Охота на мышь

Колонна немецких танков стальной громадой маршировала по советской земле. Двадцать две машины с серой окраской двигались по дороге, которую окружали болотистые луга и берёзы. Справа была развилка, однако танки проехали дальше, держа расстояние между кузовами.

Вдалеке, чуть левее от дороги, укрытый деревьями и кустами, стоял советский тяжёлый танк — КВ-1. Никто из экипажей противника даже не догадывался, что прямо сейчас над ними нависла угроза, ведь советские танкисты только выжидали нужного момента.

Вот немецкий танк, ведущий остальные машины, повернул левее и доехал до места дороги, рядом с которым стояли две берёзы, принятые советским экипажем за ориентир. «Клим Ворошилов» повернул башню и взял на прицел первый танк, идущий в колонне.

Раздался громогласный выстрел, и в следующую секунду вражеский танк был объЯт стеной огня. Орудие нацелилось на второй в колонне танк, снова рявкнул выстрел, затем ещё один.

После этого «Клим Ворошилов» произвёл ещё один выстрел, но уже по замыкающему колонну немецкому танку — от попадания у него отнЯло башню и потоком взрыва положило её в нескольких метрах от горящего остова.

Колонна противника оказалась зажата между своими же подбитыми машинами, а пока советский танк переводил орудие к центру, на те машины, что оказались на перекрёстке, послышались ответные немецкие выстрелы. Снаряды пролетали мимо, попадали в деревья и в землю — противник точно не мог понять, откуда на него совершается атака. Некоторые снаряды попадали в башню «Ворошилова», но отзывались лишь звоном металла — бронировАние тяжёлого танка было немецким пушкам не по зубам.

Тем временем, в колонне противника началась давка: серые танки, пытаясь маневрировать между горящими остовами подбитых машин и ещё двигающимися громадами, натыкались на другие танки, съезжали под откос и попадали в болото, где вязли по самую башню.

Немецкие танки подбивались один за другим, пока их пушки пытались пробить броню тяжёлого танка, но всё безрезультатно. Их попадания гремели в броне «Клима Ворошилова», словно колокол, но не наносили вреда. Выстрелы танка шли практически беспрерывно.

Когда все танки противника были уничтожены, перед моими глазами увиделась яркая вспышка, и меня перенесло из советского танка в наш кабинет.

Я тяжело вдохнул и снял с себя шлем виртуальной реальности. Передо мной раскинулась небольшая комната в виде нашего рабочего места, а рядом — специальный аппарат, позволяющий имитировать внутреннее устройство башни танка. Аркадий Косюнин, командир моего орудия в этой игре, тоже вылез из шлема и вышел из-за терминала. Я вытащил из своего шлема дискету, в которой только что воевали. На ней была простая надпись: «Подвиг Зиновия Колобанова».

— Ну что, какое время? — спросил я друга.

— Опоздали от реального времени на тридцать секунд, — ответил он. — Колобанов справился быстрее нас.

Косюнин был знаком мне с университета. Он был не только моим товарищем, но и партнёром по увлечению, не имел никаких ярко выраженных примет, кроме шрама на левой щеке, не отличался ни ростом, ни телосложением. К тому же был таким заносчивым, что его внимание, казалось, могло привлечь на многие часы любое сколь мелкое происшествие. Аркадий обладал настолько спокойным, но не флегматичным характером, что никогда не говорил на повышенных тонах и даже под страшной угрозой не мог позволить себе отозваться в не самом лучшем ключе о хоть какой-либо значимой вещи, вместо этого он, как иногда сам выражался, привык рассуждать, поэтому часами вёл беседы с самим собой, спорил, приводил теории и опровержения, будто бы сначала возводил свой скромный гений на пьедестал, а потом с грохотом и треском прогонял его оттуда своими же руками. И заводил шарманку он со своей излюбленной медлительностью, будто бы пытаясь растянуть золотой момент, и только тогда, когда находился добрый слушатель его лекций. Единственное, что свело нас — это любовь к истории нашей Родины и к технике давних времён!

— Жаль, чуть-чуть не хватило, чтобы улучшить результат. Чего же нам не хватило? Может быть, это ты, Аркадий? — сказал я и сел на большое кресло, которое располагалось прямо перед заваленным рабочими предметами столом.

Отодвинув папки с набросками сражений и набор дискет с различными этикетками с клавиатуры, я включил компьютер и вставил дискету в порт.

— Исключено, — качнул головой командир орудия. — Мы потратили бронебойных снарядов даже меньше, чем экипаж Колобанова. Ваня, может быть, стоит ввести уровни сложности, в которых уменьшим количество немецких танков?

— Пока подождём, вдруг удастся справиться с задачей быстрее, — буркнул я, отсматривая симуляцию на экране ещё раз.

Здесь, в тёмной комнатушке, обычно и происходила вся наша с Аркадием работа. Вот уже несколько лет мы занимались не только реконструкцией сражений в уменьшенном и виртуальном формате (можно даже сказать, что моделирование являлось лишь нашим хобби), но и продажей получившихся симуляций, в которых игрок мог принять непосредственное участие, для всех желающих.

Рядом с терминалом, который симулировал важные органы танка, стояла гигантская дискотека — в ней хранились огромные количества дискет и дисков с заранее подготовленными боевыми симуляциями. Например, можно было принять участие в Курской битве, взять Берлин или поучаствовать в обороне Сталинграда.

Вот, чем занимался я: с помощью бесчисленных источников и большой библиотеки в углу кабинета изучал какое-нибудь сражение времён Великой Отечественной, затем на компьютере моделировал поле, место сражения, вводил туда технику и пехоту с авиацией, добавлял самое важное — возможность для игрока взять под управление какую-нибудь машину или даже солдата, а после записывал получившуюся симуляцию на дискету и отправлял на продажу.

Но перед этим мы в обязательном порядке тестировали получившиеся дискеты. Чтобы подвиг Зиновия Колобанова поступил в продажу, необходимо было хотя бы на какое-нибудь неплохое время улучшить его результат, однако это оказалось сложнее, чем мы думали. Аркадий предлагал немного упростить задачу, а я не соглашался.

Назывался наш магазин весьма просто: «Симуляции Великой Отечественной». Если честно, над названием мы думали больше всего, однако остановились именно на этом варианте, хоть Аркадий и часто критиковал его за простоту. Впрочем, меня оно наоборот устраивало, пусть и не отдавало оригинальностью, зато было простым, лаконичным, но самое главное — понятным, поскольку любой прочитавший прохожий сразу поймёт, чем мы торгуем.

Начинался новый рабочий день.

Мне предстояло сесть за работу по созданию симуляций: мы давно уже собирали по крупицам подвиг подводной лодки С-13, однако именно это и затрудняло задачу — я ещё никогда не симулировал управление таких машин.

Аркадий же в это время обычно работал в торговом зале, консультируя покупателей. С самого начала нашего дела он стоял за кассовым аппаратом, ведь в продажах, как признал я немного позже, ему не было равных.

Но было ещё одно дело, в котором Косюнин особенно хорошо разбирался — работа различных фронтовых корреспондентов и журналистов, партизанских отрядов и подполья. Если говорить начистоту, то Аркадий всегда выступал за введение в симуляции не только различных сражений стальных громадин, но и партизан, военных корреспондентов и всего подобного.

Практически все дискеты, которые мы с ним выпускали, содержали в себе подобные военные явления: например, иногда игроку помогал партизанский отряд, что из леса мог тайно провернуть операцию по минированию поля перед вражескими машинами, а рядом с наступающей пехотой обязательно можно было увидеть корреспондентов или даже операторов с камерами того времени, что было большой редкостью.

Такие нововведения, по словам моего друга, делали симуляции весьма реалистичными и еще сильнее приближали наши проекты к исторической достоверности. Впрочем, я не мог с ним не согласиться, ведь именно эти вещи, может быть, и наделяли наши работы «изюминкой», то есть чем-то живым и уникальным, ни один из наших конкурентов не мог похвастаться таким вниманием к деталям.

Но дело не заканчивалось на добавлении в симуляции журналистов и партизанских отрядов, ведь Аркадий даже иногда и сам принимал на себя эту роль. После того, как очередная симуляция была окончена, Косюнин часто включал её на терминале и переносился в тело не танкиста и не лётчика, а обычного солдата в рядах пехоты. Аркадий героически проходил сражение, представляя, будто и сам работает военным корреспондентом, после чего выходил из боя и садился за стол, за которым описывал все увиденные события так, словно готовил материал для какой-нибудь редакции военной газеты.

— Газеты, друг мой, — говорил он мне почти каждый раз, когда работал над очередной заметкой для виртуальной печати. — Газеты были для людей того времени даже иногда важнее любых других новостей! Представь, насколько важную работу выполняли корреспонденты тех лет, ведь почти каждый человек открывал новый выпуск в поисках новостей с фронта. Именно заметки от людей, которые стояли плечом к плечу с воинами Красной армии, показывали всю мощь и несгибаемость советского народа! Именно описания всех подробностей сражений воспитывали в людях непримиримую ненависть к фашистским захватчикам и дух Победы!..

Конечно, статьи Аркадия никуда не уходили, а только оставались в нашем магазине, впрочем, это не мешало им находить своего читателя. После того, как заметки Косюнина заканчивались, мы оформляли его материал так, словно статью действительно напечатали в какой-либо газете военных лет, а затем развешивали листовки в торговом зале нашего магазина.

Покупатели, рассматривая дискеты, часто останавливались взглядом на стене, которая изобиловала газетными вырезками за авторством Аркадия Косюнина. Люди читали про героические сражения с танковыми громадами Вермахта, восхищались подвигами советских солдат и сразу же начинали засыпать нас вопросами. Аркадию приходилось каждый раз объяснять, что эти выдержки — труд военного корреспондента по фамилии Косюнин, который лишь описывал действия, разворачивающиеся в одной симуляции, а потому не существовали в реальности.

Впрочем, даже такая новость совсем не расстраивала покупателей, ведь вид стилизованных заметок производил головокружительное впечатление! Люди сразу интересовались дискетами, по которым были созданы статьи, обещали изучить то или иное событие военного времени и уходили из магазина с чувством выполненного долга.

К слову, наша торговая точка со стороны покупателя выглядела следующим образом: в небольшом закутке торгового центра располагался простой ларёк, большая часть и без того малой торговой зоны была отведена под витрины, поэтому одновременно выбирать товар могло не больше человек четырёх. Впрочем, обычно такого не случалось, поскольку в наш магазин заходили редкие заинтересованные люди, некоторые из них были даже постоянными покупателями. Из магазина вела в складские помещения лишь одна невзрачная дверь, за которой располагался и склад дискет, и мастерская, и моё рабочее место.

Стоило лишь нам начать работу, как в магазин зашёл покупатель, который был у нас пару дней назад. Он держал в руках недавно приобретённую дискету.

— Что случилось с вашей симуляцией? — спросил Аркадий.

— Она работает исправно, — ответил мужчина, — но в конце есть танки, которые там быть не могли.

Мы всегда приветствовали замечания и даже отдельно просили клиентов обязательно сообщать об исторических несоответствиях, которые могли случайно появляться в разработках. Это была великолепная возможность не только улучшить нашу работу, но и завоевать доверие покупателя. Мы должны были разобраться в ошибках и сделать наш проект ещё лучше.

Аркадий отнёс симуляцию ко мне и сообщил о случившемся.

— Давай посмотрим, что можно исправить, — предложил я, беря дискету в руки. — Если в конце симуляции действительно есть несоответствия, нам нужно их устранить.

Аркадий кивнул, и мы направились к компьютеру. Я вставил дискету в порт, и на экране появилось знакомое меню с настройками симуляции. Мы начали анализировать финал, где, согласно словам покупателя, появлялись танки, которые не имели права быть на этом участке поля боя.

— Вот оно, — сказал я, указывая на экран. — Здесь, в конце, у нас стоит танк «Пантера», а в это время они ещё не были задействованы в боевых действиях.

Аркадий, нахмурившись, начал копаться в архивах, чтобы уточнить, когда именно «Пантеры» появились на фронте. Я же сосредоточился на том, чтобы заменить неверные элементы на более подходящие. Вместо них мы добавили старые «Тигры», которые действительно участвовали в тех боях.

— Готово, — сказал я, когда изменения были внесены. — Теперь давай протестируем.

Мы запустили симуляцию заново. На экране вновь разразилась битва, и в этот раз финал выглядел более правдоподобно. Немецкие танки, которые мы добавили, сражались в соответствии с историей.

— Вот это уже лучше! — сказал Аркадий с удовлетворением. — Теперь мы можем выпустить обновлённую версию.

Через некоторое время в магазине появился новый клиент, который сначала долго рассматривал прилавки с танковыми сражениями, а после обратился к Аркадию:

— Добрый день, подскажите, будьте добры, смог ли ваш коллега закончить симуляцию про «Челябинского колхозника»? Я рассказывал ему об этом танке несколько недель назад.

Аркадий открыл дверь мастерской и окликнул меня по этому вопросу.

Я отстранился от экрана, подумал секунду, а потом молниеносно открыл ящик стола и достал пыльную дискету, на обложке которой был изображён Т-34 на пьедестале. Протёр изображение рукой и расплылся в широкой улыбке.

Это была далеко не рядовая дискета, а настоящий подвиг в электронном формате. И для нас он был особенно близким, ведь совершили его самые настоящие уральцы, прямо как мы сами!

Присмотрелся к пьедесталу на обложке, на табличке даже был виден текст:

«Здесь 26. I. 43 г. в 10.00 произошла встреча этого танка, шедшего с запада впереди танковой бригады полковника Невжинского, с частями 62-й армии, оборонявшей Сталинград с востока; соединение 121-й танковой бригады с частями 62-й армии разделило немецкую группировку на две части, что способствовало её уничтожению».

Тут я всё вспомнил. Изображение на дискете представляло танк Т-34 № 18 под именем «Челябинский колхозник» — это был настоящий памятник в Волгограде, установленный в честь завершения операции «Кольцо», о которой и говорила табличка.

Я хорошо помнил тот день, когда именно этот покупатель заявил, что нашему магазину определённо не хватает симуляции, которая бы рассказывала о подвиге данного танка. А ведь у него была огромная история!

Вдохновившись рассказами клиента во время последней нашей встречи, я принялся собирать информацию об этом танке по крупицам с помощью различных архивов и древних источников. Работа шла тяжело, на создание симуляции у меня ушла целая неделя, но это того стоило!

Мне удалось найти информацию где-то в архивах Челябинска, которые и рассказали мне историю рождения танка №18. Дело в том, что в то время широкий отклик получил патриотический поступок колхозников Тамбовской области, когда в декабре 1942 года был организован сбор средств на строительство танковой колонны «Тамбовский колхозник». После данных событий их примеру последовала Челябинская область, а в новогоднюю ночь 1943 года челябинские танки были погружены на платформы, после чего они успешно добрались до Сталинграда.

После того, как данная симуляция была закончена, я отложил работу в ящик, чтобы показать её мужчине сразу после его возвращения, теперь это и произошло. Для демонстрации результата я даже пригласил заказчика в наш кабинет и запустил данную симуляцию на компьютере прямо при нём.

Мир виртуального боя был потрясающим: с первых же секунд игры клиент похвалил внешний вид «Челябинского колхозника», отметил качественные надписи на броне танка, а когда дело дошло до самого боя, то и вовсе чуть не потерял дар речи! Всё в симуляции было выполнено по историческим событиям: с последним залпом артиллерийских пушек танк №18 нёсся впереди колонны танковой бригады, будто бы разрезая собой войско фашистских захватчиков, приближался к Мамаеву кургану, на арене боя показывались наши солдаты-герои…

После этого подвига «Челябинский колхозник» в реальном мире навечно остался на кургане. На том же месте, где произошла его встреча с 62-й армией, он поднялся на пьедестал, как напоминание о великих боевых и трудовых подвигах нашего народа и наших уральцев.

Покупатель остался невероятно довольным нашей работой. Он горячо жал нам руки и отдельно поблагодарил за то, что мы попытались даже воссоздать реальный экипаж того танка: командира Николая Канунникова, механика-водителя Николая Макурина, командира башни Владимира Колмогорова, радиста Константина Семеновых.

Наконец, ещё один героический эпизод Великой Отечественной был нами воссоздан в электронном формате, дискета с ним успешно нашла своего ценителя. Когда мужчина покинул наш магазин, я опустился в кресло и прикрыл глаза…

…В тот же день, где-то около полудня, к нам в магазин пришёл один джентльмен в коричневом пальто, не сказать, что мы видели его у нас довольно часто, однако Аркадий его знал прекрасно. Мужчина поздоровался, подошёл к прилавку и выложил на него чёрную дискету с белой этикеткой — точно такую же дискету, какую мы ему продали где-то пару дней назад.

Нельзя было точно сказать, играл ли он в симуляции сам или покупал их для сына или внука, однако продажи научили нас, что внешность покупателя невероятно обманчива.

Аркадий поинтересовался, что случилось с приобретённой симуляцией, на что мужчина рассказал о проблеме.

Оказалось, что модель работала вполне исправно, покупатель отмечал качественно воссозданные поля сражений и технику, однако упомянул, что в конце симуляция содержала машины, которые в те года там быть не могли.

— Вы говорите о модификациях танков? — Аркадий посмотрел на название дискеты, на ней было следующее: «Танковое сражение 1945 года на ИС-2: разгроми нацистскую сволочь». — Вообще-то эта дискета не претендует на историческую достоверность, в ней лишь представлено гипотетическое сражение под конец войны.

— Не совсем, — сказал покупатель. — В самом конце я столкнулся с каким-то немецким сверхтяжёлым танком, кажется, это был «Маус»…

Мужчина описал ещё немного свой игровой опыт. Мы решили проверить его слова и приняли дискету обратно, разрешив выбрать другую по той же теме. Мужчина остался весьма удовлетворённым таким исходом и вскоре покинул магазин…

Аркадий транспортировал дискету ко мне в кабинет через пару минут.

— Смотри, что принесли на возврат, — сказал он мне.

— Что случилось? Неужели неправильно выстроен баланс?

— Нет, хуже. Я опросил того мужчину, в принципе, он остался всем доволен, кроме «Мауса» в самом конце. Рассказывал, что ему никак не удаётся подойти к нему на достаточное расстояние, чтобы пробить броню, поэтому посчитал симуляцию непроходимой. Звучит весьма странно, ведь я бы точно узнал от тебя, если б в симуляции вдруг появился новый танк.

Я оторвался от экрана компьютера и взял в руки злополучную дискету.

— «Маус»? Но я не добавлял его сюда. Как он мог там оказаться?

— Поэтому я и решил взять дискету на анализ. Надо посмотреть и разобраться во всём.

Я подошёл к библиотеке. Действительно, немецкий сверхтяжёлый танк с таким названием существовал — Panzerkampfwagen VIII «Maus», что в переводе значило «Мышь». Конечно, я уже слышал о нём, но решил на всякий случай удостовериться. Маловероятно, что я бы добавил подобного вида танк — его масса составляла почти две сотни тонн, а учитывая то, что в боевых действиях этот гигант не участвовал, то и о его добавлении не могло идти и речи. В реальности Германия успела построить таких машин всего две, однако в тысяча девятьсот сорок пятом году, когда Красная армия стала приближаться, немецкое командование даже имело планы применить один танк, но это закончилось неудачей. В итоге немцами было принято решение взорвать прототипы, чтобы не дать нашим захватить машины. К несчастью гитлеровцев, сильно повреждён был лишь один танк, после чего оба прототипа были перехвачены советскими войсками. Из того, что осталось после немцев, был собран один «Маус», который стал служить в Кубинке музейным экспонатом. Версию, что я мог добавить его по ошибке, я тоже сразу отмёл.

Оставалось лишь самому проверить дискету. Аркадий отправился за прилавок, на своё место, а я подошёл к стенду, вставил дискету в порт и надел шлем.

Спустя несколько секунд я оказался на месте командира тяжёлого танка ИС-2. Я хорошо помнил эту симуляцию, ведь она была выпущена мной несколько месяцев назад. Эта симуляция не была полностью основана на исторических событиях, поэтому лишь опиралась на некоторые факты и представляла собой танковый бой, который в теории и мог произойти на поле боя, однако в реальности не существовал. Подобное решение я обуславливал тем, что мне хотелось создать какую-нибудь симуляцию, которая будет одновременно и зрелищной, и лёгкой в производстве. Таким образом, я не был стеснён историческими событиями и мог создавать такой бой, который мне будет по душе, но этикетка дискеты была вполне честной, ведь на ней было написано следующее: «Сражение, представленное в симуляции, является художественным вымыслом и не происходило в реальности».

Итак, как я уже говорил, игроку предстояло взять под управление тяжёлый танк ИС-2 и на нём штурмовать немецкие укрепления. Сначала действие разворачивалось в небольшом посёлке, где бригаду русских танков поджидает десяток немецких. Против нас выступали весьма серьёзные противники: немецкие «Пантеры» и «Тигры». Впрочем, пушка «Иосифа Сталина» в сто двадцать два миллиметра с раздельным заряжанием была очень мощным оружием.

Я завёл виртуальный двигатель, после чего он заревел и тронул тяжёлый танк с места. Советская танковая бригада приближалась к посёлку, где, как я прекрасно знал, нас ожидала засада в виде немецких танков.

Поскольку я знал, где прячутся противники, я сразу вывел «Иосифа Сталина» на позицию возле одинокого каменного дома и взял на прицел окно стоящего вдалеке сарая, откуда выглядывал чёрный крест «Тигра».

Грянул мой выстрел. Сарай занялся огнём, а практически со всех позиций полетели снаряды. Однако прошло уже несколько минут боя, но даже намёка на этот немецкий сверхтяжёлый танк я не обнаружил. Впрочем, не исключено, что он должен был появиться в самом конце, когда нужно было штурмовать тяжёлую немецкую заслонку.

Но продолжить расследование я решил чуть позже — нужно было торопиться заканчивать дискету с подводными лодками, поэтому я сохранил прогресс в дискете и вынырнул из шлема.

Остаток дня я провёл за работой над новинкой. Под вечер Аркадий заглянул ко мне в мастерскую.

— Ну что, — спросил он. — Получилось найти этот танк?

— Никак нет, — ответил я. — Попробовал поиграть сам, объездил на танке почти весь населённый пункт в начале. «Маусом» там и близко не пахнет.

— Слушай, можешь рассказать подробнее о сюжете этой симуляции? Этот мужчина говорил, что встретил танк ближе к концу. Думаю, он должен появиться там в следующий раз.

— Сначала происходит бой возле посёлка, а затем необходимо пройти через поле и разбить немецкие танковые укрепления. Я воссоздал там эдакую линию обороны!

— Послушай, я вот о чём думаю, — Аркадий опёрся о мой стол. — Если он действительно обнаружил «Маус» в этой линии обороны, то, быть может, он случайно нашёл его среди танков, которые были задействованы в защите. Допустим, он заехал в самый край игровой карты, а там ты как раз случайно и разместил «Мышь».

— Твоя теория имеет место быть, однако я до сих пор очень сильно сомневаюсь в том, что я мог там его оставить по ошибке.

Ради интереса я открыл рабочий стол моего компьютера, затем решил проверить созданные мною модели танков для симуляций. Действительно, когда-то давно я создавал модель «Мауса», но это было ещё полгода назад и делал модель такого вида только ради интереса и повышения моих навыков.

На следующий день я сразу же решил отправиться далее проверять симуляцию.

Вернувшись к тому месту, где остановился, я без особого труда сокрушил немецкие танки и выехал вместе со своей танковой бригадой к вражескому укреплению.

Итак, вот как выглядела немецкая линия обороны: длинный и довольно небольшой городок, окружённый не слишком высокими фортификационными сооружениями. Издалека можно было увидеть большое количество немецких танков, которые скрывались между каменными домами, бетонными укреплениями и остовами машин. Штурмовать это укрепление было непросто, поскольку игроку в самом начале игры не было известно, откуда именно по нему будут вести огонь, к тому же необходимо найти подходящую позицию для въезда в город-крепость.

Только мы подъехали на достаточное расстояние к укреплению, как на нас посыпались снаряды вражеских пушек и танков. Я то и дело останавливал машину и производил выстрелы по гнёздам врага, после чего снова отправлялся вперёд.

Хорошо, что мой «Иосиф Сталин» обладал такой мощной пушкой — она эффективно уничтожала даже самые тяжёлые укрепления противника.

Всё время, пока бригада советских танков шла к немецким позициям, я пристально наблюдал за вражеской машиной, которая выглядывала на нас из-за своего укрытия. Стоило лишь мне подъехать немного ближе, как я вздрогнул от удивления — в укреплении я чётко рассмотрел силуэт «Мауса»! В высоту этот исполин был около трёх с половиной метров, а в длину — около девяти, поэтому даже с такого расстояния я отчётливо видел устрашающую форму монстра.

Как я знал, орудие у этого танка тоже было весьма опасное, вернее, у него их было сразу два в одной маске: одна пушка имела сто двадцать восемь миллиметров, другая — семьдесят пять.

Мы почти подошли вплотную к укреплению, но тут же раздался выстрел «Мауса» — огромный снаряд попал прямо по моему танку! Меня тут же обдало жаром цифрового огня. Танку, в котором была моя цифровая копия, взрывом оторвало башню.

Я вылез из шлема. Конечно, попадание по машине в симуляции никак не отразилось на мне, однако стало понятно, что нужно как-то изменить стратегию, чтобы поквитаться с этим стальным монстром.

В скором времени в магазин пришёл Косюнин, которого я тут же пригласил в кабинет.

— И правда, он там существует, однако уничтожить его — задача не из лёгких. В укреплении, в котором «Маус» находится, очень трудно достать до его брони, — начал рассказывать я товарищу. — Я пытался найти какую-нибудь брешь в их обороне, но в это время в меня попал снаряд. Бьёт он так, что не жалеет сил.

— Гм, интересно, — выразился мой друг. — Какая же причина его появления может быть нами рассмотрена? Вероятно, остаётся только то, что мы добавили его по ошибке. Вдруг просто произошла подмена из-за консоли?

Мне пришлось согласиться с размышлениями товарища, поскольку не имел никаких доводов.

— А представляешь, какой это шанс для нас раскрыть работу фронтовых журналистов ещё больше? — вдруг завёлся Аркадий. — Я могу написать целую статью для нашей стены после нашего расследования! Только представь, если такая заметка существовала бы в военное время! «Сражение ИС-2 против мифического и непобедимого танка»… Да, это даст нам большой толчок в творческом развитии и сохранении памяти подвигов!

Впрочем, мы решили разобраться с этим феноменом сразу после окончания некоторых проектов, поэтому на какое-то время забросили дискету с «Мышью» в долгий ящик и сосредоточились на выпуске новых дискет с боями.

Но что случилось далее! Стоило лишь нам поставить на прилавок новую дискету про С-13, как тут же наш магазин стал изо дня в день наполняться недовольными покупателями, которые жаловались на… «Мауса»! У одних этот танк появлялся где-то на берегу и бессмысленно стрелял во всё, что движется, а у других данная машина начала встречаться и в дискетах, которые мы производили позднее, после заражения проклятым танком! Везде покупателей преследовала та самая загадочная «Мышь» и не давала никаких шансов бороться с нацистской машиной.

Мы сразу принимали бракованные дискеты назад, после чего в срочном порядке уничтожали, скрипя сердцем.

Теперь всё стало понятно — наша консоль была предательски заражена вирусом «Мауса», а потому мы поклялись с Аркадием, что уничтожим этот танк в той дискете, с которой всё и началось. Только такой вариант дальнейших событий казался нам выходом.

— Аркадий, мне нужно, чтобы ты помог мне в управлении танком. Искусственный интеллект явно тебе уступает в должности командира орудия, — сказал я одним днём товарищу.

Косюнин согласился помочь мне в ликвидации вируса. Мы повесили на двери в магазине табличку с надписью «Технический перерыв».

Затем мы оба зашли в терминал, загрузив злополучную дискету. Косюнин был знатоком нашей установки, которая симулировала внутренности танка, — Аркадий практически лишь своими силами монтировал её в мастерской, к тому же он неплохо разбирался в управлении боевыми машинами, поскольку, как сам мне рассказывал, работал ранее в музее, где изучал приборы и панели танков.

Итак, мы начали заново и появились в башне «Иосифа Сталина». Бой начался!

Первая часть сражения прошла вполне удачно: мы ловко маневрировали между домами, заставая немецкие танки врасплох, поэтому быстро очистили посёлок от врага.

Поехали вперёд. Наши союзники держались на расстоянии. Вот и немецкое укрепление, которое нужно было взять штурмом. Мы стреляли почти без перерыва и маневрировали. Думаю, если бы мы научились так воевать на настоящем танке, то точно бы считались танкистами-асами.

И внезапно где-то вдалеке снова показался устрашающий силуэт серой громадины. Я сразу понял — это тот самый танк!

«Маус» был как бы помещён в специальное укрепление, внутри которого он мог передвигаться медленно, но уверенно по плотной дороге — во время разработки я специально выстроил в укреплении асфальтированную дорожку среди бойниц этого форта, чтобы вражеские машины могли беспрепятственно передвигаться между точками наблюдения.

Даже с такого большого расстояния можно было разглядеть вражеского монстра, ведь этот громадный танк одним своим видом походил на какой-нибудь небольшой сарай на гусеницах. Серая окраска с чёрными крестами на бортах придавала ему грозный облик, однако теперь мы были настроены раз и навсегда уничтожить гада.

Грянул выстрел дьявольской машины. В прошлый раз всего лишь одно попадание уничтожило мой танк, но теперь ситуация изменилась — мы с Аркадием шли не первыми в цепочке из советских танков. Снаряд угодил в «Иосифа Сталина», который шёл впереди нашего танка.

Так или иначе, мы успели выиграть время, чтобы проехать дальше. Не было никакого смысла открывать огонь по «Маусу» — расстояние было слишком велико, к тому же во лбу броня немецкой гадины была далеко не тонкой.

Тут же по нам начали вести огонь машины из других мест позиций. Я скомандовал Аркадию готовиться к атаке, пока тормозил танк. Стоило лишь нашей машине остановиться, как ИС-2 взял на прицел вражескую пушку и выстрелил. По ушам больно ударил грохот выстрела орудия.

Наконец, наш танк и две оставшиеся советские машины подошли вплотную к форту.

Внутри укрепления ещё оставались вражеские машины, кроме «Мыши», однако они не представляли для нас такой угрозы, как последний.

— Ваня, нельзя ехать прямо, — крикнул мне Аркадий. — Чувствую, они только и ждут нашего появления.

Мы повернули налево и решили сыграть на опережение: заехав чуть левее, где ранее располагалась немецкая пушка, которая была уничтожена выстрелом. Гусеницами мы вдавили горящий остов орудия в землю, проезжая вперёд.

Чутьё друга нас не подвело, поскольку мы застали защитников укрепления врасплох — вражеская «Пантера» оказалась прямо как на ладони, при этом башня кошки смотрела на дорогу, по которой мы должны были поехать минутой ранее.

Вражеский танк поздно среагировал на наше перемещение, пытаясь повернуть орудие в нашу сторону, ведь в это время наш прицел упал куда-то под его башню.

Снова грянул выстрел. «Пантера» дрогнула и замерла на месте, попав в объятия огня. Немецкий экипаж попытался спастись из горящего танка, но тут же затрещал наш бортовой пулемёт.

Вдруг послышался выстрел издалека, и корпус нашего танка задрожал. Нам повезло — снаряд угодил по запасной части гусеницы, которая располагалась на корпусе. В обычное время они предназначались для быстрого ремонта повреждённых траков, но также могли использоваться в подобной защите, если были расположены на корпусе.

Я сразу понял, что за выстрелом стоял «Тигр», что прятался на другом конце укрепления. Вражеский танк выполз на нас из-за разрушенного дома, поворачиваясь к нам лбом. Аркадий в это время заряжал пушку — перезарядка орудия «Иосифа Сталина» была делом далеко не простым, ведь даже у самого тренированного заряжающего уходило на эту задачу минимум около двадцати секунд. Сначала в ствол закладывался сам снаряд, а затем — гильза с зарядом. Воздух в башне стал загазованным, пока заряжающий готовился к выстрелу.

Благо, тут же послышались выстрелы двух других наших союзных машин, а пушка нашего танка была готова к выстрелу. Мы навели орудие, и я приказал открыть огонь.

Оглушительный выстрел вышел удачным — «Тигр» был взорван.

Больше обычных вражеских машин в форте не было, значит, осталось только уничтожить главного немецкого монстра.

Но на передышку времени не было — раздался мощный выстрел «Мауса», который некоторое время не давал о себе знать. Под удар попал другой «Иосиф Сталин» в нашей тройке! От попадания у союзника, которым управлял искусственный интеллект, вспыхнула та часть, в которой располагался двигатель.

В это время «Мышь» только успела выползти из своего укрытия и начать медленно и кряжисто, словно гора на гусеницах, двигаться в нашу сторону. Я скомандовал Аркадию готовиться к выстрелу, пока наш танк на всех парах спешил к укрытию в виде одинокого дома. Стоило лишь нашему танку пропасть из зоны видимости «Мауса», как послышался выстрел второй пушки чудовища, но снаряд нас не достал, врезавшись в стену дома.

— Надо обойти его с другой стороны! — кричал Аркадий, пытаясь делать голос громче, чем рокот двигателя. — Надо использовать преимущество в манёвренности!

Нам повезло в том, что чудовище отвлеклось на другого «Иосифа Сталина», поэтому мы успели обогнуть дом со стороны. Наш танк разогнался на полную мощность, выгибая на дороге к корме «Мауса». Повернув влево, мы оказались прямо позади немецкого монстра.

— Аркадий, сможем пробить? — крикнул я.

— Только в корму! — отозвался командир орудия. — Надо взять максимально подходящий угол!

В это время «Маус» начал свой разворот, и я судорожно принялся прикидывать варианты дальнейшего развития событий. У меня было всего лишь несколько секунд, чтобы принять решение!

И тут я заметил наш шанс — рядом с разворачивающимся «Маусом» в нашу сторону лежала груда разрушенного дома.

Двигатель взревел, и мы шустро забрались на обломки, пока наша пушка целилась в слабые места брони «Мыши». Теперь наш удар мог бы прийтись прямо в корму монстра практически под идеальным углом.

— Огонь! — скомандовал я.

Выстрел моментально наполнил башню нашего танка газами и пылью, но даже так я увидел то, что так сильно ждал — снаряду удалось пробить броню «Мауса»!

В следующую секунду раздался оглушающий грохот, и «Мышь» взорвалась ярким пламенем. Мы стояли слишком близко от подбитого танка, поэтому нас с Аркадием оглушило.

Оправившись от удара, я посмотрел вперёд. Передо мною лежал поверженный немецкий танк, догорающий на фоне яркого солнца и обломков укрепления. Остов стоял неподвижно, словно никогда и не был живым…

Всё было кончено. Я убрал руку с консоли, которая симулировала спусковой крючок пушки танка, после чего снял шлем.

— Хорошая работа, Аркадий! — похвалил я друга.

— А я и не думал, что получится, — признался Косюнин. — Всё же броня у него была толстой, однако даже это его не спасло от русского оружия.

Сразу после боя Аркадий, как и подобает военному журналисту, принялся записывать все события прошедшего сражения. Он подготовил весьма большую статью о том, как ИС-2 героически сражался с невиданной и секретной машиной — «Маусом». Упомянул, что за этим виртуальным подвигом стояли доблестные экипажи советских машин, что не знали страха.

Когда статья была готова, мы распечатали её и торжественно повесили на стену нашего магазина. Теперь она выглядела, как орден за особенные боевые заслуги, и мне стало понятно то, почему Аркадий так сильно увлекался работой военных журналистов. Действительно, именно они могли донести до всех граждан страны те великие свершения, что происходили у линии огня! И наши покупатели, которые и выступали читателями, должны были узнать об этом первыми.

Я благодарил Косюнина за то, что он своим трудом отдаёт дань уважения тем людям, кто сражался с захватчиками, и тем, чьё оружие было не автоматом, а пером. Даже я сам испытывал гордость за наш виртуальный подвиг, мне казалось, что нашей работой мы не позволяем новому поколению забыть про наших предков. И самое главное заключалось в том, что своими действиями мы чтили память абсолютно каждого человека, внёсшего вклад в Победу: танкиста и лётчика, корреспондента и партизана, генерала и тыловика, многих других.

Покупатели, которые приходили к нам после грандиозного сражения, особенно сильно удивлялись новой газетной выдержке о битве со сверхтяжёлым танком. Многие из них даже изъявляли желание приобрести симуляцию с таким сражением, а мы обещали выпустить её в ближайшее время.

Таким образом, «Маус» с этой дискеты был полностью стёрт, а потому больше не появлялся, даже когда я ради интереса проходил данный бой снова и снова. Последующие дискеты тоже больше не содержали это чудовище, чему мы были невероятно рады.

До сих пор не знаю, что это был за странный вирус и почему он так быстро исчез, стоило лишь нам подорвать этот неизвестный танк? Неужели его автор, тот странный мужчина в пальто, считал эту машину неуязвимой?

С другой стороны, это было не так уж и важно, поэтому мы с Аркадием продолжили выпускать дискеты с симуляциями Великой Отечественной, почитая подвиг наших предков. Ведь то, чему нас научила эта история, было гораздо ценнее — история нашей великой страны никогда не должна уходить на второй план, ведь только так можно строить прочное будущее и справляться с новыми временами.