Они искали правду

- Кочевник...

Капитан поднимает руку, останавливая солдата от доклада.

- Я знаю, она не остановилась. Это был её выбор, – слова капитана звучат спокойно. Неестественно спокойно.

- Что прикажите? - Солдат сглатывает.

- Оставь меня.

Солдат буквально выбегает из каюты капитана. Кочевник смотрит на приборную панель, на голограмму. Он напряженно вздыхает и нажимает на кнопку "воспроизвести".

На голограмме появляется видеозапись последних минут жизни Лумины. На ней видно, как с отсека корабля "Безымянный" спрыгивают два креусса без скафандров: синий и красный. Красный летит точно в Шалерийскую аномалию, синий меняет траекторию и закрывает тело собрата от лучей орудий. Оба креусса погибают, так и не достигнув аномалии. Запись обрывается.

- Недооценил я её, – Кочевник подходит к иллюминатору и смотрит куда-то в космос. – Я наивно думал, что она ставит мои интересы превыше Келереса, но нет, она ставила только свои интересы превыше всех остальных.

***

Тем временем на корабле "Безымянный".

Лейлери тянется за очередной бутылкой спиртного.

- Капитан? – голос Гая подсказывает, что это не лучшая идея.

- Это я во всем виновата, это все я. Я не слушала её слова, считала бредом, я разрешила ей протащить на корабль этого чёртового красного креусса.

- Капитан, прекратите! Вы не можете отвечать за поступки других, - Шек'Тисс звучит твердо.

- Я капитан! Я отвечаю за весь экипаж! – голос Лейлери напоминает, что-то среднее между плачем и криком.

Гай кивает Ранаре, и девушка вводит в плечо капитана снотворное. Лейлери обмякает, и команда аккуратно кладет её в кровать в каюте.

Сама команда уходит на капитанский мостик. Гай садится в кресло первого пилота, Ранара – второго пилота. Девушка проводит рукой по приборной панели. Как часто Лумина нажимала на кнопочки, водила своим пальцем, закрытым в металлическом скафандре, по этому экрану? Шек'Тисс смотрит куда-то в черноту космоса за приборной панелью орудия корабля. Сложно сказать, о чем думает н’орр. Она не раз говорила Лумине "не играться с огнем", что её безрассудные действия подведут всю команду. Но Лумина оказалась упрямая, что и стало причиной её смерти.

***

Командование Келереса, отнеслось к новости с безразличием, и выдало замену второму пилоту – исполнительного солдата. Капитана не наказывали, постарался брат Лейлери – Базиль. В каюту Лумины подкинули какие-то запрещенные вещества неизвестного происхождения, в личном КПК сделали несколько записей, чтобы связать её с какой-то бандой наркоторговцев.

Лумину предпочли забыть. Так было удобнее, по крайней мере пока.

***

Пройдет не мало лет, когда группа, состоящая из ученых, историков, биологов и журналистов, начнут собирать сведения о борьбе с силами Мэхакт. Тогда всплыло имя Лумины, отважного креусса, отдавшего свою жизнь за свободу своего народа.

- Я взял на всех мороженое, надеюсь вы все будете!

Несколько существ одновременно оторвались от штудирования архивов на компьютерах.

Журналистка, одетая в пеструю одежду, друаа, медленно и размеренно подползает к человеку, принесший мороженое.

- Спасибо, Эдвард, – почти прошипела своим мелодичным голосом журналистка.

- Пожалуйста, Сакура.

Шикрай, поправляя свое оперение, забирает свое мороженое.

- О, здесь нарисован...

- Так, без родов, видов и всяческой этой требухи. Оставь это для работы, Сай!

Гашлай, ученый, подходит последним. Его часто называют в шутку "тот, кто горит своим делом", он берет свою порцию мороженого и оно тут же таит от огня Гашлая, палочка и фантик с остатками мороженого падает на пол.

- Не переживай так, Лекаф! – Эдвард усмехается, нелюдимый ученый был предметом его насмешек. - Итак, что я пропустил?

- Я почитала желтую прессу тех лет. Нашла интересную заметку про команду корабля "Безымянный". Вроде как они были под трибуналом и второй капитан, креусс выступал открыто против Мэхакт. Поищешь про него по базам информацию?

- Давай. А что мы знаем о креуссах, Сай?

- Существа рожденные Шалерийской аномалией, которые считает местом своего дома...

- Я не про это, про то, как Мэхакт на них воздействовали, и я не про то, что они становились красными.

- Там слишком сложная генетическая механика...

- Я понял, молчи уж...

Лекаф подходит к Сайю.

- Ты про изменение генетического кода? Забавно, что сейчас таким методом лечат некоторые болезни. Говорят, что война – это двигатель науки. Как вы считаете коллега?

- Ой, мне никто не даст работать, – вздыхает Эдвард, под одобрительный смех Сакуры.

Спустя несколько часов удалось собрать всю информацию. Бортовые журналы "Безымянного", интервью команды, личные записи Лумины, кое-какие исторические факты.

- И так, что у нас есть? – подводит итог Эдвард.

- Сильная привязанность к идеям, юношеский максимализм и стремления. А в целом она почти была у разгадки. Она положила много чему начала и многих спасла. – За всех отвечает Сай.

- Да, но про неё предпочли забыть, – Сакура задумывается. – Жаль, что ей пришлось двигаться в одиночку...

- На самом деле мы всегда движемся в одиночку, никто не проживет эту жизнь за тебя. И лучше быть яркой звездочкой, чем потухшим огнем, - Лекаф задумчиво стучит пальцами.

В комнате наступает тишина. Эта статья будет тяжелой для каждого из команды.

***

Воспоминания Сакуры.

- Я сказал нет, – голос главного редактора звучит твердо.

- Почему? Что плохого в этой идее? Сбор дани памяти бойцам, что сражались за наше спокойствие. Не все говорить громкими словами. Нужно рассказать и о простых бойцах, – не унимается девушка.

- Потому что проект технически сложный, это от оформления допуска к секретным документам, до поиска команды. Вы хоть представляете сколько необходимо сил и средств придется потратить?

- Послушайте...

- Нет!

Сакура выходит из главной редакции газеты "Новости сегодня". Она проходит квартал и садится в ближайшем кафе, ставя рядом с собой стаканчик кофе. Девушка переворачивает страницы дневника, задумавшись.

- Эй, ты не против, если присяду? – из раздумий её вывел неизвестный.

- Что? – Не поняла Сакура.

- Я говорю, столики все заняты, ты не будешь против, если я присяду?

- Ах, да, да, конечно, – Сакура двигается, уступая место.

Мужчина, человек, присаживается рядом. Он не заводит беседу, даже не смотрит в её сторону.

- Плохой день?

Он кивает.

***

Воспоминания Эдварда.

- Я не хочу больше видеть тебя у себя дома! – кричит женщина.

Эдвард стоит в прихожей

- Что я сделал? Я виноват, что он заболел? Или в том, что он умер?

- Ты должен был быть здесь!

- Я хотел быть полезным и искал лекарства.

- Ой, знаю, что ты искал. Все уходи!

Мужчина выходит на улицу и идет куда-то. Он вспоминает младшего брата, как они вместе играли, его смех. Мозг вытесняет воспоминания о его болезни, но Эдвард упорно пытается вспомнить. Белые простыни, горький запах лекарств, кашель... У него были глаза, такие с блеском. Болезненном блеском.

Под ухом послышался звук сигнала, и случайный прохожий схватил Эдварда за руку. Оглянувшись мужчина понял, что почти попал под машину.

- Спасибо, – рассеяно говорит Эдвард своему спасителю и бредет в сторону кафе.

***

Воспоминания Сая.

- Это что такое, Сай? – возмущение начальника никогда не было настолько большим.

- Это отчет.

- Твой?

- Мой вроде...

- Ты не знаешь, как твой отчет выглядит? А ну открывай его и зачитывай.

Сай нехотя открывает. Он спешил вчера с работы и просил все отправить своих коллег. Отчет выглядит хорошо, но начальник указывает на другую папку с документами. Открывая журнал, он замер в ужасе. Установку никто не поправил на ночь и все показатели температуры, влажности и газового состава воздуха слетели, погибли ценные образцы.

- Ты хотел, мне подсунуть отчет, что бы... что бы что?

Саю нечего было на это ответить. Он спустился вниз в кафе, размышляя хочет ли он продолжать здесь работать.

***

Воспоминания Лекафа.

Начальница отдела выключила перед ученым компьютер. Лекаф удивленно, насколько позволяет его раса, поднимает голову и смотрит на девушку.

- Твой проект закрыт. Финансирования нет.

- Но я же почти закончил и спонсоры...

- Они решили вложиться в другие проекты.

Лекаф потерял дар речи и тупо смотрел на потухшую голограмму. Одна из установок протяжно пискнула, обозначив, что закончила работу.

- Приберись тут и освободи помещение, – девушка сразу выходит, обозначая, что разговор окончен.

Лекаф потом пытался доказать, что проект очень нужен, но ему тактично раз за разом говорили, что не нуждаются в его работе.

Закончилось все увольнением, у Лекафа опустились руки. Его посещали разные мысли "Мой проект не интересен? Мои открытия не важны?". Семья посоветовала обратиться к психологу, и гашлаю была назначена встреча в кафе.

***

Сначала хотели выбрать кафе встреч, но после статьи о креуссе, идти в кафе, которое напоминала прошлое, не хотелось.

Команда уже собралась идти в бар, как позвонил секретарь из правительства.

- Нужно согласовать памятник героям, начальство хочет видеть вас.

От автора

Если понравился этот фанфик, можете почитать и другие в этом цикле. Фанфики выложены в том порядке, в котором они были написаны. Спасибо за проявленный интерес! И удачи)