Отмеченные 2.2_ Новые герои.

Глава 1.

Словно под копирку, пестрели заголовки зарубежной прессы:

Деградация Российской Империи…

Россия возвращается к технологиям каменного века…

Россия достигла уровня развития начала прошлого века…

Причиной всеобщего зубоскальства стал дерзкий указ Императора о начале серийного выпуска межрегиональных дирижаблей, этих воздушных исполинов высокой надежности, не требующих стационарных площадок. Да, теперь дирижабль мог приземлиться где угодно – в чистом поле, на заброшенном аэродроме, вызывая оторопь у случайных свидетелей.

Даже либеральная пресса, эта вечно недовольная капризница, попыталась раздуть жалкую бурю в стакане, обвиняя правительство и лично Императора в нецелевой растрате казны. Но едва лишь глупцы посмели бросить тень на светлейшую особу, как люди небезызвестного барона с красными корочками СИБ принялись за дело. Словно по мановению волшебной палочки, крамольные обвинения стали исчезать из новостных лент Рунета. А когда были официально озвучены цены на билеты в эти ретро-лайнеры, критика и вовсе сошла на нет, как утренний туман. Оказалось, путешествие на дирижабле стоило не дороже билета на междугородний автобус – в десять раз дешевле, чем на любой авиалайнер, чье обслуживание обходилось казне в баснословные суммы.

Разумеется, учитывая все риски, дирижабли не планировалось использовать на дальних рейсах. Их удел – роль воздушных автобусов, связывающих близлежащие регионы и города. Никто не собирался объявлять войну авиационным магнатам. Исключением стал лишь Императорский дирижабль с гордым именем «РОССИЯ», единственный, кому было позволено бороздить воздушные просторы всей страны.

Пожалуй, единственным регионом, где дирижабли планировали использовать с поистине имперским размахом, была Сибирь, царство тайги и тундры. Там, где аэродромы и дороги не воткнешь по прихоти, где их строительство – непомерная обуза для казны. В этих краях обслуживание и эксплуатация тяжелых дирижаблей окупались стократно.

Император оторвался от зачарованного созерцания пейзажа за иллюминатором и откинулся на спинку кресла, погрузившись в думы. Его буквально упрашивали посетить Артур, отодвинув на потом все государственные дела. Сын уговаривал… любимая женщина настаивала… даже граф Малышев намекнул на срочную личную беседу. В итоге Император отказался от идеи отправить в Артур барона Утятина и решил отправиться туда лично.

А что барон? У него и без того дел невпроворот, особенно сейчас, когда на носу тщательно спланированная операция по одновременному аресту множества политических деятелей, работающих на западные державы. Пора вырвать этот гнилой нарост с тела Империи, преподать урок тем, кто осмелится пойти против Императора и его воли… или что-то в этом роде.

Да и сына с любимой женщиной, положа руку на сердце, увидеть очень хотелось. К тому же до него дошли слухи, что она собирается участвовать в съемках нового фильма… продолжения нашумевшей трилогии, но с новым сюжетом и совершенно иной историей.

– Ваше Величество! – в пассажирский салон заглянул один из членов экипажа. – Мы достигли условной границы «Туманных земель». С нами вышел на связь командир звена истребителей, запрашивает дальнейшие инструкции.

– Передайте, что продолжаем полет, – произнес Император, отрываясь от окна.

– Вас понял, – член экипажа поклонился и скрылся в кабине. Император перевел взгляд на свою молодую помощницу, племянницу барона Утятина. Девушка казалась напряженной, и, несмотря на все попытки скрыть волнение, явно нервничала. Неудивительно: в свои двадцать лет она впервые покинула блистательный Петербург и оказалась на краю Империи, рядом с печально известной «Туманной зоной», о которой снято столько ужастиков и боевиков, что у молодежи сложились весьма специфические представления об этих местах.

Ничего, скоро она поймет, насколько реальность отличается от киношных страшилок.

Он вспомнил свой первый полет в эти земли… Тогда, словно злой рок вмешался в его судьбу. Попавший под контроль техник перенастроил навигацию и автопилот, и только чудо отвело трагедию, сохранив ему жизнь. В памяти всплывали лица пилотов, матерых волков неба, отчаянно, чуть ли не голыми руками, пытавшихся добраться до электронных внутренностей автопилота, чтобы вырвать его из цепких объятий сбоя. Только их героизму он был обязан жизнью, тем, что шасси коснулись земли. Но кто знает, выжили бы они тогда, если бы не граф Малышев, собственной персоной, словно «ангел спасения», возникший у иллюминатора из клубящегося тумана и спасший их жизни. Тогда он был всего лишь мальчишкой… дерзким, но подающим надежды. Не зря же он, Император, властной рукой, взял его судьбу под свою опеку.

Конечно, жаль, что судьба навеки привязала того к этим суровым краям. С его талантом он бы непременно нашел себе достойное применение в столице, в самом сердце Империи. Но и здесь таким, как он, работы хватало с лихвой. Регион этот, как кипящий котел, бурлит неспокойствием. Многие силы пытаются расшатать здесь устои, посеять хаос и раздор. Но пока что, бдительным соколам из СИБ удается опережать врага на шаг, молниеносно реагируя на любые угрозы. Вон, взять хотя бы Фушунь… японцы, руками корейских марионеток, плетут интриги в этом городе, пытаясь спровоцировать неординарное событие, которое вынудит Империю действовать жестко и решительно. И, конечно же, потом они перевернут все с ног на голову, выставив Россию в самом неприглядном свете. Подготовка к этому уже идет полным ходом: в крупных изданиях печатаются лживые статьи, в которых бандитов и убийц называют борцами за свободу и независимость. Уже вовсю трубят о том, что жители Фушуня якобы мечтают отделиться от прогнившей Российской Империи и присоединиться к процветающей Корее, находящейся под крылом Японской империи.

Император вздохнул.

Фушунь… Этот город словно заноза в пятке. Перекресток алчных интересов, где каждый норовил урвать кусок пожирнее. А ведь сам по себе – пыль, захолустье, ничем не примечательная провинция, если бы не близость к корейской границе. Что ж, барон Утятин и его люди разберутся. Они умеют плести интриги, строить многоходовые комбинации и играть грязно, когда это необходимо.

Жаль, конечно, что без кровопролития не обойтись… но как иначе выжечь эту скверну, что гнездится в Фушуне?

Скандала тоже не избежать, но главное – перехватить инициативу, направить его в нужное русло, сбить накал до минимума.

Но больше всего угнетала упрямство японского императора. Ему уже несколько лет назад было сделано суровое предупреждение, и вот опять… его люди затеяли очередную авантюру. Что ж, пора нанести удар и обрушить информационную бомбу, раскрыв миру правду о смене династии в Японии. Пусть это не лишит его трона, но всколыхнет «Страну восходящего солнца» и изрядно потреплет нервы. И кто сказал, что на этом его беды закончатся? Люди Утятина уже готовят акции на территории Кореи… благо, японское влияние там хорошо взрыхлило и подготовило почву для семян раздора. Пусть император Японии испьет до дна из той лужи, что сам и налил. Слишком уж он обнаглел… или обнаглели его вассалы, позабыв о границах, посягая на российские земли.

Император снова вздохнул и перевел взгляд на иллюминатор.

В нескольких километрах от маршрута их дирижабля клубился туман, словно живое существо.

Стоп! Откуда здесь туман?

Если память не изменяла, до туманной зоны оставались сотни километров. А этот словно надвигается на них.

И тут запищал телефон внутренней связи. Подняв трубку, Император услышал голос командира судна:

– Ваше Величество, только что поступила информация о «туманном выбросе». По всем прогнозам, он нас настигнет, поэтому я принял решение набрать высоту и пройти над ним.

– Насколько это опасно? – спокойно осведомился Виктор Романов.

– Для нас не критично… У нас есть опыт прохождения подобных явлений. И до этого как-то всегда обходилось… Думаю, и в этот раз пронесет, – самоуверенно заявил пилот. Что ж, он имел право так говорить. Он пилотировал первый дирижабль, созданный в этом регионе, и вот уже более десяти лет продолжал это делать… Именно поэтому Император и забрал опытного пилота в свой авиаотряд.

– Но вот ребятам на истребителях придется туго. Их электроника слишком чувствительна к таким вещам. – продолжил пилот уже с беспокойством

– Понял. Соедините меня с командиром звена, – распорядился Император, и как только связь была установлена, тут же отдал приказ: – Старлей, отводи своих ребят в сторону и держись за границей тумана.

– При всем моем уважении, Ваше Величество, – прозвучал в ответ вежливый и одновременно решительный голос. – Но я не могу выполнить этот приказ. Моя прямая обязанность – обеспечивать вашу безопасность в небе, и поэтому я и мои ребята продолжим ваше сопровождение до точки назначения.

– Не понял? – искренне удивился Виктор Романов. – Ты что, старлей, решил ослушаться моего прямого приказа? – хмуро произнес он. – Ты понимаешь, что тебя ждет по прилету? – осведомился Император приторно-вежливым тоном.

– Что бы ни ждало, своего решения я не изменю… Мы продолжим ваше сопровождение до Артура, – решительно ответил пилот.

– Ну смотри, майор! – с нажимом произнес Император. – Облажаешься – навечно останешься лейтенантом! – и усмехнулся, так как ему была приятна решительная позиция этого молодого пилота, так стремительно сделавшего карьеру.

– Слушаюсь, Ваше Величество! – бодро отрапортовал новоиспеченный майор, и связь оборвалась.

Император усмехнулся, покачав головой. Молодость! Горячая кровь, безрассудная отвага и обостренное чувство долга. Именно такие и нужны Империи, особенно в нынешние смутные времена. К тому же Романов умел ценить личную преданность, выкованную в огне испытаний.

Таких он не забывал и, как правило, следил за их судьбой.

Тем временем дирижабль медленно, словно кит, набирал высоту. Помощница Императора, бледная, но сохранявшая внешнее спокойствие, неотрывно смотрела на надвигающийся туман. Он был густым и зловещим, словно живое существо, дышащее и движущееся с неясной, но явно недоброй целью. Виктор Романов заметил, как побелели костяшки её пальцев, судорожно сжимавших подлокотники кресла, и ободряюще той улыбнулся.

– Не стоит волноваться, юная леди. Этот туман – не более чем комариный укус, если знаешь, как с ним обходиться. Мы проплывем над ним, словно над облаком, и даже не почувствуем. А вот пилотам истребителей придется попотеть. Электроника у них капризная, может и отказать. Но они ребята опытные, справятся.

– Я и не боюсь, – девушка быстро вскинула на него взгляд и залилась краской. – Не за себя… – поправилась она, вспыхнув еще ярче. – Просто Са… – осеклась и продолжила. – Старший лейтенант Ненашев… вернее, уже майор… мой жених. А он, порой, такой упрямец… ну, вы сами могли заметить, Ваше Величество. – и замолчала, окончательно смутившись.

– Вот как, – Император не выказал особого удивления этой новости, но фамилия парня его зацепила. – Ненашев, значит. – задумчиво произнес он. – А имя у него случайно не Александр?

– Да, – осторожно кивнула девушка, с легким напряжением глянула на мужчину на против себя.

– А его отца, случайно, не Константином звали? – продолжил свой неожиданный расспрос Император.

– Да, – снова осторожно-напряженно, кивнула она. – Его покойного отца звали Константин.

– Вот как… – пробормотал Император и добавил уже тише, словно про себя. – Значит, он его сын… – после чего Романов надолго замолчал, погруженный в думы, глядя на стелющийся под дирижаблем туман. Но мысленно он вернулся на двадцать лет назад… в тот осенний промозглый день, с мерзким затяжным дождем, в банкетный зал Московской Военной Академии имени Петра I, где происходил очередной выпуск молодых офицеров.

До определенного момента все шло своим чередом, но внезапно молодой офицер, имени которого Император тогда даже не знал, стоявший неподалеку, неожиданно бросился вперед, грубо сбил его с ног и, повалив на пол, накрыл своим телом. Тут же раздались выстрелы. Позже, уже после расследования, выяснилось, что среди выпускников был один радикал, пронесший на вечер незаконное оружие. Именно он попытался совершить покушение на Императора, но тот незнакомый двадцатипятилетний парень, вовремя заметив, как тот выхватывает пистолет, бросился вперед и собой заслонил самодержца… Четыре пули, две из которых оказались для парня смертельными, извлекли потом из тела мертвого офицера. Ещё позже, Романов узнал, что его звали Константин Нечаев и что у него остался пятилетний сын по имени Александр.

Естественно, тогда о семье погибшего по приказу Императора позаботились как следует, взяв их на содержание, обеспечив им безбедное будущее. Но сам Романов, так уж сложилось, с ними не встречался. И вот теперь – новая ирония судьбы… Сын погибшего офицера защищает его в небе.

Император очнулся от наваждения воспоминаний, словно от резкого толчка в спину. Он вновь взглянул на девушку. В ее глазах, полных тревоги, но все еще хранящих искру надежды, он читал невысказанные вопросы. Он понимал, что должен что-то сказать, что-то важное, но слова словно окаменели в горле. Наконец, с трудом выдавил из себя:

– У вашего жениха был отец, достойный всяческой похвалы. Настоящий герой.

Девушка удивленно вскинула тонкие брови, но промолчала. Она словно ждала продолжения, чувствовала, что за этой скупой фразой скрывается нечто большее, невысказанное. Император и сам не понимал, зачем коснулся этой темы. Возможно, это было запоздалое желание отдать дань памяти павшему герою, а может, просто невыносимая потребность поделиться своей ношей с этой юной, испуганной девушкой. Но усилием воли он подавил этот порыв, захлопнул дверь в комнату чувств.

И вдруг, словно луч света в темной комнате, в голову закралась крамольная мысль:

А ведь я сам, помнится, настоял на том, чтобы барон Утятин взял под личную опеку осиротевшую семью. Не я ли, выходит, оказался тем самым сводником, плетущим нити судьбы? – с легкой, грустной иронией подумал он, ощущая привкус горькой вины на языке.

Он перевел взгляд к иллюминатору и заметил, что они уже миновали зловещую пелену тумана, и внизу вновь простирался умиротворяющий, ласкающий взгляд пейзаж.

– А не так страшен черт, как его малюют, – невольно вырвалось у него.

– Что, простите? – переспросила девушка. В ее взгляде читалось множество вопросов, жажда понимания, но нерешительность сковывала язык.

– Просто… сверху туман кажется менее угрожающим, чем если бы мы оказались в его объятиях, – уклончиво пояснил Романов, окончательно решив похоронить тему прошлого.

Зачем ворошить старых призраков, будить уснувших демонов?

Чтобы сменить тему, Император вновь взял трубку внутреннего телефона и вызвал пилота.

– Как там наше сопровождение? – спросил он.

– Докладывают, что все в порядке… даже говорят, на тренировках было куда жестче, – последовал ответ. – Автоматика, конечно, капризничает, навигация выдает черт знает, что, но в целом машины под контролем… Думаю, примерно через час будем у Артура, Ваше Величество.

– Отлично! – удовлетворенно произнес Император и, бросив на девушку ободряющую улыбку, достал свой телефон. Убедившись в наличии связи, он тут же набрал знакомый номер. Ответили практически мгновенно, спустя пару томительных секунд.

– Граф… Буду в Артуре примерно через час… Надеюсь, вы найдете время встретить меня лично…

– Верю! — отец кивнул, и в уголках его губ снова заиграла усмешка. — Чтобы всех вокруг себя заставить квакать, это ж каким «здравым смыслом» нужно обладать!

– Да она ещё сдерживалась…- заявил Кир и добавил. – Если хочешь знать, это я ей прямо сказал: имеешь полное право заставить эту фурию, что никого не слушает, квакать во всё горло! Представляешь, она всерьёз заявила, что мы с Юлей идеально подходим на главные роли в её новом фильме.

– Стоп, — отец подался вперёд, в его глазах мелькнул интерес. — Вот с этого момента, будь добр, поподробнее…