Охота на зверя

Деревня Заречье вела свою размеренную жизнь, не обещавшую быть интересной. Женщины ухаживали за домом и детьми, мужчины корячились с урожаем на поле, а купцы продавали разные товары на небольшом рынке прямиком из Велиграда. Но среди толпы, скопившейся у прилавков, выделялся очень высокий мужчина в сером рваном плаще и капюшоне, полностью скрывающем его лицо, который неспешно бродил по рынку, высматривая прилавки купцов.

— Сколько стоит? — спросил мужчина, взяв в руки две морковки.

— Два ферона за каждую. — ответил купец, щёлкая семечки и выплёвывая шелуху через плечо.

— Дайте одну. — мужчина тяжело вздохнул, положив одну морковку и протянув две железные монеты.

— Дай ему мешок моркови, купец! — сказал кто-то позади. — Я заплачу.

Высокий мужчина развернулся и увидел мужчину в красном кафтане с золотым кушаком, шапка с меховой опушкой. Его лицо сияло улыбкой до ушей, которую украшали длинные золотистые усы и козлиная бородка. Но что бросилось мужчине в глаза — сабля и пистоль, крепящиеся кожаной портупеей.

— Привет, — сказал мужчина в кафтане. — Это ведь ты Боголеп Безродный?

— Смотря кто спрашивает, — ответил мужчина.

— Я — Ярослав, я служу герцогу Бориславу Бориславовичу. Ему нужна помощь.

— Помощь? Герцогу Людверстра нужна моя помощь?

— Ну да. Ведь ты прославился по всему Белоборью как «Боголеп — охотник на чудовищ и страж простого люда». Такое нельзя не заметить.

— Как ты вышел на эту деревню?

— Ну знаешь, в трактирах есть много людей, которые болтают о тебе. Так я узнал, что ты убил кикимору неподалёку отсюда. Я пришёл в деревню, и тут стоит огромный медведь в плаще, которому обычные люди чуть ли не до плеч. Неужели совпадение?

— Это оно и есть. — мужчина откусил половину моркови и пошёл в сторону леса.

— Действительно? То есть мне придётся искать того самого Боголепа, чтобы герцог поставил свою печать в его помиловании…

— Печать? — мужчина остановился и повернулся к Ярославу.

— Да. Заинтригован?

— А не ловушка ли это?

— То, что тебя зовут — нет. Подумай, дезертир. Тебя признают простые люди. Представь, как будет замечательно, если тебя будут признавать ещё и герцоги или даже сам король!

— На кой чёрт мне признание герцогов?

— Чтобы ты мог построить себе дальнейшую жизнь.

— Меня не прекратят называть дезертиром. Даже со всеми печатями.

— То есть ты не согласен?

— Нет.

— Значит, я тебя отведу к нему.

— Ты? Отведёшь?

— Мужики!

В это мгновение Боголепа окружили стрельцы в тёмных кафтанах, вооружённые пищалями, которые выбежали из леса.

— Твою мать… — сказал Боголеп, тяжело выдохнув.

Боголеп, Ярослав и его отряд на лошадях доехали до Людверстра — серого города, который всегда был слегка мрачным. Даже когда солнце ярко освещала его, он всё равно был бледным. Прибыв ночью, Боголепа привели лично к герцогу в почти пустой зал. Остались лишь советник, стража и сам Борислав.

— Дезертир Боголеп Безродный! — крикнул герцог, разведя руками. — Неужели ты действительно стоишь передо мной?

— Как видите, — ответил Боголеп, сняв свой капюшон.

— Осмелился явиться сам или заставили?

— Ваш посланник меня убедил.

— Правда? Что ж, надо будет вознаградить Ярослава за такую работу.

— Меня вроде позвали, чтобы я помог вам.

— Ну что ж. В последнее время у нас в лесах завёлся зверь. Огромный, мохнатый, разрывающий скот наших крестьян, да и самих крестьян. Мой сын, Бурислав, собрался убить эту тварь, и я решил найти тебя. Как я его только не отговаривал. Прикрой тыл моему сыну и его отряду, и я поставлю свою подпись в помиловании.

— Дело действительно скверное... — Боголеп тяжело вздохнул. — Что ж, я согласен.

— Замечательно! Мои прислуги отведут тебя в твою комнату, в которой ты сможешь сбрить эти заросли на твоей роже.

— А у вас поесть не найдётся?

— Всё, что найдёшь в комнате — твоё.

— Серьёзно?

— Шутка! Тебе принесут ужин. Всё, шагай!

Прислуги привели Боголепа в небольшую комнату, в которой была кровать, письменный стол, стул, окошко и дверь, ведущая в баню. Боголеп помылся в лохани, сбрил тёмную бороду, подстриг свою длинную шевелюру, постирал свою старую и поношенную одежду, поел хлеб с салом и молоком, которое ему принесли, и лёг на кровать. Она была ему немного мала, поэтому ему пришлось спать, поджав ноги. Проснувшись от настойчивых стуков в дверь, Боголеп открыл дверь и увидел перед собой улыбающегося Ярослава.

— Наконец-то! — крикнул Ярослав. — А то я уже устал стучать. Собирайся.

— Сейчас, — сонным голосом сказал Боголеп, захлопнув дверь перед лицом Ярослава.

Боголеп оделся — чёрные порты, сапоги, рубаха, поверх кольчуга, а на неё тёмно-коричневый кафтан. Перчатки, перевязь, плащ. Меч — на пояс. Он вышел из комнаты, где его терпеливо ждал Ярослав, сидевший на полу и прислонившись спиной к стене. Ярослав тут же вскочил и сказал:

— Ты теперь меньше похож на медведя.

— А ты всё так же похож на кретина. — сказал Боголеп.

— Ну что, пошли.

Ярослав повёл Боголепа вперёд по коридору к выходу на улицу, где их уже ждал отряд стрельцов из тридцати человек, которые собирались на охоту. Они прошли к столу с оружием, и Боголеп стал разглядывать то, что на нём лежало. В эту же минуту к ним подошёл стрелец и, встав справа от Боголепа, спросил:

— Что такая паскуда, как ты, Безродный, здесь забыл?

— Он, вообще-то, твою задницу прикрывать пришёл! — вскрикнул Ярослав.

— Скорее не прикрывать, а нож в неё всадить! И без него справимся!

Боголеп медленно повернул голову направо и спросил:

— Что ты сделаешь, если на тебя прыгнет боровик?

— Боровик? — спросил стрелец. — Гриб?

— Боровики — это не только грибы. Это ещё и огромные существа, похожие на медведя. Только больше, свирепее, сильнее и опаснее. Если тот, на кого мы охотимся, — это боровик, то вся ваша группа умрёт в первые минуты встречи.

— И ты нас… спасёшь? Ты?

— Я могу спасти, но не всех. А ты?

Ухмылка с лица стрельца в мгновение исчезает, и он хватается за рукоять сабли, но Боголеп быстро повернулся, пихнул его на три метра ногой в грудь и достал свой меч. Стрелец встал, достал саблю и приготовился к бою, как вдруг раздался крик: «Прекратить!»

Стрелец и Боголеп посмотрели в сторону и увидели молодого парня в белом кафтане до голени с золотым кушаком и узорами и серой шапке с меховой опушкой. Стрелец спрятал саблю и поклонился ему.

— Прости, граф Бурислав! — крикнул стрелец и выпрямился.

— Что здесь происходит? — спросил Бурислав, подойдя ближе.

— Ничего. — ответил Боголеп. — Недопонимание.

— Вот как? А ты что, Всеслав?

— Это… недопонимание. — ответил стрелец.

— То есть всё нормально?

— Да, граф.

Боголеп спрятал меч и слегка кивнул. Бурислав поднял бровь и, махнув рукой Всеславу, отправив его в сторону, подошёл к Боголепу.

— Так это ты тот самый Боголеп Безродный? — спросил Бурислав. — Дезертир Белоборья.

— Как будто я один-единственный дезертир. — сказал Боголеп.

— Ты — единственный живой дезертир. Твоя живучесть впечатляет. Сколько раз тебя пытались убить? Семь раз? Девять?

— Четырнадцать.

— О Ярогор! — Бурислав рассмеялся. — Что у нас за народ такой, что человека убить не могут?

— Просто я не хотел быть убитым.

— Оно и видно! Ну да ладно. Лично мне наплевать, что ты сделал когда-то. То, что ты — дезертир, не опровергает того факта, что ты очень хороший боец и охотник. Ярослав, я хочу поговорить с Боголепом наедине.

— Да пожалуйста, граф! — сказал Ярослав, уходя пружинной походкой.

— Значит, вы полностью уверены, что все эти тридцать стрельцов справятся? — спросил Боголеп.

— Как ты узнал их количество? — спросил Бурислав.

— Посчитал.

— Да ну… Да, я действительно думаю, что они справятся. А к чему вопрос?

— Просто я боюсь, что вы слишком недооцениваете этого зверя.

— Мне кажется, это ты нас недооцениваешь. Все эти люди — отличные воины, которые были в бою.

— Но не с чудовищами. Они убивали раньше чудовищ?

— Для этого у нас есть ты. Кстати, не хочешь поделиться с нами такой важной информацией, как убийство монстра?

— Смотря что за монстр. Огромный и мохнатый — это может быть волколак или боровик.

— А разница?

— Боровик — это чудовище, убивающее для безопасности своей территории, а волколак — это заколдованный человек, который либо превратился сам, либо его самого превратили. Боровика нужно просто убить, что действительно сложно, а волколака можно и расколдовать.

— Зачем расколдовывать?

— Так вдруг это человек, которого насильно превратили в чудовище.

— Но он ведь всё равно чудовище.

— Но… чёрт, я поражаюсь! Неужели если у вас есть возможность помочь, то вы не поможете?

Бурислав рассмеялся и сказал:

— Наконец-то ты показал, кто ты есть. Ты не дезертир. Ты — тот, кто заслуживает не быть им! Ты уже выбрал себе оружие?

— Да. — ответил Боголеп, тяжело вздохнув.

Боголеп взял со стола пищаль с боеприпасами, серебряное копьё и пистоль.

— Это всё? — спросил Бурислав.

— Да. — ответил Боголеп, повесив всё это на себя.

— Ну тогда не будем медлить! Эй, все! По коням!

Стрельцы собрали всю свою амуницию, уселись на лошадей и отправились на охоту. Выехав на окраину города, к отряду подбежал старый мужчина, опирающийся на костыль правой рукой.

— Спасите моего мальчика! — кричал мужчина, протягивая левую руку.

— Спасите его из плена этой твари! Прошу!

— Мы сделаем всё возможное, отец, — сказал Ярослав. — Можешь не сомневаться!

Ярослав подъехал к Боголепу и спросил:

— Что планируем делать?

— Исследовать лес, найти чудовище, убить его и спасти мальчишку, — ответил Боголеп.

— А мы сможем всё это сделать?

— Да.

— Как-то оптимистично для твоего злого лица.

Когда отряд зашёл в лес, Боголеп слез с лошади и принялся осматривать землю.

— Он двигался туда, — сказал Боголеп, указывая вперёд. — Ярослав, возьми мою лошадь за поводья.

Ярослав так и сделал. Боголеп пошёл дальше, не отрывая взгляд от земли. Отряд следовал за Боголепом около пяти часов, пока он не встал на месте, уткнувшись вниз.

— Что такое? — спросил Бурислав.

— Ничего нет, — ответил Боголеп. — Нет никаких следов... Никаких...

— Это как?

— Для колдуна это просто.

— Колдуна? — спросил Ярослав.

— Может, ведьма.

— Судя по тому, что ты так нахмурился, это действительно плохо.

— Скорее всего, он уже знает, что мы здесь. — Боголеп сел на свою лошадь, забрав поводья у Ярослава.

— Будем держаться вместе и будем искать убежище колдуна, — сказал Бурислав. — Когда стемнеет, разобьём лагерь. Отлить в кусты идёте только с напарником, который будет прикрывать вас. Вперёд!

Отряд прошёл дальше. Пока шли поиски, в лесу стемнело, и герои разбили лагерь. Боголеп рассказывал про то, как бороться с различными чудовищами. Хоть все смотрели на него кислым взглядом, все они внимательно слушали. Когда обучение закончилось и стрельцы принялись ставить ловушки для зверя, к точившему свой меч Боголепу подошёл один молодой стрелец и спросил:

— Слушай, а ты ведь сможешь отбить атаку зверя?

— Смогу. — ответил Боголеп. — Но полную безопасность я никогда не могу обещать.

— О Ярогор мой…

— Как тебя зовут?

— Будимил.

— Почему ты пошёл в стрельцы, Будимил?

— Я всегда мечтал стать стрельцом. Хорошо платят, к тому же. Я ужасно боюсь того, что нас ждёт.

— И сейчас ты успел несколько раз проклясть тот день, когда пошёл в стрельцы?

— Да. — усмехнулся Будимил.

— У меня так было во время моей первой битвы с чудовищем. В тот день я постоянно говорил себе: «Почему я просто не сброшусь с обрыва? Людям так будет лучше».

— Что это было за задание?

— В самом задании не было ничего такого. Я пытался спасти женщину, на которую напал водяной. Он пытался её утопить. Я вытащил её из воды, убил чудовище и увидел, что девушка без сознания. Я взял её на руки и понёс в ближайшую деревню. Там меня узнали. Они кричали: «Что ты сделал с этой девушкой? Убирайся, дезертир!». Я пытался им всё объяснить, но они принялись бросать в меня камни. Единственные места, где меня встречали не как дезертира, — это глухие деревушки и Белогорье.

Будимил молчал. Просто смотрел на Боголепа.

— Я не знаю, почему я тебе всё это рассказываю. — сказал Боголеп, встав с пня, на котором он сидел.

— Не нужно всё в себе держать. — сказал Будимил. — Ты ведь не стальной.

Боголеп посмотрел на Будимила и слегка хлопнул его по плечу.

— Ты мне молодого меня напоминаешь. — сказал Боголеп.

— Да благословит нас Велегор. — сказал Будимил.

Внезапно из тьмы леса вылетел стрелец, который влетел в дерево рядом с Боголепом, как кусок мяса, и упал на землю. Боголеп посмотрел на стрельца и увидел на его лице огромные раны от когтей. Из того же места выпрыгнул гигантский волк, который подбежал к костру и одним движением лапы потушил его. Начался переполох. Выстрелы и крики стрельцов разнеслись по лесу. Пока Боголеп пытался привыкнуть к темноте, его со всей дури ударил зверь, сильно поранив его грудь, отчего тот отлетел в дерево и упал на землю. Боголеп с громким хрустом в спине встал, достал пищаль и выстрелил в силуэт волка. Зверь заревел и прыгнул на Боголепа, который достал из-за спины копьё и ударил его в шею и прижал к земле. Волк откинул Боголепа в сторону, копьё выдернулось из его шеи, упав на землю, встал и принялся убегать на огромной скорости. Боголеп встал, отряхнулся и погнался за ним. В это время оставшиеся стрельцы зажгли факелы и увидели то, что сделал зверь. Десять разорванных трупов. Ярослав и Всеслав переворачивали некоторые тела, чтобы опознать павших. Среди них лежал Будимил, у которого была пуля между глаз. Его убили свои же в суматохе. Боголеп бежал за волком около двух часов, не отставая от него ни на метр. Подбежав ближе, он прыгнул на зверя, перевернувшись вместе с ним. Волк отбросил Боголепа и побежал на него, но тот достал пистоль и выстрелил ему в голову. Зверь завыл, побежал к обрыву и спрыгнул. Боголеп подошёл к краю и увидел, как в полёте волк исчез в чёрной дымке, а приземлился уже человек, который, прихрамывая, направился в лес. К этому моменту подоспел Бурислав с Ярославом и другими стрельцами на лошадях, на которых были привязаны тела павших.

— Где эта паскуда? — крикнул Всеслав.

— С обрыва прыгнул и в лес ушёл. — сказал Боголеп, спрятав пистоль за пояс. — Это колдун-волколак!

— Чёрт! — вскрикнул Ярослав. — И что теперь делать?

— Спускаться. — сказал Бурислав и, махнув рукой, поскакал в сторону, чтобы спуститься.

— Садись на мою лошадь, Боголеп.

Боголеп, увидев на лошади одного из стрельцов тело Будимила, тяжело вздохнул и сел на лошадь Ярослава, и они поскакали за остальными. Спустившись, они направились в лес, в котором было ещё темнее. Проносясь через деревья, герои вышли на небольшую землянку, в которой горел свет. Боголеп слез с лошади и махнул всем, чтобы не подходили, а сам подошёл к землянке и услышал голоса.

— Брат! — крикнул мужчина внутри. — Пожалуйста, помоги! Там один пришибленный! Он гнался за мной как бешеный!

— Ты с человеком разобраться не можешь? — спросил мужской голос.

— Это не обычный человек!

— Позорище, Радомир!

— Стой! Брат! Не уходи! Сволочь!

Боголеп выбил дверь в землянку и увидел худого испуганного мужчину в чёрной одежде с густой бородой и кровоточащей раной в шее, который стоял рядом с кроватью, к которой был привязан мальчишка. Боголеп зашёл внутрь, взял мужчину за горло левой рукой, достал меч правой и уже был готов вскрыть ему горло, но мужчина достал кинжал и вонзил в его руку. Рука Боголепа разжалась, а мужчина взял лежащую на кровати волчью шкуру и накинул на себя. От него пошла чёрная дымка, из которой выскочил тот самый волк и вышвырнул Боголепа из землянки. Волк выпрыгнул из землянки и прыгнул на Боголепа, но стрельцы, которые открыли огонь, слегка отбросили зверя в сторону. Боголеп достал кинжал из руки, встал и приготовился к атаке. Волк помчался на Боголепа, но тот одним движением ударил его в шею. Меч с хрустом вошёл в его плоть и застрял посередине. Боголеп запрыгнул на спину волка и разрубил до конца. Голова волка упала. Тело за ней — на голову. Боголеп спрыгнул с огромной туши, которая вдруг начала дымиться. Когда чёрный дым рассеялся, вместо волка был тот самый человек. Ярослав подошёл к Боголепу, который упал на колено.

— Ты живой? — спросил Ярослав, положив руку на правое плечо Боголепа.

— Да… — ответил Боголеп, посмотрев на землянку, из которой Всеслав вынес того ребёнка.

— Давай я тебе помогу. — Ярослав взял Боголепа под правую руку и поднял его.

К Боголепу с Ярославом подбежал Бурислав и подхватил Боголепа под левую руку. Они все сели на лошадей и отправились в город. Жители встретили героев восторженными криками. Ребёнок вернулся домой, Боголеп получил печать и несколько золотых монет, Ярослав забрал вознаграждение, а павшие получили звание героев посмертно. Пока все праздновали, Боголеп перевязал свои раны в госпитале, собрал свои вещи, сел на лошадь и уже собирался уезжать, как его окликнул Ярослав.

— Стой! — крикнул он, подбежав к нему. — Тебе компаньон не нужен?

— А ты разве не герцогу служишь? — спросил Боголеп.

— Он меня нанял для твоих поисков и охоты на этого зверя. Мне заплатили, и теперь я свободен.

— Тебе что, некуда идти?

— Всегда есть куда идти. Но все эти пути, которые есть сейчас, мне не интересны.

Боголеп задумался и спросил:

— Лошадь есть?

— А то. — ответил Ярослав.

— А оружие?

— Конечно.

— Ну тогда садись на лошадь, и поехали.

Ярослав быстро метнулся в конюшню, вышел из неё верхом на коне и вместе с Боголепом выехал из города.