Орден волонтёров

Амелинда.

Передвинула ближе к ложу некий гибрид козетки и оттоманки, устроилась на нём, согнув ноги. Мне доводилось дежурить ночь возле покойной бабушки, мама тогда была убита горем, ей сделали успокоительное. Страха не было, только печаль от предстоящего горя детей и мысли о собственной конечной жизни. Возле почившего мужа сам Бог велел посидеть. Пока смерть не разлучит вас…

Разлука наступила стремительно, ещё ничего не успела осознать после скоропостижного венчания, бац – уже вдова! Покойный умер с лёгкой улыбкой на лице, хоть одного супруга я осчастливить смогла. Сейчас Хессел выглядел куда лучше, чем в последние часы жизни. Кожа лица расправилась, исчезла гримаса страдания, пропали резкие морщины, черты смягчились, расслабившись. В тёплом свете огоньков свечей даже казалось, что человек просто спит.

Я тоже снова вздремну, совсем немного, чуточку. Правильным было бы позвать Микаэля, удостоверить факт смерти, но сразу начнётся такая суета… Глубокая ночь. Раз мы должны её провести вместе, то звать пока никого не буду, успеется. Всё потом, потом мысли, чувства, события.

Это что такое? Что разбудило меня? Зверь? Гром? Приподняла голову, осматривая комнату в предрассветных сумерках, свечи давно прогорели. Богатырский храп сотрясал полог кровати, мой супруг и повелитель, един в двух лицах, спал так же, как его дочь – навзничь, раскинувшись, в позе звезды.

Да… Спать мы точно будем в разных спальнях. Разрумянился, хитрая морда блестит от мази, веки подрагивают от движения зрачков, сны, видите ли, он видит. Дела-делишки хороши, повеселились от души. Я настроилась на роль вдовствующей герцогини, регента и опекуна, уже практически смирилась с потерей.

А он под кайфом спал! Судя по внешности, вкупе с издаваемыми звуками, помирать в ближайшие сорок лет не собирается.

Но ведь совсем был плох, как так-то? Не «реликвия» под подушкой тому причиной, интересно? Может, я такая молодец, своевременными мерами жизнь спасла? Нет, Микаэль не мог ошибиться, жить герцогу оставалось всего ничего. Мне просто удалось потянуть время. Или…

О да! Как раз именно «или»! Выцыганенный у ББ бонус в действии. Он тогда сказал: «Могу предложить вечные ценности: нормальный обмен веществ, здоровье хорошее, долголетие». На это я ему ответила: «Ладно, то, что мне предложил, перечислил, давай всем нам, попаданцам. И нашим семьям, настоящим и будущим». Муж член семьи? Да, ещё какой!

Пока убитая горем вдова отдыхала, он обмен веществ налаживал в критические сроки. Похоже, герцог даже в коме успел побывать. Большой Босс соблюдает условия договора. Мне теперь с Хесселом жить придётся?! Под его чутким управлением средневекового самодура? Это до женитьбы или на смертном одре мужики сговорчивые. Как женятся, так сразу всё: киндер, кюхе, кирхе! В будущем арбайтен для разнообразия добавится.

Завещание Хессел вчера составлял в присутствии сына, святого отца и своего старшины. Пока я красоту к свадьбе с ним наводила. Вон оно, свиток лежит на столе, не запечатан. Если бы он умер, я всё равно узнала бы содержание. Поэтому угрызения совести меня совсем не мучили, у меня чистая совесть, я ей редко пользуюсь. Что толку угрызаться после произошедшего события? Задумываться нужно до него. Задумалась.

Да. Нужно почитать. Ну что сказать? Вполне адекватное завещание. По стилю даже скорее распоряжение. Сделать, выполнить – получить. Кому, куда, за что и сколько.

Супругу не обделил. Помимо весьма приличного пожизненного содержания, вдовствующей герцогине полагалась оплата опекунских хлопот до замужества Клариссы, зарплата регента-советника при несовершеннолетнем правителе, вагон и маленькая тележка драгоценностей и загородная резиденция рядом с Леуварденом. Всё-таки хорошо, что такой хороший, добрый, уместно щедрый мужчина не скончался. Плохо, что я ничего не получу. Либо бонусы, либо муж.

Есть у меня с ним нечто родственное, хозяйственный он, бережливый, во всяком случае, милая Пучеглазка от него вообще без ума. Дворец у него вполне себе для этого времени комфортный. Лошадей породистых развёл, большой гараж, то бишь конюшню.

Статусный мужчина, правитель. Стало быть, я – соправительница. Голос Разума этим обстоятельством доволен. Смогу влиять на более масштабные события на политической карте мира. Ранее я простодушно считала, что правителями могут быть цари, короли да императоры. Не тут-то было. При сильнейшей раздробленности территорий фактически даже графство могло быть государством со всеми атрибутами. В то время как император Священной Римской империи обладал лишь формальной властью. Нынешний, не помню как зовут, постоянно воевал с претендентами.

- Доброе утро, Амелинда. Знакомишься с завещанием? Ничего, что я пока не умер?

- Ничего. Дорогой супруг, я искренне рада, что ты жив. Как самочувствие? Сердце?

- Удивительно, великолепно! Прекрасно! Как такое может быть? Я точно чувствовал, что умираю. А сейчас жив, здоров и женат на прекрасной леди. Да это просто чудо Господне!

Герцог сиял улыбкой от уха до уха, вновь ставшие бирюзовыми глаза на фоне дублёной красной физиономии сверкали радостью жизни, потные встрёпанные белобрысые кудри задорно топорщились, весь он прямо-таки излучал вполне понятные бодрость и оптимизм.

- Верно подметили, Ваша Светлость, истинное чудо.

Я склонилась ближе, начала шарить под подушкой и была крепко, уверенно обхвачена парой сильных рук. Не смутившись данным обстоятельством, вывернулась, извлекла большой свёрток. Перекрестилась. Поцеловала ткань.

- Хеннесси Мартини, держите руки при себе. Имейте уважение. Вот причина произошедшего чуда: книга авторства святого великомученика Пантелеймона. Лекарь привёз для Вас из Ольденбургского собора.

Развернула золотую парчовую ткань, под ней оказался кусок вишнёвого бархата, а сама книга великого целителя С. В. Пантелеймонова была завёрнута в белый шёлк. Не поскупились церковники.

- Великое счастье: сподобился увидеть реликвию, исцелился, снова здоров и полон сил, слава Богу! Хессел Мартина моё имя, дорогая жёнушка. Не ошибайся, видать, не привыкла ещё.

Герцог, точнее муж, с умилением осенил себя крестом, приложился к святыне. Потом, нисколечко не стесняясь, в одних семейных брэ повернулся к распятию в изголовье и начал молиться. Повод для молитвы серьёзный. Не буду мешать.

Очень зла на себя! Выкрутасы зелёного змеёныша, напиться он хочет, а подсознание инфу мне выдаёт! Тушка, в которой он живёт, стрессанула жёстко, поэтому он хочет ей помочь разжаться и слегка оттянуться. Фиг тебе, а не выпить! И вообще, изыди! Я снова солидная замужняя женщина со статусом и двумя детьми.

Двумя, итить-колотить, почти взрослыми детьми! Мне на голову в одночасье свалилась полная семья. Да, был такой факт в моей бурной биографии, я работала семейным психологом. После второго развода, незадолго до третьего брака, но перед первым любовником. Но это были чужие семьи! Сейчас по привычке помогать всем просящим помощи, я обзавелась своей собственной. Как говорится "Упс!"

Есть, так сказать, профессиональные навыки в спасении чужих семейных экипажей. А моя лодка раз за разом разбивалась и тонула в бурных водах личной жизни. Не сказать, что осталась вовсе без сапог. Один, под названием опыт, всё же мне достался.

Он мне подсказывает, что пора привести себя в порядок после дорожного дня, ужасного вечера, печальной ночи и странного утра. «В раба мужчину превращает красота», поскольку в это рабство они лезут добровольно, то глупо не использовать столь сильный аргумент в вечном споре за лидерство в семье.

Выскользнув за дверь, спросила у гвардейца:

- Почему у Его Светлости нет личного слуги? Ему сейчас одеться надо.

- Он уволил почти всех слуг, камердинера тоже. Из экономии.

- Тогда ты сможешь ему помочь? Помыться, одеться.

- Что, совсем плох наш герцог?

- Напротив, весьма хорош и прекрасно себя чувствует, одежду выберите понаряднее. Потом завтрак принесите, он, должно быть, очень голоден.

Ещё бы, после вчерашней капитальной прочистки пищеварительного тракта. Не успел появиться муж, а уже требуется забота и внимание.

Мне о себе, о своём наряде надо позаботиться. «Свадебное», на скорую руку изобретённое котарди сильно измялось. Назвать его роскошным нарядом тоже никак нельзя. Парадное бархатное платье уже примелькалось, что мне делать? По коридору нёсся маленький ураганчик по имени Диди, словила, покружила, поставила.

- Куда летишь спозаранку?

- К её Сиятельству, узнать о самочувствии, для его Сиятельства. Пустите, госпожа герцогиня, не тискайте меня, я не кукла, я человек, баронет! Замучили меня все, тискают и тискают.

- Баронет, будьте так любезны, сопроводите меня в покои графини, боюсь заблудиться.

Мне посетила мысль одолжить наряд у Ингрид. Девочки всегда рады выручить друг друга в трудную минуту – поделиться тряпочками. Уверена, она встала рано. Так и есть.

Графине уже делал причёску знакомый француз, Жильбер Мюссак, преподаватель этикета, он и в нашем пансионе немного успел поработать, пока гостил с наследником. Горничная грела и подавала ему щипцы. Диди обежал вокруг стола лошадиным скоком и поскакал было к двери, но я пошла на перехват.

- Диди, скажи его Сиятельству, что его гость герцог Хессел Мартина поправился совершенно. Его здоровью ничего не угрожает. Запомнил?

- Я передаю послания слово в слово, не извольте сомневаться.

- Амелинда, что случилось? Почему поправился? Он что, болел?

- Ваша Светлость совсем не в курсе? Супруг бережёт Вас от волнений. Впрочем, новости хорошие.

Пока француз водружал на светленькой головке Ингрид башенку из кудрей, я вывалила на ошарашенную хозяйку всю информацию. Мы так увлеклись обсуждением странной свадьбы, чуда исцеления, что я забыла, зачем пришла. Только после вопроса, в чём замуж выходила, о свадебном платье вспомнила.

- Очень неудобно, Ваша Светлость, но не могли бы Вы одолжить мне котарди. В дорогу я брала мало платьев, все их уже надевала по нескольку раз. Неприлично, даже мужу показаться не в чем, всё так неожиданно произошло.

На милом, одутловатом личике графини отразилась чистая радость от возможности помочь в столь важном деле, порыться вдвоём в гардеробе, естественно, похвастать своими сокровищами. Да-да, иные платья этой эпохи стоили дороже драгоценностей, которые к ним надевали. Освободившись от куафёра, мы втроём пошли в графскую гардеробную.

Она находилась в самом конце крыла, через стенку от отхожего места. Когда мы вошли в комнату размером около двадцати квадратов, с голыми каменными стенами, впечатление моё было весьма вонючим.

Наверху в стене я увидела керамическую трубу, которая специально соединяла туалет и гардеробную. Одежда была подвешена на крюках почти под потолком. Это делалось в гигиенических целях! Сквозняк «проветривал» вещи аммиачным запахом, для уничтожения насекомых-паразитов: блох, моли и вшей. В небольших корзинках лежали пучки пижмы, полыни. Тоже для этой цели. Пары аммиака служили очистителем многих видов пятен. Щёточкой прошёл и чисто.

Я очень-очень быстро выбрала три котарди попроще: светло-зелёное, небесно-голубое и красное. Искренне, но тоже быстро повосхищалась великолепием одежды графини. Горничная ловко сняла понравившиеся платья с крючьев при помощи длинной палки, как в наших магазинах одежды. Нижние платья, которые можно было стирать, хранились, к моей радости, не здесь.

- Госпожа герцогиня, я принесу Вам котарди после проветривания. Заодно подберу нижние платья, юбки.

- Доверяю твоему вкусу. Проветривай подольше.

Женщина с ворохом одежды ушла.

- Не пойдёте на завтрак?

- Если можно. Хочу побыть в уединении немного, поспать, прийти в себя, Ваша Светлость.

- Хорошо, но к обеду будем ждать Вас с супругом. Давайте без титулов, Амелинда? В неофициальной обстановке, разумеется.

- С удовольствием, дорогая Ингрид. Это титулование отнимает столько времени, которое можно потратить на важную информацию.

Мы с каким-то облегчением враз рассмеялись. Понимаю графинечку. Я теперь повыше неё буду, головокружительная аристократическая карьера. Мне-то фиолетово на любые титулы, а ей, воспитанной в традициях махрового феодализма, неловко, непривычно оттого, что «выскочка» резко взлетела рангом.

В моих покоях Летти удручённо занималась тем же: перетряхивала мой скудный гардероб.

- Где это видано, у цельной герцогини одно платье на все случаи жизни! Во что я должна Вас к завтраку одеть? Вот если бы помер его светлость, и чёрное бы сошло, и белое, а коли жив, то яркое надо.

- Не причитай, Виолетта. Завтрак принесут в комнату, поем и спать завалюсь до обеда. К обеду три платья принесут, у хозяйки выпросила.

- Стыд то какой! Новобрачная герцогиня у графини платья занимает!

- Иди, принеси поесть, с голоду околеешь, пока их слуг дождёшься. Разузнай про мужа, что делает?

- Как я узнаю, госпожа?

- Мне тебя учить как? Да иди уже, пока я тебя не съела!

От перепёлки остались хрупкие косточки, от булки и каши с маслом ничего. Хессел после завтрака ушел на приём к их сиятельствам. Я пока свободна. Спать, спатки, скорее, быстрее в кроватку.

Главное для красоты – полноценный сон. Последние три недели спала урывками, то в карете, то на постоялом дворе, в деревенских домах. В Леувардене была комфортная спальня, но место новое, к тому же Кларисса повадилась спать со мной, сон у неё был беспокойный, она мешала.

Последняя ночь состояла из отрывочных промежутков тревожного сна. Глаза у меня сузились, провалились, в них словно песка сыпанули, снизу залегли глубокие тени. Голова плохо соображала, я зевала как нильский крокодил.

Короче, проснулась к торжественному ужину, то бишь свадебному пиру. Хессел, узнав, что я сплю как убитая, велел не будить. Переговоры будущих сватов о нюансах брачных договоров прошли без свахи. Проспала свой главный проект. Печально, но не смертельно.