Орк-полукровка 5. Владыки севера 18+

Имеючи не ценим, потерявши – плачем.

Новорождённый волколак потряс головой, сбрасывая остатки скорлупы, и взмахнул неокрепшими крыльями. Эрик выхватил трезубец и воткнул его в морщинистое тельце. Волколак рассыпался в прах, но позади юноши из скорлупы выбрались ещё два его брата. С пронзительным, душераздирающим воем они кинулись к Изгою. Он ловко пнул одного из них ногой, и новорожденная тварь улетела в вулкан. Эрик увернулся от щёлкнувшей возле уха пасти второго волколака, и отправил его следом за первым.

Тем временем возродившаяся из пепла тварь за спиной юноши бросилась к ледяной сфере Светлики.

– Нет! – вне себя от ярости заорал Эрик и, схватив волколака за шкирку, швырнул его в вулкан.

На ведущем к карнизу мосту показалась фигурка Ирато. Хуфу бежала со всех ног, а чёрная тропа за её спиной превращалась в дым.

– У нас компания! – воскликнула Ирато, с шумом обрушиваясь в гнездо.

Изгой поглядел вверх и в красном, дрожащем от жара воздухе увидел полсотни кружащихся волколаков. Деятельность юноши привлекла внимание родителей незадачливых «птенцов». Сделав круг, волколаки сложили крылья и камнем обрушились вниз.

– Нужно убираться отсюда! – воскликнула Ирато.

– Как?! – выкрикнул Изгой, прижимаясь спиной к скале рядом со сферой Светлики.

– Есть способ, но, боюсь, тебе он не понравится! – хищно усмехнулась Ирато и, воздев руку с посохом, торжественно прокричала: – Вокаре вокатус нарат!

Из вулкана взметнулся гигантский фонтан лавы, сжёгший первую волну устремившихся к парочке тварей. В раскалённых брызгах живого огня промелькнула блестящая, красная чешуя, взмах огромных крыльев закружил в воздухе поднявшийся с карниза пепел.

– Ты призвала ВИВЕРНУ?! – заорал Эрик, инстинктивно вжимаясь в горячую стенку вулкана. Перед его глазами молнией промелькнули воспоминания о печальной встречи с двойником вынырнувшей из недр вулкана тёмной твари.

Но виверна, не обращая на юношу внимания, бросилась наперерез волколакам. Распахнув пасть, тварь выдохнула в крылатых чудовищ с волчьими головами столб огня. Врагов временно не стало. Виверна издала торжествующий крик и, заложив круг на потоке восходящего над вулканом раскалённого ветра, приземлилась на край карниза, едва не сбросив Изгоя и хуфу порывом поднятого крыльями ветра.

Склонив голову набок, огромная тварь уставилась на них крохотными, злобными глазками. Устрашающая пасть вновь приоткрылась, и меж длинных, иглообразных зубов промелькнул узкий раздвоенный язык. Вдоль хребта и змееобразной шеи виверны торчали острые шипы величиной в несколько милиузлов на голове и постепенно уменьшающиеся к украшенному трезубцем – двойником оружия Эрика – хвосту.

Тёмная тварь издала хриплый клёкот и опустила устрашающую голову на карниз.

– Забирайся! – задорно выкрикнула Ирато и ловко запрыгнула на шею виверны, удобно устроившись между двух длинных шипов.

– А как же Светлика?! Мы не можем её бросить!

– Доверься мне!! – закричала хуфу.

Эрик нахмурился и неуверенно поглядел на стремительно тающую сферу Светлики.

– Быстрее!! – поторопила его Ирато.

Взглянув вверх, Изгой увидел, что небо потемнело от чёрных тел скрывших его волколаков. На этот раз их было гораздо больше. То ли твари вернулись с охоты, то ли им не понравилось, что кто-то потревожил их гнездо.

Эрик оттолкнулся от окружающего карниз «парапета» и вспрыгнул на шею виверны позади Ирато.

– Держись! – весело прокричала хуфу, и юноша обеими руками сжал гладкий костяной шип.

Тёмная тварь изогнула шею и, распахнув пасть, молниеносно проглотила ледяную сферу Светлики. У Изгоя похолодело сердце.

– ИРАТО!!! – вне себя от гнева закричал он и выхватил трезубец, забыв в ярости, что оружие не причинит хуфу вреда.

– Доверься мне! – не оборачиваясь, вновь закричала Ирато и прижалась к горячей шее тёмной твари.

Эрик заскрежетал зубами, но в следующую секунду ему стало не до мести – виверна взмахнула крыльями и поднялась в воздух. Изгой инстинктивно обвил руками костяной шип и крепко зажмурился. Тело вместе с виверной взвилось в красные небеса, а желудок остался на далёком карнизе. Уши заложило, в лицо бил раскалённый ветер…

Кое-как справившись с тошнотой и отвернув голову в сторону от ветра, Изгой рискнул приоткрыть один глаз. Далеко внизу светился оранжевый зев вулкана. К югу от неровной цепочки протянувшихся под ними гор лежала чёрная пустошь Игни, пересечённая надвое извилистым рукавом пересохшей реки. А к северу… У Эрика захватило дух. К северу от гор протянулось сплошное белоснежное полотно, будто кто-то укрыл многие, многие узлы земли белым пуховым одеялом.

– Что это?! – изумлённо воскликнул Эрик. Ветер вырвал слова из рта и унёс прочь, но Ирато каким-то образом услышала, и тот же ветер-воришка принес ответ хуфу:

– Великая Снежная пустошь!

Подчиняясь приказу хозяйки, тёмная тварь начала снижаться к чёрной равнине. Взмахнув крыльями, она величественно опустилась на чёрную, потрескавшуюся землю у пещер и опустила голову, давая седокам возможность слезть. Ирато легко спрыгнула на чёрное стекло и похлопала тварь по жуткой морде. Эрик не столь грациозно последовал за хуфу. Голова всё ещё легонько шла кругом, но юноша всё же нашел в себе силы потребовать:

– Отпусти Светлику!

Ирато едва заметно повела посохом, и тёмная тварь, надув щёки, изрыгнула ледяную сферу колдуньи. Во рту твари силы окончательно оставили Светлику, и, коснувшись земли, сфера с треском лопнула и развалилась на части. Колдунья безжизненно распласталась на чёрном стекле.

Из пещеры к ним уже бежали остальные. Эрик склонился над телом Светлики и осторожно прикоснулся к её шее, пытаясь нащупать пульс.

– Штир крафт, ничего себе тварюга! – изумленно выдохнул Шактар, с уважением глядя на неподвижно возвышающуюся тварь.

– Что с ней? – рядом с Эриком опустился на одно колено Эль.

– Она жива? – обрушилась на землю с другой стороны от юноши Дидра.

– Да, – кивнул Изгой, ощутив бившийся под кожей слабый пульс. – Но полностью обессилела…

– Она долго не протянет, – сдвинув брови, хмуро заметил приблизившийся Далар.

– С чего ты взял?! – ожесточённо спросил Эрик. Не верилось, что после стольких усилий они позволят Светлике вот так умереть.

– У меня был приятель-заклинатель. Как-то на спор он пообещал привести в Харункрафт йови с перевала. Но тварь вырвалась из-под его контроля. Он уничтожил её одним единственным заклятием и умер, вложив в него слишком много сил.

Эрик сразу же вспомнил мага Болдасарини, отдавшего жизнь, защищая их от Безликих в Каменке. Он тоже отдал все свои силы заклинанию и умер. Как и магистр Петавиус в Ньяходском лесу.

– Но она продержалась так долго!.. – не веря в это, прошептал Изгой, глядя на залитое кровью, бледное, как мел лицо Светлики.

С каждым мгновением её дыхание становилось всё реже, а из глаз, ушей, рта и носа продолжала струиться кровь, по капле унося с собой остатки ещё теплящейся в ней жизни.

– Мне очень жаль, – на плечо Эрика опустилась рука побратима.

Изгой стиснул кулаки и зарычал от гнева.

– Нет! Всё не может так кончиться! – вне себя от ярости заорал он.

«Мы прошли так много, зашли так далеко!.. И Светлика всё время была рядом. Она шла за мной, она ВЕРИЛА мне, я не могу вот так просто дать ей погибнуть!..»

– Мне очень жаль… – тихо повторил Эль.

– Неужели совсем ничего нельзя сделать?.. – с тоской спросил Изгой, бессильно опуская руки. Гнев утих так же быстро, как вспыхнул, оставив после себя лишь опустошение и дикую усталость.

– Стручок может помочь!.. – раздался вдруг со стороны пещеры тихий голос лилея. Опасливо обогнув по широкому кругу неподвижно застывшую позади Ирато виверну, он поспешно приблизился к путникам и повторил: – Стручок может помочь!

– Как? – недоверчиво фыркнул Шактар. – Ты всего лишь жалкая деревяшка!

Не обращая внимания на орка, Эрик присел на корточки перед маленьким существом и с надеждой спросил:

– Как ты можешь помочь ей, Стручок?

– Его магия! – щелкнув пальцами, воодушевленно воскликнула Ирато. – Как я сразу не догадалась?! Создавать может лишь светлая магия! Стручок вырастил дерево, такого не может даже магия элементаля земли!

– Светлая магия вдохнула в меня жизнь, – неожиданно голос лилея стал серьёзным, совсем таким, как в самом начале их знакомства, когда он попросил Эрика встать с его лица. Словно в маленьком существе жили сразу две личности: восторженный болванчик, едва владеющий южным языком, и древнее, мудрое, как дракон существо: – Я могу отдать её вашей подруге, и она будет жить.

– Но ты же тогда погибнешь! – машинально вырвалось у Изгоя.

Стручок грустно улыбнулся.

– Я не могу умереть, ведь я по-настоящему и не жил. Я просто сольюсь с Сутью, из которой когда-то был создан…

Изгой потрясённо уставился на побратима.

– Мы должны спасти Светлику, она ещё нужна нам, – негромко сказал эльф.

Эрик кивнул. Спасти, но ценой жизни Стручка, пусть он и не считал её настоящей.

– Если… если ты правда готов это сделать, тогда спаси её! – поглядев на лилея, попросил Изгой.

Крохотная ладонь Стручка коснулась трезубца на его поясе.

– Вещь с той стороны не должна оставаться в нашем мире. Уничтожьте её, пока она не забрала сердце того, кто станет тебе дороже всех остальных! – горячо повторило существо когда-то уже сделанное предупреждение.

С этими словами Стручок приблизился к безжизненному телу Светлики и положил на её грудь руки. Вокруг ладоней лилея начало нарастать белое сияние.

Виверна хрипло заклекотала и недовольно попятилась назад.

С каждой секундой свечение продолжало усиливаться, и вскоре на него стало больно смотреть. Эрик крепко зажмурился, но это не помогло – веки продолжал обжигать нестерпимый свет. Не выдержав, Изгой закрыл лицо руками и отвернулся, но по-прежнему продолжал видеть перед внутренним взором этот невыносимо яркий свет.

Свечение запулсировало, вспыхнуло в последний раз и погасло. Эрик услышал надсадный кашель колдуньи.

– Светлика! – Эрик отнял руки от лица и стремительно обернулся.

Колдунья без посторонней помощи села и, протерев залитые кровью глаза кулачками, обвела спутников удивленным взглядом:

– Что случилось? Где я?.. Ой, а что со Стручком?

Только тут Изгой увидел безжизненно растянувшееся рядом с колдуньей деревянное тело лилея.

Магия ушла из него, и он превратился в обыкновенную ветку с крохотным зелёным листочком на сучке, торчащем из причудливого нароста на одном из её концов. Эрик тяжело вздохнул, не в силах вымолвить ни слова.

Взгляд Светлики упал на кошмарное лицо-череп Ирато. Колдунья заверещала от ужаса и вновь лишилась чувств.

– С ней точно всё в порядке, – усмехнулся Далар.

Ирато закатила чёрные огоньки глаз и покачала головой.

– А мы не можем полететь на этой твари? – спросил Шактар, снизу вверх восхищенно разглядывая выжидательно замершую виверну.

Но хуфу отрицательно покачала головой.

– Если не хочешь отравиться некросом, лучше тебе её не касаться.

– Но Изгой запросто скакал на ней верхом! – возмутился Шактар.

Ирато покосилась на Эрика.

– Для меня это такая же загадка… – пробормотала она.

– Она могла бы нас охранять, – вмешался Далар.

– Чем дольше тёмная тварь остаётся в нашем мире, тем больше вероятность, что маги Ангуиса её засекут. Я и так сильно рисковала, призывая её из изнанки. И сейчас мне придётся отправить её назад.

Ирато отошла на несколько шагов и воздела над головой урус. Глазницы черепа вспыхнули ярким чёрным светом, и пространство перед хуфу разрезала тонкая чёрная щель. Виверна издала торжествующий клёкот и скрылась в изнанке. Ирато снова взмахнула посохом, и разлом затянулся, будто кто-то стянул его края невидимой нитью.

– Берите девушку и уходим. Мало ли кто мог засечь мою магию…

– Я возьму, – буркнул Далар и осторожно поднял Светлику на руки.

– Ты бы это, прикрыла лицо, – поравнявшись с хуфу, попросил Изгой. – А то она так каждый раз будет в обморок хлопаться…

Ирато понимающе усмехнулась. Эрик помог ей оторвать от плаща ещё одну полосу ткани, и она замотала ей лицо.

Дидра протянула Изгою куртку и пектораль.

– Спасибо, что спас её… – она посмотрела на неподвижно лежавшую на руках орка сестру.

– Я должен был, – не глядя на изгойку, ответил Эрик, вешая на шею пектораль и натягивая на плечи куртку.

– Нужно идти. А завтра срежем через изнанку, – приняла решение Ирато.

– А чё сразу нельзя? – заныл Шактар.

– У истока Сухого дола наверняка бродит шнырь. Лучше отойти подальше.

Шагать по черной, присыпанной пеплом земле было несравнимо легче, чем по песку пересохшей реки. Здесь жар Огненной равнины встречался с холодом Снежной пустоши, и они уравновешивали друг друга, так что в целом температура оставалась комфортной. Временами северный ветер приносил из-за гор лютый холод, тогда путники зябко кутались в одежды. А иногда до них долетали раскалённые порывы с пустоши Игни, заставлявшие париться даже в исподнем.

На ночь отряд остановился в одной из многочисленных пещер, изрывших чёрное тело Лупусских гор.