Ордер на собственную тень

Это лето оказалось каким-то невозможно жарким. В прошлом году все ныли от двадцати девяти градусов тепла, а теперь градусник за окном показывал все тридцать пять – уму непостижимо! Я откопала среди кипы бумаг на своем рабочем столе пульт от кондиционера и нажала на кнопку – спасительный поток холодного воздуха начал дуть с потолка, и кожа покрылась мурашками от удовольствия.

Я откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Голова отказывалась работать, солнце за окном и хорошая погода тоже не способствовали рабочему процессу – перед глазами то и дело всплывали коварные мысли о побеге из офиса на речку. Или, на худой конец, к какому-нибудь фонтану – когда мозг плавится от жары, выбирать не приходится.

— Отдыхаем? – Голос Анны Владимировны прозвучал громко и выразительно. Ну конечно, только отвлечешься от работы на пару минут – она тут как тут. И не волнуют ее высокие показатели работы, всегда вовремя сданные отчеты и отзывы представителей компаний-партнеров. Если позволяешь себе отдых – значит, ты ленивый, ни к чему не годный сотрудник.

— Да я просто... – начала оправдываться я, но кому нужны были эти оправдания? Громко хмыкнув, начальница прошествовала дальше по нашему офису, периодически заглядывая в мониторы особо любимых сотрудников. Никогда не любила опен-спейсы – никакого уединения, все как на ладони. Единственный плюс моего рабочего места — стеклянная стена здания, окно в пол – находясь на втором этаже, я могла в любой момент отвлечься от работы и залипнуть на происходящее на улице.

Неподалеку от нашего офиса находился какой-то университет, и студенты частенько собирались группками у небольшой кофейни прямо под окном. Каждый раз, глядя на них, я ощущала лёгкую зависть: мне, в двадцать семь, уже надоела работа, а у них всё только начиналось.

Коллеги позвали меня на обед, но я лишь махнула рукой. Пока цифры не подружатся, никакого обеда. Только кофе. Холодный, как моя мотивация.

— Ник, может, тебе кофе налить? – оперевшись на перегородку, спросил Виктор. Я, не отрывая взгляда от экрана, кивнула головой – если тебе предлагают горячий кофе, отказываться нельзя. Тем более, что свой утренний я допила еще полчаса назад.

Мужчина исчез из поля зрения минут на десять и возник вновь, поставив передо мной цветастый бумажный стаканчик из кофейни под окнами. Я удивленно вскинула брови, взяв его в руки.

— Ты что, вниз сходил? – спросила я, делая глоток горячего напитка.

— Ну, погода хорошая, да и ты постоянно на эту кофейню из окна смотришь – подумал, может, нравится там, — чуть смущенно ответил мужчина. Я растерянно уставилась в монитор. То, что я нравилась соседу по офису, было очевидно абсолютно всем. Но, несмотря на свое одиночество, я всегда придерживалась той мудрости, которой когда-то со мной поделился сын маминой подруги. «Никогда не встречайся с тем, с кем ты учишься или работаешь. Отношения имеют свойство заканчиваться, а тебе потом с этим человеком еще находиться в постоянном контакте».

— Сколько я должна за кофе? – спросила я, сделав вид, что вновь отвлеклась на цифры в мониторе. Виктор в ответ лишь махнул рукой.

— Да что ты, если успеешь сдать завтра отчет, то с меня еще один кофе и даже пончик, — ответил он и, постояв в неловком ожидании несколько секунд, поспешил скрыться в глубинах офиса.

Я сжала в руках мячик-антистресс и вновь погрузилась в пучины математического безумия. Сколько бы я ни старалась, две сотни тысяч рублей все равно где-то терялись – а так не должно было быть, у меня в закупках все всегда было четко.

Рабочий день закончился час назад, и, к моему удивлению, это даже порадовало — значит, никто уже не торопит. Анна Владимировна ушла ещё днём, остальные начали расходиться. Я потянулась в кресле: спешить было некуда. Дома не было ни кошки, ни кактуса, только пустые стены бабушкиной квартиры. Родители погибли, когда мне было десять, потом и она. Учёба, работа — я просто не дала себе времени на одиночество.

За окном уже вовсю горели фонари, когда я, удовлетворенно вздохнув, нажала кнопку «сохранить» в документе. Хотелось бы верить, что именно завтра все оценят мою работу по заслугам, и Анна Владимировна, всплеснув руками, побежит выписывать мне премию. Но этого не будет, как не было во все разы до этого, и как не будет все последующие годы, если я, конечно, не решусь опять сменить работу.

За окном раздались какие-то приглушенные возгласы, и я недовольно покосилась вниз. Там, у закрывшейся кофейни, группа молодых людей что-то обсуждала, активно жестикулируя. Вот есть же у некоторых время! Моим единственным желанием было оказаться дома и лечь под одеяло с чашечкой горячего какао и серией какого-нибудь сериала.

Поднявшись с кресла, я быстренько размяла затекшие от постоянного сидения ноги — как ни старайся, офисная работа не способствует хорошему здоровью.

— А, надо же еще чашку помыть… – схватив рюкзак, вспомнила я и, нехотя, поставила его прямо на стол. За окном вновь раздались приглушенные крики – кажется, разговор у молодых людей пошел не по дружелюбному руслу. Я отправилась через весь офис на импровизированную кухню, отметив, что оказалась главным полуночником в этой компании — на весь опен-спейс я осталась в гордом одиночестве.

Помыв чашку, вернулась обратно к себе. Поставив ее у монитора на подставку под горячее в виде мультяшной лягушки, я уже было схватилась за лямку рюкзака, как вдруг за окном вновь раздался крик. Я бросила недовольный взгляд на улицу и застыла, не в силах сдвинуться с места.

Четверо парней окружили одного, прижавшегося спиной к стене кофейни. Он прикрывался руками, пытаясь остановить наступавших, и что-то им активно говорил. Остальные периодически посмеивались, сжимая кольцо. В руках одного из них что-то мелькнуло – кажется, это был нож.

Я потянула застежку рюкзака и судорожно начала копаться в куче скопившегося хлама в поисках телефона. Самое время было вызывать полицию. Один из нападавших успел нанести удар кулаком в живот несчастному парню, отчего тот согнулся пополам.

– Ну давай же, чёрт возьми! — сквозь зубы процедила я, когда телефон в который раз тупо моргнул надписью “Лицо не распознано”. Трясущимися пальцами вбила пароль, набрала номер полиции, и стала ждать ответ, при этом продолжая наблюдать за отвратительной сценой внизу. Каждый гудок отдавался пульсацией в висках — быстрее же, ну!

— Полиция, что у вас случилось? – прозвучал голос из трубки. Я открыла было рот, чтобы ответить, как вдруг мое внимание привлекла еще одна деталь. У парня, которого сейчас активно прессовали эти четверо, лицо вдруг стало покрываться темной шерстью, а на руках отросли длинные когти.

— Где вы находитесь? – вновь прозвучало в трубке, и я нажала кнопку «отбой». Медленно опустила телефон обратно в рюкзак и прикусила губу. Превращение, похоже, ничуть не смутило нападавших — один выхватил нож, и лезвие тут же окуталось желтоватым свечением, у второго же ладонь вспыхнула синим пламенем. Парень, покрывшийся шерстью, отчаянно рванул вперед, пытаясь достать их когтями, но нападавшие ловко увернулись. Тот, у которого горела ладонь, ловко извернувшись, коснулся предплечья оборотня — улицу тут же пронзил дикий, звериный вопль, переходящий в жалобный, собачий скулеж.

В целом, ситуация ясна. Молодой оборотень оказался не в том месте и не в то время. Мало ли было в городе тех, кто считал оборотней одной из низших форм носителей магических способностей? Но до полнолуния еще далеко, и превратиться в полноценное животное парень не мог – поэтому оказался в пограничном состоянии, уже покрытый шерстью, но все еще с человеческой фигурой.

Его вновь ударили, в этот раз по лицу. От этого удара он упал на землю и, инстинктивно свернувшись калачиком, закрыл голову руками. Нападавшие рассмеялись, и принялись по очереди пинать беднягу. Каждый их удар отзывался во мне глухим, тошнотворным эхом.

— Нет, Ника, это не твоя проблема, — пытаясь успокоиться проговорила я себе под нос и прикрыла глаза. Встревать в чьи-то разборки абсолютно не входило в мои планы. Я слишком старательно обходила всех представителей магической стороны Москвы, так что оказаться втянутой в разборки с оборотнем совершенно не хотелось.

Но очередной скулеж — такой жалобный, аж сердце сжалось — заставил меня вздрогнуть. Ну неужели он не может позвать на помощь? Повыть на висящий в небе полумесяц, например, или что там еще делают оборотни? Я осторожно открыла один глаз и замерла. Нападавший с ножом, под громкое одобрение окружающих подельников, издевательски перекинул нож из руки в руку.

— Я об этом пожалею, — пробормотала я и, схватив рюкзак, помчалась через весь офис к лестнице. Почти не глядя, перемахнула через два пролета ступеней в холле перепрыгнула турникет – спасибо спящему на посту охраннику, что не заметил – и выскочила из дверей офиса на улицу.