существо цельное: либо человек, либо робот. Но вот когда всё вместе... Если честно, как-то это не гуманно, что ли.

Я забралась вверх по лестнице аудитории и уселась в самом дальнем краю, подальше от доски и процессов. Не то чтобы я любила философию.

- Сегодня мы поговорим с вами о такой важной теме, как технологии, - послышался машинный голос. - Технологии - это верх человеческой изобретательности, интеллекта и умения адаптироваться. Посмотрите вокруг - всё, что есть здесь, в этом городе, служит нам. Нам привозят еду летающие машинки, в магазинах стоят специально обученные для этого андроиды. Благодаря технологиям, люди могут заниматься более важными делами - творчеством, наукой, отдыхом. Технологии помогают нам дать шанс тем, кому, казалось, больше не судьба. Как пример - я. Если бы не мои приборы, я лежал бы, как ламинария под солнцем, и только и делал, что просить пить. Даже попросить бы не мог. Однако так же технологии дают нам возможность лениться. Мы щадим себя, не видя смысла в том, чтобы самостоятельно готовить или прогуливаться до соседней улицы. Мы предпочтём уткнуться в компьютер или же просто лежать, растрачивая своё драгоценное время и возможности. Не все люди готовы заниматься творчеством, совершенствоваться в чём-то... Да, мисс Лагун?

Я опустила протянутую руку. Я не любила философию в основном потому, что процессор частенько порол чушь, и сейчас мне ничего не оставалось делать, как спорить с этим...

- Значит ли это, что у нас должно существовать легальное разграничение в использовании высоких достижений нашей инженерной и изобретательской мысли? Чтобы люди использовали это, лишь когда нужно, - задала я свой вопрос.

- Неразумная и не далеко идущая мысль, - проворчал профессор. Я надулась. - Ведь технологии уже дали людям. Из песни слова не выкинешь. Ныне люди слишком привыкли к прогрессу, и если остановить его поступление в обывательский мир, начнутся недовольства. К тому же, люди слабы. Если у них есть возможность чем-то пользоваться для упрощения своей жизни, они без сомнения воспользуются этим. Даже если подспудно будут понимать, чем им это грозит.

Маркус тоже потянул руку и выпалил:

- А что, если использовать эти технологии на благо изучения окружающего мира?

Профессор замолчал, и мы услышали тихое гудение - его нейроны думали.

- Что Вы имеете ввиду? - спросил, наконец, он.

- Я к тому, что, может быть, роботов было бы проще отправить на плантации делать тяжёлую работу, а простую оставить как раз людям? Сейчас же роботы довольно слабы, и выполняют то, с чем и человек справится. Но что если немного усовершенствовать их, и дать людям возможность получать обычную профессию вместо машины?

- Вы видимо невнимательно меня слушали, - разозлился мистер Рист. - В условиях моей задачи было чётко упомянуто, что нельзя отобрать у людей то, что уже есть. Чтобы перестроить восприятие, нужно как минимум два поколения!

- Но чисто теоретически, данный вариант бы действительно спас человечество от деградации, - послышалось откуда-то сбоку аудитории.

- И потом, - Маркус никак не успокаивался, - если бы мы могли исследовать, что там, выше... Построить разумную машину, которая бы выдерживала давление, которое человек не в силах, не так уж сложно. Мы могли бы узнать, что ЗА пределами Пяти Городов.

- Это невозможно, - огрызнулся профессор.

- Почему же?

Ответить мистеру Ристу не удалось - везучий старикашка был спасён менеджером, который, постучавшись в аудиторию, принёс новости:

- Сегодня у вас сокращённый день, будет проверка. После нынешней пары идите по домам и сидите там до завтрашнего утра.

Подобные положения в городе бывали, сколько я себя помню. Это случалось за тем, чтобы рабочие и монтажники, а так же роботы, могли проверить систему защиты от воды. Это крайне важно, ведь иначе может случиться непоправимое. Они делали большой обход раз в неделю, осматривая каждый угол, и ремонтируя даже самую незначительную мелочь. Бригада рабочих всегда большая, а работа кропотливая, и учеников с преподавателями всегда отсылали отдыхать, а заодно и не мешать проводить профилактические работы.

После этой новости мы все обрадовались. И никто, даже я тогда, не задумались о том, что осмотр внеплановый...

Дома я заварила себе чаю и прилегла в своей комнате.

В большое сферическое окно лился мягкий уже почти вечерний свет, а в стекло бились мордами глупенькие рыбки-клоуны. Я очень их любила - яркие, разноцветные, и смешные. Я посмеялась с них немного, а потом взяла гаджет.

Там уже подгрузились новости, видеоролики и другие интересные вещи. Сначала я посмотрела некоторые сводки по политическим и экономическим вопросам, просвещаясь на счёт ситуации Пяти Городов. Всё выглядело спокойно, волноваться было явно не о чем, и тогда я перешла на кино.

Мне нравилось смотреть, как люди играют, особенно, если эта игра была хороша - мне доставляло колоссальное удовольствие наблюдать за взаимоотношениями человеков, запоминать, как они разговаривают, разбирать, кто, как и почему поступил. Я могла подолгу обдумывать очередной просмотренный сериал, позабыв о том, что есть ещё множество другого контента.

Сейчас я смотрела "Затем он увидел свет". Это была чем-то даже непримечательная история человека, который попал в страшную аварию, и как он её переживал. Все его метания и сложные чувства были сняты и переданы так хорошо, что невозможно было остаться равнодушной! Я анализировала, сочувствовала и рассуждала - сама с собой, с мамой, иногда даже с Маркусом, если тот не был опять в каком-то своём мире. Мне казалась очень сложной подобная ситуация, и каждый раз я задумываюсь: а как бы поступила в ней я? Что бы я чувствовала? Пожалуй, мне бы было слишком грустно для того, чтобы хотя бы двигаться. Что должно перещёлкнуть в человеке, чтобы он смог взять себя в руки после того, как потерял эти самые руки? Заново обучаться функционировать с помощью протезов, пытаться принять то, что произошло с тобой и не обозлиться... Простить того человека, из-за которого случилась авария, и кому досталось меньше. Я бы, наверное, не стала церемониться и подала в суд. Если уж садишься за машину - так научись быть внимательным и хорошо водить!

Маркус сказал, что это тоже не полностью вина человека, но я с ним не согласна. Мне кажется, что подобное отношение лишает ответственности тех, из-за кого происходят несчастья. В любом случае надо наказать человека - тогда в следующий раз он уж точно будет предупредительнее, и не навредит кому-то ещё.

Вода над куполом темнела, солнце скрывалось от нас. Мой дом находится на окраине города, и крыша его фактически соединяется с общим куполом города. Это роскошь, доступная не каждому - обычно из домов открывается вид на простые улицы. Когда мы все были помладше, одноклассники набивались мне в гости только лишь затем, чтобы полюбоваться на толщи воды и плавающих в ней светящихся глубинных рыб.

Пока я проводила вечернюю рутину, успела прийти мама и разложить на кухне покупки. Она что-то напевала про себя, готовя лёгкий ужин, и, закончив свои дела, я пришла присоединиться к ней. Морепродукты, некоторые овощи, которые мы выращивали в огромных парниках на окраинах города - вот и вся наша еда. Кто-то может сказать, что это скудно, но мне было вкусно.

Я, в отличие от Маркуса, обожала нашу обычную еду.

- Как прошёл твой день? - поинтересовалась я, убирая тарелки и наливая нам чай.

- В нашем НИИ сейчас проходят напряжённые исследования, - она не очень любила распространяться о работе, ведь то, что они разрабатывают - секретно.

- А с чем они связаны? - я села обратно за стол и наклонилась вперёд. Я знала, что она ничего не расскажет, но никогда не оставляла попыток разузнать хотя бы чуточку больше.

- Ты же знаешь, что я не могу говорить подробнее, - мама посмотрела на меня с укором. Я драматично вздохнула. Да, я знаю.

- Как твои дела в университете? - она постаралась сменить тему.

- Неплохо, но я бы отменила профессора Риста, - я передёрнула плечами. - Он не только жуткий, но ещё и вредный.

- Помню его, - хмыкнула мама. - Он уже тогда раскатывал везде на своей коляске. Всадник Апокалипсиса, не иначе.

- И кто же он? - прыснула я. - Занудство?

- Не уверена, что такой есть, - мама посмотрела на меня, вскинув бровь, но потом тоже рассмеялась.

- Он не даёт нам размышлять, - пожаловалась я, когда мы уже мыли посуду. - Сразу же принижает и говорит, как мы не правы, но свою точку зрения не подаёт, а лишь задаёт вопросы и создаёт неопределённость. Как по мне, взрослые так себя не ведут.

Мама вытерла руки полотенцем, а потом положила свои ладони мне на плечи и заглянула в глаза:

- Лидия, пора тебе узнать правду. Взрослых не существует. Все люди - это выросшие дети, но ведут они себя иногда ещё хуже и глупее, чем дети.

Я вспомнила упрямого Маркуса с его навязчивыми фантазиями.

- Да уж, - пробормотала я. - И не поспоришь.

- Поэтому, в контексте твоих слов, я бы лучше сказала: "Адекватные и понимающие люди так себя не ведут". Ведь он действительно задаёт вопрос, не имея своего мнения по этому поводу. Конечно, он всего лишь учитель философии, и его задача скорее научить мыслить вас, чем отстаивать в споре свою точку зрения, однако, думаю, что если он не имеет собственных взглядов на счёт той или иной темы, то вести с ним любого рода дискуссию бесполезно. Он будет возражать там, где ему удобно, и соглашаться тогда, когда ваш ответ совпадёт с написанным в методичке. Это не правильный подход.

- Мне тоже не нравится! - я была готова в любой момент начать обсуждать непрофессиональный подход мистера Риста. - Как с ним хоть что-то обсуждать, когда понимаешь, что он сам не знает, что сказать, как личность, как человек? Ясное дело, что от него, как от человека, мало что осталось...Ну, я в телесном плане,- оговорилась я, осознав, какую ужасную вещь сказала. - Но как можно настолько не уважать себя, чтобы не иметь собственного мнения? Я просто не понимаю, честно.

- Думаю, что он слишком многое пережил, - мама всегда была за то, чтобы посмотреть на историю с другой стороны.

- Но это же является тем более весомым поводом! Неужели после того, что случилось с ним, он никогда не задумывался о всех эти вещах? Просто не поверю в то, что ему настолько фиолетово на всё, что происходит с ним и вокруг него!

- Но такие люди действительно бывают, - мама улыбнулась. - Им проще жить на автомате, наслаждаясь тем, что у них есть, и не парясь, откуда всё это появилось, как и зачем. В этом суть.

- Но это же прямо противоречит эволюции! - я начала возбухать. Ещё одна глубокого трогающая меня тема - человеческая глупость.

- Да, - просто согласилась мама.

- И неужели тебя это не раздражает?

- Наверное, - она пожала плечами. - Я просто научилась обращать внимание только на себя. Что МНЕ важно, каковы МОИ приоритеты, и что Я делаю для себя в жизни, и для людей. Остальное меня не интересует, ведь это их выбор.

Я не была согласна с тем, что она сказала, но мысль, которой можно было бы парировать, ещё не успела сформироваться в моей голове, и я промолчала. Просто пожелала ей спокойной ночи и ушла в комнату. Здесь я включила лишь небольшой свет - соляную лампу на тумбочке, - и спряталась под полупрозрачным балдахином кровати. День был довольно объёмный, и я устала. Мне надо было отдохнуть и немного подумать над тем, что сказала мама.