Отморозок 2

Первая книга цикла: https://author.today/reader/370258/3421377

Аудио книга "Отморозок 1": https://author.today/audiobook/419294

Аудио книга "Отморозок 2" : https://author.today/audiobook/424071

Раннее воскресное утро. На улице пакость. Под ногами талый лёд, перемежающийся лужами. Кое-где, из-под растаявшего и вновь замёрзшего снега, проступают «мины», оставленные собаками за зиму. Над головой хмурое небо, с которого нет-нет, да и срываются лёгкие одинокие снежинки. Пронизывающий влажный и холодный воздух проникает под спорткостюм, остужая разгорячённое тело, а я бегу, ритмично дыша и шлёпая ботинками по лужам. Волосы под спортивной шапкой, как и сама шапка, уже влажные. На моих ногах утяжелители, а в руках зажаты двухкилограммовые гантели. Время от времени, я на бегу, чуть ускоряюсь и выкидываю серию ударов руками, потом снова бегу расслабленно, чтобы через несколько десятков метров вновь ускориться и взорваться ударами.

Наша полянка в парке совершенно непригодна для тренировок. Там сейчас сплошное болото. Мы ещё поздней осенью законсервировали свою площадку до наступления тёплых деньков. Поэтому всю зиму и сейчас ранней весной, по утрам минут по сорок я бегаю по улицам, а потом разминаюсь в спортгородке в нашей школе. Благо, там асфальт, и можно заниматься, не опасаясь утонуть в разбухшей от распутицы и грязи земле.

Армен и Славка поначалу бегали со мной, но потом морозы, и нежелание вылезать из тёплой постельки в холод, их «съели». А я всё бегаю, и мне даже нравится. Нравится ощущение морозного воздуха, холодящего мои щеки, нравится чувствовать, как легко и ритмично двигается всё тело. Мне нравятся даже брызги, разлетающиеся по сторонам из луж, когда моя нога шлёпает по их поверхности.

Эта зима пролетела как-то незаметно. Сначала пришёл Новый год, мой первый новый год в этом времени. По телеку всего две программы. Традиционный «Голубой огонёк» по телевизору. Традиционные салаты оливье и сельдь под шубой. Правда, чтобы достать майонез и яйца, для этих салатов, мне пришлось отстоять несколько часов в огромной очереди, как и за новогодними мандаринками. А что поделаешь, это время всеобщего дефицита. Мать, где-то достала синюшную тощую курицу, которая, запечённая в духовке, стала основным праздничным блюдом на нашем столе. В принципе, всё получилось вполне неплохо. Я с удовольствием уплёл, что было на столе, и лёг спать сразу после встречи Нового года. Ну а что, всё равно ничего интересного по телеку не показывали, а мне рано утром надо вставать на традиционную пробежку.

***

Кстати, сразу после нового года, я побывал у Лены дома в гостях. У них действительно шикарная для этого времени четырёхкомнатная квартира, с десятиметровой кухней и большой прихожей. Повсюду ковры, в зале стоит импортный чешский мебельный гарнитур, в котором расставлена дорогая фарфоровая посуда, и по-моему, это был сервиз «Мадонна» из ГДР. Он сейчас доступен только очень ограниченному кругу людей. Впрочем, потом, он вообще станет раритетом из советских времён.

Лена представила меня своим родителям. Её мать, Вера Константиновна, ещё вполне миловидная женщина лет сорока. Она явно тщательно следит за собой и рядом с дочерью в глаза бросается их фамильное сходство. Обе высокие, худощавые, с тонкими запястьями и щиколотками, и просто шикарными длинными, густыми каштановыми волосами. Только у матери уже кое-где пробивается закрашенная седина, видимая у корней волос. Отец, Сергей Иванович, тоже высокий, но уже немного располневший. Он поздоровался со мной, и я осторожно пожал ему руку, чтобы не сделать больно.

Мы с Леной, занимались у неё в комнате, оформленной типично в девчачьем стиле, с красивыми куклами на полках и большими мягкими игрушками по углам. Позже к нам присоединился её отец, и мы все вместе затеяли разговор на английском о достопримечательностях Праги, откуда тот недавно вернулся. Я бывал несколько раз в Праге. Мне очень нравится этот красивый, величественный город. Тут я даже немного прокололся, когда мы стали обсуждать знаменитую Староместкую ратушу с Пражскими курантами — самыми старыми в мире работающими астрономическими часами. Это великолепное творение Микулаша из Кадани, дожило да наших дней с пятнадцатого века. Астрономический циферблат часов отражает Птолемеевскую геоцентрическую картину мира, помещая землю в неподвижный центр вокруг которого вращаются солнце и луна, а также зодиакальное кольцо. Мы с Сергеем Ивановичем поспорили насчёт минутной стрелки, которой на этих часах нет. Есть только две часовые стрелки, с золотой рукой и с золотой звёздочкой на конце. В конце концов, он удивлённо сдался, признав мою правоту.

— Но откуда ты это можешь знать, если я там был совсем недавно, а ты не был совсем?

— Да я на картинках рассматривал, и статью в книге читал про эти часы, — пришлось тогда соврать мне.

Потом мы все вместе, пили чай с домашними пирожными, приготовленными Лениной мамой. В общем, её семье я вроде понравился. Они посчитали меня вполне интеллигентным мальчиком, достойным общения с их дочерью, и пригласили заходить в гости ещё, чем я ещё несколько раз воспользовался.

Приходя позаниматься с Леной, я с удовольствием лопал вкусные печеные сладости, которые замечательно готовила мама Лены. С самой Леной, мы так и зависли на уровне дружески-приятельских отношений. Я тут сознательно не хочу переходить на другой уровень. Бессознательное, доставшееся мне в наследство от Юрки, сильно тянет к красивой однокласснице, но я пока успешно с этим борюсь. Сама Лена, как мне кажется, хотела бы чего-то большего, и чтобы я был посмелее. Самой сделать первый шаг, ей не позволяет девичья гордость.

***

С тренировками у меня тоже всё по-прежнему. Обязательные утренние полуторачасовые занятия и вечерние тренировки: три дня в неделю по самбо, и три дня в неделю у себя в зале. Утром я, кроме обязательного бега, прыгаю на скакалке, тянусь, работаю на брусьях и турнике, и отрабатываю бой с тенью на воздухе. В зале по самбо после того, как я проиграл Зиновьеву в финале клубных соревнований, Степаныч с меня просто не слазит. Он до упаду гоняет меня по физухе, и постоянно ставит в пару с нашими технарями: Русланом Татовым, Денисом Смеловым и Георгием Гонгадзе. Георгий, или для своих просто Жора — мастер спорта по самбо.

Ему под тридцать, он не женат и служит в милиции, вроде даже в уголовном розыске, а всё свободное время посвящает спорту. Он мускулистый, ширококостный молодой мужчина с густо заросшим короткими чёрными волосами. Просто йети какой то, а не человек. Обладая огромной физической силой, он ещё совершеннейший технарь, и попасть к нему в пару это значит, что тебя просто разберут по косточкам, потом конечно соберут, но могут остаться лишние запчасти. Я, конечно, тут шучу, но в каждой шутке есть доля шутки. Жора ещё и мастер боевого самбо, знает интересные байки из боевого раздела, которые я, впрочем, тоже слышал, и на этой почве мы с ним даже подружились. В самбо запрещены удары и удушающие приёмы, но это не значит, что там их нет. Они просто вынесены в боевой раздел и в обычных спортивных секциях их не преподают. Мы с Жорой можем подолгу обсуждать некие тонкости того или иного приёма из боевого раздела, но это совсем не даёт мне никаких поблажек, когда я попадаю ему в руки в обычной схватке.

***

В нашем подвальном зале всё тоже по-прежнему, и даже лучше. Мы тренируемся все в том же составе, и мои ребята очень здорово подросли. Теперь даже наши новички: Славка и Армен вполне прилично могут и бороться, и с ударной техникой у них уже тоже неплохо. Конечно, им пока далеко до нашей троицы самбистов, особенно в борьбе, да и в ударке, честно говоря, тоже. Семёнов, Разуваев и Петренко — это спортсмены со стажем, и им легче осваивать новые для себя техники, потому что они уже готовы физически и мозги у них уже более заточены под схватки. Ну и Игорь Ким, он сильно вырос в плане техники, мне с ним приходится изрядно попотеть, пока его поймаешь на какой-то ошибке. Игорь весит на десять килограмм меньше меня, и он очень быстрый, с отточенными высокими ударами ногами. Бьёт он с разных положений, отлично работает в прыжках и умеет неожиданно вставить удар ногой в серию руками. Мне приятно видеть, как мои ученики берут новые высоты.

Вроде и случайно вышло, что я снова стал их тренировать, ещё сам толком не вернув себе прежних кондиций, но эта случайность позволила и мне быстрее расти вместе с ребятами. Многие вещи, ты лучше сам понимаешь, когда объясняешь их кому-то другому. Тебе, как будто, открываются новые грани давно известных технических элементов, и ты растёшь в своём понимании. Любой приём имеет много степеней освоения от начальной, до полного постижения. На начальном этапе ты, подражая инструктору, можешь просто выполнить приём внешне, но это ещё не твой приём. Ты его просто можешь кое-как показать, а применить вряд ли. На следующем этапе, ты учишься его делать уже не кое-как, а технически правильно. Потом, ты учишься применять этот приём в парной отработке, на поддающемся противнике. Далее, следуют другие этапы, и так вплоть до полного постижения.

Примером полного постижения приёма, являются коронные техники сильных бойцов. Например, противник знает, что твоя «коронка» — это проход в ноги. Он специально готовится именно на тебя, чтобы противостоять твоему проходу. Но в принципиальной схватке, даже зная, что ты попытаешься, он всё равно на него попадается, потому что ты постиг эту технику и умеешь её выполнять на подготовленном, сопротивляющемся противнике.

***

Есть условное разделение занимающихся единоборствами на «актёров» и «бойцов». «Актёр» стремится освоить внешнюю сторону технического элемента, чтобы максимально красиво представить его судьям или зрителям. Например, когда мы видим красивые драки в фильмах, это работа на внешнюю сторону. Многие приёмы, красиво смотрящиеся на экране, невозможно провести против подготовленного противника ни в спортивной, ни в реальной схватке. «Боец» же, в первую очередь, работает над эффективностью. Его мало волнует внешняя красота действия, хотя бывает и так, что эффективное действие может очень красиво смотреться со стороны.

Даже выполняя один и тот же приём, внешне одинаково, «боец» и «актёр» наполняют его разным смыслом. У «актёра» это работа на публику, а у «бойца» задача отточить приём в разных ситуациях, с разными сопротивляющимися противниками. Определение «актёр» не несёт в себе негативной окраски. Наоборот, именно «актёр», пропагандирует боевые искусства, привлекая в этот увлекательный мир новых последователей. Бывает так, что в фильме встречается великолепный «актёр» и великолепный «боец» и они, вместе с командой производящей съёмки, могут создать отличный шедевр увлекательной киношной драки.

На мой взгляд, один из лучших примеров такой драки — это сцена боя между Джеки Чаном и Бенни Уркидесом в фильме «Закусочная на колёсах». Правда до этого фильма ещё много лет, так что его в пример парням точно не приведёшь. Ну, это всё так, отвлёкся немного в сторону, но именно тренируя парней, я почувствовал, как шагнул ещё на одну ступеньку в бесконечной лестнице понимания.

За прошедшее время мы немного обустроили наш зал. В добавок к уже имеющимся, мы закупили туда ещё десяток подержанных матов для ковра, пару больших боксёрских груш, и обшили одну стену зеркалами, чтобы контролировать выполнение технических действий. И самое главное — мы сделали душевую, подсоединившись к проходящим через подвал трубам, и теперь можем принимать душ после тренировок.

Деньги достали самым незамысловатым способом. Я тут вспомнил студенческую юность, и подбил свою команду пойти на товарный двор, разгружать вагоны. А что, мы все парни здоровые, со стороны не и скажешь, что ещё школьники, так что получить работу нам не составило особого труда. Участвовали все, даже Армен, хотя по достатку в его семье, он мог просто принести свою долю, попросив деньги у упакованного папы.

В первый раз, мы попали на разгрузку мешков с сахаром, и как говорится, устроили себе «сладкую жизнь». Устали в тот день очень, но это нам было вместо дня железа. Зато заработали на всех целых сто пятьдесят рублей. Это, кстати, почти столько, сколько в это время, зарабатывает за месяц квалифицированный рабочий, или неплохой инженер. За несколько раз, мы собрали нужную для новых покупок сумму, и ещё «на мороженное» осталось.

***

Да, случилось и ещё кое-что, напрямую меня не касающееся, но подтверждающее то, что история в этой реальности идёт по тому же пути, что и в моей родной жизни. Юрий Андропов умер 9 февраля этого года. А уже 13 февраля новым генеральным секретарём ЦК коммунистической партии Советского Союза стал Константин Устинович Черненко. Он пришёл на этот пост уже глубоко больным человеком и ему, насколько я помню, оставалось довольно немного. Уже в марте следующего 1985 года пост генерального секретаря займёт Мишка «меченный» — могильщик СССР. Жаль, что я помню только основные вехи истории.

И эти знания, пока никак мне не могут помочь продвинуться в этой жизни. Но, с другой стороны, я знаю про Перестройку, про Гласность, про первые кооперативы и про рэкет. Помню про грабительскую Павловскую денежную реформу 1991 года, а эти знания дорогого стоят. Тогда вся страна на несколько дней погрузилась в глубокую панику. Все, у кого были спрятаны деньги «под подушкой» пытались, как-то обменять свои кровно нажитые. Комиссия посредников при обмене доходила до 50 процентов. Помню об августовском путче, и о последующем развале Союза в этом же 1991 году. Помню дефолт 1998 года, когда за несколько дней доллар скаканул с 6 рублей до 24. Кто-то на этом сильно наварился, но большинство людей, моментом ухнуло в бездну нищеты.

Помню ещё много чего, потому как это всё прошло через мою богатую на приключения жизнь. Ну и как вишенка на торте, я знаю о биткоине, и если мне в этой жизни удастся дожить до 2009 года, то я буду знать, куда вложить свои деньги.

Мои неспешные размышления на бегу, прервал отчаянный визг тормозов. Я краем глаза увидел несущуюся на меня машину, которая на скользкой дороге пошла в занос. Отскочить в сторону, я уже не успевал, поэтому, уходя от удара, просто подпрыгнул вверх. Сильный удар. Гантели из рук улетают куда-то в сторону. Меня, всё же, зацепило краем и бросило на мокрый асфальт. Хорошо, что я успел сгруппироваться, и упал грамотно, со страховкой прокатившись по лужам. Поднимаюсь, и первым делом, пытаюсь понять, не сломано ли у меня чего. Ощупываю себя. Прислушиваюсь к внутренним ощущениям. Вроде стою нормально. Бок, куда пришёлся удар машины, немного саднит. Мой спортивный костюм весь мокрый и грязный, и к тому же сильно порван. При чём, сразу и брюки и мастерка, видать разодрало, когда меня шмякнуло об асфальт. Сквозь прорехи белеет тело и видны красные ссадины на нём. Меня отрывает от осмотра своих повреждений женский голос:

— Твою мать! Ты что, не видишь, куда бежишь остолоп?

Поднимаю голову и вижу, что из раскорячившейся на тротуаре новенькой вишнёвой семёрки вылезла весьма эффектная длинноволосая брюнетка, слегка за тридцать. Она в чёрной, перехваченной на талии пояском, курточке из тонкой кожи, очень сексуально облегающей её невысокую, но очень аппетитную фигуру. Большая грудь, тонкая талия, крутые бедра. Куртка доходит до середины бёдер, открывая заинтересованному взгляду её немного полноватые, но стройные ножки, в высоких, до колена, чёрных замшевых сапожках и чёрных же чулочках. Её длинные шелковистые волосы каскадом рассыпались по плечам. Лицо брюнетки вполне симпатичное, но сейчас оно перекошено от злости.

— Вообще-то, девушка, я спокойно бежал по тротуару, и это именно вы сбили меня на своей машине, — рассудительно заметил я. — Мы можем прямо сейчас вызвать ГАИ и оформить наезд на пешехода.

Такая эффектная мадам, на крутой для этого времени машине, одетая как кинозвезда с обложки западных изданий, на сто процентов либо чья-то жена, либо, что более похоже на правду — любовница. «Чья-то» — это значит, какого-то упакованного барбоса, который конечно же вытащит её из любых неприятностей, договорившись полюбовно с любым инспектором ГАИ. Сейчас ещё нет мобилок, чтобы ей вызвонить своего благоверного, но думаю, она и без этого найдёт, как сообщить ему о прошествии. В этой ситуации я на сто процентов прав, но затеваться с ней бодаться, а оно мне надо?

По ощущениям, я в порядке. Одежду только жалко, скорее всего, она пойдёт на выброс. Ждать ГАИ, на холоде в мокрой порванной одежде, не пойми сколько, потом строчить заявление, ехать в больницу — вот вообще не хочется. В это раннее воскресное утро улица совершенно пуста, и никто не видел, как всё произошло. Заряженные барбосом, гаишники напишут, что я перебегал улицу в неположенном месте, а она не смогла затормозить вовремя, потому что я внезапно выскочил на дорогу. В общем, хрен с этой дурой, надо расходиться с миром.

— Ой, у тебя такие ссадины на бедре… — вдруг совершенно непоследовательно сменила тон брюнетка. — Сильно больно?

— Да нет, нормально. Спорткостюм жалко, а так всё остальное ерунда, — сердито буркнул я и развернулся, собираясь уходить.

— Постой, куда же ты? Как ты пойдёшь в таком виде? — женщина остановила меня, взяв за руку. — Давай я тебя отвезу. Наверное, это всё-таки я виновата. Разогналась на пустой дороге, на повороте хотела притормозить и меня понесло.

— Да ладно, я сам дойду. Тут мне недалеко, — попытался было протестовать, я но, брюнетка, прямо силой тянула меня к машине.

— Никаких «сам»! Я виновата, значит с меня новый спортивный костюм. Давай, садись в машину, я сейчас всё устрою.

Я подумал, ну а собственно, чего сопротивляюсь? Пусть подвезёт меня домой, а если ещё и костюм спортивный взамен испорченного купит, тоже неплохо, у нас сейчас дома с деньгами не жирно. Только вот в такую рань, ещё и семи утра нет, где она спортивный костюм найдёт? «Спорттовары» откроются не раньше десяти.

— Я вам сиденья испачкаю. У меня же весь костюм в грязи, — сделал я последнюю попытку.

— Ничего, химчистка всё очистит, давай садись! — тут же ответила она, решительно подталкивая меня к пассажирской передней двери.

Сдавшись, я сел в машину, аккуратно захлопнув за собой дверь. У меня, в 1993 году, была вот такая же, и тоже вишнёвая. Я её купил на деньги, полученные как призовые, за выигрыш на коммерческом турнире по фулл-контакт карате. Та «семёрка» была подержанная, но ещё в хорошем состоянии, и я был просто вне себя от счастья, купив самостоятельно свою первую машину. Потом у меня было ещё много разных авто, гораздо выше классом, подержанных и новых, но первая машина запомнилась особо. Брюнетка тем временем вернулась на водительское кресло, и стартовав, довольно ловко вывернула на дорогу, затем с пробуксовкой рванула вниз по улице. Если она так всегда летает, да по ещё и скользкой дороге, то неудивительно, что она вылетела на тротуар. Удивительно, что она до сих пор свою машину ещё в хлам не разбила

— Я на Мичурина живу, — подсказал ей, на всякий случай. — там, где квартал пятиэтажек, после частной застройки.

— Мы сделаем лучше! — бросила мне она, выжимая полный газ и не отрываясь от дороги. — Ты что, прямо в таком виде домой сейчас зайдёшь? Твои, наверное, обалдеют. Давай, лучше ко мне, там пока вымоешься, пока позавтракаешь, я тебе новый костюм достану.

— Да ну, мне неудобно как-то.

Начал было снова отнекиваться, но брюнетка за рулём, не дав мне особо высказаться, сразу же оборвала:

— Неудобно спать на потолке, одеяло падает. Я тебя сбила, костюм тебе испортила, значит с меня новый спортивный костюм и вкусный завтрак. Меня, кстати, Марина зовут.

— Очень приятно, Марина! А меня — Юрий.

— Ну, будем знакомы, Юрий! — подчеркнув моё имя, поддела меня Марина.

Ну, а кто я такой чтобы спорить, если такая эффектная женщина хочет тебя накормить вкусным завтраком и одеть с головы до ног. Жаль, что это не из-за моей неземной красоты, а по более прозаичной причине, ну да ладно, сойдёт и так.

Мы тем временем подъехали к новенькой двенадцатиэтажке. Марина запарковалась у второго подъезда, подождала, пока я вылезу из машины, чтобы нажать кнопочку на пассажирской двери и вышла из машины сама, не забыв запереть свою дверь на ключ.

— Иди за мной! — бросила мне на ходу и решительно направилась к подъезду.

Я, немного прихрамывая, ушиб ногу всё-таки, телепался сзади, и с интересом рассматривал её ножки. Да, не «идеал», чуть полноваты, но смотрятся весьма аппетитно, особенно обтянутый кожаной курткой тугой зад. Вот это прямо козырь, ничего не скажешь. Как говаривал один мой приятель из прошлой жизни — «станок мечты». Мы вошли в подъезд, Марина нажала на кнопку вызова лифта, и дверцы сразу открылись, впуская нас внутрь.

Тоненький пальчик с ярко красным маникюром ткнул в кнопку с цифрой восемь и лифт, немного дёргаясь, потащил нас наверх. В тесной кабинке лифта, стоя очень близко напротив Марины, я ощутимо почувствовал исходивший от девушки аромат дорогих французских духов. Наверное, это «Клема», но не точно. Я тот ещё знаток ароматов женских духов. В лифте было душновато. Марина небрежно расстегнула молнию куртки, открыв моим глазам белую блузку с глубоким вырезом на сочной налитой груди с глубокой ложбинкой. На шее у неё было сразу несколько золотых цепочек, а на самой толстой из которых, висел массивный золотой кулон со знаком скорпиона. Кабинка, наконец, остановилась, и девушка первой вышла из лифта, подойдя к самой красивой на вид двери, отделанной дорогим деревом. Марина вставила мудрёный ключ в хитрый замок и, сделав несколько оборотов, открыла тяжёлую стальную дверь с сейфовым замком. М-да, дверь-то непростая. Она сделает честь и современным мне дверям, из двадцатых годов XXI века.

— Проходи, давай. Чего мнёшься?

Марина, шагнув внутрь, сразу зажгла свет, открыв моим глазам просторный холл с большим встроенным шкафом и с зеркальными во всю высоту раздвижными дверями. В углу стояла дорогая банкетка с гнутыми ножками из красного дерева. Рядом огромная китайская ваза с белыми искусственными цветами. Пол был из дорогого наборного паркета. Марина, не задерживаясь и не разуваясь, сняла на ходу куртку, просто небрежно бросив её на банкетку. Под курткой у неё оказалась чёрная же короткая кожаная юбка.

Марина сразу открыла дверь с левой стороны и прошла в комнату, прямо по лежащему там ворсистому белому ковру. Судя по дверям, комнат было всего три, плюс большая кухня, дверь в которую была открыта, и сквозь неё виднелся большой стол, стоявший у окна. Зайдя внутрь, и прикрыв за собой тяжёлую дверь, я, в отражении шкафа, скептически осмотрел себя. Грязный, оборванный, с прорехами в спортивном костюме и заляпанными грязью ботинками. Видок у меня, ещё тот. А квартирка, конечно, просто шикарная, как по размерам, так и по ремонту и мебели.

— На вот, держи полотенце и халат, и дуй сразу в ванную. Там, думаю, и сам разберёшься. Свою рванину, просто скинь на полу. Вера придёт — уберёт. Вот тебе полотенце и халат.

Марина вышла из комнаты, протягивая мне сложенные чистое банное полотенце и мягкий толстый халат. Она кивком указала мне на дверь. Включив свет и зайдя внутрь, я оказался в довольно приличном помещении совместного санузла, отделанного дорогой импортной плиткой на стенах, и со стоящими просто баснословных денег сантех-приборами, начиная от унитаза и заканчивая шикарной ванной с хромированными металлическими ручками. Широкая полочка над огромной раковиной была вся заставлена баночками, тюбиками, стаканчиками с кисточками и прочей женской дребеденью. Я посмотрел на себя в огромное зеркало и невольно вслух произнёс известную фразу Глеба Жеглова из фильма «Место встречи изменить нельзя»:

— Ну и рожа у тебя, Шарапов.

Из зеркала на меня смотрел перемазанный грязью тип неопределённого возраста. Ладно, это мы сейчас быстро исправим, я мгновенно скинул одежду прямо на пол, как советовала мне хозяйка шикарной квартиры, залез в ванную, и включил душ. Постояв немного под горячей водой, я взял один из дорогих тюбиков с шампунем и с наслаждением, густо намылился с ног до головы. Когда ещё мне в этом времени, придётся помыться в такой вот ванной и таким шампунем? Растирая по телу густую пену, я услышал, как открылась дверь в ванную и в проёме возникла хозяйка квартиры, с телефонной трубкой зажатой плечом у уха и самим аппаратом в руках. Она окинула меня взглядом, и немало не смущаясь моего вида, деловито спросила:

— Юр, какой у тебя рост?

Ну, раз она не смущается, то я и подавно не стану. Я стал сильным напором воды поливать на себя из гибкого душа, смывая густую пену, плотно покрывавшую меня с ног до головы.

— Метр восемьдесят пять. Вес семьдесят пять, размер XL.

— А обувь?

— Сорок третий.

— Ашот, в общем тащи несколько костюмов разных размеров, чтобы точно подошло и кроссы сорок третий, — сказала Марина в трубку и, окинув меня оценивающим взглядом, вышла прикрыв деверь.

М-да, бесцеремонная дамочка. Интересно, это она просто такая непосредственная, или совсем не видит во мне мужчину? Приятней думать, что первое. Закончив мыться, я насухо вытерся, надел халат и вышел из ванной.

— Юра, я здесь, иди сюда, — послышался голос из распахнутой двери на кухню.

Ещё в коридоре, я почувствовал витавшие в воздухе аппетитные запахи. Войдя на кухню, я сел за стол, на котором уже стояла тарелка с белым хлебом, рядом ещё одна тарелка, наполненная тонко нарезанными сервелатом и сыром, и целое блюдо с отборным виноградом, яблоками, бананами и большими апельсинами. Достаток явно виделся во всём, начиная от дорогущего кухонного гарнитура, до блюда с фруктами в начале марта. Это в XXI веке колбасой и экзотическими фруктами никого особо не удивишь, а в СССР восемьдесят четвёртого года, это показатель статуса. Прямо передо мной стояла большая дымящаяся кружка с кофе с молоком, а рядом, чистая пустая тарелка с вилкой и ножом по бокам.

— Яичницу с беконом ешь по утрам?

Деловито осведомилась у меня Марина, хлопотавшая у плиты со скворчащей на огне сковородой. Она так и не переоделась, только скинула с себя сапоги и надела на ноги белые мохнатые тапки.

— Если дают, то да. Жаль в последнее время это бывает не часто — совершенно искренне ответил я, беря вилкой с тарелки кусочек колбасы и отхлёбывая из кружки напиток. — Английские аристократы предпочитают утром овсянку, но диетологи доказали, что сочетание яиц и бекона с утра наиболее полезная пища для насыщения организма перед длинным рабочим днём.

— Ох ты, смотри как завернул. Диетолог, тоже мне!

Марина подошла ко мне со сковородкой и стальной лопаточкой выложила три зажаренных с беконом яйца мне на тарелку. Потом поставила сковородку обратно на плиту, и налив себе в высокий бокал красного вина из стоявшей в шкафу бутылки, села за стол напротив меня. От неё не укрылся взгляд, которым я окидывал её фигуру, пока она ходила туда-сюда.

Ну чего сидишь, смотришь, ешь давай, — сказала она, делая маленький глоток из бокала. — Сто лет уже не готовила ни для кого завтрак.

Я с аппетитом стал есть яичницу.

— Так-то и не скажешь, что давно не готовила. Вкусно! — кивнул ей, ловко орудуя вилкой и ножом

— А то, — самодовольно сказала она, — не разучилась ещё. Ты откуда такой красивый будешь Юра?

— От мамы с папой, как и ты Мариночка, — рискнул обратиться к ней на «ты» я. — Я не красивый, просто симпатичный, немного. А вот ты, просто чудо как хороша.

Ух ты, как она своими глазищами-то в мою сторону сверкнула. Я сейчас, внутри себя чувствую такой кураж, какой всегда бывал раньше, когда хотел познакомиться с сильно заинтересовавшей меня женщиной.

— Ты, я смотрю, молодой да ранний, Юра? — Марина задумчиво смотрела на меня и машинально водила своим тонким пальчиком по краешку своего бокала.

— Так не в возрасте же дело, — гляжу на неё пристально и медленно вытираю губы салфеткой.

— А в чём? — девушка наклонила голову в бок, пристально рассматривая меня.

— В желании, в умении, в понимании.

— Ну, с твоими желаниями мне-то всё понятно. Тут у каждого первого в твоём возрасте, от желаний просто крышу сносит, а вот с умениями и пониманием, мне кажется, ты чуток приврал.

— Не проверишь, не узнаешь, — тихо отвечаю я, и пристально глядя на неё и начинаю медленно подниматься из-за стола.

Марина тоже встаёт, и сама подходит ко мне. Её тонкие пальчики, с длинными коготками, осторожно отодвигают ткань моего халата в сторону и медленно, чуть надавливая ярко красными ногтями, скользят по моей груди.

— Какие у тебя красивые мышцы, и такая гладкая кожа, совсем как у ребенка, — тихо говорит мне она.

Я глажу ладонью её волосы, осторожно подтягиваю к себе, и нежно целую в шею над самой ключицей, там, где тревожно бьётся тоненькая жилка пульса. Притягиваю к себе, и начинаю медленно подниматься с поцелуями вверх к её аккуратному ушку с массивной золотой серёжкой. Девушка окидывает голову назад, и закрывает глаза. Тогда я одним движением легко подхватываю её на руки и осторожно, чтобы не задеть дверной проем выхожу из кухни

— Уронишь сумасшедший! — только выдохнула она прямо мне в ухо.

— Не уроню, я сильный.

Я с Мариной на руках вошёл в ту же самую комнату, куда она заходила за халатом и полотенцем. Внутри был большой платяной зеркальный шкаф, большое трюмо, двуспальная кровать и белый толстый ковёр, по которому было очень приятно идти босыми ногами. Марина крепко держала меня за шею, и дышала так, что её грудь, очень возбуждающе, ходила вверх-вниз. Я осторожно опустил её на кровать и стал, одну за одной расстёгивать маленькие пуговички на её блузке. Она лежала с закрытыми глазами, взволнованно дыша, и не шевелилась. Расстегнув все пуговички, я оттянул тугую чашечку её бюстгальтера и осторожно лизнул её напрягшийся сосок. Она прогнулась в спине мне навстречу и тихо застонала. Тогда я начал работать языком активнее, одновременно расстёгивая замочек на её бюстгальтере. Марина тихо постанывала и гладила мою голову. Наконец замочек поддался, и я освободил её полную грудь от сдерживающих оков.

Продолжая ласкать губами поочерёдно оба прелестных полушария, я аккуратно гладил её животик, то спускаясь все ниже к бёдрам то снова поднимаясь наверх. В какой-то момент моя рука, аккуратно нырнула под юбку и стала медленно подниматься к самому сокровенному. Там выше были тоненькие трусики, сквозь которые явно ощущались набухшие половые губы и маленький бугорок клитора. Я, продолжая целовать, грудь некоторое время гладил девушку через ткань и, почувствовав, как её бедра пошли мне на встречу, рискнул отодвинуть тоненькую ткань в сторону. Там уже всё было влажным и опухшим. Я стал бегать пальцами вокруг клитора, вызывая глухие стоны и заставляя Марину все сильнее двигать тазом вверх-вниз. Поиграв таким образом ещё немного, один мой палец продолжал ласкать клитор, а другой осторожно скользнул вниз в маленькую горячую и тесную пещерку. Марина зарычала и внезапно, напрягшись ловко перевернула меня, и отодвинув в полы моего халата взгромоздилась сверху, на мое твёрдое как палка достоинство. Она крепко стиснула меня бёдрами, и стала ритмично двигаться вперёд-назад, впившись в меня поцелуем.

***

В общем, остановились мы только через пару часов, повторив всё с самого начала несколько раз. Марина, казалось, была ненасытна, и, как я понял, любила энергичней и пожёстче. Ну что же, я так тоже люблю, и в этом мы с ней совпали. Повышенное либидо Юркиного тела, и мой опыт вместе дали отличный эффект. Наши кувыркания остановил только звонок в дверь. Марина сорвалась с кровати, накинула на себя тоненький халатик и, прикрыв за собой дверь, вышла в коридор. Я, абсолютно голый, лёг на спину, и заложив руки за голову, стал её ждать, рассматривая комнату. Большое трюмо, заставленное косметикой, рядом мягкий пуфик, а на стене портрет Марины в чёрно-белом исполнении. Красивая! Дорогие шёлковые шторы, тяжелое покрывало, сейчас смятое небрежно валяющееся на полу, рядом её же вещи, и халат, который она мне дала. На тумбочке стоит японская видеодвойка «Sharp». Красивая пяти-рожковая люстра из чешского стекла. Неплохо, конечно. Дверь открывается и входит Марина с большим пакетом в руках, который она кидает мне со словами

— Держи! Примерь прямо сейчас. Посмотрим, что тут Ашот нам привёз.

Я поймал пакет прямо в воздухе, и заглянув в него, увидел несколько упаковок со спортивными костюмами и коробку с обувью. И костюмы, и кроссовки оказались «адидасовскими».

— Марина, это же очень дорого… — опешил я.

— Не дороже денег. Считай, что это мои извинения, за то, что я сбила тебя. И, кроме того, я очень рассчитываю, что ты отработаешь это сполна.

Тут Марина, скидывая халат на пол, как хищница мягко по-кошачьи пошла на меня.