Остров розовой мерзости

Здесь могла бы быть предыстория, но мне показалось, что предисловие расскажет больше.

Начнём с того, что эта книга действительно заставляет задавать много вопросов по поводу всего мира в целом, ведь для каждого нового читателя эта Вселенная может показаться глухим лесом, в котором попробуй найти правильную дорогу.

А если Вы найдёте её, то, поздравляю, Вы ещё больше запутаетесь в тропинках, наткнётесь на ямы, провалитесь туда, станете задавать дополнительные вопросы по поводу того, как оттуда выбраться, и какого черта в тексте появилась эта нелогичная дыра? Всё потому, что в природе, в которой Вы находитесь, всегда есть эти прорывы в нелогичности — химия, чувства, контроль. Как и в этой книге, она никогда не раскроет Вам всех тех тайн, которые кроет от чуждых глаз и даже самого автора. И чтобы раскрыть эту творческую Вселенную до конца, необходимо собирать паззлы одной огромной картины. Вы думаете, что он кроется только в книгах и артах автора? О, нет, это очень наивное мышление. Оглянитесь кругом: что Вы видите? Вы видите одну огромную иллюзию, которую создал Ваш мозг. Эту иллюзорность видите не только Вы, она кроется во многих разумах, словно зараза, распространившаяся в голове каждого живого существа. А это значит, что творческая Вселенная, рождённая в голове только одного, способна распространиться в сознание также заразно, как и иллюзия.

Заразительно практически всё, а особенно эмоции — здесь автор перескакивает с одних чувств на другие, испытывая их и передавая настолько ярко, что даже в жизни Он никогда подобного не ощущал с людьми, лишь в одиночестве. Только оставаясь в тишине, в комнате, где творится хаос, у него возникают новые идеи, способные сплетаться между собой так, как никогда раньше. Эта паутина кажется бесконечной, но никто не говорил, что его молодой ум — это закостенелость, неспособная выйти за рамки привычного. Хотя, знаете, ему, чёртовому перфекционисту, порой бывает до ужаса обидно, когда его способности недооценивают родные люди, которые привыкли видеть в нём такого же ребёнка, каким Он и был. Это расстраивает, но не заставляет опускать руки, а лишь желание самоутвердиться сильнее.

И ради чего и кого Он создаёт и пишет? Ради родных же людей, чтобы доказать им обратное? Или ради самого себя, когда вера в свои идеи и идеалы гораздо сильнее любых сил?

Эта книга — не попытка что-то доказать, а выплеснуть все эмоции и чувства, рождённые для того, чтобы их возможно было испытывать не в привычном реальном мире с другими людьми, а в собственной голове, словно искусственный интеллект, проецирующий эмоции на другом уровне.