Осколки

Часы показывали десять. Глядя в запотевшее зеркало, Азиз остервенело сбривал короткую щетину. Иногда ему хотелось отрастить себе густую, окладистую бороду, но волоски на лице росли редко и вразнобой. А было бы неплохо удивить Азизу новым имиджем, когда она вернётся от родителей.

Рука дрогнула, и бритва неловко соскользнула. На покрытой пеной щеке появилась бороздка, которая моментально наполнилась кровью. Настроение окончательно испортилось.

Он познакомился с Азизой в кафе. Она сидела там с подружками. Он - ждал другую, которая так и не пришла тем вечером. Они с женой теперь шутят, что это судьба, и та девушка почувствовала - она лишняя. С того дня Азиз и Азиза не расставались. Друзья шутили над тем, что у них даже имена одинаковые. Влюблённые лишь улыбались в ответ, мол, что хотите - судьба.

Сегодня его Азиза улетела из Астаны в свой родной, слепяще-жаркий Актау. В первый раз за два года. Одна. А он не смог - сменная работа, убийственный график: сутки через двое, бесконечные подработки. Последние полгода он не видел выходных - им с Азизой нужен был свой дом.

Азиз включил телевизор. Он редко его смотрел, но сегодня пусть будет. Его бессмысленный бубнёж лучше, чем тишина и полное одиночество.

Сквозь тихий рокот кофеварки пробивались последние новости. Хорошо поставленный дикторский голос что-то говорил о страшной трагедии. Азиз прислушался и любимая чашка жены выпала из рук и разбилась. Голубые брызги осколков разлетелись по шершавому кухонному кафелю.

"Сегодня утром при взлёте разбился рейс Астана-Актау. Выживших нет" - спокойно проговаривал каждое слово холёный мужчина в костюме.

У Азиза затряслись руки. Его любимая... Его Азиза... Она была там. Как же так? Она ведь даже не поцеловала его перед отъездом: проспала, да и такси уже подъезжало к дому.

Парень медленно опустился на стул, но сразу же снова поднялся с места. Нужно срочно всё узнать, найти списки погибших, позвонить авиаперевозчику. Может быть, это какая-то ошибка? Может быть Азиза жива? У него закружилась голова. Что же теперь делать? Как жить дальше?

Список погибших нашёлся в интернете.

Двенадцатой стояла фамилия жены.

У Азиза потемнело в глазах. Качаясь, как пьяный, парень даже не вышел, а выполз на улицу. Он ничего не слышал, ничего не видел и не понимал, куда идёт. Мир отгородился от него стеной: невидимой, но непреодолимой. Там, за неосязаемой преградой безмятежно сияло лето, пели птицы, бездомные кошки выпрашивали корм у прохожих. А он здесь медленно умирал вслед за своей любимой. Мелькали дома, светофоры, равнодушные лица прохожих. В оживлённом городе-миллионнике никому не было дела до него и его беды.

Азиз не услышал, как испуганно взвизгнула машина на перекрёстке, и не почувствовал удара. Мужчина увидел только, как плавно, словно в замедленной съёмке, он летит через капот и со вздохом облегчения провалился в тишину.

- Азиза, я иду к тебе, - с трудом прохрипел он разбитым ртом и безвольно запрокинул голову.

Открыть глаза получилось с трудом. В нечёткой, подёрнутой дымкой комнате слышался писк медицинских приборов. Интересно он в аду или в раю? Для ада всё чересчур спокойно, для рая - слишком больно.

Рядом сидела девушка. Азиз улыбнулся, несмотря на то, что болели даже губы - он в раю. Он сразу же узнал в размытой фигурке свою Азизу. Теперь они навсегда вместе.

Азиза легко дотронулась до его щеки и поцеловала.

- Наконец-то ты очнулся. Доктор сказал, что травмы серьёзные, но жизни уже ничего не угрожает. Знаешь, я тогда прошла регистрацию и даже села в самолёт, но вспомнила, что не поцеловала тебя утром. И передумала лететь. Решила вернуться за твоим поцелуем. И это спасло мне жизнь.

Парень зажмурился. Он не умер, и Азиза - тоже. Это не рай, а городская больница. Из-под слипшихся от гноя ресниц катились крупные слёзы.

Азиз улыбался и плакал.