Осколки Могущества. Том 1

Как же тяжело дышать.

Бежать по лесу с рассеченным мечом боком было просто невыносимо, и если бы не подстегивавший его панический страх, то Адри, наверное, уже давно свалился бы замертво. Он оперся на ствол ближайшего дерева, чтобы отдышаться, и прислушался — вдали раздавался собачий лай. Значит, они все еще шли по следу. Если его поймают, то прикончат на месте.

Адри опустил взгляд на неприметный тканевый сверток, который бережно прижимал к груди. Уже в который раз его подмывало бросить свою ношу, ведь сверток был вовсе не легким, да и преследователи вполне могли успокоиться, получив желаемое. Однако, спустя секундное колебание, Адри покачал головой, гоня соблазн прочь. Он понятия не имел, зачем этим людям была нужна странная вещица, завернутая в тряпицу, но она была последним, что у него осталось, и Адри не собирался так просто с ней расставаться.

Лай приближался, и голоса преследователей начали звучать отчетливее. Без сомнения, собаки чуяли кровь. Рана не только ослабляла Адри, но и выдавала его местоположение. Он медленно отнял окровавленную руку от левого бока и, скривившись от боли, взглянул на глубокий порез. Даже если ему каким-то чудом удастся избежать поимки, что делать с этим?

Однако беспокоиться о будущем было некогда. Собравшись с духом, Адри оттолкнулся от дерева и снова пустился бежать. Несся спотыкаясь, не разбирая дороги, ветви хлестали его по лицу, сырой лесной воздух мучительно терзал грудь, а каждое усилие мышц отдавалось болью в раненом боку.

Хрясь!

Запнувшись за корень, Адри рухнул в холодную грязь. Это конец, у него не осталось сил даже подняться. Дыхание вырывалось из груди сдавленным хрипом, взор затуманили боль и отчаяние. Скоро его найдут и, без сомнения, прикончат, как всего несколько минут назад прикончили Отшельника.

Из последних сил Адри бросил взгляд на сверток. При падении тот вылетел из рук и теперь, наполовину развернутый, лежал рядом. В тех местах, где его содержимое открылось взору, виднелись неровные грани кристалла удивительного сиреневого цвета. Адри показалось, что тот слабо мерцает.

Вдруг, если бы он просто сбежал, оставив странный камень, то за ним бы сейчас и вовсе никто бы не гнался? Может и так, но Адри почему-то даже думать об этом не хотелось. Он и сам не знал, почему, но сейчас слабо мерцающий кристалл казался ему самой важной вещью на свете.

Не совсем понимая, что делает, Адри с усилием протянул вперед руку. Его ладонь легла на поверхность кристалла, и он с удивлением почувствовал, что тот вовсе не холодный, как можно было бы ожидать. Напротив, камень будто бы испускал мягкие, пульсирующие волны тепла.

Лай и голоса становились все громче, и Адри уже слышал, как угрожающе хрустят ветки под ногами преследователей. Он подтянул кристалл к себе и предпринял попытку подняться с земли, но последние силы, похоже, вытекли из него вместе с кровью, обильно удобрившей лесную землю. Беспомощный, он лежал в грязи, непонятно зачем сжимая в руке кристалл и с ужасом ожидая свою незавидную участь.

Они были все ближе…

Ближе…

Треск раздался в каких-то паре шагов от Адри, и он понял, что все кончено. Охотничий пес залился лаем, подзывая хозяина, а затем схватил его ногу, грозно рыча. В ужасе Адри попытался освободиться, уползти, из последних сил пнуть пса по слюнявой морде, но в следующее мгновение чья-то рука схватила его за шиворот.

— Не уйдешь, крысеныш! — послышался торжествующий мужской голос. — Все сюда, я нашел его!

Мужчина с силой подтянул Адри к себе так, что тот смог в деталях разглядеть его злорадное лицо.

— Отдавай, что украл, — угрожающе потребовал он.

— Я ничего не крал, — выдохнул Адри, из последних сил сжимая кристалл. — Он мой!

— Как скажешь, — с кровожадной ухмылкой мужчина оттолкнул его и вынул из ножен меч. — Тогда я заберу его с твоего трупа!

Взмах!

Адри зажмурил глаза, готовясь к смерти, но в этот момент окрестности огласил пронзительный, резонирующий вопль:

— Прочь!

Даже сквозь сомкнутые веки Адри ослепила ярко-сиреневая вспышка. Какое-то время он пытался сморгнуть пляшущие перед глазами отблески. Когда же его взор наконец немного прояснился, он с изумлением понял, что деревья вокруг полыхают неестественным сиреневым пламенем, а человек, только что пытавшийся его убить, теперь катается по земле, истошно вопя, объятый все тем же странным огнем. Позади него другие преследователи в смятении топтались на месте, охотничьи псы жалобно скулили, кое-кто осенял себя знаком Заступника.

Адри попятился, конечности одеревенели из-за шока и отказывались работать так, как нужно, но он понимал, что другого шанса сбежать ему не представится. Собрав в кулак все оставшиеся силы и мужество, он уже собрался снова броситься наутек, однако вместо этого почувствовал, что снова падает. В его конечностях не было силы, ноги подогнулись, став ватными, а сознание затуманилось.

Все вокруг стало расплываться, а время будто бы замедлилось. Словно в полусне Адри глядел на застывшее пламя, столпившихся головорезов...

И вот, прямо перед тем, как его сознание окончательно кануло в пустоту, Адри услышал прямо у себя над ухом женский голос, который произнес: "Не бойтесь, господин, теперь все будет хорошо."

Адри не успел ответить или даже удивиться, ведь сразу после этого его разум поглотила тьма.

***

Выжженная, безжизненная пустошь. Руины странных, колоссальных построек. Одинокий человек посреди пепелища. Сиреневое пламя, объявшее все вокруг. Горы трупов, обожженных, изуродованных. Образы вереницей проносились перед Адри, сменяя друг друга так быстро, что он не успевал уследить.

Его окружили стук клинков, звон стали, боевые кличи и крики боли. Перед глазами на мгновение предстала картина битвы — в ущелье сошлись две армии. Люди в странных, сияющих доспехах сражались...

Нет, не с себе подобными.

Им противостояли существа, подобных которым Адри раньше никогда не видел. Он не мог толком разглядеть их, но в одном был уверен точно, это были не люди. Они были крупнее, их тела будто бы покрывал темный панцирь, а конечностей было больше, чем положено иметь человеку. Некоторые из существ летали над полем боя, стрекоча крыльями и издавая пронзительный визг.

Внезапно прогремел чей-то возглас. Это были слова языка, который Адри никогда не слышал, они звучали подобно раскатам грома. Вверху, прямо над сборищем странных существ воспарила одинокая фигура. Она взмахнула рукой, и перед ней появился сияющий круг, внутри которого вращалось еще несколько кругов с неведомыми Адри символами. Раздался оглушительный треск, и из самого центрального круга ударил луч света, он мазнул по орде существ, испепеляя их, уничтожая...

Картины снова сменились. Адри смотрел на высокую фигуру, стоящую посреди руин. Повсюду виднелись полуразрушенные останки массивных строений. Неизвестный был повернут к нему спиной, и его лица было не разглядеть, но почему-то Адри был уверен, что этот человек испытывал ужасную печаль, он словно чувствовал ее и сам.

— Мы должны положить этому конец...

Мужской голос прозвучал будто бы издалека, сопровождаясь гулким эхо. Этот голос показался Адри странным, но он не сразу понял, почему.

— Мы должны положить этому конец, — повторил голос, и тут уже Адри осознал, что слова были произнесены на другом языке, не похожем на столь привычное ему центральное наречие Альморунга. И все же, он, каким-то образом понимал их.

— Мы обязаны. Чего бы это не стоило, — продолжил неизвестный. Его тон был печальным, но в то же время решительным.

Снова огонь, битва, крики и выжженная пустошь, освещаемая тусклым солнцем. Круговорот образов зашел на новый круг. Адри понятия не имел, сколько раз он уже увидел все это. Огонь, трупы, крики, битва и человек, чьего лица он не мог разглядеть.

И все же образы и даже невиданные существа, сражавшиеся с людьми, не были самым странным. Самым странным было то, что все проносившиеся перед ним картины казались Адри знакомыми, словно давно забытое воспоминание или отголосок сна.

— ...положить этому конец... — снова прозвучал уже знакомый голос, сопровождаемый вереницей образов: битва, пустошь, руины. Адри начало казаться, что все это будет продолжаться бесконечно, как вдруг...

— Просыпайтесь...

Это был уже другой голос. Женский. Он прозвучал издалека, будто из другого конца огромного зала. Образы замедлились, звуки притихли.

— Просыпайтесь...

Фраза повторилась уже ближе и уверенней. Голос незнакомки был приятным на слух, мелодичным, но в то же время холодным и отстраненным. Теперь образы окончательно растворились, оставив после себя только зияющую, глухую пустоту.

— Проснитесь! — внезапно голос прозвучал будто бы прямо в голове у Адри, заставив того вздрогнуть и резко открыть глаза.

Перед затуманенным взором предстали кроны деревьев и две сестрицы-луны, как всегда неразлучно парящие среди облаков. Спина ощущала под собой холодную и мокрую землю. К счастью, вокруг было тихо — никаких воплей вооруженных людей или лая собак. Как не было и отблесков сиреневого пламени, охватившего лес всего несколько мгновений назад.

Может, все это ему привиделось? Но куда же тогда подевались головорезы? Они-то точно были настоящим.

Кряхтя и постанывая, Адри медленно поднялся, приняв сидячее положение. Голова тут же немилосердно закружилась, вся действительность заходила перед глазами ходуном, а к горлу подступила тошнота. Адри схватился за лоб, пытаясь унять головокружение, и кое-как огляделся. Он сидел посреди поляны, заросшей мхом и кустами черники. Преследователей и в самом деле нигде не было видно. Но как он тут оказался? Адри выругался себе под нос. Казалось, даже мыслительный процесс причинял ему сейчас боль.

Он снова покрутил головой. Поляна казалась незнакомой. Без сомнения, сейчас Адри находился вдали от того места, где его настиг мечник со своей гончей, где-то в совершенно другой части леса, вдали от башни Отшельника. Но как такое было возможно? Как можно в мгновение ока перенестись из одного места в другое?

Здравый смысл подсказывал только один ответ. Колдовство. Все произошло ровно в тот момент, когда он дотронулся до кристалла. Это означало, что камень, который он унес из башни, был волшебным. От одной этой мысли Адри даже передернуло. Любой житель Альморунга знал, что даже знати не дозволено было прикасаться к тому, что волшебники считали своей собственностью. А уж простолюдину вроде него...

Но откуда у Отшельника, у этого скучного ветхого старика, взялась магическая вещь? Это просто в голове не укладывалось. И все же это легко объясняло то, зачем банде вооруженных до зубов головорезов вдруг понадобилось врываться в полуразрушенную башню посреди ночи. Какой бы суровой ни была кара за хищение магический предметов, всегда находились те, кто был готов рискнуть головой ради наживы. Обычно это были самые отчаянные и самые опасные из разбойников.

Как раз как тот мечник, что чуть его не убил...

Недавние воспоминания ярко вспыхнули в сознании. Погоня, лес, объятый сиреневым пламенем, горящий человек – все это вихрем пронеслось перед мысленным взором. А еще ужасная рана в боку. Только сейчас Адри понял, что не испытывает боли. Он закатал перепачканную в земле рубаху и с изумлением уставился на рубец, шедший через все левое бедро. Еще недавно там был глубокий порез, которым его наградил один из преследователей.

— Как это?.. — в полнейшем замешательстве пробормотал Адри, ощупывая левый бок руками. Нет, порез не мог ему привидеться, да и боль была уж слишком реальной, не говоря о том, что с левой стороны рубаха была насквозь пропитана кровью.

Избавление от раны, которая, наверняка, сулила бы ему смерть, по какой-то причине не сильно радовало Адри. Было что-то ужасно неправильное в этом внезапном исцелении. Он вспомнил, что читал в одной из книг Отшельника о том, что только сильнейшие волшебники, считающиеся великими мастерами даже среди своих соратников, владеют навыками исцеления, но и они далеко не всесильны. Если ранение оказывалось слишком тяжелым, то даже колдовство было не способно спасти жизнь умирающего.

Адри понятия не имел, насколько серьезным ранением, по меркам магов, был его порез, но он уж точно не должен был затянуться сам по себе за то время, пока Адри лежал без сознания на поляне.

Неужели, и это тоже результат действия кристалла? Если так, то это, должно быть, какая-то по-настоящему могущественная вещь. От осознания того, что, по всей видимости, произошло, голова Адри только сильнее пошла кругом. Еще недавно он жил в башне, прислуживая дряхлому старику, а теперь сбежал от толпы бандитов вместе с волшебным камнем?

И кстати, где тот самый камень? Внезапная мысль ударила словно молния. Адри так старался сохранить драгоценный сверток, что чуть не дал зарубить себя мечом, а теперь просто потерял его?!

Он принялся вертеться, не обращая внимания на головокружение и тошноту, в тщетных попытках обнаружить заветную вещь. Наконец, полностью убедившись в том, что камня поблизости нет, Адри снова сел на на мокрую траву и перевел дух. Даже ползать по поляне было сейчас тяжело, и он совершенно выбился из сил.

С одной стороны, терять явно дорогую и ценную вещь было обидно, но с другой — связываться с волшебством ему хотелось еще меньше.

"Может, оно и к лучшему?" — промелькнула мысль. В конце-концов, головорезы явно охотились не за ним, а за камнем, так что, возможно, теперь ему удастся уйти целым и невредимым. Адри даже на секунду задумался о том, зачем он вообще столь рьяно защищал непонятную вещицу. Тогда, в момент погони, ему почему-то казалось, что забрать ее и унести с собой было самым важным делом в мире. Сейчас же эта мысль казалась безумной. Адри поежился, то ли от неуютных мыслей, то ли от гуляющего между деревьев ветерка.

Как бы там ни было, просто сидеть на месте было глупо. Адри часто ходил через лес до постоялого двора и обратно, чтобы запастись провизией, поэтому был уверен, что сможет выйти на дорогу даже из той части леса, в которой раньше не бывал.

Он начал подниматься с земли, уже собираясь двигаться в путь, как вдруг его грудь пронзила просто невыносимая боль. Ощущение было таким, словно на нее бросили раскаленный уголь. Ноги в мгновение ока подкосились, он неуклюже завалился на бок, сжался в комок и завыл от боли. Казалось, что грудь вот-вот разорвет изнутри.

Адри бился в конвульсиях, а боль ручьями струилась по всему телу. Теперь жгло не только грудь, но и руки, ноги, глаза. Адри зажмурился, боясь, что те вылезут из орбит.

"Конец, это точно конец!" — пронеслись в голове отчаянные мысли.

И тут боль прекратилась так же внезапно как и началась. Тяжело дыша, Адри перевернулся на спину. Конечности все еще немного подергивались, однако от ужасного жжения не осталось и следа, вместо него по телу разливалось приятное, мягкое тепло, а сам он странным образом чувствовал себя лучше. Зрение пришло в норму, взгляд больше не был туманным, Адри даже показалось, что он видит лучше обычного.

Не веря в то, что все еще жив, Адри снова уселся, переводя дух.

— Что это было?.. — пробормотал он себе под нос, не рассчитывая получить ответ на собственный вопрос.

Ответ, тем не менее, последовал.

— Ваше тело наконец приняло меня, — послышался у него за спиной женский голос. — Мне жаль, что Вы испытали боль.

Подскочив от неожиданности, Адри резко обернулся. На фоне деревьев и ночного неба вырисовывался изящный силуэт. Это была молодая девушка, высокая, с тонкими чертами лица. Адри бы, наверное, мог даже назвать ее красивой, вот только все в ней было каким-то неправильным. Незнакомка была облачена в легкое, воздушное платье фиолетового цвета, явно не соответствовавшее промозглой погоде, царившей в Альморунге ранней весной. И это не говоря уже о том, что она ступала по влажной, холодной лесной земле совершенно босыми ногами, что, по-видимому, не причиняло ей ни малейших неудобств. Длинные, темные волосы, отливающие синевой, спускались до пояса ровным, блестящим полотном, но самым необычным были глаза — сиреневые, словно немного горящие в ночной темноте. Она выглядела одновременно эффектно и жутковато, словно дух на фоне чащи леса.

— Кто ты такая? — сглотнув, спросил Адри.

Девушка приложила тонкую ладонь к груди и склонилась в небольшом поклоне.

— Я Нэфириэн, Ваша слуга.

— Слуга? — тупо переспросил Адри, все еще совершенно ошалевший от происходящего. По крайней мере, эта странная особа с диковинным именем похоже, не была заодно с бандитами, и, на первый взгляд, не замышляла ничего дурного.

— Все верно, слуга, — покивала Нэфириэн. — Я буду защищать Вас и помогать всем, чем смогу.

Защищать? Помогать? Внезапно Адри вспомнил, что прямо перед тем, как провалиться в забытье, он уже слышал этот голос, который произнес: "Теперь все будет хорошо."

— Так это ты сделала? — изумленно спросил Адри. — Из-за тебя все вокруг загорелось?

Нэфириэн слегка покачала головой, от чего ее волосы заструились, отливая фиолетовым в лунном свете.

— Это сделали Вы. Я могу только помочь.

— Я? — снова переспросил Адри, оглядывая свои руки. Они были грязными, но ссадин, которые остались после погони, видно не было. Они испарились точно также как и рана в боку.

— Я всего лишь инструмент, которым можно пользоваться по своему желанию, — продолжила Нэфириэн, разведя руками. — Вы желали спастись и боролись ради этого.

Адри непонимающе посмотрел на свою новую знакомую. Было сложно понять, что она имеет в виду, но одно было ясно точно, это ее нужно было благодарить за его внезапное спасение.

И все же этот огонь... Только маги могли по своей воле призывать себе на помощь стихии, да и исцелять раны тоже. Но если Нэфириэн воспользовалась магией, то это могло означать лишь одно...

Адри внимательно оглядел девушку, которая терпеливо ждала, сложив руки в замок. Она странно выглядела, говорила странные вещи, зачем-то назвалась его слугой... Да даже имя у нее было странным! Адепты Альморской Колдовской Академии всегда носили свои знаки отличия на самых видных местах, но на Нэфириэн не было ни традиционной голубой накидки, ни герба. Адри, конечно, плохо разбирался в видах магов, но все в облике его новой знакомой кричло о том, что она была дикой волшебницей.

Об этих людях знал любой житель Альморунга. Те, кто каким-то образом сумел избежать попадания в Академию и, вопреки всем законам, взрастили свой талант самостоятельно. Лишь единицам из одаренных удавалось сохранить рассудок без должного руководства, поэтому дикие маги по праву считались одними из самых опасных созданий в мире.

Адри внутренне содрогнулся, но постарался не выказать эмоций. В конце концов, если сказанное Нэфириэн было правдой, то он был обязан ей жизнью. Да и в подобной ситуации явно разумнее быть любезным, тем более что сама Нэфириэн пока не проявляла даже намека на агрессию.

— Ну... Тогда спасибо тебе, Нэфириэн, — проговорил Адри, выдавливая из себя улыбку. — Ты меня спасла.

В ответ сиреневоглазая девушка покачала головой.

— Каким бы острым ни был клинок, чтобы взмахнуть им и сразить врага, нужна воля. Само по себе оружие ничего не стоит и не заслуживает благодарности.

Адри не нашелся, что на это ответить. Вся эта ситуация, начиная от внезапно ворвавшихся в башню Отшельника головорезов и заканчивая этой странной, хоть и на удивление дружелюбной, девушкой, казалась чем-то совершенно не реальным.

Воспоминание о старике натолкнуло Адри на мысль.

— Послушай, Нэфириэн, — обратился он к своей новой знакомой, наконец поднимаясь с земли.

— Да, господин? — Нэфириэн уставилась на него широко открытыми глазами, всем своим видом показывая, что слушает очень внимательно. От такого пристального взгляда Адри даже немного смутился и сам отвел глаза.

— А ты не видела такой кристалл? Сиреневый, он был у меня там, в лесу.

К его удивлению, на лице Нэфириэн отразилось недоумение, словно он спросил ее о чем-то странном. На секунду он даже решил, что, возможно, ляпнул лишнего и чем-то расстроил сиреневоглазую девушку, но та поспешила ответить:

— Простите, господин, но кристалл ведь у Вас.

— У меня? — переспросил Адри, чувствуя себя полным идиотом. — Я уже проверил, его нигде нет.

Вместо ответа Нэфириэн шагнула к нему, приблизившись почти вплотную. Адри подавил инстинктивный порыв отшатнуться. Хоть он еще и не доверял своей новой знакомой полностью, но и показаться невежливым тоже не хотелось.

Нэфириэн тем временем приложила руку к груди Адри, на то место, где совсем недавно появился очаг страшной боли.

— Здесь, — произнесла она.

Ничего не понимая, Адри опустил взгляд вниз, туда, куда указала Нэфириэн, и вздрогнул. Только сейчас он заметил слабое сиреневое свечение на уровне собственной груди. С невероятно дурным предчувствием, он ослабил завязки рубахи. Промозглый ночной воздух тут же противно лизнул кожу, но капризы погоды сейчас волновали его меньше всего.

Чувствуя, как с каждой секундой в груди все больше и больше разрастается волнение, Адри раздвинул рубаху, и ему в глаза ударил сиреневый свет, такой же как тот, что будто бы струился из глаз Нэфириэн.

Кристалл. Он врос в грудь, а его свет пульсировал, становясь то ярче, то тусклее.

— Что это такое? — одеревенев от ужаса, пробормотал Адри.

— Наши сердца теперь бьются вместе, — с улыбкой ответила Нэфириэн. — Разве не чудесно?