Орк-полукровка 10. Молодой бог 18+

Иногда, взглянув на историю глазами врагов, можно узнать много нового.

Остановив Первую Великую войну, Всемогущий поделил Вергилию пополам Великими горами. Земли некромагов стали называть Севером, земли, на которых жили их враги – Югом. Согласно древним книгам, первых хуфу привёл сюда Всемогущий, когда их родной мир был разрушен в горниле страшных магических войн. Но ему оказалось этого мало, и он создал другие народы, для которых Вергилия ХIV стала родной.

Нихилус был одним из тех, кого перенесли с Вергилии XIII. Он считал, что война между северянами и южанами (хоть тогда, в начале времён, их ещё так не называли) неизбежна. Нихилусу было больше тысячи лет. Он был древнейшим существом на Вергилии и самым могущественным. Реши он выступить против Юга в одиночку, людям, эльфам, оркам и прочим обитающим там расам понадобилась бы целая армия, чтобы остановить его. Но даже тогда опустошение, которое хуфу успел бы принести в их земли, было чудовищным. Но долгие века власть Нихилуса не интересовала. Он наращивал свою мощь, усовершенствовал искусство магии и выжидал.

Нихилус знал с какой целью Всемогущий создал все эти расы. По крайней мере, спустя тысячу лет жизни на Вергилии ХIV ему стало казаться, что он начал это понимать. Только вот сами смертные были слишком слабы, жадны и глупы, чтобы осознать правду. Идея объединить мир под правлением единого правителя, соединившего в себе кровь Севера и Юга, родилась у Нихилуса давно. Долгие годы она зрела, пока не сложилась в конкретную стратегию. И восемнадцать лет назад тщательно разработанный план начал воплощаться в жизнь.

Когда Всемогущий воплотился в тело изгойки-южанки, получеловека, полуэльфа, Нихилус связал её Сделкой и заставил родить себе наследника. Им оказалась девочка. Наследница. Что ж, пути судьбы неисповедимы.

Вэрис росла в уединённом замке отца, не зная о том, какая судьба ей уготована. Замок был отделён от всех населённых земель Сожжёнными равнинами – покрытой пеплом гигантской пустошью. Из слуг в замке были лишь оживлённые чёрной магией скелеты. За все семнадцать лет жизни Вэрис видела живых лишь четырежды – когда к отцу посылали гонцов враждующие господарь и господара. Но лорд Нихилус не пожелал встать ни на чью сторону. Наоборот – он рассчитывал, что некромаги перебьют друг друга, что значительно облегчит восхождение на мировой трон его дочери.

И действительно – за семнадцать лет войны сторонники Ирато и Урусалара почти истребили друг друга, и от некогда могущественного северного государства Балтикус почти ничего не осталось. Столица лежала в руинах, подводные шахты – основной источник глумита, из которого делали камни для магических посохов – были затоплены. Жизнь ещё теплилась лишь в Амнисе, владыки которого отказались принимать участие в войне, да в нескольких военных крепостях, куда стянули силы выжившие сторонники борющихся за власть брата и сестры. Даже во времена Тенебариса Тёмного, на заре времён объединившего разрозненные кланы некромагов в единое государство, не было столько жертв.

Вэрис стояла на балконе наполовину разрушенного замка отца и с тоской взирала на бесконечные, пепельно-серые равнины. До самого горизонта тянулись узлы сожжённой земли, укрытой толстым слоем одеяла из праха. Местами взгляд натыкался на руины Умбриса, но за прошедшие века от них остались лишь обтёсанные ветрами бесформенные глыбы.

Несколько недель назад молодая леди справила совершеннолетие. Несколько недель назад молодой леди исполнилось семнадцать. У неё была дивная, жемчужно-белая кожа как у всех хуфу и длинные, слегка вьющиеся белоснежные волосы, полученные в наследство от матери-полуэльфийки. Стройный стан с небольшими грудками облегало длинное светло-красное платье, не столько прячущее, сколько подчёркивающее чересчур длинные ноги. Но эта непропорциональность, явившаяся следствием смешения кровей разных рас, лишь придавала её облику неповторимой сексуальности. Но, пусть по всем законам тело её уже созрело, в душе Вэрис оставалась сущим ребенком – наивная, восторженная, радующаяся таким, казалось бы, обыденным вещам, как восход солнца или пробившийся сквозь сожжённую землю цветок. Подобная наивность вытекала не из недостатка ума, а из невинности и неискушённости, поскольку за всю свою жизнь Вэрис не знала других людей, кроме замкнутого, сурового отца.

У Нихилуса были причины держать дочь в заточении. Вэрис сама не знала пределов своих сил, унаследованных от столь могущественных родителей. Неосторожная вспышка гнева могла погубить целый город, а Нихилус хотел, чтобы его дочь правила не эмоциями, а разумом. День за днём он учил её укрощать свою силу… и темперамент, а заодно оберегал от тех, кто мог навредить будущей правительнице мира. Не зная, как отсеять тех, чьё влияние будет тлетворно от тех, чьё общество могло пойти Вэрис на пользу, он попросту отрезал её от всех.

Услышав позади тяжёлую поступь отца, Вэрис с досадой воскликнула, не поворачиваясь:

- Ты продержал меня в замке семнадцать лет!

Шаги лорда Нихилуса гулко отражались от арочного свода коридора и замирали в недрах разрушенного дворца.

- Ты ещё не готова, - низким, звучным голосом ответил хуфу. - Ты - единственная северянка, у которой есть дар к природной магии. Я просил тебя не подниматься на поверхность.

Надземная часть замка лежала в руинах, как и город вокруг, но лорд Нихилус с армией мёртвых слуг жил в похожих на лабиринт мрачных катакомбах. А Вэрис любила солнце и свет.

- Я больше так не могу! – заломив руки, воскликнула молодая леди, и в её голосе прозвенели отголоски той самой неукротимой силы, на которую надеялся её отец.

Нихилус вступил на балкон из тьмы коридора. Наверное, это было единственное место во всём дворце, где ещё сохранился потолок. Вэрис, наконец, обернулась и посмотрела на возвышающуюся перед аркой двери массивную фигуру в чёрном плаще со свободными рукавами. Лицо хуфу скрывал низко надвинутый капюшон, и девушка видела лишь узкую полоску серых, сурово стиснутых губ. В руке хуфу был зажат длинный урус, увенчанный оскалившим зубы человеческим черепом и двенадцатью разноцветными перьями – двумя зелёными, тремя красными, синим, белым, жёлтым, двумя фиолетовым, чёрным и серебристым.

- Ты ещё не готова, - повторил лорд Нихилус. – Вернись во дворец.

Вэрис знала, что этот приказ подразумевал, чтобы она спустилась в подземную часть.

- Нет! – решительно заявила молодая леди и упрямо стиснула губы, сверля отца полным твёрдой решимости взглядом.

Нихилус мог превратить её в прах одним движением посоха, но он даже не рассердился. Наоборот, отцовское сердце преисполнилось гордости.

Некромаги издревле получали силу, убивая других. Чем могущественней был враг, тем больше было силы. И Нихилус был в этом настоящим виртуозом. Он не убивал живых, он творил мёртвых, одним взглядом, одним взмахом уруса, который он сделал из черепа своего сына. Впрочем, таких урусов у него было немало – по одному на каждого убитого им члена семьи.

- Вэрис, придёт время, и всё это станет твоим, - Нихилус обвёл посохом горизонт.

- Тоже мне, велика ценность – Сожжённые равнины! – скрестив на груди руки, фыркнула молодая леди.

- Я имею в виду весь мир, - Нихилус шагнул к дочери и откинул с головы капюшон. Верхняя половина лица хуфу отсутствовала. Бледная, помертвевшая плоть щёк была прихвачена к черепу толстыми чёрными нитями, вдетыми в аккуратные дырочки в кости, от которых по черепу разбегалась тонкая сеть трещин. Сам череп был в нескольких местах сломан и перехвачен такими же швами. Однако Вэрис нежно любила это изуродованное лицо, так как оно принадлежало человеку, который любил её и заботился о ней всю жизнь. – Но пока что ты к этому не готова. Пойдём домой.

Вэрис прерывисто вздохнула и последовала за отцом. В груди молодой леди теснились противоречивые чувства. Отец давно уже намекал на ожидающую её судьбу, но никогда не выражался столь конкретно. Она хотела расспросить шагающую впереди тёмную фигуру, но дыхание перехватило от волнения, и она только прерывисто вздохнула.

Они спустились в огромной подземный зал, поддерживаемый шестью толстыми колоннами из тёмно-зелёного зернистого камня с вычурными широкими капителями.

- Тебе нужно много практиковаться. Соединение природной и первородной магии нелегко удержать. Если ты потеряешь контроль над заклинанием, оно может уничтожить не только тебя, но и всё в радиусе нескольких десятков узлов. Давай попробуем комбинацию элементаля огня и некроса.

Вэрис сосредоточенно кивнула и облизала пересохшие от напряжения губы. В руке молодой леди появился урус, в оскаленных зубах которого был зажат ярко-красный кристалл, какой природные магии использовали для связи с элементалями.

- Стихия огня! Огненный шар! – Вэрис выкрикнула заклинание и одновременно с этим добавила в него текущий в крови некрос, словно обволакивая его энергией элементаля.

Над ладонью девушки возник небольшой чёрный шар, сквозь поверхность которого то и дело прорывались огненные всполохи, как просвечивает магма сквозь чёрную корку вулкана.

- Не делай его больше, иначе потеряешь контроль, - предупредил Нихилус.

Вэрис сосредоточенно кивнула. В предостережении она не нуждалась – молодая леди слишком хорошо помнила, как отцу пришлось буквально собирать её по частям после одного такого упущения.

Убедившись, что магический сгусток был стабилен, она швырнула его в возведённую посредине зала каменную загородку. Она была вытесана из единого гранитного блока, чтобы затащить её сюда, пришлось впрячь три дюжины скелетов.

Вэрис метнула некро-огненный шар, сетчатку обожгла чёрно-оранжевая вспышка, и в мощном гранитном блоке появилось огромная оплавленная выемка, раз в десять превышавшая диаметр шара. На полу быстро остывали лужи потёкшего гранита. Вэрис прерывисто вздохнула, силясь сдержать рвущуюся наружу радость – отец не одобрял слишком бурного проявления чувств. Лорд Нихилус удовлетворённо улыбнулся.

Внезапно в разгар тренировки сработало одно из установленных Нихилусом на поверхности заклятий оповещения.

- Продолжай, - приказал дочери лорда и пошёл проверить в чём дело.

Поднявшись на наблюдательный пост, Нихилус увидел беснующуюся среди руин замка здоровенную тёмную тварь, похожую бегемота. Только в отличие от своего южного собрата, кошмарное порождение Бездны было покрыто шипастой броней и имело шесть лап, а также куда более выдающиеся клыки.

Нихилус нахмурился, насколько это было возможно при отсутствии верхней части лица. Тёмная тварь не могла сама выбраться из изнанки мира, значит, её призвали. Друзей у Нихилуса не было, но и врагов тоже – некромаги слишком боялись древнего хуфу и предпочитали обходить стороной его уединённое убежище в сердце Сожжённого города.

Нихилус не сомневался, что скоро найдёт дерзнувшего нарушить их с Вэрис покой, но прежде нужно было разобраться с его посланцем, пока он тут не обрушил всё к Оксу. Нихилус не отличался сентиментальностью, но он испытывал к этим руинам странную привязанность.

Вэрис прикрыла глаза и снова сконцентрировалась на заклинании. В отсутствии отца, который мог бы остановить цепную реакцию, молодая леди опасалась применять слишком большую силу. Над ладонью девушки зажёгся крошечный чёрный шарик с пробивающимся изнутри него огнём.

- Потрясающе, просто потрясающе! – раздался вдруг из коридора восхищённый женский голос.

Вэрис вздрогнула от неожиданности и потеряла концентрацию. Магический снаряд сорвался с ладони и проделал в полу изрядную дыру – молодая леди едва успела отскочить, прикрыв глаза от яркой вспышки.

- Вот это мощь! – восхищённо повторила та же женщина. – И это, полагаю, лишь капелька твоей истинной силы?

Вэрис с досадой взглянула на темнеющую в полу дыру, сквозь которую был виден такой же точно зал уровнем ниже. Впрочем, уже через миг она забыла про дыру и повернулась к гостье, изумлённо распахнув глаза.

Незнакомка была закутана в длинный плащ с надвинутым на лицо капюшоном.

- Кто вы? – спросила Вэрис, не испытывая ни капли страха. Гости в их отдалённом убежище бывали исчезающе редко, и молодая леди никого не боялась – она знала, что отец защитит её от всего.

Незнакомка словно прочитала мысли юной леди.

- Не стоит рассчитывать, что Нихилус придёт тебе на помощь, он даже не знает, что я уже здесь, - проговорила она и откинула капюшон.

Вэрис вскрикнула от изумления, не веря своим глазам. Странная гостья как две капли воды походила на неё, она словно смотрелась в зеркало.

- Кто ты такая?! – воскликнула молодая леди, невольно делая шаг назад.

- Твоя давно потерянная сестра.

- У меня нет сестры!

- Ты уверена? Испей моей крови и узнаешь правду, а я изопью твоей.

Незнакомка сбросила с плеч плащ, под которым оказалась походная одежда, и протянула девушке руку.

У истинных хуфу крови не было, но Вэрис была полукровкой, и её сердце билось, а в жилах текла кровь.

Видя её колебания, гостья вопросительно приподняла брови:

- Отец учил тебя читать по крови?

- Да.

- Тогда прошу тебя, прочти меня, сестра.

Вэрис неуверенно шагнула к гостье. Нихилус хотел защитить дочь, поэтому никого к ней не подпускал, и это было его единственной ошибкой. Молодая леди привыкла доверять отцу и невольно перенесла это доверие на «сестру». А разве эта девушка могла быть кем-то иной, чем её потерянной сестрой-близнецом? Её облик не был скрыт магией, это Вэрис чувствовала, а магия крови могла дать ответ на остальные вопросы, вихрившихся в голове девушки.

Сестра приподнял руку на уровень плеч и согнула, приблизив к телу и сделав движение, словно манит Вэрис к себе. Молодая леди, заинтригованная их удивительной схожестью, подошла вплотную. Она взяла сестру за руку и наклонилась к её запястью. Одновременно с тем, как Вэрис укусила гостью за руку, та впилась ей зубами в шею. Вэрис вскрикнула и отпрянула. За одно мгновение кровь незнакомки сказала ей больше, чем могла поведать тысяча бесед.

- Ты не!.. – но договорить Вэрис не успела. Яд из крови незнакомки наконец подействовал, и молодая леди без чувств упала на пол. Убить полухуфу и полубогиню, пусть даже рождённую от смертного тела бога, было не так-то просто, но это и не требовалось. Гайе нужно было только нейтрализовать леди, а остальное сделает её повелитель.

Гайя быстро разоблачилась и, раздев Вэрис, натянула её платье, скрыв за длинными рукавами небольшую ранку на запястье. Открыв проход в изнанку, Гайя быстренько скинула туда тело «сестры» и одежду и закрыла проход. Попасть в Умбрис по чёрной дороге могли только слуги Окса, потому что в изнанке Сожжённого города обретались самые страшные и смертельно опасные твари во всей Бездне. Их согнал сюда ещё первый Окс, чтобы отомстить предавшему его Нихилусу. Новый Окс питал к древнему хуфу не больше любви, чем старый, поэтому осада продолжалась.

Гайя предложила Вэрис обменяться кровью не только, чтобы заманить в ловушку, но и потому, что хотела скопировать её ауру. А над внешним сходством кропотливо поработал Доктор. Теперь даже столь искушённый маг, как Нихилус, не сможет разглядеть подделки… по крайней мере, с первого взгляда, а большего Гайя и не было нужно.

Истребив тёмную тварь, Нихилус направился назад, отдав приказ капитану своей армии скелетов обыскать катакомбы. На чело лорда набежала тень. Он был уверен, что это лишь отвлекающий манёвр, но проникнуть в подземную цитадель, не потревожив ловушек, было невозможно. Разве что… через изнанку проник посланец Окса. И Нихилус со всей возможной скоростью поспешил к дочери.

Увидев возникшего на пороге отца, «Вэрис» сконфуженно улыбнулась, пытаясь прикрыть собой дыру в полу. Потерпев в этом провал, она виновато опустила голову и отступила в сторону.

- Я потеряла контроль над силой…

Само собой, могуществом истинной Вэрис Гайя не обладала, зато у неё была сила Окса.

- Ничего страшного, - ответил хуфу, зорко оглядывая подземелье, но ничего подозрительного не заметил.

Внезапно «Вэрис» пошатнулась и начала оседать. Нихилус мгновенно оказался рядом с дочерью и подхватил её на руки.

- Всё в порядке… - сделав над собой усилие, прошептала «Вэрис» и принудила себя улыбнуться. – Просто потеряла много сил… - последние слова она сказала так тихо, что Нихилусу пришлось нагнуться, чтобы разобрать их.

«Вэрис» прикусила нижнюю губу, так, что на ней выступила кровь. Руки девушки стремительно взметнулись вверх, обхватывая лорда за шею. Миг, и она прижалась губами к его губам. Нихилус машинально отшатнулся, слизывая каплю крови.

В голове лорда промелькнула быстрая мысль, что ему, быть может, не стоило совсем уж изолировать дочь, тем более, что она давно уже вошла в пору.

- Вэрис… - но договорить хуфу не успел.

Тело охватила слабость, и он осел на пол, потеряв над ним контроль. Он всё видел и чувствовал, но пошевелиться не мог. В поле зрения появилось лицо ехидно улыбающейся «Вэрис». Хуфу никогда не видел такого выражения на обычно ласковом лице дочери, и оно вдруг показалось ему совсем чужим.

- Привет тебе от Эрика-Изгоя. Помнишь такого? – сложив на груди руки, язвительно проворковала «Вэрис».

Нихилус ничего не забывал. В том числе и молодого орка-полукровку, восемнадцать лет назад сопровождавшего Всемогущего и занявшего место Окса в Бездне. Кто бы мог подумать, что этот малолетний выкидыш паршивой ослицы сумеет переиграть его, Нихилуса!.. В чёрной душе некромага взвихрилась ярость, но всё, что он мог – это безмолвно, неподвижно беситься.

Выкидывать в изнанку хуфу такого ранга было опасно – отчаяние всегда придаёт сил, а Окс не хотел допускать даже крошечного шанса, что Нихилус сможет прорваться через кордон тёмных тварей, пусть даже у него не было посоха. Тем более, что Окс приготовил для него нечто похуже.

- Знаешь, в этом есть даже какая-то ирония, - цокнув языком, задумчиво проговорила Гайя, повторяя слова повелителя. – Ведь способ навечно пленить некромага в Бездне придумал именно ты, Нихилус.

Гайя щёлкнула пальцами, и из тёмных недр бокового коридора вышла парочка орсов.

Если бы сердце Нихилса билось, оно бы застыло. Хуфу были бессмертны. Если уничтожить их физическую оболчку, через некоторое время они возрождались из изнанки. Но Нихилуса давно занимал вопрос, как это исправить. Он любил эксперименты, а подопытного материала всегда было в достатке. И спустя несколько веков изысканий он изобрёл способ. Точнее, создал способных на это существ.

Орсы отдалённо напоминали людей. Невероятно худые фигуры с непропорционально длинными руками и ногами были одеты в чёрную, плотно облегающую тела кожу. Их рты и глаза были зашиты толстыми чёрными нитями, а кожа щёк была покрыта глубокими, резаными шрамами, складывавшимися в руны северного языка. Орсы были охотниками на некромагов. Они были слепы, но обладали потрясающим чутьём, позволявшим им без труда находить любые, даже самые слабые магические следы.

Чтобы некромаг не возродился, нужно было особым образом отделить голову от тела, при этом нельзя было позволить некромагу умереть. И на это были способны одни только орсы. Остальные останки нужно было сжечь некросом, а голову запечатать особым образом и спрятать вместе с пеплом. Тогда некромаг навеки становился пленником собственного праха. Его душа отправлялась в изнанку и оказывалась прикована к отражению тела магическими цепями.

- Приступайте, мои дорогие, - глумливо приказала Гайя и щёлкнула пальцами.