Охота во тьме. Битва за трон

Тьма корабля Некромонгеров была почти осязаемой, словно черный туман, пропитанный запахом металла, крови и смерти. Главный флагман, "Базилика", возвышался над флотом, как гигантский собор, вырезанный из костей древних миров. Его внутренние залы, пронизанные холодным светом синих неоновых линий, казались бесконечными лабиринтами, ведущими к одной-единственной точке — трону Лорда Маршала.

Ричард Б. Риддик, скованный тяжелыми цепями из темного сплава, шагал по этому залу с характерной для него уверенностью. Его шаги отдавались гулким эхом, а серебристые глаза, скрытые за темными очками, скользили по окружающим его фигурам. Некромонгеры, закованные в свои мрачные доспехи, провожали его взглядами, полными холодного презрения. Но Риддик не чувствовал страха. Страх был для слабаков, а он давно перестал быть таковым.

Его вели к трону — массивному сооружению из черного камня и металла, увенчанному шипами, словно корона самого ада. На троне восседала фигура, чья аура подавляла даже закаленных воинов. Лорд Маршал, скрытый за маской с тремя ликами, смотрел на приближающегося пленника. Маска, вырезанная с жуткой точностью, изображала три лица: одно кричало в агонии, второе смеялось, а третье хранило ледяное спокойствие. Доспехи Лорда Маршала были классическими для Некромонгеров, но Риддик сразу заметил странные модификации. Встроенные механизмы, шипы, излучающие слабое свечение, и оружие, которое казалось чужеродным даже для этой расы. "Интересно," — подумал Риддик, — "это не их стиль. Это что-то... другое."

Когда его подвели ближе, он остановился, выпрямился и, не скрывая насмешки, бросил в сторону трона:

— Ваако, разве так встречают старых друзей?

Смех, раздавшийся из-под маски, был низким, почти механическим, с нотками чего-то нечеловеческого. Он эхом отразился от стен зала, заставив даже некоторых Некромонгеров вздрогнуть.

— Ты правда думал, что дохляк Ваако долго просидит на этом троне? — голос был странным, с акцентом, который Риддик не мог распознать. Это не был обычный говор Некромонгеров, не был это и акцент людей. Что-то древнее, что-то... чужое.

Фигура на троне медленно подняла руку и сняла маску. Риддик прищурился, когда перед ним предстало лицо, которое он меньше всего ожидал увидеть. Яутжа. Хищник. Его мандибулы, на месте пасти, слегка дрогнули, а глаза, горящие желтым светом, впились в Риддика. Теперь все стало на свои места. Эти модификации на доспехах, эти механизмы — технологии Хищников. Риддик внутренне усмехнулся. "Вот почему это выглядело знакомым."

Хищник, сидящий на троне Некромонгеров, наклонился вперед, его голос стал еще более глубоким.

— Ну, ребятки, разве так встречают бывшего Лорда Маршала? Снимите с него оковы и верните оружие.

Некромонгеры, не смея ослушаться, тут же выполнили приказ. Цепи с лязгом упали на пол, а один из воинов протянул Риддику его клинки. Тот взял их с привычной легкостью, словно они были продолжением его тела. Хищник медленно поднялся с трона и начал спускаться по ступеням, его шаги были тяжелыми, но грациозными, как у зверя, готового к прыжку.

Риддик, не теряя времени, задал вопрос, который крутился у него в голове:

— Я не видел, чтобы твои сородичи умели так чисто говорить на нашем языке.

Хищник издал звук, похожий на хриплый смешок.

— О, Риддик, я видел очень многое и прожил множество жизней. Я знаю больше, чем ты можешь себе представить.

Он подошел ближе, его массивная фигура нависла над Риддиком, но тот не отступил ни на шаг. И вдруг, к полному изумлению пленника, Хищник опустился на одно колено и склонил голову в знак почтения.

— О, наш Лорд Маршал, — произнес он с жуткой интонацией, — я сверг Ваако и придержал для вас ваш трон, Риддик Величайший. Вы ведь пришли за ним?

Риддик замер. Его лицо оставалось непроницаемым, но в голове вихрем закружились мысли. "Что за чертовщина здесь происходит?" Он внимательно смотрел на Хищника, пытаясь понять, что скрывается за этим жестом. А затем Хищник поднял взгляд. Его глаза были холодными, как глубины космоса, и в них читалась угроза.

— Ты же понимаешь, что все будет не так просто? — спросил он, медленно поднимаясь на ноги.

Риддик криво усмехнулся.

— Если бы все было так просто, меня бы здесь не было. Но я хочу попытаться договориться. Вся вселенная на пороге Апокалипсиса.

Хищник расставил демонстративно руки в стороны и его тон был полон насмешки.

— Как и во все времена, мне плевать на тебя, на вселенную и на кого-либо еще. Вперёд, разрешаю первым нанести удар. Можешь не выбрасывать оружие. Покажи, на что способен. Не разочаруй. Я давно хотел с тобой встретиться.

Толпа Некромонгеров, окружившая арену плотным кольцом, стояла в гробовой тишине. Их шлемы скрывали лица, но в воздухе витало напряжение, которое даже эти бесчувственные воины не могли игнорировать. Среди них, в первых рядах, стояла Дама Ваако. Ее холодное, как лед, лицо обычно не выдавало эмоций, но сейчас в ее глазах мелькало что-то, похожее на любопытство. Она не могла отвести взгляд от того, что разворачивалось перед ней.

Риддик сжал рукоятки своих клинков, его пальцы побелели от напряжения. Его серебристые глаза, скрытые за очками, горели вызовом, но в глубине души он чувствовал, что этот бой будет не таким, как все предыдущие.

— В могиле нет разочарований, — бросил он, его голос был низким, хриплым, полным угрозы. В тот же момент он рванулся вперед, как тень, растворяющаяся в полумраке.

Бой начался с молниеносной атаки. Риддик двигался, как ураган, его клинки сверкали в тусклом свете зала, словно молнии, разрезающие ночное небо. Каждый удар был точным, рассчитанным, смертельным. Он метил в уязвимые точки Хищника, стремясь закончить бой быстро. Но Лорд Маршал, несмотря на свою массивную фигуру и тяжелые доспехи, уворачивался с нечеловеческой грацией. Его движения были плавными, почти гипнотическими, словно он предвидел каждый шаг Риддика. Клинки рассекали воздух с пронзительным свистом, но ни один из них не коснулся плоти врага.

Риддик, привыкший к тому, что его противники падают один за другим, начал ощущать раздражение. Хищник не просто уклонялся — он играл. Каждый его шаг, каждый взгляд был провокацией. Риддик заметил, как уголки чего-то напоминающие пасть Хищника дрогнули в подобии улыбки, когда тот демонстративно поманил его рукой, словно подзывая ребенка.

— Давай, Риддик, ты можешь лучше, — прогрохотал Хищник, его голос, был полон насмешки и презрения.

Риддик стиснул зубы. Пот начал стекать по его виску, но он не позволил эмоциям взять верх. Сбросив очки, он обнажил свои серебристые глаза, которые сверкнули в полумраке, как у дикого зверя. Теперь он видел каждую деталь, каждое движение, каждый мускул врага. Он сделал выпад, затем еще один, и на этот раз кончик его клинка задел плечо Хищника. Капля зеленоватой крови скатилась по черному доспеху, оставляя за собой тонкий след.

Хищник замер, посмотрел на рану, а затем издал звук, похожий на смех — низкий, гортанный, почти механический.

— А про тебя не врали, — сказал он, его глаза сверкнули. — Ты и вправду лучший. От этого будет приятнее тебя ломать.

— Ломалка обломится, — огрызнулся Риддик, его голос был полон ярости, но в нем чувствовалась тень целого вороха несвойственных ему эмоций. Он готовился к новой атаке, сжимая клинки так сильно, что суставы хрустели.

В этот момент все изменилось. Хищник словно переключился на новую скорость. Его движения стали размытыми, почти неуловимыми. И вдруг зал озарился ярким светом. Прожекторы, скрытые в стенах, включились на полную мощность, ослепляя Риддика. Его глаза, привыкшие к темноте, не могли справиться с этим сиянием. Боль пронзила его голову, как раскаленные иглы, и он инстинктивно прикрыл лицо рукой, но было поздно.

Хищник воспользовался моментом. Его кулак, усиленный металлическими пластинами доспехов, врезался в руку Риддика с такой силой, что кости хрустнули, как сухие ветки. Клинок выпал из его пальцев, звеня о каменный пол. Второй удар пришелся в ребра, заставив Риддика согнуться от боли. Воздух вырвался из его легких с хрипом, а в груди разгорелся огонь. Он попытался контратаковать, но Хищник был быстрее. Удар за ударом сыпались на Риддика, словно град, каждый из них был рассчитан на то, чтобы причинить максимальную боль. Его тело превратилось в мишень, а Хищник — в неумолимого палача.

Лорд Маршал схватил Риддика за плечи, его пальцы, усиленные экзоскелетом, впились в плоть, как стальные клещи. Он поднял его над землей, словно тряпичную куклу, и с ужасающей силой ударил позвоночником о свое колено. Треск костей эхом разнесся по залу. Риддик рухнул на пол, его тело отказывалось слушаться. Боль была невыносимой, словно раскаленный металл, вливали в каждую клетку. Но он не издал ни звука. Его гордость, его упрямство не позволяли ему показать слабость, даже сейчас.

Кровь стекала из его рта, заливая подбородок и грудь. Его руки дрожали, пытаясь нащупать клинок, но пальцы не слушались. Лорд Маршал медленно обошел его, словно хищник, играющий с добычей. Его тяжелые шаги гулко отдавались в тишине зала, а доспехи блестели в свете прожекторов, покрытые брызгами крови Риддика.

— Каждая легенда заканчивается, Риддик, — произнес он, его голос был холодным, как лед, но в нем чувствовалось зловещее удовольствие. — Но я рад, что мне довелось сломать тебя физически. Дальше мы продолжим уже на психологическом уровне. Это только начало. Добро пожаловать в мой мир.

Хищник не торопился. Он наслаждался каждым моментом, каждым стоном, который Риддик пытался подавить. Он наклонился и схватил его за уши, рывком поднимая голову. Серебристые глаза Риддика, обычно горящие вызовом, теперь были затуманены болью, но в них все еще оставалась искра сопротивления. Хищник заметил это и издал низкий рык, похожий на смех.

— Ты все еще думаешь, что можешь сопротивляться? — прошипел он, его голос был полон презрения. — Посмотри на себя. Ты — ничто. Просто мясо под моими руками.

Он размахнулся и нанес удар кулаком в лицо Риддика. Хруст челюсти был слышен даже в дальних рядах толпы. Кровь брызнула во все стороны, заливая пол и доспехи Хищника. Риддик попытался отползти, но Лорд Маршал наступил на его спину, вдавливая его в холодный камень. Позвоночник изогнулся под неестественным углом, и новый треск костей разнесся по залу. Боль была такой, что даже Риддик не смог сдержать низкий, животный стон. Внутри начало заражаться отчаяние.

Хищник вытащил из наплечника одно из своих лезвий — длинное, изогнутое, с зеленоватым свечением. Он провел им по воздуху, словно пробуя его остроту, а затем, не торопясь, вонзил его в бедро Риддика. Кровь хлынула потоком, заливая пол, а Риддик зарычал, его тело напряглось в агонии. Лезвие вошло глубоко, разрывая мышцы. Хищник медленно повернул оружие, наслаждаясь каждым звуком, каждым движением. Он вытащил лезвие, и кровь брызнула фонтаном, забрызгав его доспехи. Он не вытер ее. Он оставил ее, как трофей.

— Ты думал, что ты — хищник? — Лорд Маршал наклонился к Риддику, его голос был почти шепотом, но в нем чувствовалась зловещая радость. — Ты — добыча. Всегда был и будешь ею.

Риддик не ответил. Он не мог. Его разум был затуманен болью, каждый удар, каждый хруст костей отдавался в его теле, как раскаты грома. Кровь текла рекой, заливая пол вокруг. Хищник бил снова и снова, выбирая новые места для ударов, чтобы причинить максимальную боль. Один удар пришелся в плечо, и сустав вылетел из места с громким хрустом, рука повисла бесполезной плетью. Другой удар в живот , внутренние органы, казалось, превратились в кашу. Кровь лилась изо рта, из носа, из ран, превращая арену в кровавое озеро.

Некромонгеры, наблюдающие за этим, стояли неподвижно, но в их молчании чувствовалась тень удивления. Они видели смерть. Они видели пытки. Но это было нечто иное. Это была не просто казнь. Это была демонстрация. Хищник не просто убивал — он разрушал. Он показывал, что даже Риддик, их бывший Лорд Маршал, легенда, может быть низведен до уровня жалкой добычи. Даже их холодные сердца, привыкшие к жестокости, дрогнули от масштаба этого насилия. Они не могли отвести глаз, но их стойка, их молчание скрывали внутренний разлад. Это было слишком. Даже для них.

Дама Ваако сжимала кулаки так сильно, что ее ногти впивались в ладони. Ее лицо, обычно каменное, теперь было маской ужаса. Она знала Риддика. Она видела его в бою, видела, как он выживает там, где другие давно бы погибли. Она ненавидела его, но уважала. И теперь, глядя на то, как его ломают, как его тело превращается в кровавое месиво, она не могла поверить своим глазам. Это был не бой. Это была бойня. Она видела, как Хищник поднимает Риддика за горло, как его пальцы, усиленные доспехами, сжимаются, перекрывая доступ воздуха. Риддик хрипел, его лицо посинело, но глаза все еще горели. Она видела, как Хищник швыряет его на пол, как ботинок вдавливается в его спину, заставляя позвоночник изгибаться под неестественным углом. Хруст был таким громким, что эхо отразилось от стен зала. Дама Ваако вздрогнула, ее дыхание стало неровным. Она не могла понять, как такое возможно. Риддик был непобедим. Или она так думала.

Хищник выпрямился и сделал знак одному из Некромонгеров. Тот принес тяжелый металлический прут, усиленный энергетическими разрядами. Хищник взял его, провел пальцем по поверхности, активируя разряды, и без предупреждения ударил Риддика по спине. Электричество прошло через его тело, заставляя мышцы сокращаться в судорогах. Риддик закричал — впервые за весь бой он не смог сдержать крик. Его тело изогнулось. Удар за ударом, Хищник бил с методичной жестокостью, каждый раз выбирая новое место, чтобы причинить максимальную боль. Зал был пропитан запахом смерти.

— Ты все еще жив, — сказал Хищник, наклоняясь к Риддику. Его голос был почти шепотом, но в нем чувствовалась зловещая радость. — Это хорошо. Я хочу, чтобы ты чувствовал все. Каждый удар. Каждый разрыв. Я хочу, чтобы ты знал, что такое быть добычей.

Хищник швырнул Риддика на пол, его тело ударилось о камень с глухим стуком. Он не двигался. Кровь растекалась вокруг него, как темное озеро. Хищник стоял над ним, его доспехи были покрыты кровью, его лезвия блестели в полумраке. Он повернулся к толпе, поднимая руки, как победитель. Но в его глазах не было радости. Только холодная, расчетливая жестокость.

— Это ваш Лорд Маршал, — прорычал он, указывая на Риддика. — Это то, что происходит с теми, кто бросает мне вызов. Запомните это. Я — ваш новый хозяин. А он — лишь тень прошлого, которую я стер с лица земли. А теперь выкиньте его на планету битв. Пусть лежит в своей не мощи и смотрит как другие отдают свои жизни в бесконечных сражениях вместо него.

Хищник Лорд Маршал, склонился над Риддиком, взял его за подбородок и максимально близко приблизился к его лицу:

— Меня зовут, Тха'кта-де, приятно познакомиться, урод. Хочу чтобы ты понимал, что это только начало нашего знакомства. Если ты думаешь что пережил что-то плохое, то это было лучшее из нашей программы.

Толпа молчала. Даже Некромонгеры, привыкшие к насилию, не могли найти слов. Дама Ваако смотрела на Риддика, на его неподвижное тело, и в ее груди что-то сжалось. Она не знала, выживет ли он. Она не знала, сможет ли он подняться после этого. Риддик был надеждой для их народа, они мечтали о свержение Хищника. Но кажется просвета не было, это был единственный Лорд Маршал за долгие годы, на которого не было покушений.

Риддик, лежа на холодном полу, смотрел на врага через пелену боли. Его разум был затуманен, его не пугал Хищник Лорд Маршал, он не злился на него, или что-то подобное. Только одна совершенно новая мысль не давала ему покоя - "я больше не хочу сражаться..."