Охотник на иномирцев.

Мягко опустившись на крышу, я подошёл к краю и оглядел с высоты окна противоположных домов. Вот оно. Одно из окон помечено меткой, видимой только в определённом спектре. Вижу, как она слегка мерцает на стекле, излучая лёгкое красноватое свечение. Расправляю крылья и планирую к окну. Направленным импульсом из ладони заставляю его распахнуться. Вхожу в помещение. Тут следы присутствия инородной энергии. Чувствую ее, словно вонь затхлой тины. Там, где чужак касался вещей, оставались следы. Вещи словно старели на сотню, а может и больше лет. Керамическая чашка — растрескавшаяся, потускневшая эмаль. Несколько шагов по пересохшему паркету, толкнул быстро постаревшую дверь, ручка, покрытая хлопьями бурой ржавчины, и скрип таких же петель. А вот и причина, по которой меня вызвали. Вся стена была забрызгана посиневшими внутренностями хозяина квартиры. Пол залит кровью, на которой чётко отпечатались следы недавнего гостя. А на стене краской из аэрозольного баллончика красуется символ призыва. Посреди которого чёрным провалом зияет портал. Необходимо было быстро закрыть его. Чужак пришёл в нашу реальность, наследил и ушёл в неизвестном направлении, оставив незапертую дверь. Я коснулся медальона на шее, сжал чуть сильнее, проникая эфирным телом внутрь холодного металла. Это необходимо для его активации. Реальность вокруг дрогнула и потускнела. Я находился в той же комнате, но на другом слое, на подложке реальности. Нити мироздания, пронизывающие всё и вся, светились бледно-зеленоватым светом, и в этом слое с ними можно взаимодействовать, меняя структуру и воздействуя на окружающий мир. Именно отсюда я и закрою портал. Оглядев его, ухватил за ближайшие нити, не руками, конечно, — сознанием. Стал стягивать в то положение, в котором они должны находиться, следуя их привычному рисунку. Выглядело это так, словно с той стороны портала открыли сливную пробку, и вся эта тьма с бульканьем и чавканьем сначала стянулась в точку, а потом исчезла. Я вернулся в обычный мир. Ошмётки со стены и энергетические следы уберут чуть позже. А моя работа выполнена, правда, наполовину. Осталось убедиться, что чужака нет в нашем мире. Сделал пару быстрых шагов и нырнул в оконный проём, за которым небо уже окрасилось в багряно-синие оттенки. Расправив кожистые крылья, в несколько сильных взмахов поднимаюсь ввысь над стремительно темнеющим городом. Ловлю воздушный, тёплый поток и зависаю, оставляя лишь часть внимания на происходящем вокруг. Сжимаю медальон, перехожу на подложку мироздания. Теперь я словно паук, касаясь вниманием нитей, слежу за их колебанием. Выжидаю появления добычи. Прошла половина ночи, прежде чем я почувствовал, как дёрнулась одна из нитей, отпустив остальные, заскользил вдоль колеблющейся. Она вывела меня к окраине города, к каким-то заброшенным, неосвещённым строениям. Чужак, видимо, почуял моё приближение, затаился. Нить перестала дёргаться. Отпустив её, я опустился перед распахнутыми воротами в одно из зданий. Ошибиться невозможно. Старый, растрескавшийся асфальт перед воротами, сквозь который местами проросла трава, был обильно полит кровью. Стараясь не издавать лишних звуков, я вошёл внутрь. Пришлось подождать пару секунд, пока зрение адаптировалось к темноте. Подключилось эфирное виденье. Все окружающие меня предметы проявились, подсвечиваемые лёгкой сизой дымкой, особенно ярко выделялись грани и углы. В центре помещения виднелось то, что осталось от добычи гостя. Какая-то груда мяса, вокруг которой истлевала, гасла, словно затухающее пламя, аура. Рваными, разноцветными дымками она постепенно растворялась в пространстве. Подойдя ближе, я заметил неестественные вкрапления инородной энергии, переплетённые с остатками ауры жертвы. Словно иссиня-чёрный дымок просачивался сквозь ауру убитого. Наклонившись над кучей останков, я еле успел среагировать на появившуюся опасность. Груда мёртвой плоти вдруг пришла в движение, и из неё к моей шее стремительно потянулась тоненькая лапка с острым когтем. Я дёрнулся в сторону, но, как оказалось, не я был целью. Лапка ухватилась за цепочку, на которой висел медальон. Рывок. Цепь не поддалась. Я попытался перехватить лапу, но она уже исчезла. Останки человеческого мяса разлетелись в разные стороны, и передо мной предстало существо, внешне напоминающее соцветие чертополоха. Если попросту — колючку. Отличалось оно, пожалуй, размерами — около метра в диаметре — и подвижностью. Вот только иголки были гораздо большего размера и не имели постоянной длины. Они то увеличивались, то уменьшались. Существо постоянно переваливалось с одного шипа на другой. Крутилось то в одну сторону, то в другую. Глаз оно не имело и рта тоже. Я обратил внимание, как куски плоти просто таяли на теле этого существа, словно лёд на горячем камне, не оставляя после себя и следа. Существо ринулось на меня, оставляя на полу длинные глубокие царапины. Отскакиваю в сторону с линии атаки, попутно изучая существо. Оно мгновенно отследило мои действия и сменило траекторию. Оттолкнувшись, я подпрыгнул на пару метров вверх и раскрыл крылья, готовясь при этом сменить своё месторасположение. Внезапно выросший шип полоснул меня по крылу, оставляя на нём длинную рваную полосу. Тут же меня стало заносить в сторону. Пришлось смещать центр тяжести, попутно уворачиваясь от непрекращающихся атак гостя. Контратаковать я попросту не мог, не хватало времени. Постепенно я приноровился, стал предугадывать его атаки, время от времени подставляясь, меняя траекторию передвижения таким образом, чтоб постепенно смещаться к выходу. Наконец я вырвался из помещения, рванул выше, на безопасное расстояние. Существо на некоторое время остановилось, а затем двинулось вверх по стене, выбивая крошево из кирпичей. Сжал медальон, скользнул в привычный мир подложки. Ухватил ближайшие к существу нити, дёрнул на себя, перехлёстывая руки, создавая волны, оплетая гостя. Существо затрепыхалось, пространство вокруг него пошло рябью. Я дёрнул изо всей силы и отпустил. Нити вернулись в исходное состояние, проскальзывая друг через друга, выравниваясь, возвращаясь в исходное положение. Только вот смещение пространства всегда негативно отражается на окружающих объектах. Выныриваю в обычный мир. На стене, где только что находился гость, не было никого. Лишь местами из кирпича торчали острые шипы его конечностей. Подождал немного, глядя, как угасает аура разорванного на части и перемешанного вместе со стеной существа, а затем набрал высоту и растворился в ночном небе.