Ошибка

Боже, какой же он всё-таки красивый! А глаза – как синий лёд! И какое же чудо, что такой красавец достался именно ей! Настя счастливо вздохнула и зажмурилась. Чтобы в который раз с удовольствием вспомнить свою волшебную новогоднюю историю любви.

От праздника Настя не ждала ничего. Планировала выпить бокал шампанского под бой курантов и лечь спать. Родственников в Москве у неё не было, друзей за несколько лет тоже не появилось. Нет, и на работе были приятельницы, и в спортклубе. Но Настя всегда была холодновата, в душу к себе не пускала, чужие душевные излияния тоже не приветствовала. Поэтому да, могла с кем-то из девчонок по магазинам походить или кофе выпить. Но так, чтобы Новый год вместе встречать – не было таких вариантов. Да и не хотелось особо. Обычно на длинные праздники Настя уезжала в родной город: там и родители, и брат, и друзья детства. Но в этом году не сложилось. Поэтому она решила просто отдохнуть. И сделать то, на что в обычные дни времени не хватало: поваляться с книжкой, посмотреть сериал, разобрать вещи и отмыть квартиру до блеска.

Трагедии в единоличном праздновании Настя тоже не видела. Как и многие взрослые девочки, в принца на белом коне она давно не верила. Да и вообще после тридцати начала сильно сомневаться в том, что удастся найти человека, с которым захочется прожить рядом всю жизнь. Конечно, были и романы, и надежды, и разочарования разной степени тяжести. А вот того единственного – не было. Настя и ждать перестала. И переключилась на другие планы: покупку квартиры и рождение ребёнка. Деньги на первый взнос давно были, теперь она ждала, пока хоть чуть-чуть снизятся ставки на ипотечные кредиты. Ну а сразу после того, как жилищный вопрос будет решён, настанет время для беременности. С этим проблем возникнуть не должно, Настя всё продумала, просчитала и подготовилась. Но у судьбы оказались другие планы.

Вечером тридцать первого декабря Настя разбила бутылку с шампанским. Как-то так неловко её взяла, чтобы в морозилку сунуть, что та выскользнула и окончила свою жизнь на кафельном полу кухни. Вздохнув, Настя собрала осколки, вымыла пол и задумалась: идти за новой или провести новогоднюю ночь вообще без шампанского? В принципе, к спиртному она была абсолютно равнодушна, шипучка – лишь дань традиции. Так идти за ней или нет? Решила идти – вспомнила, что икру купила, а вот сливочное масло утром использовала последнее.

Поскольку вкус у Насти был абсолютно непритязательный, шампанское из магазина рядом с домом её вполне устроило. Масло там тоже было. И когда она с покупками спешила домой, её сбил с ног быстро идущий навстречу мужчина. Настя упала, вторая бутылка отправилась на винные небеса следом за своей товаркой. А мужчина, оказавшийся неимоверным красавцем, кинулся Настю поднимать, отряхивать, извиняться и предлагать в качестве компенсации что угодно. Поскольку упала Настя как-то неловко и правая нога ощутимо болела, она разрешила незнакомцу проводить себя до дома. Впрочем, не незнакомцу, красавец представился Игнатом. У лифта они распрощались, Настя в очередной раз отказалась от любых компенсаций, поздравила Игната с наступающим и вернулась в свою пустую съёмную квартиру. С маслом и без шампанского. И только тут позволила себе расплакаться. Да что ж такое-то! Вон какие мужики по улицам ходят, и всё мимо! А если близко подойдут, только убытки от них!

В самом разгаре рыданий позвонила мама. Настя не успела сделать нормальный голос, и родительница не на шутку перепугалась. Впрочем, выслушав причину слёз, выдохнула с облегчением. Поздравила Настю с приближающимся праздником, в очередной раз пожурила, что та не приехала домой. И передала ото всех приветы, включила громкую связь, чтобы отец тоже дочку поздравил. А потом сказала задумчиво:

– Настюш, а у тебя в целом, не считая падения и отсутствия праздничной выпивки, точно всё в порядке?

– Мам, ты чего вдруг? Да, всё хорошо.

– Что-то мне за тебя неспокойно, дочка. И сон сегодня какой-то мутный снился…

Мама совсем было собралась рассказывать сон, но отец на неё прикрикнул, мол, не порть ребёнку настроение своими снами. Мама тут же сбилась, извинилась и закончила разговор на мажорной ноте. Настя даже заулыбалась. А не успела она положить трубку, как раздался звонок во входную дверь. Это могла быть только соседка баба Галя, с которой Настя поддерживала вполне милые отношения.

Не поглядев в глазок, Настя распахнула дверь. И обомлела. На пороге стоял Дед Мороз. С огромным мешком. А над белой накладной бородой – глаза сегодняшнего красавца Игната…

– Что застыла, красавица? Напрасно я что ли на морозе стоял, вычислял, в каком окне свет зажжётся? А потом по магазинам бегал, мешок с подарками собирал? И Деда Мороза ограбил, костюм у него отнял?

Настя счастливо расхохоталась. Так началось для неё новогоднее волшебство.

Каникулы прошли сказочно. Игнат приезжал каждый день. Они ходили в кино и на каток, гуляли в парке и валялись дома. Говорили, целовались, занимались сексом, снова говорили… В общем – райский рай. А в последние перед работой дни Игнат сделал Насте сюрприз. Повёз её в подмосковный глэмпинг, в «первозданную природу», как он выразился. Конечно, никакой первозданности в двух часах езды от мегаполиса не было. Но сам глэмпинг ей понравился. Единственное, что смутило – отсутствие других постояльцев. Игнат с извиняющейся улыбкой признался, что на пару суток выкупил все домики. Чтобы побыть с ней наедине. Широту жеста Настя оценила. Впрочем, оценила и домик. Раньше такие – крошечные, треугольные, с полностью стеклянной передней стенкой – она видела только на картинках. А теперь в таком жила. Оказалось, что и тепло там, и уютно. Да и погода не подвела: синее небо, яркое солнце, искрящийся снег, величественные высокие ели… В общем, настоящая зимняя сказка.

Еду они привезли с собой. Благо, в домике имелся и холодильник, и микроволновка, и даже одноконфорочная плитка. А Игнат захватил с собой мангал и замаринованное мясо. Второй день предполагалось лакомиться шашлыками. Пока же они гуляли по лесу, играли в снежки, просто веселились и наслаждались обществом друг друга. Первый день был великолепен. Пока на лес не опустилась зимняя темнота.

Наверное, если бы в глэмпинге был кто-то ещё, горящие вдалеке огни других домиков выглядели бы романтично и успокаивающе. Но Настя с Игнатом были одни. И в какой-то момент Насте стало не просто неуютно, а даже немного страшно. Всё время было ощущение, что за этой стеклянной стеной они – как на витрине. А там, в темноте, кто-то пристально за ними наблюдает. Этот чужой взгляд она буквально кожей чувствовала. Игнат же только смеялся над её страхами и пытался развлекать юморными роликами и шутками.

В какой-то момент Насте показалось, что за окном что-то мелькнуло. Она подошла к окну и стала пристально вглядываться в окружающую тьму, разбавленную только светом из их домика. И точно – там, куда свет уже не доставал, стоял человек. Кажется, женщина. Во всяком случае, Настя разглядела то ли длинные тёмные волосы, то ли какую-то накидку на голове. Женщина стояла неподвижно, Настя тоже застыла – от ужаса. А потом незнакомка стала жестами показывать, мол, иди ко мне. Тут Настя уже не выдержала, закричала. Игнат, который отлучился в душ, выскочил оттуда практически голым. Выслушал Настин рассказ, успокоил, как смог. А потом оделся, дошёл до припаркованной за домиком машины, взял оттуда большой мощный фонарь и стал освещать пространство перед домом. Настя выдохнула – никого. Почудилось?

Ужасно хотелось занавесить чем-то стеклянную стену, которая отделяла их от леса. Но ни в домике, ни у запасливого Игната в машине ничего подобного не нашлось. А к администратору Настя Игната не отпустила: сама бы она не пошла точно, одна оставаться тоже не хотела. Впрочем, можно было и на машине доехать, но Настя решила, что слишком много суеты из-за её глупых страхов. И решительно сказала, что всё в порядке и она больше не боится. Игнат пошёл домываться, попутно пожалев, что душ маленький и вдвоём они там не поместятся. А Насте велел найти какую-нибудь смешную комедию на планшете и смотреть её, а не в окно.

Настя так и сделала. Вернее, комедию она включила. Но в окно смотреть тоже не перестала. Потому что вариантов размещения в комнате было только два: лицом к окну или спиной. Спиной поворачиваться было слишком тревожно. Поэтому Настя смотрела в планшет, периодически бросая взгляды на заоконную тьму. И в какой-то момент зажала себе рот рукой, чтобы снова не закричать. Потому что рядом с домиком стояли уже три женских фигуры. И все три – манили к себе.

К счастью, вернулся Игнат. И Настя юркнула в душ, чтобы перестать думать о том, что она видела. Потому что это же просто бред какой-то, правда? Откуда тут взяться женщинам? В лесу, ночью? Или это администрация так прикалывается над постояльцами? Или Игнат решил сделать ей ещё один сюрприз и заказал участие в каком-нибудь хоррор-квесте?

Все эти версии не выдерживали никакой критики. Поэтому Настя решила, что ей всё же показалось. И вышла из душа с твёрдым намерением в окно больше не смотреть. А сразу лечь в постель и заняться приятным делом, отвлекающим от любых страхов. Так, собственно, и случилось. А бокал вина, который она выпила перед укладыванием, окончательно убрал все мысли и желания, кроме одного. И, издавая громкие счастливые стоны, Настя не думала, что кто-то их слышит. Да вообще ни о чём не думала. И заснула – как в тёмную пропасть провалилась.

Настю разбудил свет, бьющий прямо в глаза. Она хотела прикрыться рукой, но рука почему-то не послушалась. Впрочем, и вторая тоже. Настя открыла глаза. И закричала. Точнее, попыталась закричать, но не смогла. Потому что рот у неё был чем-то заклеен. А руки и ноги привязаны к бортикам кровати. За окном – ночь. А в глаза ей бил свет фонаря, который Игнат ещё вечером принёс из машины. Сам Игнат был тут же – стоял к ней спиной у кухонного столика и что-то на нём делал. Она забилась, замычала. Он обернулся. И она снова сделала попытку закричать.

Это был не Игнат. Точнее, фигура и одежда – Игната. А лицо – совершенно чужое. Никакой красоты. Даже цвет глаз – не льдисто-синий, а какой-то белёсо-блёклый. Незнакомец улыбнулся. Точнее, как-то глумливо осклабился:

– С добрым утром, Настенька!

Настя снова замычала, на этот раз от ужаса и непонимания. Не-Игнат подошёл к кровати и поправил ремни на её руках.

– Что-то рановато ты проснулась, у нас еще не всё готово к развлечениям. Ну и к шашлыкам.

От абсурдности происходящего Насте на самом деле захотелось снова уснуть. И проснуться правильно. Утром. С родным и знакомым Игнатом. В его объятиях. Она прикрыла глаза. И снова услышала голос незнакомца, который, как и фигура, почему-то оставался игнатовым.

– Не понимаешь, да? Боишься? Правильно. Так и надо. Все вы сначала с радостью ноги раздвигаете, а потом не понимаете и боитесь. И всех вас я наказываю. Потому что вы – плохие девочки. Хорошие так себя не ведут. Хорошие дома сидят и чужих мужиков к себе в дом не пускают. Даже если это Деды Морозы, хе-хе.

Настя продолжала лежать с закрытыми глазами. Под веками заблестели мокрые дорожки. А не-Игнат продолжал:

– Ты уже четвёртая шлюха за год, которую я буду наказывать. И все вы одинаковые. Принцев вам подавай. Смазливых и с шампанским. А вот такого меня не хочешь? Конечно, не хочешь. Красота – это тьфу. Элементарно сделать, ты и не заметила ничего, курица. А меня настоящего и не разглядела. Те дуры тоже не разглядели. Зато потом как плакали, как умоляли… И ты будешь плакать и умолять. Попозже. Но тебя никто не услышит. Потому что мы тут реально вдвоём. Больше – никого. А потом я уеду, а ты останешься. После того, как я тебя накажу. Может, хотя бы после наказания ты станешь хорошей девочкой. Я проверю. Хе-хе. На вкус.

Слёзы текли уже не ручейками, а полноводными реками. Она реально дура. Женщины в лесу – это же наверняка призраки тех несчастных, кто уже погиб. Они не пугали. Они выманивали её из дома – подальше от этого монстра. Который, наверное, вообще не человек, как бы он иначе менял лицо?.. Она испугалась их – и совершила ошибку. Бояться надо было того, кто рядом. Но есть ошибки, исправить которые невозможно. Мама с её мутными снами была права…

***

– В подмосковном глэмпинге, закрытом по техническим причинам, обнаружен труп молодой женщины с признаками насильственной смерти…

Девушка капризно надула губы:

– Милый, выключи это ужасное радио. Мы с тобой едем на романтический уик-энд, я не хочу слушать такие кошмары. Да и ты сумеешь меня защитить от всего на свете, правда же?..

– Конечно, солнышко!

Водитель переключил приёмник, и в салоне зазвучала зажигательная музыка. А его спутница подумала: «Надо же, такой красавчик – и весь мой… И глаза такие, как синий лёд…». Она улыбнулась своим мыслям. Водитель тоже улыбнулся. И облизнулся.