Осколки будущего 3

Будильник орал так, словно я задолжал ему денег. Причем много.

Я с трудом разлепил глаза и хлопнул по телефону. Семь утра. Прекрасно. Пора вставать, идти на завод, крутить гайки и делать вид, что моя жизнь имеет глубокий смысл.

Сел на кровати, почесал живот. Темно.

Ну, зима же, подумал я. В Питере зимой солнце — это миф, как честные депутаты или бесплатная медицина. Встал, нашарил тапочки. Левый нашелся сразу, правый, как обычно, партизанил где-то под диваном.

— Выходи, подлый трус, — проворчал я, выуживая беглеца.

Щелкнул выключателем. Лампочка моргнула и осветила мою холостяцкую берлогу. Обои местами отклеились, шкаф помнил еще Брежнева, а на столе грустила недоеденная вчера пицца.

Поплелся на кухню. Чайник, кнопка, шум закипающей воды. Рутина.

Глянул в окно. Чернота. Не просто сумерки, а густая, липкая темень, хоть ножом режь. Фонари во дворе не горели. Странно. Обычно ЖКХ экономит на чем угодно, но свет во дворе гасят только к восьми.

Взглянул на часы на микроволновке. Семь тридцать.

— Чего?

Посмотрел на телефон. Семь тридцать одна.

— Глюк?

Перезагрузил мобильник. Яблоко на экране надкушено, система грузится. Семь тридцать три.

За окном — ни лучика. Вообще.

Я подошел к стеклу вплотную, прижался лбом. Холод пробрал до костей. На улице стояла тишина. Гробовая. Ни машин, ни дворников, скребущих лопатами асфальт, ни вечно орущей сигнализации соседа снизу.

— Эй, народ! — крикнул я в пустоту квартиры. — Кто свет выключил?

Никто не ответил. Логично. Живу один.

Вышел в подъезд. Там горела тусклая лампа. На лестничной клетке стоял Пашка, мой сосед. В трусах с сердечками и майке-алкоголичке. Вид у него был, мягко говоря, ошарашенный.

— Кирюха, — прошептал он, глядя на меня круглыми глазами. — Ты это видел?

— Что именно? Твои трусы? Впечатляет, но я предпочитаю девушек.

— Да иди ты! В окно глянь! Время восемь, а там ночь!

— Ну, пасмурно. Тучи.

— Какие к черту тучи?! — Пашка схватил меня за плечо. Рука у него дрожала. — Я бате звонил во Владивосток. У них там день должен быть. А у них ночь!

— В смысле?

— В прямом! Темно везде! Солнце не встало!

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Не от сквозняка.

— Бред. Может, затмение?

— На сутки?!

Дверь соседней квартиры распахнулась. На пороге возникла Лена. Учительница физики, умница, красавица, но характер — сталь в шоколаде. В руках она держала планшет, лицо белее мела.

— Это не затмение, — отрезала она. — Я проверила астрономические карты. Никаких событий не планировалось.

— Ленка, скажи, что мы просто проспали, — взмолился Пашка. — Или что это розыгрыш!

— Какой розыгрыш, идиот? — она ткнула пальцем в экран. — Связи нет. Интернет работает с перебоями, но последние сообщения из Японии и Америки одинаковые. Темнота. Везде.

Мы переглянулись. Ситуация переставала быть томным утром понедельника и стремительно скатывалась в сценарий дешевого голливудского апокалипсиса.

— Так, без паники, — я постарался придать голосу уверенность, которой не чувствовал. — Давайте рассуждать логически. Если Солнце погасло...

— Мы все умрем! — взвизгнул Пашка. — Замерзнем! Превратимся в ледышки!

— Не сразу, — Лена поправила очки. Голос у нее дрогнул, но профессиональная привычка объяснять двоечникам прописные истины взяла верх. — У Земли есть атмосфера. Океаны накопили тепло. Остывание займет время.

— Сколько? — спросил я.

— Неделю. Может, две. Потом температура упадет до минус ста. Атмосфера сконденсируется и выпадет снегом.

— Жидким азотом, — поправил я.

— Не умничай, — огрызнулась она. — Суть одна. Нам конец.

— А гравитация? — Пашка начал метаться по площадке, шлепая тапками. — Если Солнце исчезло, мы же должны улететь? Сойти с орбиты!

— Должны, — кивнула Лена. — Гравитационный сигнал распространяется со скоростью света. Через восемь минут после исчезновения звезды мы должны были отправиться в свободный полет.

— И? — я посмотрел на потолок, словно ожидая, что он сейчас улетит. — Мы летим?

— Не чувствую, — буркнул сосед.

— Мы бы и не почувствовали, — вздохнула учителка. — Земля просто полетела бы по касательной. Прямо в открытый космос. Но центробежная сила никуда не делась бы.

— Значит, Солнце на месте? — уточнил я. — Просто не светит?

— Масса на месте, — Лена нахмурилась. — Если бы пропала масса, нас бы уже трясло от приливных сил или еще какой-нибудь гадости. А тут... Просто выключили свет.

— Как лампочку, — ляпнул Пашка.

Мы замолчали. Сравнение было дурацким, но пугающе точным.

— Надо валить, — вдруг заявил сосед.

— Куда? — удивился я. — На Мальдивы? Там тоже темно, Паш.

— В магазин! За продуктами! Сейчас паника начнется. Гречку сметут! Туалетную бумагу!

— О да, — усмехнулся я. — Помирать, так с чистой задницей. Это по-нашему.

— Смейтесь-смейтесь! А жрать что будете? Подошву от ботинок?

Пашка метнулся в квартиру, хлопнул дверью. Через минуту выскочил уже в пуховике, натягивая шапку на ходу.

— Я с ним, — Лена сунула планшет в сумку. — Кирилл, не стой столбом. Если это надолго, продукты и правда понадобятся. И вода. Насосы встанут без электричества.

— Электричество пока есть.

— Пока ТЭЦ работают. А они работают на топливе. Подвоз встанет — света не будет.

Логика в ее словах была железобетонная. Я вздохнул, вернулся домой, натянул джинсы, свитер, куртку. Схватил рюкзак. Подумав, сунул во внутренний карман охотничий нож. Мало ли. В темноте люди звереют быстрее, чем волки.

На улице творился хаос.

Люди высыпали из подъездов. Кто-то светил фонариками, кто-то телефонами. Лучи плясали по стенам домов, выхватывая испуганные лица. Гул голосов нарастал, превращаясь в единый стон страха.

— Солнце украли! — визжала какая-то бабка у лавочки. — Это американцы! Климатическое оружие!

— Какие американцы, дура старая! — орал мужик в трениках. — Это инопланетяне!

— Конец света! Кайтесь, грешники!

Мы с Леной и Пашкой держались вместе. Сосед вцепился в тележку из супермаркета, которую где-то спер, и пер ее перед собой, как таран.

— В "Пятерочку", — командовал он. — Там консервы.

— Погоди, — я остановился, задрал голову.

Небо. Оно было черным, но не таким, как ночью. Звезд не было. Ни одной. Сплошная, матовая чернота. Будто кто-то накрыл город гигантским тазиком.

— Где звезды? — спросил я.

Лена подняла голову. Очки блеснули в свете уличного фонаря.

— Облачность? — предположила она неуверенно.

— Нет. Ветер дует. Тучи бы двигались. А это... Оно стоит.

— Может, пыль? — Пашка нервно оглядывался. — Космическая пыль? Если Земля вошла в туманность?

— Тогда бы Солнце померкло постепенно, — возразила физичка. — А тут раз — и тьма. Это что-то другое.

Внезапно фонари моргнули. Раз. Два. И погасли.

Толпа взвыла. Тьма навалилась мгновенно, плотная, осязаемая. Только сотни экранов мобильников создавали призрачное свечение, похожее на рой светлячков в банке.

— Началось, — прошептал Пашка. — Электростанции встали.

— Рано, — я включил свой фонарик. Мощный луч прорезал темноту. — ТЭЦ так быстро не останавливаются. Это аварийное отключение. Или...

— Или кто-то дернул рубильник, — закончила Лена.

Мы добрались до магазина. Витрины были темными, двери заблокированы. Но народ это не остановило. Звон разбитого стекла возвестил о начале новой эры — эры мародерства.

— Нам туда нельзя, — я удержал Пашку за куртку. — Затопчут.

— Но жрать-то надо!

— У меня дома запас макарон на месяц. И тушенка. Пошли обратно. На крышу.

— Зачем?

— Посмотреть. Оттуда виднее.

— На что смотреть? На темноту? — истерил сосед.

— На город. И на небо. Мне не нравятся эти звезды. Точнее, их отсутствие.

Мы долго поднимались пешком на шестнадцатый этаж. Лифт, разумеется, сдох. Пашка пыхтел, Лена молча шагала, освещая ступени. Я шел замыкающим, сжимая рукоять ножа в кармане. В подъезде было тихо, слишком тихо. Люди либо выбежали на улицу, либо забаррикадировались в квартирах.

Выбрались на крышу. Холодный ветер ударил в лицо.

Город внизу напоминал море, в котором плавали островки света — фары машин, фонарики, костры в бочках (кто-то уже успел подсуетиться).

Но самое страшное было наверху.

Я направил луч своего фонаря в небо. Мощный светодиод бил на сотни метров. Луч ушел ввысь и... уперся.

— Твою ж мать... — выдохнул я.

— Что там? — Лена подошла ближе.

— Смотри.

В метрах пятистах над нами, в грязно-серой дымке, луч света выхватил нечто. Структуру. Это было похоже на гигантскую, невероятно огромную... сетку. Шестиугольные ячейки, каждая размером с футбольное поле, слабо мерцали.

— Это что, силовое поле? — Пашка чуть не выронил тележку, которую зачем-то затащил наверх.

— Больше похоже на экран, — пробормотала Лена. — Жидкокристаллический. Или плазменный. Гигантский экран вокруг Земли.

— Зачем?

— Чтобы показывать нам мультики? — нервно хохотнул я.

В этот момент "небо" дрогнуло. По сетке прошла рябь, словно по воде. А потом...

Загорелась надпись.

Огромные, пылающие красным буквы, перекрывающие полнеба. На русском языке. Хотя нет, сначала были иероглифы, потом английский, потом русский. Текст менялся, чтобы каждый муравей внизу мог прочитать.

"ВНИМАНИЕ. ТЕХНИЧЕСКИЙ ПЕРЕРЫВ. ЗАМЕНА ОСВЕТИТЕЛЬНОГО МОДУЛЯ. ОЖИДАЕМОЕ ВРЕМЯ: 2 ЧАСА. ПРИНОСИМ ИЗВИНЕНИЯ ЗА НЕУДОБСТВА. АДМИНИСТРАЦИЯ"

Мы стояли и смотрели на это объявление. У меня отвисла челюсть. У Лены выпал планшет. Пашка просто сел на гудрон крыши.

— Осветительный модуль? — переспросил я. — Они хотят сказать, что Солнце — это лампочка?!

— А мы кто? — голос Лены сорвался на визг. — Тараканы в банке?

— Эксперимент, — меня осенило. — Мы в грёбаном террариуме. Весь наш мир, космос, звезды — это декорации.

— Шоу Трумана, только планетарного масштаба, — добавил Пашка. — А я, дурак, ипотеку на двадцать лет взял...

Внезапно буквы исчезли. Вместо них появилась картинка. Гигантское лицо. Оно было серым, вытянутым, с огромными черными глазами без белков. Классический инопланетянин, как в дешевых комиксах. Только этот выглядел уставшим. На нем была какая-то роба с бейджиком.

Он кашлянул. Звук прогремел с небес, как гром, заставив вибрировать стекла в домах.

— Кхм. Жители сектора Земля-42. Говорит старший техник Зг-Ррр-Ах. У нас тут небольшая авария на подстанции. Перегорел главный термоядерный излучатель. Ну, тот, что вы Солнцем зовете. Запчасть уже везут со склада в туманности Андромеды. Потерпите немного. Чтобы вы не скучали и не поубивали друг друга в темноте, мы включим резервное освещение и запустим развлекательный протокол.

— Какой протокол? — насторожился я.

— Протокол "Выживание", версия 2.0, — радостно сообщил инопланетянин. — Монстры, магия, уровни. Всё как вы любите в своих книжках. Развлекайтесь. Свет дадут скоро. Но не всем.

Экран погас.

— Что он сказал про монстров? — Пашка вжался в парапет.

Снизу, со двора, донесся жуткий вой. Не собачий. Не человеческий. Это был звук рвущегося металла и голодного рычания.

Я посмотрел вниз. В свете костров замелькали тени. Быстрые, сгорбленные, с длинными конечностями. Они прыгали по машинам, взбирались на стены.

— Твою дивизию, — я выхватил нож. — Лена, у тебя дома есть что-то тяжелое?

— Гантели мужа. И топор для мяса.

— Тащи. Пашка, тележку свою бросай, она не поможет. Хватай арматуру, вон валяется.

— Мы будем драться? — сосед трясся, как осиновый лист.

— У нас нет выбора, — я усмехнулся, хотя внутри все сжалось в ледяной комок. — Администрация объявила ивент. Придется участвовать.

В этот момент перед моими глазами вспыхнула полупрозрачная голубая табличка:

"Добро пожаловать в Систему, Игрок Кирилл! Вам начислен бонус за спокойствие: навык «Стальные нервы». Получить?"

Я нажал "Да". Страх исчез. Осталась только холодная ярость и желание набить морду тому технику, который перепутал провода.

— Ну что, народ, — я обернулся к друзьям. Глаза мои, наверное, светились безумием, потому что Пашка икнул, а Лена поправила очки с видом обреченной героини. — Кажется, скучная жизнь закончилась. Погнали фармить опыт?

Снизу раздался скрежет когтей по бетону. Первая тварь уже лезла на крышу. Она была похожа на гигантского богомола, только из мяса и слизи.

— Фу, гадость, — поморщилась Лена и перехватила поудобнее кусок кирпича. — Это антинаучно. Хитин такого размера не выдержит собственный вес при нашей гравитации.

— Скажи это ему, — я кивнул на монстра, переваливающегося через край.

— Эй, членистоногое! — крикнула училка. — У тебя квадратно-кубический закон нарушен!

Тварь зашипела и прыгнула.

Я шагнул вперед, уходя перекатом в сторону, как учил Босс... стоп, какой Босс? Ах да, это из книги, которую я читал вчера. Но тело сработало само. Нож вошел твари под хитиновую пластину на шее. Брызнула зеленая жижа.

"Вы убили Малого Скарабея Пустоты. Получено 10 очков опыта."

— Работает! — заорал я. — Пашка, бей его по лапам!

Сосед, зажмурившись, с размаху опустил арматуру на голову уже дохлого жука. Хрустнуло смачно.

— Я убил его? — он открыл один глаз.

— Добил. Помощь засчитана.

Мы стояли на крыше шестнадцатиэтажки, посреди погруженного во тьму мира, который оказался всего лишь старой лампочкой в чужой лаборатории. Снизу лезли новые твари. Сверху мерцала сетка фальшивого неба.

А я улыбался.

Потому что завтра мне не надо было идти на завод. Завтра вообще могло не наступить. Но сегодня мы еще повоюем.

— Лена, какой там следующий закон физики мы можем нарушить? — спросил я, вытирая нож о штанину.

— Закон сохранения энергии, — она хищно улыбнулась. — Кажется, мы только что получили источник бесконечной энергии. Из этих тварей падают светящиеся камни.

Она подняла с крыши маленький кристалл, выпавший из жука. Он сиял теплым, солнечным светом.

— Вот и наше новое солнце, — сказал я. — Свое, карманное. Ну что, Хранители подъезда, за работу?

Впереди была долгая ночь. Но мы справимся. Мы русские, мы к ЖКХ привыкшие. А уж инопланетян с их тараканами как-нибудь переживем.

Главное — картошку успеть посадить, пока они свет не дали. А то вдруг опять отключат?

Мы спустились на этаж ниже, в квартиру Лены. Там было спокойнее, хотя дверь пришлось забаррикадировать шкафом. Пашка все еще сжимал арматуру, побелевшими пальцами вцепившись в ржавый металл.

— Слушайте, — начал он, когда мы отдышались. — А если это не инопланетяне? Если это... ну, тест?

— Тест на что? — я рылся в ящике с инструментами мужа Лены. Нашел молоток. Отличная штука, увесистая.

— На вшивость. Или мы в коме. Все вместе. Коллективная галлюцинация от паленой водки.

— Я не пью, — отрезала Лена, разливая по кружкам воду из чайника. — И Кирилл не пил.

— Значит, инопланетяне, — вздохнул сосед. — Лучше бы водка...

Снаружи снова грохнуло. Дом содрогнулся. Кто-то очень большой топал по улице. Я выглянул в окно, стараясь не высовываться.

В свете кристалла, который Лена положила на стол (он светил ярче стоваттной лампочки), я увидел Тень. Она была выше пятиэтажки. Что-то вроде слона на паучьих ногах. Оно шло сквозь дома, просто раздвигая стены плечами.

— Уровень угрозы: Экстремальный, — всплыла надпись перед глазами. — Бегите, глупцы.

— Спасибо, Кэп, — буркнул я. — Ребята, тут Годзилла местного разлива гуляет. Нам нужно оружие посерьезнее.

— У меня есть идея, — Лена вдруг оживилась. — Если это "игра", то тут должен быть крафт. Создание предметов.

— Ты переиграла в свои фермы на планшете?

— Нет. Я физик. Смотри.

Она взяла кристалл и приложила его к кухонному ножу. Кристалл мигнул и... впитался в металл. Лезвие ножа засветилось, по нему побежали искры.

— Ого, — сказал Пашка. — Лазерный меч джедая?

— Вибро-нож с плазменной кромкой, — поправила она. — Ну, в теории. Кирилл, попробуй.

Я взял нож. Он стал легче, словно потерял вес. Вздохнул и полоснул по дубовой столешнице. Нож прошел сквозь дерево, как сквозь масло, оставив дымящийся разрез.

— Охренеть, — выдохнул я. — Ленка, ты гений!

— Я знаю. А теперь давайте соберем все кристаллы, что найдем. Нам нужно укрепить дверь, сделать оружие и...

— И посадить картошку? — усмехнулся я, вспоминая свои мысли на крыше.

— Нет. Нам нужно добраться до той подстанции.

— Куда?! — мы с Пашкой хором уставились на нее.

— До подстанции, про которую говорил пришелец. Он сказал, что запчасть везут. Значит, где-то есть портал или лифт наверх. Если мы доберемся до техника...

— То что? Набьем ему морду?

— Попросим выключить монстров. Или хотя бы дать чит-коды.

План был безумным. Самоубийственным. Идиотским.

— Мне нравится, — сказал я. — Все лучше, чем сидеть и ждать, пока паук-слон решит почесать спину об наш дом.

— Вы психи, — Пашка сполз по стене. — Но я с вами. У меня ипотека, мне помирать нельзя, банк убьет.

Я посмотрел на своих спутников. Ботаничка с замашками терминатора и ипотечник с арматурой. Команда мечты. Спасители человечества.

— Тогда выступаем, — я крутанул светящийся нож в руке. — Система, показывай путь.

И в темноте, пронизанной воем чудовищ, загорелась тонкая зеленая стрелка. Прямо в небо.

Утро не наступит. Мы сами его включим.