Однажды в Тихомировске

Ночь легла чёрным плащом на плечи засыпающего города, озаренного светом полумертвых уличных фонарей. Первые снежинки за окнами депрессивных пятиэтажек отплясывали свой последний ригодон, перед тем как исчезнуть навсегда, разбившись о беспощадное полотно асфальта. Только истинный храбрец или же конченный идиот счёл бы хорошей идеей в это время одиноко шляться по улицам Тихомировска без весомого аргумента при себе. Хули. На дворе девяностые. Время ебаных перемен. Разумеется, в те года всяких смельчаков хватало, но в общей массе они очень плохо заканчивали. Самонадеянность, по факту, редко вознаграждается, однако этой ночью судьба явно была благосклонна к одному отчаянному парню.

В старенькой трёшке на первом этаже дома 13 по улице Стропилова вовсю гудит некая молодежная тусня. Хуярит в колонках Жуков, за ним Комбинация, Комиссар и т.д. и т.п. По стеклотаре разливается всё, что горит и пенится. Студенты с молодыми работягами начинают по лайту косплеить 120 дней Содома. Ну, короче, типичная вписка с блекджеком и кисулями разных сортов, да расцветок. Наверное, самая дефолтная из возможных по тем временам. Соседи, безусловно, были в напряге, но терпели вовсю, ибо знали, кто устроил сей шабаш.

И вот, по воле рока, точнее блядоватой подруги Насти, в окоянную пропасть той ночью затянуло и романтичную студентку местного педучилища Аню Климову. Пиздец. Бедная Анечка и так выросла сироткой в детдоме, где её единственным спасением от жестокого мира была литература, которой она в дальнейшем и решит посвятить свою жизнь, ещё и в довесок её постоянно преследовали всяческие неприятности. Честно говоря, по тем временам, Аннушка была, наверное, одна из самых порядочных девушек в этом захолустье. Милая, добродушная, умная не по годам… В общем, не женщина, а мечта поэта. Был у неё только один недостаток, который и приводил к половине проблем уж точно. Она не умела отказывать тем, кого считала близкими. Это и неудивительно, учитывая, что таких людей у неё почти не было. Разве что, та самая, подруга Настя, с которой им выпала карта стать соседками по комнате в студенческой общаге, ну и ещё пара подружек из детдома. Она сама себя за это ненавидела, покуда будучи натурой интеллектуально развитой и в меру саркастичной, после всяческих неудач ей приходилось чувствовать себя полнейшей клушей. У всех ведь бывало что-то подобное. Правда ведь? Вот и утром того дня Настя присела на уши, мол: “Тебе надо немного развеяться. А то сидишь, как запечёра со своими книжками… Кококо…” Ну и Аня в итоге сдалась. Туше.

Так исторически сложилось, что идеалом нашей начитанной героини всегда были светские балы, приемы и прочие мероприятия, описываемые чопорными классиками готической прозы, но уж никак не кратковременное пребывание в обители мрачной свиноебли, где водяра с малафьей изо рта залетной бляди или пидора - самый, нахуй, изысканный коктейль. За первый час пребывания там, проницательная, вопреки стереотипам, блондиночка осознала, что дело-труба, и решила, было, уйти по английски, но, увы, не фартануло. На её пути встал сын местного авторитета по кличке - Карман.

-Ты куда это, детка? - спросил двухметровый коротко стриженный амбал в солнцезащитных очках. - Мы же только начали.

-Какая тебе разница, верзила? Во всяком случае, отсюда подальше! - ответила девушка, нервно поправив челку на своём каре пшеничного цвета.

-Тут так не принято, коза. Ты даже не выпила нихуя. - грубо сказал амбал, сверкнув своей золотой цепью, висящей на шее. - По этикету тут надо бухнуть и покорно раздвинуть ляжки, если попросят. Уяснила?

Карман начал лезть к ней своими грязными руками.

-Отвали! - вскрикнула Аня.

-Эй, Бык, Кирпич! А ну сюда, нахуй! - крикнул уже Карман.

Толпа замолкла. Карман схватил девушку за плечи и повернул со всей дури так, что она оказалась стоящей спиной к нему. Аня почувствовала, как его колючие пальцы впиваются в её тело, сквозь тонкий слой хлопковой белой блузки. К конфликтующим подошли два типа гоповатого вида. Кто-то даже вырубил музыку. Карман оказался хоть и здоровяк, но не конченный дебил, он первым взял слово.

-Э, народ. Эта бикса сказала, что у нас тут тухлая тусовка. Че покажем ей, как мы развлекаемся?

-Завязывай, Карман. Отпусти её! - крикнула рыжая сука Настя, которая туда её и затащила.

-Хрена с два! - насмешливо ответил бугай. - Никакая шаболда не смеет на меня тут огрызаться. Или хочешь присоединиться к своей подружке, тля?

Шокированная Аня молчала, предчувствуя, что плакала её невинность, и дай бог, если только она. От этой мысли её, конечно, оторопь брала, но что делать, было пока не ясно.

-Тащите её в ебальню, пацаны. Ща мы покажем этой тне, как надо хозяев уважать. - с довольным ебалом произнёс Карман.

-Ха, а она ниче такая.. - мерзким фальцетом проскрипел лысый, который Кирпич. - Ууух. Давненько я целочки не ковырял. Хехе.

-Вы совсем, блять, охуели?! - крикнула Настя.

Бухая и не только толпа тем временем стояла оцепенев, то ли от ужаса, то ли от предвкушения грядущего шоу.

-Ты че, лярва, рамсы попутала?! - Карман взбесился.

-А может это ты попутал, карманчик? - ответила Настя, и сверкнув карими глазами достала старый наган, направив его на изверга. - Отпусти мою подругу, еблан!

Вот тут все совсем охуели и отошли на несколько шагов назад. Пальцы Кармана от гнева со всей силы вцепились в Анины плечи, отдаваясь безумной, почти что невыносимой болью.

-Ого. Смелая значит дохуя. - уже в спокойном тоне проворчал Карман. - Ну валяй. Только потом не жалей, что подружку завалила.

Было видно, что Настя нервничает. Её руки дрожали. Все вокруг молча наблюдали.

-Стреляй уже, Настён! Обо мне никто плакать не будет. Я лучше сдохну, чем дамся живой хоть одному из этих козлов. - как-то остервенело и холодно произнесла Аня. Её серо-зелёные глаза выглядели, как две гаснущие лампочки. Было видно, что девушка уже приняла свою судьбу.

Разгневанный Карман со всей силы толкнул девушку влево, и Аня влетела в шкаф с такой силой, что своим худеньким тельцем пробила деревянную дверь. Потом он стремительно метнулся к вооруженной рыжей девице. Всё происходило очень быстро. Раздались звуки выстрелов. Пау! Пау!

Славон Вишневский по жизни вообще был не из пугливых. Детство в глухой деревне, армейка на лютом севере и полтора года работы быком в ритуальном бюро выбили из этого парня вообще какие бы то ни было чувства, кроме злобы и разочарования. Он умных книжек не читал, но видел столько, что и сам при желании мог бы бестселлер для любителей чернухи накатать. Однако в эту ночь его мало, что ебало, поскольку Славик пару часов назад напиздирил своего бухого батю до полусмерти, узнав от пожилой соседки, что этот старый гандон довёл до суицида его мать. Тварь, блядь! - думал про себя Слава.

И вот он шёл в ночи с бутылкой водки в руках, сверкая своей лысиной, да коричневой кожанкой при свете уличных фонарей, по дворам одного из опаснейших районов Тихомиры, надеясь на солидную свару. Поебать, нахуй. Либо я, либо меня. - решил Вишня. - Уж если и подохну, то с собой заберу несколько щей, чтоб не скучно в Аду было. И тут самонадеянным фанфароном Славу не назовёшь. Он мог в одиночку и волка ушатать. Что, кстати, не раз практиковал в родных карельских лесах. По сему кучка гопников для него не была особой проблемой. Минимум пятерых, он точно бы забрал с собой до полной отключки от кровопотери, после пойманной маслины или пера в области ребра.

Ну как всегда бывает, когда мы намеренно что-то ищем, то оно от нас игриво ускользает. Даже если это что-то не самое приятное. Так и пиздюльная одиссея полубухого отчаянного Славика по первому микрорайону шла как-то безуспешно. То ему навстречу попадётся безобидный дед в ушанке с сеткой продуктов, по какой-то причине решивший затариться ночью, то пара размалеванных краль в полушубках с торчащими из-под пол сочными ножками обтянутыми копронками стрельнут по сигаретке. Ох. Блять. Какие у них ножки. Япона мама. - промелькнуло в сознании нервного скитальца, который по жизни познал наверное всё, кроме женщин. Вишня бесспорно был не самым приятным парнем, но в плане моральных принципов у него был полный порядок. Блядство с беспределом он категорически не признавал, и считал, что откататься на траходроме сможет только после свадьбы, но удачной партии, увы, пока не находил. Да и теперь уж ему светят разве, что уличные фонари.

Но внезапно он услышал, как громыхает музло на первом этаже дома 13 по улице Стропилова, мимо которого пролегала его спонтанная мертвая тропа. Появилось на душе ощущение, что дело попахивает зарубой. Слава свернул во двор. Музыка затихла. Послышались какие то крики и визги. Охуеть! - подумал Славик. И едва он нашёл окно, из которого доносилась эта ночная какофония, послышались звуки выстрелов. Пау! Пау!

Куда попала первая пуля было не понятно, но вторая пролетела наверное в метре от Славона и поцеловала стоящую чуть поодаль берёзу.

-Вот же блядь! - выругался парень. - Доплясались, суки!

Слава сделал уверенный глоток, прямо с горла добив, тем самым, весь жбан, и хуйнул пустую бутылку прямо в окно. Ночную тишину нарушил мощный звук бьющегося стекла. После этого он стремительно метнулся в падос. Квартиру сию было найти несложно. Славян с ноги, обутой в армейский берец, выбил к хуям деревянную дверь и влетел в прихожую.

-Вы совсем ебанулись, козлы! - рявкнул парень агрессивно выпучив свои голубые глаза.

И перед лицом нашего агрессивного парняги раскрылась следующая мизансцена:

Толпа мутных тусовщиков в панике рассосалась по углам не самой вместительной гостиной. Стол со всяким хрючевом и бухлом перевернут на бок так, что всё содержимое нелепой кучей было свалено на пол. Некая рыжеволосая бикса лежала в отключке около окна. Склонившись над той в приседе на одно колено располагалась симпатичная девчуля с блондинистым каре, разодетая а-ля училка по математике. Рядом с ними на полу красовалась Славина бутыль, а чуть далее за подолом юбки блондиночки лежал пресловутый черный наган. По другую сторону комнаты, ближе к лысому бузотеру лежал и крехтел какой-то фраер с понтовой золотой цепурой на шее и кровоточащей дырой в пузе. Его окружали пара нелепых гопарей и несколько шалав. Остальные присутствующие, как я уже и говорил, словно зрители на стадионе располагались вокруг, будто терпилы.

-Какого хуя?! - чуть сбавив громкость, спросил охуевший Славон.

-Эта блядота Кармана завалила. - скрипучим мерзким голосом визгнул Кирпич.

-Мля, а это, выходит, ты её бутылкой приложил? - спросил тот, который Бык. - Грамотный бросок, братух.

- Тут вообще кто-нибудь скорую уже вызовет? - рявкнула симпотная блондинка.

-Вызвали уже. - из пачки зевак донесся голос непонятной половой принадлежности.

-Мусоров тоже. - произнес какой-то парень.

-Каких, бля, мусоров? Ээ. Епты! - агрессивно произнёс вставший в полный рост Кирпич.

-Ты, еблан, Вадос? - на серьёзных щах сказал Бык. - Это ж почти мокруха. Как тут без мусоров-то?!

-А. Мля. В натуре. - почесав прикрытый потрепанной восьмиклинкой затылок, протянул Кирпич.

-Какого хрена тут происходит-то, блядь? - рявкнул Слава.

-Да эти две шаболды кипиша навели! - Кирпич показал пальцем на Аню. - Со шпалером к нам припиздили и давай тут фуфло гнать.

-Козёл! - выругалась блонда. - Это мы кипиша навели? Кто меня хотел, пардон, в ебальню затащить?!

-Слышь, чеканка! Завалила бы ебальничек свой! А! - встрепенулся Кирпич.

-Слышь, гудок мешанный! Сам хайло закрой! - Аня возмущенно встала, аж грудь колесом и выдала тыча в воздухе указательным пальцем на Кирпича. - Че?! Втроем с кентами меня лапать, ты видно герой, а как волыну увидел, так очко жим-жим?

Тут в толпе откуда-то послышался удивлённый возглас. Даже Слава слегка приудивился от такой реплики с уст худосочной девчонки, в строгом прикиде.

-Че, сказала?! - было быканул Кирпич но…

… Получил уверенный правый хук в еблетос от Славы с кратким авторским комментарием:

-Поспи, урод.

-Ты че, мужик?! - выпалил Бык и встал в стойку, перед сверкающим своей лысиной гостем в кожанке. - Рамсы попутал?!

Телки за спиной Быка напряглись, держащийся за дырку в пузе Карман, что-то хрипел. Кирпич сладко спал в ногах у стоящих друг напротив друга парней.

-Кто ты, блядь, вообще такой? - Бык уставился на Вишню с прищуром.

-Она правду, сказала? - Славик указал рукой на Аню.

-А схуяли я… - начал, было, здоровяк в черном олимпосе.

-ОНА ПРАВДУ СКАЗАЛА?!! - Слава повторил вопрос на несколько тонов громче.

-Ну, допустим. А ты че? Типа Супермен? - хамовато выпалил Бык.

Тут Аня, схватившись правой рукой за рёбра, чуть было не упала на пол, но Славик оперативно её поймал. За окнами замелькали красные и синие огоньки. Послышались звуки сирен. Всё. Потрачено!

Вечеринка у Кармана дома в итоге закончилась так:

Хозяина хаты, органы которого чудом остались в целости, после прохождения лечения, вместе с Кирпичом, Быком и ещё группой лиц, исходя из множества свидетельских показаний, осудили уже другие органы за ряд достаточно тяжких преступлений совершённых уродами ранее, наградив тех знатными сроками. Увы, угрозу изнасилования гражданки Климовой туда внести не удалось, но годиков менты подонкам и без того нарисовали порядочно. У мудил появилось достаточно времени всё переосмыслить. Пау!

Как ни крути, но Настя тоже понесла заслуженное наказание за покушение на убийство и незаконное хранение оружия. Блядский образ жизни, к слову, причиной для судебного обвинения никогда не являлся. Так что, учитывая обстоятельства, года примерно через два она должна уже выйти на волю. Пау! Пау!

У остальных из присутствовавших в ту ночь особо ничего не изменилось. Зеваки, как всегда, вышли сухими из воды. Клик-клак!

Что же до Славы и Ани… Ох. Ну, говоря образно. Пулю, нахуй, Вишня всё таки поймал. Только не из нагана в башку, а из Анаконды в сердце. Братишка Купидон на этот раз знал, что нужно было брать игрушку посолиднее… и не промазал. Едва лысого джентльмена выпустили из мусарни, он сразу же помчался разыскивать ту светловолосую девушку, которую несколько часов назад заботливо грузил в карету скорой помощи. Перед его глазами всплывал её образ, в носу проскакивали нотки запаха лаванды, в ушах мелькали обрывки фраз, которые она приятным голоском выдавала охуевшему Кирпичу… Ох. Впервые Слава почувствовал что-то незнакомое на душе, и, должен заметить, это чувство показалось ему на удивление приятным. Он выведал у какой-то миловидной девахи одетой по ментовской форме, что всех пострадавших повезли в местную больницу. Очевидно ведь! И тогда, будто одержимый, Славик со всех ног вдарил по тапкам до приёмного отделения. Так глупо. - думал он про себя, но желание увидеть ту девушку ещё раз перетягивало в свою сторону канат его решимости, дерзко вырывая тот из рук холодного здравомыслия. Звуки собственных шагов на бегу, напоминали ему выстрелы. Пау! Пау! Пау! Пау! Пау!

Когда Аня, отошедшая от болевого шока с перевязанным плечом выходила из больнички, её встретил лысый здоровый парень в коричневой кожанке, который молча стоял и смолил сигарету. В руках у него девушка заметила скромный букет ромашек, хрен знает откуда достанных в это время года. Он подошёл ближе и неуверенно посмотрев в её серо-зелёные глаза своими голубыми произнёс:

-Как вы?

Аня удивилась, что этот тип, уголовного вида, вдруг вежливо обратился к ней на вы. Да и в его взгляде было что-то её явно заинтересовавшее. Так на Аню ещё никогда не смотрели.

-Всё в порядке. Жить буду. - мило улыбнувшись ответила девушка.

-А это вам. - он протянул ей букет.

-Благодарю вас. - тихо произнесла девушка, изобразив реверанс. - Это вы меня из той жуткой берлоги вынесли?

-Получается, так. Меня, кстати, Слава зовут. - он протянул ей руку. - Со мной можно на ты.

-Очень приятно. Я - Аня. - она пожала его руку в ответ.

-Позволишь, проводить тебя? - с надеждой в глазах спросил Славон.

-Сочту за честь. - кокетливо ответила девушка.

Далее, за душевненькой беседой, эти двое рука об руку пошагали, сквозь остаток ночи по сонным улочкам Тихомировска. Снег успел растаять, да растечься лужами на асфальте. Утро уверенно готовилось вступить в свои права. Ночь же, довольная тем, что снова поигралась с чужими судьбами, без лишних споров начинала обножать небо, скидывая, свой покров. Эта шельма прекрасно знает - Пока существуют люди, с каждым визитом в их обитель она будет, до конца времен, наслаждаться своей излюбленной мелодией… Пау! Пау! Пау!