Орлов. Винтик из Полиса

Сознание возвращалось не просто медленно. Оно ползло, цепляясь за обрывки небытия, словно израненный зверь, не желающий покидать свою темную, но спокойную нору. Первым ощущением, прорвавшимся сквозь ватную пелену, был вкус. Густой, медно-солоноватый вкус крови, заполнившей рот и горло. Затем пришла боль. Не одна, а целый хор, симфония агонии, где каждая пуля, прошившая тело, вела свою партию. Тупая, ноющая боль в груди, где раздробило ребра. Острая, жгучая в животе, словно там ворочали раскаленный лом. Ледяные иглы в плече и ноге.

Кашель вырвался сам собой, сотрясая истерзанное тело. Новая волна боли захлестнула сознание, и вместе с ней хлынула кровь, пачкая потрескавшиеся губы и смерзшуюся землю. Лежа на боку, среди таких же, как он, мертвецов, он открыл глаза. Серое, безжизненное небо постапокалиптической Москвы нависало свинцовым куполом. Морозный воздух обжигал легкие, превращая каждый выдох в облачко пара, подкрашенное алым.

В этот самый момент, пока физическая оболочка боролась за право на еще один вдох, в глубине его сущности активировались древние, отточенные тысячелетиями механизмы. Многопоточный разум, его величайшее достижение и проклятие, заработал на полную мощность.

*Поток 1: Анализ физического состояния.* Тело мужское, кавказской расы, возраст примерно 28-30 лет. Рост 182 сантиметра, вес около 78 килограммов. Развитая, но не чрезмерная мускулатура, характерная для человека, занимающегося постоянным физическим трудом. Множественные огнестрельные ранения. Два в грудной клетке, одно из которых, вероятно, задело легкое. Одно в брюшной полости, с возможным повреждением кишечника и печени. Одно сквозное в левом плече. Одно в правом бедре, кость не задета. Общая кровопотеря критическая. Гипотермия. Шок. Прогноз без вмешательства: смерть в течение 5-10 минут.

*Поток 2: Загрузка и анализ памяти реципиента.* Информация хлынула в его ментальное ядро, словно прорвавшаяся плотина. Не хаотичным потоком, а идеально структурированными блоками данных, которые тут же каталогизировались и отправлялись на хранение в бездонную Библиотеку души.

Имя: Александр Сергеевич Волков. Для друзей и знакомых – Саша. Кличка в профессиональных кругах – Винтик.

Возраст: 28 лет.

Место рождения: станция Арбатская, Московский Метрополитен. Год рождения: 2005. Мир после «Судного Дня».

Гражданство: Содружество станций Кольцевой линии, более известное как Полис. Самый центр метро, его мозг и сердце.

Родители: отец, Сергей Волков, бывший инженер-конструктор, ныне один из лучших механиков Полиса. Мать, Елена Волкова, в прошлой жизни – врач-терапевт, в нынешней – один из столпов госпиталя на Боровицкой.

Специализация: Сталкер-разведчик, техник-механик. Уникальное сочетание, сделавшее его ценным кадром. Он не просто тащил хабар с поверхности, он мог починить то, что притащил, и даже собрать из мусора что-то новое. Отец научил его понимать язык шестеренок и проводов, а мать – язык человеческого тела. Он мог перебрать карбюратор довоенного «Москвича» и вправить вывих с одинаковой легкостью. Кличка «Винтик» прилипла к нему после того, как он из трех сломанных генераторов собрал один рабочий, используя лишь мультитул и найденную на свалке катушку медной проволоки. Он был винтиком в большом механизме выживания Полиса, но винтиком незаменимым, от которого зависела работа многих других деталей.

Последние воспоминания были яркими, пропитанными адреналином, страхом и предсмертной обидой. Рейд на поверхность. Обычный маршрут в районе Проспекта Мира. Поиск запчастей для водяных фильтров и медикаментов в уцелевшей аптеке. Удача улыбнулась – нашли почти нетронутый склад с бинтами и антисептиками. Но на обратном пути, уже у самого спуска в метро, их ждала засада. Бандиты. Не какая-то мелкая шпана, а хорошо организованная группа. Их было пятеро. Огонь открыли без предупреждения. Винтик и трое его напарников – еще два сталкера из Полиса и один с Рижской – отстреливались, но силы были неравны. Пуля ударила в плечо, развернув и бросив на землю. Он пытался поднять свой старенький, но верный «Калаш», но вторая пуля вошла в живот. Боль была такой, что мир сузился до одной точки. Он видел, как упал Костян, как захрипел и осел на землю Леха. Последнее, что он запомнил – грубый сапог, ударивший по лицу, треск стекла противогаза и смех. Животный, торжествующий смех победителя. А потом – тьма.

*Поток 3: Анализ окружающей вселенной.* Данные из памяти Винтика мгновенно перекрещивались с информацией из Библиотеки. Постапокалипсис. Москва. Метро. Мутанты. Сталкеры. Аномалии. Фракции: Полис, Красная Линия, Четвертый Рейх, Ганза. Детали складывались в знакомую картину. Он читал об этом. В одной из своих прошлых, спокойных жизней в мире, до боли похожем на Землю конца XX века, это была популярная книжная и игровая вселенная. «Метро 2033». Мир, созданный Дмитрием Глуховским. Мрачный, жестокий, атмосферный. И теперь он здесь. Не в качестве читателя или игрока, а в качестве участника. В теле убитого сталкера.

«Что ж, бывало и хуже», – пронеслась бесстрастная мысль в основном потоке сознания. – «По крайней мере, здесь действуют привычные законы физики, пусть и с некоторыми аномальными поправками. И люди остаются людьми, со всеми их достоинствами и пороками. Работать можно».

*Поток 4: Исполнительный.* Приоритетная задача – выживание. Немедленно приступить к регенерации.

Он закрыл глаза, отключая зрительный анализатор, чтобы не тратить ресурсы. Вся мощь его сознания сосредоточилась на внутреннем мире. Магия, его верная спутница на протяжении бесчисленных инкарнаций, послушно откликнулась на зов. Энергия, тонкая и невидимая, потекла из его духовного ядра в истерзанную плоть.

Первым делом – телекинез. Невидимые, но невероятно сильные нити ментальной силы проникли в тело. Они действовали с точностью хирургических наномашин. Одна группа нитей зафиксировала сломанные ребра, выставляя их в правильное положение. Другая бережно сдавила разорванные сосуды, останавливая внутреннее кровотечение. Третья, самая тонкая, начала кропотливую работу по извлечению инородных тел. Сплющенные куски свинца и стали, пули, что принесли смерть этому телу, были аккуратно, миллиметр за миллиметром, вытолкнуты из мышечных тканей, из пробитого легкого, из печени. Они вышли наружу с тихим влажным шлепком, падая на промерзшую землю рядом с телом.

Одновременно с этим заработало заклинание лечения. Это была не грубая магия огня или льда, а сложнейший комплекс плетений, затрагивающий саму суть жизни. Потоки целительной энергии омывали поврежденные клетки. Пробоина в легком затянулась, словно ее и не было. Разорванные ткани печени и кишечника начали стремительно регенерировать, срастаясь без единого шрама. Мышечные волокна сплетались заново. Кожа закрывала раны, оставляя после себя лишь гладкую, чистую поверхность, ничем не отличающуюся от окружающей.

Весь процесс занял не более трех минут, но для стороннего наблюдателя это выглядело бы как жуткое и необъяснимое чудо. Труп, лежащий в луже собственной крови, вдруг перестал дышать паром, его раны затянулись на глазах, а грудь начала мерно вздыматься в ритме здорового, спокойного дыхания.

Саша, теперь уже полноправный владелец этого тела, сел. Боль ушла полностью, оставив после себя лишь фантомную память и легкую слабость, которая быстро проходила по мере того, как магия восстанавливала и энергетический баланс организма. Он глубоко вдохнул морозный воздух. Легкие работали идеально. Никакой боли, никакой одышки. Он пошевелил рукой, ногой. Полный контроль.

«Порядок», – констатировал он мысленно. – «Этап первый завершен. Приступаем ко второму: восстановление экипировки».

Вставать было нельзя. Вокруг могли быть как мутанты, так и выжившие бандиты, решившие проверить свою работу. Он остался сидеть, прислонившись спиной к холодному бетону разрушенного парапета.

Одежда представляла собой жалкое зрелище. Плотная сталкерская куртка, ватные штаны, свитер – все было пропитано кровью, замерзшей и превратившейся в бурую корку, и пробито в нескольких местах. Это не годилось. В мире, где простуда могла легко перейти в смертельную пневмонию, чистота и целостность одежды были не менее важны, чем оружие.

Он протянул руку к ближайшей дыре на куртке. Пальцы замерли в сантиметре от ткани. Снова магия. На этот раз – комплексное заклинание ремонта и очищения. Он не стал создавать новую ткань, это было бы слишком энергозатратно и бросалось бы в глаза. Вместо этого он использовал тончайшие нити телекинеза, чтобы сплести разорванные волокна обратно. Плетение «Ремонт», аналог древнего «Репаро», но доведенное до совершенства, работало безупречно. Дыры затягивались, словно их зашивала невидимая игла. Ткань становилась единым целым, не теряя ни прочности, ни эластичности. Одновременно другое, более простое заклинание, вытягивало из одежды всю влагу и грязь. Молекулы крови, пыли и пота были буквально вырваны из структуры материала и рассеяны в воздухе. За несколько секунд его одежда из окровавленных лохмотьев превратилась в просто старую, потертую, но абсолютно чистую и сухую экипировку.

Следующим на очереди был противогаз. Он лежал рядом, с треснувшим окуляром и помятым корпусом. Для сталкера противогаз – это вторые легкие, гарантия жизни на отравленной поверхности. Саша поднял его. Трещина на толстом стекле была серьезной. Удар сапога был сильным.

Он положил противогаз на колени. Снова телекинез. Невидимые пальцы выправили вмятину на металлическом ободе окуляра. Затем он сосредоточился на стекле. Это была более тонкая работа. Он не стал просто склеивать трещину. Вместо этого он использовал заклинание, близкое к алхимии, но работающее на молекулярном уровне. Он заставил молекулы диоксида кремния в стекле перестроиться, заполнив собой разлом и сплавившись в единую, монолитную структуру. Чтобы убедиться в прочности, он слегка надавил на стекло. Оно держало. Даже стало прочнее, чем было.

Последним штрихом был налобный фонарик. Простенькая модель на динамо-машинке и с небольшим аккумулятором. Корпус треснул, но сама лампа и механизм были целы. Минута работы с заклинанием «Ремонт» – и фонарик стал как новый. Он несколько раз нажал на ручку динамо-машинки. Тусклый желтый свет озарил его руки. Работает.

Теперь он был не просто выжившим, а полностью боеспособным и экипированным индивидом. Ну, почти. Оружия не было. И припасов тоже.

«Этап третий. Сбор ресурсов», – отдал он себе команду.

Он осторожно выглянул из-за укрытия. Вокруг простиралась мертвая панорама разрушенного города. Скелеты высоток тянулись к серому небу, словно руки утопающих. Ветер завывал в пустых оконных проемах, разнося радиоактивную пыль. Тишина. Гнетущая, давящая тишина, которую не нарушал даже крик мутанта. Это было и хорошо, и плохо. Хорошо – потому что непосредственной угрозы не было. Плохо – потому что такая тишина часто бывает перед бурей.

Он перевел взгляд на своих бывших «соседей» – три трупа сталкеров, лежащие в неестественных позах. Чувство жалости было слабым, притупленным бесчисленными жизнями и смертями. Он видел гибель цивилизаций, смерть звезд. Смерть трех человек на фоне этого была лишь мелкой рябью на воде. Но память Винтика, его эмоции, все еще были свежи. Он помнил этих людей. Костян, весельчак с Рижской, который всегда травил анекдоты. Леха, молчаливый и надежный, как скала. И молодой парень, имени которого он не запомнил, его первый рейд. Обида и злость на бандитов, которые так бессмысленно оборвали их жизни, вспыхнули в его груди. Он подавил эту эмоцию. Сейчас не до сантиментов. Мертвым уже не помочь, а живым нужно выживать.

Он подполз к первому телу. Это был Костян. Бандиты работали грязно, но эффективно. Они забрали все: оружие, рюкзак, патроны, фильтры. Даже разгрузку сняли. Саша методично, сантиметр за сантиметром, обыскивал то, что осталось. Карманы были вывернуты. Но сталкеры – народ хитрый. Всегда есть заначка. Он проверил внутреннюю подкладку куртки, швы на штанах. Ничего. Затем его взгляд упал на ботинки. Старые, видавшие виды армейские берцы. Он расшнуровал один и просунул руку внутрь, под стельку. Пальцы нащупали что-то твердое. Он вытащил небольшой сверток из промасленной тряпки. Внутри оказалась стандартная армейская аптечка-«мандавошка». Он открыл ее. Внутри было два гнезда для шприц-тюбиков с антирадом или морфином. Одно было пусто, второе… во втором гнезде лежал разбитый тюбик, а рядом – один целый. Повезло. Один укол – это одна спасенная жизнь. Или очень ценный товар для торга.

Он переполз ко второму телу. Леха. Та же картина. Полностью раздет и обчищен. Саша повторил процедуру с ботинками. В левом ботинке, под стелькой, он нашел пять патронов калибра 7,62х39 мм. Тяжелые, смертоносные. Бесполезные без оружия, но в метро за них можно было купить еды на неделю. Он сунул их в карман.

Третий, безымянный новичок. Совсем молодой, лет двадцати. На его лице застыло выражение удивления и боли. Саша вздохнул. Обыск ничего не дал, кроме скрытого кармашка в воротнике телогрейки. В нем лежали два фильтра для противогаза. Судя по маркировке, каждый на пять минут работы. Не густо, но лучше, чем ничего. В условиях сильного заражения эти десять минут могли стать разницей между жизнью и смертью.

Больше у мертвецов ничего не было. Бандиты забрали даже их жетоны. Мародеры до мозга костей.

Саша собрал свои собственные вещи, разбросанные вокруг. Рюкзак был порван, но его он тоже починил одним движением ментальной воли. Внутри, к его удивлению, кое-что осталось. Видимо, в спешке бандиты просто вытряхнули основное содержимое, не заметив потайного отделения. Там лежал его паспорт гражданина Полиса – заламинированная карточка с фотографией и данными. И деньги. Несколько десятков патронов калибра 5,45 мм, используемых в метро в качестве универсальной валюты. Его личный «неприкосновенный запас». Он пересчитал. 54 патрона. Неплохо.

И еще одна вещь. Его нож. Скрытый в голенище левого ботинка, в специально вшитых ножнах. Простой, но качественный боевой нож, выкованный отцом из рессоры старого автомобиля. Лезвие было острым, рукоять удобно лежала в руке. Не автомат, конечно, но лучше, чем голые руки.

Он встал на ноги, осматриваясь. Нужно было уходить. Задерживаться на месте своей «смерти» было плохой идеей. Он посмотрел на свои чудом уцелевшие часы «Командирские», подарок отца. Стрелки замерли. Он несколько раз встряхнул их, и они пошли. Судя по положению солнца, которое едва угадывалось за плотной пеленой облаков, и внутреннему хронометру, который всегда работал в его сознании, он провалялся здесь около суток. Целый день.

Собрав все найденное в рюкзак, он закинул его на плечи. Взяв в руку нож, он двинулся прочь от этого импровизированного кладбища. Он шел не быстро, но уверенно, постоянно осматриваясь и прислушиваясь. Его чувства, обостренные магией, работали лучше любого детектора движения. Он слышал скрип ржавого металла за сотню метров, чувствовал малейшие колебания воздуха.

Его путь лежал в сторону ближайшего известного Винтику спуска в метро. Но он не спешил. Поверхность, хоть и была смертельно опасной, являлась также и источником бесценных ресурсов. И сейчас ему отчаянно нужно было оружие.

Он шел около получаса, лавируя между ржавыми остовами машин и руинами зданий. Внезапно его обостренный слух уловил знакомый звук. Чавканье. Громкое, влажное, сопровождаемое треском ломаемых костей. Он замер, присел за бетонным блоком и осторожно выглянул.

Метрах в пятидесяти, в небольшой нише, образованной обвалившейся стеной, он увидел стаю. Стражи. Две твари, похожие на облезлых, мутировавших гиен, терзали чье-то тело. Они рычали, вырывая друг у друга куски плоти. Саша нахмурился. Стражи были опасными хищниками, но обычно они не нападали на хорошо вооруженных людей, если только не были очень голодны или в большой стае.

Он присмотрелся к тому, что они ели. Это был труп человека в бандитской одежде. Кожаная куртка, камуфляжные штаны. Рядом валялся автомат, но стражи, играя, отбросили его в сторону. Похоже, один из тех, кто убил Винтика и его товарищей, отбился от группы или решил в одиночку проверить местность. И ему не повезло.

Саша ждал. Его многопоточный разум уже просчитывал варианты.

*Вариант 1: Напасть.* Двое стражей. Из оружия – только нож. Шансы на успех – около 30%. С применением телекинеза – 95%, но это раскроет его способности и потребует энергии. Нежелательно.

*Вариант 2: Отвлечь.* Найти камень, бросить в сторону. Пока твари отвлекутся, подбежать, схватить оружие и уйти. Шанс на успех – 60%. Риск в том, что они могут оказаться быстрее.

*Вариант 3: Ждать.* Стражи насытятся и уйдут. Самый безопасный вариант. Шанс на успех – 99%. Минус – потеря времени.

Он выбрал третий вариант. Терпения у него было больше, чем у Вселенной. Он устроился поудобнее, сливаясь с тенями, и стал наблюдать. Его сознание тем временем не простаивало. Один из потоков анализировал поведение мутантов, занося данные в Библиотеку. Другой – сканировал окружающее пространство на предмет других угроз. Третий – прорабатывал план дальнейших действий после получения оружия.

Прошло около двадцати минут. Стражи, насытившись, потеряли интерес к останкам. Они обнюхали друг друга, потерлись боками и трусцой побежали прочь, скрывшись за руинами.

Саша выждал еще пять минут, чтобы убедиться, что они не вернутся. Затем, все так же осторожно, он двинулся к месту трапезы. Зрелище было отвратительным. От бандита осталось не много. Но Сашу интересовало не тело.

Он быстро подобрал оружие. Это был не автомат, как ему показалось издали, а простой двуствольный обрез. Грубый, но эффективный на короткой дистанции. Он проверил патронники – оба были пусты. Рядом с трупом валялся патронташ. Саша быстро собрал рассыпанные по земле патроны. Двадцать семь штук. 12-й калибр, картечь. Отлично. Это уже серьезный аргумент в любом споре.

Он принялся обыскивать то, что осталось от бандита. Куртка была разорвана в клочья, но в уцелевшем внутреннем кармане он нашел еще один патронташ, набитый деньгами-патронами. Восемь штук калибра 5,45 мм. Мелочь, а приятно. В кармане штанов нашлась связка из четырех фильтров для противогаза, на этот раз полноценных, на 20 минут каждый. Это было настоящее богатство. В другом кармане – три аккуратно свернутых мотка стерильных бинтов.

Но главная находка ждала его в небольшом подсумке на поясе. Там лежала еще одна аптечка, точно такая же, как та, что он нашел у Костяна. В ней было три целых шприц-тюбика. Он тут же переложил найденный ранее тюбик к этим трем, а в освободившуюся аптечку положил один из новых. Теперь у него было две аптечки: одна полная, на пять инъекций (он мысленно скопировал один из тюбиков, чтобы заполнить последнее гнездо, потратив на это мизерное количество маны), и вторая, «запасная», на три.

Последней ценной вещью, которую он забрал, был универсальный зарядник-«жучок». Небольшое устройство с ручкой, позволяющее заряжать аккумуляторы фонариков и прочей мелкой электроники. В условиях метро, где электричество было роскошью, такая вещь ценилась на вес золота.

Он зарядил обрез двумя патронами и закинул его за спину на самодельный ремень. Теперь он чувствовал себя гораздо увереннее. С ножом, обрезом, запасом патронов, фильтров и медикаментов он был не просто выжившим, а хорошо подготовленным сталкером.

Он снова сверился с внутренним хронометром и направлением. До спуска на Проспект Мира было около километра. Можно было идти.

Он двинулся дальше, уже более быстрым шагом. Мир вокруг был серым и однообразным. Снег, который начал идти мелкой крупой, был грязным, с желтоватым оттенком радиоактивной пыли. Он шел по остаткам широкого проспекта, заваленному остовами машин.

Внезапно он услышал голоса. Человеческие голоса. Он тут же замер и присел за большой грузовик, превратившийся в груду ржавого металла. Он активировал заклинание легкого звукового усиления, направляя его в сторону источника шума.

- …Давай, Бурбон, я почти! – голос был молодой, с нотками отчаяния.

- Шевелись, салага! У нас нет времени на твои сопли! Эта рухлядь вот-вот полетит вниз!

Саша осторожно выглянул из-за грузовика. Картина была впечатляющей. Часть эстакады обрушилась, образовав пропасть метров в десять шириной. На краю висел старый автобус «Икарус», зацепившись за арматуру. Из его заднего окна уже вылез один человек – кряжистый, одетый в потертую кожанку, с обрезом за спиной. Он стоял на другой стороне пропасти. Второй, парень помоложе, в простой телогрейке, пытался вылезти следом, но автобус угрожающе заскрипел и накренился.

- Не могу! Он сейчас упадет! – крикнул парень.

- Прыгай, Артем! Давай! – рявкнул тот, что был на другой стороне.

В этот момент металл не выдержал. С оглушительным скрежетом автобус сорвался вниз и рухнул в пропасть, увлекая за собой куски бетона. Парень по имени Артем едва успел отпрянуть назад, оставшись на той же стороне, что и Саша.

Мужик на другой стороне, Бурбон, выругался так грязно и виртуозно, что Саша мысленно зааплодировал. Затем он сплюнул и крикнул, перекрывая вой ветра:

- Ладно, слушай сюда, Артем! Иди вдоль обрыва, там дальше должен быть переход! Я тебя тут подожду! Только недолго! И смотри под ноги, тут тварей хватает!

Он немного помолчал, а затем добавил фразу, которая заставила все шестеренки в голове Саши-Винтика встать на место.

- И главное, Артем. Никогда не ешь желтый снег.

Бурбон развернулся и скрылся за поворотом эстакады. Парень, Артем, остался один. Он растерянно посмотрел по сторонам, сжимая в руках свой старенький «ублюдок».

А Саша, сидя за ржавым грузовиком, мысленно простонал. Не от боли или страха. От узнавания. Артем. ВДНХ. Поручение Хантера. Путешествие в Полис. Бурбон. Сухаревская. Черные.

Он попал не просто во вселенную «Метро». Он попал в самое ее начало. В отправную точку главного сюжета. Перед ним стоял главный герой этой саги, растерянный и одинокий, в самом начале своего эпического и смертельно опасного пути.

Многопоточный разум мгновенно выдал результат анализа.

*Ситуация:* Главный протагонист истории изолирован и нуждается в помощи.

*Цель:* Добраться до Полиса.

*Совпадение целей:* 100%. Винтику тоже нужно в Полис, это его дом.

*Возможности:*

1. Присоединиться к Артему. Это обеспечит ему «сюжетную броню» (вероятность выжить, находясь рядом с главным героем, всегда выше) и прямой путь через ключевые точки метро. Он сможет влиять на события, помогать Артему, предотвращать некоторые трагедии, о которых он знал из «первоисточника».

2. Идти своей дорогой. Безопаснее в краткосрочной перспективе, но гораздо сложнее в долгосрочной. Путь в одиночку через все метро до Полиса – задача нетривиальная даже для опытного сталкера. А для него, новичка в этом теле, пусть и с огромным багажом знаний, это будет лишним риском.

3. Устранить Артема и Бурбона и пойти в Полис самому. Бессмысленно и контрпродуктивно. Нарушение хода истории может привести к непредсказуемым последствиям. Черные могут не найти «избранного», и вся линия сюжета рухнет, что может привести к гибели всего метро.

Выбор был очевиден.

Саша медленно поднялся из-за укрытия. Он не стал прятаться или подкрадываться. В этом мире внезапное появление незнакомца сзади обычно заканчивается выстрелом. Он вышел на открытое место, держа руки на виду, подальше от обреза за спиной.

Артем тут же заметил его. Он вскинул свой самопал, его руки заметно дрожали.

- Стой! Кто такой?!

Саша остановился метрах в двадцати. Он поднял одну руку в мирном жесте.

- Спокойно, парень. Свой. Сталкер.

Он говорил ровным, уверенным голосом, который должен был успокаивать.

- Что тебе надо? – голос Артема все еще был напряженным.

- То же, что и тебе, похоже. Ищу дорогу вниз. Бандиты на хвост сели, пришлось крюк делать. Слышал ваш разговор. Твой напарник, похоже, не очень-то о тебе беспокоится.

Артем опустил оружие чуть ниже, но все еще был начеку.

- Он сказал ждать его у перехода.

- Ждать на поверхности, в одиночку, когда вокруг бродят твари? – Саша усмехнулся. – Смелый у тебя друг. Или очень глупый. Меня Сашей звать. Можно просто Винтик. Я из Полиса.

При упоминании Полиса глаза Артема расширились.

- Из Полиса? Мне как раз туда надо!

- Вот как? Какое совпадение, – Саша позволил себе легкую улыбку. – Мне тоже домой пора. Думаю, вдвоем у нас будет больше шансов добраться до этого твоего перехода. И до метро. Как тебя звать, парень?

- Артем.

- Что ж, Артем, – Саша сделал шаг вперед. – Похоже, нам по пути. Показывай, куда твой Бурбон велел идти. И держи ухо востро. Мне не нравится эта тишина.

Артем неуверенно кивнул, но в его взгляде появилась искорка надежды. Он больше не был один. Рядом с ним стоял опытный, судя по виду и спокойствию, сталкер, который тоже шел в Полис.

Саша-Винтик мысленно поставил галочку. Этап четвертый: интеграция в сюжет. Начало положено. Впереди их ждал долгий и опасный путь по туннелям московского метро. Путь, который он знал наизусть. И который он, возможно, сможет немного изменить к лучшему. Новая жизнь в старом, мертвом мире началась. И она обещала быть чертовски интересной.