Осторожно, надвигается туманность

…Сейчас мы переживаем непростой период, и тревога — естественна. Но всё под контролем. Главное, помните: у каждого города есть свой голос правды, и в нашем — это радио. Доверяйте только ему. Слушайте нас. Не верьте тому, что услышите или увидите за окнами — это не настоящее. Всё остальное лишь шёпот тумана…

WSCG 102.3 FM — «Голос сосен», Скаутгейт.

Все начиналось как обычно… Босые ноги дошлепали по ледяному кафелю на кухню. Блеск антенны на подоконнике, скрип переключателя — и воздух наполняет знакомая мелодия под звон турки. Хью Льюис и Ньюс вновь спрашивают пробудившихся в своей песне: «Do You Believe in Love?» Но это лишь прелюдия, ведь уже через минуту зазвучат любимые голоса:

— Доооброе утрооо, Скаутгейт! С вами Генри Калверт, а рядом — Клайд Синклер. Ну что, Клайд, как настроение?

— Привет, Генри! И привет всем нашим слушателям! Честно? Непривычно тихо. Но утро мягкое, а значит и день будет таким. Хотя, я бы тоже не отказался поваляться в постели... Кто уже поднялся и налил первую чашку кофе? Поскорее включайте радио и просыпайтесь с нами!

— Верно. Но! Важное напоминание. Как вы, возможно, слышали в предыдущих эфирах, с 19 по 21 августа в наш город ждет редкое аномальное явление — зеленая туманность. Национальная метеорологическая служба США предупреждает: угрозы нет, если соблюдать простые правила.

— Мы все во внимании, Генри.

— Отлично! Итак:

1. Держите радио включенным на волне WSCG 102.3 FM.

Только местная станция передаёт точные данные. Всё остальное искажается непогодой, подавляющей иные сигналы. Не играйте в «Сломанный телефон».

2. Сохраняйте спокойствие.

Паника делает людей уязвимыми. Читайте, слушайте музыку, общайтесь с близкими — время пролетит незаметно.

3. Проверяйте, кто у двери.

Открывайте только тем, кого ждёте. Не реагируйте на посторонние стуки или голоса.

4. Не доверяйте глазам и ушам.

Аномалия может создавать иллюзии. Если что-то пугает — закройте шторы и займитесь привычными делами.

5. Выходите только по необходимости.

Короткая прогулка до магазина, к родственникам или чтобы передать письмо. Ни с кем не разговаривайте, идите прямо к цели.

И последний пункт:

6. Проветривание помещений не более 10 минут.

Учёные сообщают: воздух безопасен, но лучше не стоять у открытого окна, особенно когда аномалия в активной фазе.

Напоминаю: ваши питомцы могут чувствовать сонливость — это нормально. Также телевидение перейдёт в круглосуточный режим для вашего комфорта.

— Спасибо, Генри! А также всегда на связи будем мы — любимое радио WSCG 102.3 FM. Скаутгейт — «Голос сосен» в прямом эфире с последними новинками из мира музыки, которые однозначно попадут в ваше сердце. Также принимаем звонки слушателей на любую тему!

— Клайд, тебе не кажется, что это все похоже на инструкции секретных агентов?

Студия наполнилась смехом. Он звучал чуть натянуто, нервно, но в утренней спешке это никто не заметил.

— Да, немного. Всё просто, друзья. Главное — доверие. А теперь давайте проснёмся по-настоящему: утро начинается с музыки. Следующий трек для вас — Кристофер Кросс и его хит «Sailing»!

Генри откинулся на скрипучем стуле, пальцы уверенно скользнули по пульту. Один фейдер вниз — микрофон замолкает, другой вверх — и в эфир льётся тихий треск винила. Короткий щелчок, игла ловит дорожку, и студию заполняет обещанный трек — спокойный, будто ничего необычного не происходит, хотя за окнами пелена уже липнет к стеклам — будто прислушивается к происходящему.

Он обвел взглядом кабинет радиостанции: тесный, с мягким светом лампочек, стены обиты звукопоглощающими панелями. На столе микрофоны, пульт, толстая стопка ежедневных сводок, которые по-хорошему давно пора разгрести. В углу, под стеной, куча брезента. С виду обычная, слегка пыльная ткань, но Генри невольно отметил пустующее место, где буквально вчера стоял запасной штатив. Думать об этом не хотелось.

Эх, впереди трое суток подвешенного состояния. И бесконечных сэндвичей, где меняется разве что начинка. Печальная перспектива.

Ранее всегда шутливый и озорной Клайд молчал. Соведущий сидел за соседним столом, хмурее грозовых туч, и, вероятно, также обдумывал тщетность бытия: вид его был сосредоточенный, но слишком отрешенный. Генри мельком посмотрел — и отвернулся, не желая ничего спрашивать.

Песня подходила к концу. Палец скользнул по пульту.

— А пока вы просыпаетесь, друзья, давайте примем пару звонков. Кто первый на линии? Доброе утро!

— Доброе утро, это Маргарет с Линден-стрит. Я… я вижу странный серо-зелёный туман за окном. Он будто движется… очень неестественно. Сам по себе. — Голос женщины был крайне обеспокоен.

— Мы получаем такие сообщения со всего города, Маргарет. — Сообщил ведущий, — Учёные говорят, что это редкая аномалия, отличаящая этот туман от иных своим цветом и густыми примесями. Главное — оставаться дома, не паниковать. Явление временное и не несёт как таковой опасности при соблюдении правил.

— Спасибо, Генри.

Щелчок, следующий звонок.

— Привет, это Том с Бэйвью Драйв. Вышел за хлебом. Вроде ничего особенного, только туман… шепчет. Я даже слышал, как меня зовут по имени прямо над ухом. Но никого рядом нет. — Ещё один растерянный голос.

— Явление может искажать звуки, Том. Этот зов мог оказаться результатом дуновения ветра. Завершайте дела и скорее домой, ладно?

Звонки шли одним за другим. Вопросы однообразные: почему нельзя выйти, кто придумал правила, когда это кончится, опасно ли. К концу часа в голове стоял гул из «почему». Пора на перерыв.

Объявление о музыкальной паузе. Генри поднялся, налил себе крепкого кофе из старой колбы, залпом отпил половину. Крепкий, чуть горький из-за немного пережаринных зерен. Бодрит, но ненадолго. Посмотрел наружу, где ещё угадывались очертания деревьев и домов. Скоро они исчезнут в пелене.

Он повернулся к Клайду. Тот все также сидел, наушники болтаются на шее, пальцы нервно перебирают провод. Что-то пишет на бумаге. Походу заполняет отчеты. Почувствовал на себе взгляд, коротко кивнул.

— Я пока отключусь, возьми эфир, — произнес тихо.

Вчерашний спор между ними так и не разрешился — письмо с правилами Генри так и не показал, без устали повторяя, что «ему виднее». Потому второй диктор не желал выходить на диалог.

— Без проблем, дружище, — радиоведущий без тени сомнения кивнул в ответ.

Нажал кнопки, перепроверил линии.

Пасмурная погода клонила в сон — а ведь это только первый день. Действие бодрящего напитка закончилось слишком быстро.

— Хорошего вам настроения, друзья! Мой коллега временно вышел, но скоро вернётся. Мы скучаем по тебе, Клайд! А пока продолжим нашу программу.

Он вещал с задором. Глазами скользнул по куче брезента в углу — словно случайно. Ткань чуть осела, очерчивая под собой припрятанное оборудование.

Генри не всматривался, но челюсть сжалась сильнее, чем хотелось бы.

***

— Доброе утро. Мы продолжаем следить за аномалией в самом эпицентре событий. Сообщений стало больше: жители видят необычные движения в тумане. Это норма, но рекомендуем сохранять спокойствие и соблюдать комендантский час.

— А ещё у нас входящий звонок! Как проводите время, жители Скаутгейта? — Голос соведущего бодрый, оптимистичный. Но слушатели не видят его подавленность, тени под глазами и щетину, будто тот узник стен уже месяц, но никак не день. В отличие от Генри, который выглядел свежо и уверенно.

Щелчок. Сдавленный голос мужчины:

— Тут… Тут это… Мой сосед.

— Что вас беспокоит? — Ровно, аккуратно, — Вам ничего не угрожает?

— Э, нет. Просто… Он ест самого себя. Или кто-то очень похожий на него.

Клайд замолк, лицо бледнело, пальцы сжались в кулак. Ноздри расширились. Генри перехватил линию, следя за тоном:

— Похоже, аномалия проявляется… довольно интенсивно. Не выходите наружу, проверьте замки. Все, что видите — лишь иллюзия.

— Иллюзия, да… или очередной пункт твоего списка, — с уколом произнес соведущий, отключив свой микрофон.

— Вас пытаются выманить наружу, — Генри продолжает, не прерываясь.

Раздался гудок, слушатель положил трубку.

Музыкальная пауза.

Генри завис взглядом: муть стелется между деревьями, обволакивает улицы. Иногда кажется, что в ней мелькают фигуры, похожие на людей, но слишком странные.

— Ты плохо выглядишь, — бросил он, когда трек заглушил эфир.

— Да не спалось… Эти поручения… — Клайд помассировал виски, опёрся локтями. Глаза сжались в узкую щель. — По-хорошему весь город надо было бы эвакуировать. Я тебе уже говорил это. А мы остаемся тут. Два диктора, две головы на весь Скаутгейт.

— Что поделаешь… — Генри оторвался от бумаг, — на нас все надеются. Поэтому соберись.

— В этом и дело! — Клайд вскочил, стукнул ладонями по столу, подняв ворох бумаг. Всегда излишне инпульсивен. — Заботу о населении переложили на двух обычных людей! О-бы-чных! Надо было уезжать, когда это дерьмо только началось! Всем сказать, чтобы собирали вещи! А ты упёрся в эти списки!

— Это поручение. — Невозмутимо произнес главный радиоведущий. — Ответственность возложили на меня. Поэтому мне виднее, как его выполнять.

— Виднее? — Короткий, насмешливый хмык. — Взял на себя ответственность, получив письмо по почте, минуя администрацию? Считаешь себя героем, спя на матрасе в пыльной студии и напевая колыбельные против истерических припадков жителей? Нормально? Речь идёт о жизнях целого города! Что с тобой не так?!

Губы Генри поджались до тоненькой розовой полосочки. Он молча нажал кнопки на пульте, возвращаясь в эфир.

Клайд раздражённо прошёлся по кабинету, под тяжелым шагом затрещал пол.

— Ну да, все по плану. По твоему плану, конечно. Кто я такой…

Зацепившись за брезент, невольно отдернул угол ткани ботинком. Мелькнула деталь, которая на мгновение заставила его замереть: кажется, едва различимая форма. Глаза расширились, он резко отвернулся. Покосился на Генри, не издав ни звука. Тот ничего не заметил, продолжал вещать с улыбкой настоящего шоумена, полностью проигнорировав и погрузившись в работу.

Соведущий резко рванул в темный коридор. Дверь за ним громко захлопнулась, покинув приятеля в одиночестве.

— Друзья, через пару минут трек для вас: «Every Breath you Take» от наших любимых The Police. А пока что примем несколько поступающих звонков.

Щелчок. Дрожащий женский голос:

— Генри… Это Мари, Форест Стрит 15. Мой сын… — Она громко вслипнула. — Он вышел на улицу около двух часов назад и исчез.

— Мари, давайте подумаем. Куда мог пойти ваш сын?

— Я не знаю, правда не знаю… Мне кажется, я видела его недавно! Он стоял по ту сторону окна в спальне. Мой Джек… Боже, он так широко улыбался.

Голос рыдал, срывался. Сдавленно она продолжила:

— А если… Подростки? Просто балуется. Наверное все в порядке. Я ненадолго выйду, поищу его.

— Мари, стойте на месте! Туман может создавать странные иллюзии, он чувствует ваш страх. Вы правильно сделали, что позвонили. Отойдите от окна. Джек? Вашего сына зовут Джек?

— Да, да. Вы думаете, это не он? Но как я пойму, что вернулся мой ребенок? Что мне делать, о боже…

— Придите в себя. Давайте рассуждать логически. У него есть свои ключи от входной двери?

— Э… да.

— Значит он может вернуться самостоятельно. Позвоните родственникам…

— Я уже!

— Тогда просто ждите. Эй, Джек! Если ты сейчас слышишь радио, обрати внимание. Твоя мама волнуется и ждет тебя, поэтому постарайся как можно скорее с ней связаться. Где бы ты ни был, найди себе безопасное место: дойди до ближайших знакомых. А вы, Мари, держите нас в курсе.

Следующий звонок. Мужской голос, прерывистый:

— Там человек… Он барабанит в мою дверь и просит о помощи. Я боюсь открыть.

Генри глубоко вздыхает, но голос ровный:

— Этот человек вам знаком? Может, он выглядит как подросток?

— Нет, я не знаю его! Он только что разбил мне окно!

— Не открывайте. Забарикадируйте дверь, окно заклейте чем-нибудь. Если вы дома не один, то отведите остальных в безопасную часть здания.

Что-то грохнуло. Выстрел. Раздались оглушительные вопли. Генри срочно сбросил вызов. Это может вызвать панику у тех, кто слушает радио. Если не уже.

В эфир ворвался ещё один голос. Детский шёпот, будто тот звонил тайно. Черт… он не сбросил вызов, а просто переключился на другой!

— С моим папой что-то не так… Он недавно вернулся и теперь уговаривает нас пойти за ним.

Пауза. В трубке слышно хрипловатое дыхание, отдалённый стук.

— Как он выглядит? Почему ты думаешь, что это не твой папа? — мягко уточнил Генри.

— Он обычный. Просто… странный. Голос странный. И он ходит медленно, будто забыл. Мой робот также ходит. А ещё я видел кровь на рубашке…

Опять тишина. Словно прислушивался к звукам.

— А когда он меня обнял, был очень холодный.

— Где ты сейчас?

— В шкафу.

— А мама?

— С папой. Она кричала на него, но теперь молчит. Мне страшно.

— Слушай внимательно. Закройся в какой-нибудь комнате и никому не открывай. Кто бы тебя не просил. Хорошо?

— Ой, я забыл закрыть дверь… Папа?

Линия оборвалась.

Он продолжал слушать гудки, не проронив ни слова.

И только тогда заметил — кресло Клайда пусто. Слишком долго.

Радиоведущий повернулся к коридору.

— Клайд… ты здесь?

Тишина. Слышалось лёгкое жужжание. Брезент приподнялся, словно под ним кто-то пошевелился. Понятно… Ладно, соведущий ушел, но по-любому недалеко. Возможно, вернётся. Возможно, нет.

Генри закрыл глаза, сжал в пальцах переносицу. Пожал плечами и сказал.

— Пожалуйста, берегите себя, дорогие слушатели. Часы показывают полдень, половина явления пройдена.

***

Щелчок. Диктор берёт трубку. Разразился дикий голос мужчины, весь в ярости:

— Генри! Нам изначально соврали! Обман с самого начала! Надо было бежать! Вы должны были сказать людям — БЕЖАТЬ! Все, кто слышит меня… Берите самое необходимое и скорее езжайте отсюда!

Рука радиоведущего сжала микрофон:

— Пожалуйста, успокойтесь, сэр. Все полученные сводки официальны, я лишь следую инструкциям. Не вводите людей в заблуждение. Слушайте меня: выходить из зданий опасно, а тем более садиться за руль при нулевой видимости. Следуйте правилам — оставайтесь дома, держите себя в руках.

— Есть хоть у кого здравый смысл и доступ к микрофону?! — визжал мужчина. — Вы, в кабинете! Вообще понимете, что происходит?! На улицу смотрели?! Люди… они исчезают, их копии жрут настоящих! Туман живой! Бегите, если вам дорога жизнь хотя бы ваших близких!

Ведущий отключился. Безумец слишком много сказал.

— Дорогие друзья. Я понимаю, что это выглядит странно. — Все тот же ровный тон, почти гипнотический, — Но паника только усугубит ситуацию. Всё будет в порядке, если вы будете следовать моим инструкциям. Иногда страх берёт верх, и кто-то реагирует чрезмерно. Мы вместе и будем следовать инструкциям. Все будет хорошо.

«Хорошо» отозвалась эхом.

Явление только сгущается, как смола. Внутри — тихий шорох, будто где-то рядом трепетали крылья. В темноте мелькнули движения. Генри моргнул, принюхался. Сладковатый запах — смесь перегоревшего сахара и мясного бульона.

Кресло скрипнуло. Он решил размяться. Медленно обошел брезент в углу. Ткань дрогнула из-за сквозняка, приоткрывая темный контур под собой. Радиоведущий не придал значения — или не хотел замечать.

Заварил кофе. Пар слегка колыхнулся в воздухе, смешиваясь с прочими запахами. Сел обратно за пульт. Ничто в его движениях не выдавало тайны, скрытой за фасадом. Всё подозрения заглушит следующая песня.

***

Ночь медленно опустилась, но пелена не рассеивается. Город дышит этой мглой. Дороги пусты, но иногда в мутных прослойках мелькают фигуры — копии жителей с мертвыми глазами. Где-то вдалеке — приглушённые крики, скрипы и шорохи, сливающиеся в единый тревожный фон, пугая даже самых стойких. Из тех, кто остался…

В студии царил холод — приятный и родной. Радиоведущий, единственный оставшийся, на мгновение закрыл глаза. На коже ощущалось мягкое прикосновение сырого воздуха, будто стен не существовало.

Звонков стало меньше, но голоса звучали отчаяннее. Кто-то забыл закрыть окно и теперь видел «самого себя» в гостиной. Кто-то шептал молитвы, пока невидимые гости ломали дверь. Другие кричали в трубку, требуя правды, проклиная обман.

Эфир большую часть времени заполняла музыка. Генри больше не видел смысла выслушивать человеческую панику. Если бы все просто соблюдали правила, аномалия прошла бы почти незаметно. Но такова человеческая натура: никому не доверять. Эти глупцы не догадываются, насколько бывают умны...

— Друзья, напоминаю: держите двери закрытым, выходя на улицу двигайтесь только к конкретной цели, если это необходимо. Держите в сердце веру в лучшее. Скоро конец.

Диктор снова и снова скользит взглядом по углу. Под брезентом растекалась липкая лужа. Сердцебиение участилось, но на лице царило равнодушие. Он осторожно оттянул ткань — там тело настоящего радиоведущего. Лицо блестит испариной, шею оспоясывало синюшное пятно. Несколько жирных мушек нехотя взлетели, сделали круг и вернулись к банкету. Рядом с ними копошились мягкотелые личинки.

Едва заметная улыбка коснулась губ туманной копии. Завораживает.

Клайд… Ты правильно поступил, когда решился уйти сразу, как заметил под брезентом труп своего друга… И глупо. Ох уж эта надежда вырваться и спастись. Но улицы уже окутала аномалия — выхода не было. Теперь где-то бродит лишь твоя копия.

Настоящий Генри пропал ещё накануне: задержался в студии допоздна, чтобы подготовить последние сводки перед началом явления, и домой уже не вернулся. Лёгкая августовская дымка — привычная для этих широт и не вызывающая подозрений — легко скрыла исчезновение. Голос остался, словно эхо из воспоминаний, но настоящего больше никто и не услышит.

Скаутгейт жил дальше своей жизнью. Двойники повторяли привычки покинувших этот мир, словно отражения в кривом зеркале. И всё же время здесь наполнялось иначе: доносились крики, копии ели друг друга, шептали в темноте, пока улицы оставались пустыми.

Город-призрак должен был быть полон, пока не сотрётся последняя черта.

Генри, ведущий и участник кошмара одновременно, остается единственным источником «правильной» информации. Словно мантра, он продолжает повторять:

— Друзья… всё под контролем. Следуйте правилам, и все доживут до утра, — его голос был спокоен, почти ласков.

А туман закружился за стеклом, скользил по стенам, проникал в щели. Как хозяин, возвращающийся домой.

Спасибо за внимание, дорогой читатель. Не сочти за навязчивость, однако я не только писатель, но и исследователь-географ в сфере туризма и рекреации. Не мог бы ты пройти небольшой 10-минутный тест из 17 вопросов, посвящённый литературному туризму? Это позволит сделать мои исследования в дипломной работе более точными:

https://forms.gle/nuXLWZ6pc9XJ4arq7

Буду рада любой помощи.

Ну а если вам понравился рассказ, приглашаю в свой телеграм-канал @tealafka. Заглядывайте на чай, будет интересно^^