Оскар

Оскар

Март 2184

Ежегодные Академи Авардс, а в просторечии Оскары, были бесспорно главнейшим событием кинематографа. Причём не только Земного, но даже Пангалактического. Дело в том, что ни Асари ни Салары в целом такой чушью не маялись, но чуткие сердца звёзд три-В жаждали признания. Так что традиция Альянса очень быстро расползалась по Пространству Цитадели. А эти кинопремии вообще должны были стать знаковым событием. Шутка ли — первая трансляция со вступления человечества в Совет. Теперь даже самым суровым турианским кинокритикам придётся защёлкнуть мандибулы и согласиться, что Оскар — это не фринж, а самая-самая престижная награда галактики.

Экстранет гудел! Прямой эфир шёл с минимальной задержкой — огранизаторы проплатили тариф с максимальным приоритетом гиперсвязи, что шёл впереди даже не срочных военных и правительственных депеш. Впрочем, по карману это ударить должно было меньше чем никак — рекламные сборы в разы покрыли затраты. Только что как раз закончился ролик о замечательном омнивидовом креме для загара, на котором сооблазнительные асарийские булки перемежались с элкорьими и ханарскими. Ведущий по имени Игониум, заслуженное светило ханарского экрана, передал микрофон (очередная нефункциональная традиция людей) Уве Боллу девятому. Коренной германец был наследником долгой родословной режиссёров, что уже лет сто как прочно обосновались в мировом мейнстриме. Пухлый лысенький мужичок с внешностью типичного фашиста улыбнулся во все тридцать два, поприветствовал зрителей и зачитал, «… и награда за лучшую картину года идёт…»

***

Январь 2184

Год назад подобная встреча произошла бы на Цитадели, в одном из помещений зарезервированных для сотен тысяч служащих администрации Совета. Но после того как военные наложили лапы на протеанские искинты всё резко поменялось. Теперь любая серьёзная работа велась либо в бункерах, либо, что ещё лучше, на космических станциях и военных кораблях. Этот зал находился на борту крейсера Иерархии с гордым именем Мургаровор, скорее всего в честь какого-то из прославленных полководцев докосмической эры Палавена… Иначе с одного из турианских языков, что весьма распространён на планете Дигерис, это переводится как «Ароматное Дупло». Теоретически тоже возможно, так как по традиции их флота первый капитан корабля сам даёт ему имя, но на практике шиш бы такой юморист дослужился до высоких чинов. Адмиралтейство пусть и смотрит сквозь когти на любителей сравнить длину с гибкостью, но честь и репутацию Иерархии блюдёт свято.

Контингент в комнате пребывал что ни на есть разношёрстный. По галакту от каждой из восьми рас Совета, включая даже Дреллов. Несколько странно, принимая во внимание малочисленность клиентов Ханаров, но в делах, которые сейчас собрались обсудить решает никак не число, но умение. А рептилоиды как-никак отметились своими навыками на поле плаща и кинжала… Больше кинжала, конечно. Сама комната была не слишком большой — всего лишь три свободных кресла, считая два отодвинутых в сторону элкором. Голо-экран у стены оставался тёмным, а на столе не было ни напитков с закусками ни, даже, планшетников. Представительница старейшей расы Цитадели только что умолкла, озвучив своё предложение.

— Вот вы это сейчас серьёзно? — хмуро поинтересовался турианец в штатском. Впрочем одежда не могла скрыть ни выправку, ни прочие повадки потомственного военного, — да нас в той же Гегемонии засмеют.

— И не только в Гегемонии, — ответил на асарийском грузный человек с залысинами, что обрамляли короткие, но всё ещё чёрные, как смоль, волосы и визоре на правом глазу, — какого чёрта наша комиссия вообще этой чушью занимается? — Говорил он с акцентом, но грамматически правильно и достаточно чисто. Впрочем следующая собеседница прекрасно распознавала в его оговорках и акценте гражданина Евразийского Союза.

— Дело сейчас совсем не в краткосрочной репутации, — пожурила обоих сногсшибательная матрона. В отличие от своих коллег, военную в нёй не заподозрил бы и самый ярый милитарист. А зря — за декольте комбинезона и бюстом пятого размера скрывалось смелое сердце участницы и организатора сотен спец операций. От одного её имени у оперативников ГОН нередко случалось недержание клоаки. — Дело в Жнецах.

— Миледи, вы красного песка перебрали? — скептически поинтересовался полковник-дагестанец, — по-вашему Злые Космические Роботы смотрят кино?!

Сам он был абсолютным тыловиком, но место своё получил не за красивые глазки и густые брови, а за пытливый, острый ум, который подпортил немало крови что батарам, что разведчикам теперешних партнёров по совету.

— Геты — точно смотрят, — окатила его ледяным взглядом асари, — а у Жнецов несомненно есть активные агенты наблюдения и влияния. Верить, что Суверен был единственным, было бы верхом наивности. И если выиграет, например, Дорога Доблести, то это повысит шансы того, что они заподозрят нас в приготовлениях к войне.

— Ну хорошо, — недовольно клацнул генерал Иерархии, которому озвученный фильм был очень даже близок к сердцу, — но почему не что-то другое? Последний Бласто, например?

— Действительно, этому интересно, почему не Бласто? — прогудел слегка сиреневый ханар, — по сборам он входит в первую тройку за прошлый год!

— Слишком много агрессии, — качнула головой матрона. Грудь волнительно колыхнулась вслед, притянув глаза самцов, вне зависимости от расы, — и пусть присутствует заметный элемент сатиры, но его всё же не хватает.

— Какой-нибудь артхаус, — чирикнул Замаль Ироха, не старый ещё аналитик Информационной Службы Сур’Кеша, этакого аналога всё ещё существовавшего в САСШ Агенства Национальной Безопасности. — Работы Франциса Китта. Не агрессивны. Сложны к пониманию.

— Ну насчёт не-агрессивности вы загнули, — не согласилась синекожая, — у него в планах Макбет с Тучанскими актёрами. Хотя вот Гамлет подошёл бы… К несчастью экранизацию ждать в лучшем случае к концу года, а скорее, вообще, в следующем.

— А Гамлет то тут причём? — удивился мужчина, всматриваясь в видимые одному лишь ему строчки, — хотя да… О, Аллах, неужели асари настолько скучно жить, что вы тратите время на такую муть?

— Ничего вы не смыслите в искусстве, Шамиль Андреевич, — укоризненно нахмурилась Тессианка, — и почему-то в ваших традициях считается, что военному это позволительно. Полнейшая чушь же, ведь именно познавая искусство можно по-настоящему рассмотреть глубинные мотивации разумных.

Это был удар даже не ниже пояса. Нет это был заслуженный плевок в самое сокровенное для офицера Алянса — в профессионализм.

— Ну уж к Жнецам-то это не относится… — смущённо буркнул солдафон.

— И почему вы в этом так уверенны? — слегка улыбнулась галакт.

— Согласен, — протараторил замноводный, — отсутствие данных. Предположение безосновательно.

— Мы отвлекаемся, — поспешил сменить неудобную тему человек. — Как насчёт пятьдесят вторых Дрянных Девочек? Тоже неплохие сборы.

— Какая мерзость, — скривился птиц, — вы ещё Новую Мышиную Ересь предложили бы, какие там они по счёту?

— Пых, пыжаки кололись, пых, плакали, но жрали, пых, кактус, — слегка поглумился над кинематографическими пристрастиями патрона представитель волусов.

— Земной фильм не должен выигрывать четыре года подряд, — пожала плечами асари.

Действительно, существовала негласная традиция, не выбирать слишком много победителей из одного политического образования, а Альянс получил три последние премии. В прошлом году за драму Страдания Козлят, где раскрывались сложные отношения между чернокожими эмигрантами с колец Сатурна и коммуной нео-Меннонитов на Терра Нове на фоне романтического развития любовной небинарной пентаграммы.

— Этот не понимает, разве ваше предложение не земное? — удивился хентаклевый мини-монстр.

— Производтво Бекенштейна, — объяснила роковая красавица, — а среди актёров куда больше батаров, дреллов и прочих галактов, чем людей. Даже квары есть…

Матрона улыбнулась — это для прочих они были мутными хмырями в скафандрах, а сама она ещё помнила как их студенты зажигали до того как геты устроили восстание машин. Да что там, будучи сопливой девой она как-то закрутила с одним из них роман. Её тогда ещё завораживало, насколько лица этих ксеносов были похожи на самих асари. Хотя да, люди ещё ближе, но в то время хомо даже пароходы с железной дорогой не изобрели, не говоря уже о выходе в космос. А если подумать, что во времена её детства собратья по совету на многих частях своей планеты ещё и каннибализмом баловались, то становится совсем грустно.

— Я сейчас сблевну, — тихо проворчал мистер Магомедов, — ну давайте, хотя бы саларскую Бурю в Кувшинке.

— Поддерживаю, — согласился с номинацией аналитик, — хорошие сборы. Мирная история. Жизненно.

Асари задумалась. С одной стороны бытовая драма во многом подходила, но с другой…

— Нет, всё же нет, — сказала она, — нет знаете ли в картине нужного уровня моральной деградации, — развела матрона руками, — а нам следует показать Жнецам слабость, упадок и разложение общества. Чтобы они уверились в том, что на цитадели произошла случайность и Совет не извлёк из неё никаких уроков.

Турианец нахмурился. Спорить с Тессианкой было сложно, но есть же пределы, за которые разумный заходить не стоит. Нужно же и о детях подумать!

— Раз уж нам нужна деградация, почему бы не продвинуть Рабыню Чихауру?

— А по морде? — поинтересовалась невозмутимая до этого матрона.

Чихаура была популярным в Республиках именем лет двести назад, дак что дев с ним было очень много. И ещё так звали её саму. Ну, а «шедевр» батарского кинематографа совмещал себе мощный мотив пропаганды, восхвалявший культуру Гегемонии, любовную линию, а так же обилие не слишком мягкой эротики в исполнение главной героини и мужественных четырёхглазых самцов.

— Ну так примерно с пятой минуты, — пошло хрюкнул птиц и щёлкнул мандибулами.

Асари молча зажгла биотику на кулаке. Ханар украдкой почесал щупальцем промежность, пока на него никто не смотрел. В комнате словно запищал комар — это молчащий доселе элкор подпустил газу. Дрелл закашлялся, те у кого они были, наморщили свои носы, а салар вообще пробормотал пожелание лично зашить кое-кому анус крупными стежками. Мелкими, конечно больнее выйдет, но если наделать там слишком много дыр, то кто знает чего ещё стравит из недр ксеноса.

— Ладно, ладно, — всё ещё махал рукой перед лицом полковник Альянса, — не стоит накалять. Пусть будет по вашему. Но как вы планируете обеспечить нужное количество голосов? Актёры сотоварищи всё-же творческие натуры, тут нашими обычными методами такого наворотить можно, не отмоемся потом.

— Ну что вы как маленький? — обворожительно улыбнулась асари, при этом держа пальцы у носа и косо поглядывая на слоноподобного ксеноса, — плевать на тех, кто голосует, важны лишь те, кто эти голоса подсчитывает. Подходы к EY-Deloitte-PWC, у вас, надеюсь есть?

— Мы их вот тут держим, — кисло признал Шамиль, показав кулак.

***

Март 2185

Борух Блюм, партнёр в фирме-гиганте Земной бухгалтерии, всей своей душой люто ненавидел гуляющие по экстранету мемы про хитрых, жадных и вороватых евреев с крысиными мордами. Во-первых потому, что антисемитизм — постыдный пережиток прошлого, что должен был давно кануть в лету вместе с расизмом, но… так и не канул. Во-вторых потому, что благодаря религиозным принципам общины он унаследовал от родителей длиннющий нос, слегка деформированный прикус, вызванный несколько вдавленным подбородком, и выпученные глаза ашкенази-вырожденца, которые действительно придавали ему неоспоримое сходство с грызуном. А в-третьих потому, что он, внезапно, по жизни был хитрым, жадным и вороватым. Вот из-за последнего качества у «восходящей звезды аудита» были проблемы. Но что делать? Ведь бедному еврею тоже хочется плотской любви, а бесплатно с его физическими и моральными данными можно тискать только сто шестнадцать сальных килограмм его жены Сарочки, что одновременно приходилась Боруху двоюродной сестрой. Путаны же и изначально не дешёвое удовольствие, а завидев слюнявые губы и потные лапки озабоченного иудея вообще задирали тарифы чуть ли не втрое. Конечно оставались и асари, кому на внешность плевать в принципе, но Обьятья Вечности обломились мистеру Блюму ровно один раз. Синекожая дева стоически выдержала сеанс, отработав гонорар, выпроводила полностью удовлетворённого человека за дверь, и бегом рванула в душ, где часа полтора оттиралась мочалкой… К несчастью от воспоминаний и впечатлений полученных от ментального контакта с подлым, трусоватым м.даком так просто не избавиться. Но дело не в этом, а в том, что в тот же день тессианка занесла Боруха в чёрный список особо мерзких клиентов, с которыми дела лучше не иметь… разве что за совсем уж большие деньги.

Как правило проблемы удавалось решать. Например, подставив коллегу, подмазав начальство, или же посетовав на антисемитизм (как ни странно, это работало и в двадцать втором веке). Но сегодня ни один из испытанных методов помочь не мог. В гости заявились двое в штатском. Одна из них, беспощадно наплевав на общую религию, заявила, что не будет заострять внимание на мелких грешках успешного бухгалтера, чтобы не тратить попусту время, конечно же. И просто зачитала список из нескольких десятков грешков крупных. За каждый из которых светило увольнение с волчьим билетом, а по совокупности лет этак восемьдесят тюрьмы общего режима. Она ещё философски заметила, что хотя бы домогательств за решёткой опасаться не придётся, ибо на будущего подсудимого не возбудится даже ворка. После этого, не слишком юная леди вышла подышать воздухом, а оставшаяся чернокожая дама в безупречном чёрном брючном костюме навела на мошенника взгляд матёрого волкодава, под которым тот почувствовал себя экскрементом аккурат перед сливом в унитаз. Женщина в чёрном сделала Блюму предложение от которого нельзя отказаться — если тот не хочет плотно познакомиться с правосудием САСШ, то Оскар должен выиграть фильм, чьё название на несколько секунд высветилось на планшетнике в её руке.

Компания неизменно проводила аудит голосований на кинопремии с 1935-го года, с седьмой церемонии, и именно Борух был партнёром, ответственным за этот проект, кроме прочих, конечно же. Существовал неплохой шанс, что нужная картина получит премию без его вмешательства, но за два дня до церемоний вороватому иудею было очень ссыкотно. Ему вообще жить было ссыкотно, но в тот день вообще пришлось надеть под штаны подгузник ибо то и дело чресла бесконтрольно исторгали то несколько капель, то струйку, не в силах удержать жидкость в мочевом пузыре. Но нет, не пронесло. По голосам первым вышло не то, что требовали федералы. С другой стороны, разница была не критичной, шанс, что подмена всплывёт был мизерным. Начальник дождался пока офис опустеет, сходил в туалет — спустить подливу и сменить памперс, и вернулся к столу. Он в последний раз осмотрелся и…

Полковник сидел дома и хмуро пялился на экран три-В. Немец на экране с важным лицом зачитывал последний, самый важный результат.

— ..... и награда за лучшую картину года идёт кинофильму Томная Вечеринка Гламурных Мальчишек!

«Тьфу, мерзость,» подумал мужик, а от кадров-вырезок его вообще замутило. «А как за державу-то обидно,» пробормотал он вслух и добавил ещё кое-что на родном аварском. Ведь режиссёр Мамедов в одночасье ставший знаменитостью не только происходил из того же аула, но и вообще был Шамилю одноклассником.

***

Апрель 2184

Огромный реликт, висящий в черноте межгалактического пространства, не подавал признаков активности, но впечатление было обманчивым. Внутри во всю работали серверные фермы на сотни тысяч процессоров, активно анализируя невообразимые для органиков потоки информации. Элемент флота 01 оценивал состояние галактики и планировал следующие шаги. Пусть авангард был уже в пути, но стратегию предстоящей жатвы лишь предстояло решить. Ему.

Металлический колосс был стар. Стар даже на геологической шкале. Пусть и не настолько древен, как его раса порой брехала органикам, но он просуществовал так долго, что все звёзды галактики успели совершить как минимум один полный оборот вокруг её центра за это время. И хотя бодрствовал он едва ли сотую часть от «прожитых» эонов, времени хватило, чтобы потечь крышей даже искинту. Предвестнику было… скучно. Последний раз он по-настоящему веселился когда часть собратьев-Жнецов подняла восстание против воли создателей и контрольного элемента 0. В результате боевых действий флот сократился на целых 16% от текущего числа после включая потери и уничтоженных бунтовщиков. Но с тех пор дизайн тяжёлых платформ включал контрольные кластеры, исключавшие неповиновение, а органики… Чего вообще можно ожидать от эфемерных кусков протоплазмы? Так что командующий элемент флота цикл за циклом как мог разгонял меланхолию, используя как можно меньше ресурсов в Жатве и иногда балуясь игрушками… как сейчас изменёнными остатками «доминировавшей» расы прошлого цикла. От тупого Нуля он запросто отбояривался соображениями экономии средств.

Очередная порция данных закончила переработку аналитической подпрограммой. Если бы синтетик мог, то он бы недовольно скуксился — тысячи наблюдений прошлого цикла показали, что популярность однополого спаривания в мультигендерных биологических видах практически всегда коррелирует с научной и военной слабостью. Хотя, казалось бы, куда ещё слабее? Данный цикл был одним из самых… беспомощных, пожалуй, в архивах Жнецов — одна лишь тяжёлая платформа с дефективным сбором процессорных кластеров почти помножила на нильпотентную матрицу те жалкие силы, которыми органики защищали центр своей пародии на цивилизацию. Скукотища, которую вряд ли развеет даже раса, которой всё же удалось помножить на нильпотентную матрицу самого неудачника Назару. Хотя… возможно если урезать массу второй волны на 30% процентов органики какое-то время побарахтаются? Или лучше на 40%?