Орифия. В Поиске окна

Орифия сидела в полутёмном баре станции «Окна Васко», лениво перемешивая в стакане напиток. На экране комма мигали последние новости — "Горящий Снег" приближается к станции, готовясь к переходу через туннель Васко.

Она уже дважды перечитала статью о корабле и его экипаже.

По привычке Орифия делилась своими мыслями с роботом-барменом.

— Тридцать четвёртый, — произнесла Орифия, заставив его слушать её. — Как ты думаешь, что означают слова «Горящий Снег»? Разве снег может гореть? — говорила вслух свои риторические мысли девушка.

О, разумеется, она знала всё о снеге. Вода не могла гореть. Но откуда ей было знать наверняка? Разве она видела снег? Разве она видела огонь? На космических станциях противопожарная система была доведена до совершенства, и Оре не приходилось видеть даже горящую свечу. Разве что на видео.

Она родилась на станции Васко — названной в честь учёного-испытателя, открывшего одноимённый туннель. Никогда не покидала её пределы. Всё, что она знала о мире за её бортом, приходило из сети. И могла только мечтать об этом мире за “окном”.

Смешок привлёк её внимание. Орифия подняла взгляд и встретилась глазами с незнакомцем, сидевшим у бара. Окинула его быстрым взглядом, задержавшись лишь на мгновение, а затем снова повернулась к роботу, который, не получив заказа, продолжил вытирать бокалы.

— Тридцать четвёртый, — снова произнесла Оря, чтобы привлечь внимание робота. — Это так здорово — отправиться в туннель Васко, увидеть новые миры. Вот бы меня тоже взяли частью их команды.

— Кем? Хранительницей их корабля? — насмешливо бросил мужчина за баром.

Орифия замерла. Медленно обернулась, вновь встречая его взгляд.

Её действительно называли «хранительницей» окна. Девушка была способна чувствовать малейшие колебания космоса, улавливала изменения в гравитации, предугадывала смену туннелей. Даже компьютер не мог дать столь точные данные.

— Я полагаю, что разговаривала не с вами, — ровно ответила Оря, её взгляд скользнул по бейджику, лежащему рядом с его стаканом. Буквы расплывались — слишком далеко.

Не удостоив незнакомца вниманием, она повернулась обратно к своему собеседнику, который никогда её не перебивал. Чётко произнесла команду, и робот тут же начал готовить напиток.

— Поскольку… — Человек замолчал. Если назвать имя робота, то тот тут же начинал слушать, поэтому он произнёс, указав на робота: — …твой друг явно не в силах поддержать разговор, я позволил себе вмешаться.

— А кто сказал, что мне требовался его ответ? — ответила Орифия, не отрывая взгляда от своего напитка.

Были времена, когда Орифия сама бы подсела к нему, завела разговор, расспросила о мире за пределами станции. О планете, откуда он прибыл, о странных обычаях его народа.

Большую часть жизни она мечтала, что однажды кто-то заберёт её из окон, и она наконец обретёт настоящий дом. Но годы шли, и никто не торопился. Персонал сменялся каждые три года, а Орифия оставалась.

Мужчина за баром вдруг откинулся назад и рассмеялся над чем-то, понятным только ему.

Орифия сделала вид, что не заметила, и снова уткнулась в статью о судне «Горящий Снег».

— Да ладно тебе, — раздался голос рядом. — Скажи хоть, как тебя зовут?

Она подняла голову и увидела, что он уже пересел ближе. Протянул руку:

— Фредди.

Орифия задержала взгляд на его лице, затем на протянутой ладони.

— Орифия, — наконец произнесла она, — ты можешь звать меня Оря.

Девушка улыбнулась, и её улыбка приоткрыла маленькие клыки на нижней челюсти. Глаза парня сразу загорелись. Он с силой сжал руку Ори и притянул к себе.

— Ого! — Фредди широко улыбнулся, разглядывая её лицо. Клыки, мелькнувшие в улыбке, тут же скрылись за губами. — Джо был прав! У тебя и правда клыки. Прямо как у Ворха! А я слышал, ты не признаёшь своих прародителей.

Орифия внутренне вздохнула.

Большая часть населения Третьей системы состояла из людей. Лесные существа, напоминающие её внешне, держались обособленно. Как, например, Ворхи — раса, к которой её чаще всего относили.

Только вот никакого отношения к ним она не имела.

Орифия отдёрнула руку и улыбнулась, но в этой улыбке не было ни капли веселья.

— Ошибаешься. Я не отказываюсь их принимать. Это они отказались принять меня.

Фредди расхохотался, хлопнул ладонью по барной стойке, довольный, будто услышал хорошую шутку.

— Что не удивительно! Учитывая, как ты могла родиться! — Фредди весело подмигнул, явно наслаждаясь темой. Намекая на слух о её рождении.

Орифия не удивилась. И почему людям было так интересно её происхождение?

Слух, на который намекал Фредди, сводился к одной нелепой истории: будто её отец был Ворхом, изнасиловал человеческую женщину, а она — результат этой связи.

Как выяснилось, когда у людей отсутствовала логика, в дело вступала никогда не подводящая фантазия.

Раньше она пыталась объяснять, почему это невозможно, приводила факты, но со временем поняла — бесполезно.

Да, внешне она чем-то напоминала Ворхов. Тёмные густые волосы, которые приходилось постоянно подстригать. Высокий рост, атлетичное телосложение, сероватая кожа. Удлинённые мочки ушей, чуть заострённый нос. Клыки, скрытые за пухлыми губами.

Но главное — её глаза. Яркие золотистые, светящиеся в темноте. Ни у людей, ни у Ворхов таких не было.

Орифия испытательным путём выяснила, что этот факт её физиологии до чёртиков пугал людей. Поэтому она не оставалась с ними в полной темноте. Люди в испуге были удивительно агрессивны.

Девушка не собиралась продолжать разговор с Фредди. В другой день, от скуки, она могла бы поддаться на провокацию. Но сейчас её внимание было приковано к двум видео с «Горящего Снега» — от некой Евы Джонсонс и Кристофера Вилсона. Ей не терпелось их посмотреть.

— Да брось, — заговорил Фредди, заметив, как Оря отстраняется. — Я же без злого умысла. Мне плевать, кто ты и почему здесь оказалась. Просто скучно.

Он ухмыльнулся:

— Давай так: ты расскажешь мне про окна, а я — что-нибудь, что тебя заинтересует.

Орифия уже собиралась уйти, но Фредди вдруг наклонился ближе и негромко сказал:

— Я бывал на планете Ворхов.

Она подняла голову, внимательно посмотрела на него.

— Если тебе это не интересно… — Фредди не заметил перемены в её взгляде. — то, может, я могу как-то по-другому тебе помочь? О чём ты мечтаешь? Хочешь, я договорюсь, и мы покатаемся на лётнике вокруг станции? У меня есть сертификат с правами на вождение!

«Каков герой», — подумала Орифия. Очередной человек, который пытался впечатлить её возможностями станции. И почему людям было невдомёк, что тому, кто родился на станции, их помощь не требовалась? И сертификаты их тоже не требовались.

— Хочешь, я помогу тебе покинуть окна? — бросил Фредди, заметив её скептический взгляд.

Орифия задумалась.

Ей было двадцать пять, когда она встретила человека, который был готов её забрать. Во всяком случае, так он сказал, и она поверила. Ей было двадцать шесть, когда она выяснила, что алкоголь не был создан для разрушения психики, как писали в статьях. Нет. Алкоголь был создан для того, чтобы её спасать.

Орифия давно не испытывала грёз и точно знала, что её никто никогда не заберёт с окна. Но разве она не могла мечтать? Она сама себе улыбнулась, отвернувшись от Фредди и рассматривая огромный шаттл в космосе, который направлялся к ним. Фредди наконец сдался, доброжелательная улыбка спала с его лица, и он кисло заговорил:

— Вместо того, чтобы ныть, — проговорил он, — лучше бы сделала что-нибудь.

— Что? — спросила Орифия. — Ты вообще кто?

— Да ты вчера об этом говорила этому роботу. — Он небрежно махнул в сторону бармена. Ах да. Было дело. — Если тебе надоело в “окнах”, то всё в твоих руках!

Орифия задумалась над его словами.

— Да и потом, — не унимался Фредди, — я слышал, ты хороша в своём деле. Хотя у тебя даже образования нет. — Он закатил глаза, сделал глоток пива. — Тебе повезло, что тебя взяли хранителем окна. Почему бы не радоваться этому?

Нет образования? Орифия усмехнулась про себя. В отличие от других, она изучала окна буквально с рождения. Скорее, у всех остальных было недостаточно знаний по сравнению с ней.

Но он прав — можно мечтать хоть до старости, но если ничего не делать, жизнь не изменится.

Она допила напиток, поднялась и, развернувшись к Фредди, спокойно сказала:

— Нет такой профессии — «хранитель окна».

А у неё теперь был план. Впервые в жизни.

Пункт первый: заставить судно задержаться на станции.