Он и она (сейчас)

Он, лёжа в хорошо укреплённом блиндаже на жёстких нарах, накрытых армейским матрацем и спальным мешком, в редкие часы отдыха писал своим старшим детям и жене. Мотострелковый полк, в который он всё-таки попал по мобилизации в декабре позапрошлого года, стоял на направлении главного удара противника, и с июня упирался в жёстких оборонительных боях, перемалывая бронетехнику и личный состав врага. Его определили быть оператором беспилотного летательного аппарата, и обучив, назначили обслуживать стрельбу полковой артиллерии. Нервный старший лейтенант, начальник комплекса, по первости, встретив нового солдата, разорался: «Мне тут, мля, профессора не нужны! И доктора наук тоже! Мне нужны нормальные бойцы, а не университетские пердуны!». Но, со временем, приобретя необходимый опыт работы с «птицей», набравшись знаний в тонкостях корректирования огня от артиллеристов, к следующей зиме он чувствовал себя уже заправским современным бойцом. Теперь уже должностные лица артиллерии, год назад яростно матерившие его за медленную сообразительность и разные ошибки, советовались с ним по вопросам корректировки огня и всё чаще доверяли самостоятельно поражать цели, работая с какой-либо батареей. Хроническая усталость и постоянная нервотрёпка. За тяжёлые летние и осенние бои прошлого года он получил второй в своей жизни орден Мужества. Наконец, и долгожданный отпуск. Небольшую группу красноярцев оформили и отпустили в то время, пока полк доукомплектовывался и пополнялся. Поезд. Шереметьево. Посадка в самолёт на Красноярск.

Она привыкла не расставаться с телефоном, чтобы не пропустить сообщения от мужа и ответить. Ждала его в отпуск. Полине уже исполнилось полтора. Вовсю бегала и пыталась разговаривать. Мать помогала с ребёнком. Уже звонили из садика и в конце августа необходимо было уже вести дочь в группу, предварительно пройдя необходимое количество процедур. Гуляя как-то днём с матерью и ребёнком, получила сообщение и сердце радостно забилось – его отпустили. Он уже в поезде. На следующий день разговаривали, когда он был в Москве в аэропорту. Поехала встречать на его «Аутлендере». С нетерпением вглядывалась в прилетевших из Москвы пассажиров. Её взгляд рассматривал группу молчаливых военных в полевом «мультикаме», направляющихся после получения багажа к выходу. Его не узнала. Уже направила ищущий взгляд на других пассажиров, как кто-то из поравнявшихся с ней солдат поставил свой рюкзачок рядом с ней, протянул к ней руки для объятий, и сказал знакомым голосом: «Ну привет, родная моя!». Она вглядывалась в сильно поседевшего, похудевшего и постаревшего мужа. Какой-то спазм перехватил её горло и с непроизвольно полившимися слезами она обняла своего дорогого человека.

От автора