Отписка от иллюзий

Телефон завибрировал под подушкой ровно в половину седьмого, и Настя Комарова нащупала его не открывая глаз, провела пальцем по экрану и выключила будильник одним отработанным движением. Ещё несколько секунд она лежала неподвижно, позволяя сознанию медленно всплыть из остатков сна, и только потом разлепила веки. В комнату проникал мягкий, какой-то влажный апрельский свет, размытый и неяркий, словно растворённый в утреннем воздухе. Настя повернула голову к окну, прислушалась к тишине квартиры и решила, что стоит проверить погоду, прежде чем идти заниматься утренней рутиной.

Она села на кровати, спустила ноги и нашла носком тапок, который куда-то уполз за ночь под край одеяла. Потянулась, чувствуя, как приятно растягиваются мышцы спины после сна, взяла телефон с постели и бросила взгляд на экран. Шесть тридцать две. Времени достаточно. Настя поднялась и подошла к окну, отвела в сторону лёгкую тюлевую занавеску и прижалась лбом к холодному стеклу.

Двор внизу выглядел промокшим и неприветливым. На асфальте темнели широкие лужи, отражая серое небо, а на ветках тополей у подъезда блестели капли вчерашнего дождя. Настя вздохнула, мысленно перебирая содержимое шкафа, и решила, что куртка сегодня точно понадобится. Весна в Нижнем была обманчивой, могла казаться тёплой и солнечной с утра, а к вечеру пронизывать ветром с Волги так, что продрогнешь насквозь за пять минут.

Она отпустила занавеску, вышла из комнаты и направилась в ванную. Вода из крана полилась ледяная, и Настя несколько раз плеснула себе в лицо, стирая последние остатки сонливости, потом взяла полотенце и промокнула щёки. В зеркале на неё смотрела обычная семнадцатилетняя девушка с русыми волосами до плеч, слегка растрёпанными после сна, серыми глазами и бледноватой кожей, которая почти не видела солнца за долгую зиму. Ничего особенного. Настя провела рукой по волосам, пригладила их и вышла в коридор.

На кухне за столом сидела мама, Елена Викторовна, в домашнем халате, с чашкой чая в одной руке и красной ручкой в другой. Перед ней высилась стопка тетрадей в клетку, которые она методично сортировала на две кучки. Услышав шаги, мама подняла голову и улыбнулась.

— Доброе утро, Настюш. Как спалось?

— Нормально, — ответила Настя, открывая холодильник и доставая оттуда йогурт. — Ты рано встала.

— Педсовет сегодня, нужно всё проверить до обеда, — объяснила мама, делая пометку в одной из тетрадей. — Настя, на улице сыро, не забудь куртку надеть. И шарф возьми, а то опять простудишься.

— Возьму, — пообещала Настя, садясь напротив и открывая йогурт.

Она зачерпнула ложкой густую массу с клубничным вкусом и отправила в рот, жуя задумчиво.

Мама отложила ручку, посмотрела на дочь внимательно и сказала.

— Слушай, Настюш, я сегодня поздно, после педсовета ещё с завучем встреча. Ты не могла бы вечером помочь с уборкой? Хотя бы пропылесосить в гостиной и на кухне вытереть.

Настя на секунду замешкалась, вспоминая расписание дня, потом покачала головой.

— Мам, у меня сегодня смена в зоомагазине. Я же говорила. С четырёх до восьми, может, чуть позже.

Елена Викторовна слегка нахмурилась, но не стала настаивать.

— А, ну да, я забыла. Ладно, перенесём на завтра. Ты там с тем котёнком всё ещё возишься?

— Да, я сегодня выложу пост, может, кто-то откликнется. Люди же ищут котят. — Настя оживилась, в голосе появились нотки энтузиазма. — Мам, он такой классный. Рыжий, пушистый, уже обработанный от паразитов, первая прививка сделана. Люда говорит, что его подкинули в коробке у входа неделю назад. Ему месяца три, не больше.

Мама слушала, и на лице её появилось выражение мягкой грусти, смешанной с пониманием. Она отложила тетради в сторону, сложила руки на столе и посмотрела на дочь серьёзно.

— Настюш, ты же понимаешь, почему мы пока не можем взять животное домой, да?

Настя кивнула, опустив взгляд в свой йогурт. Этот разговор был не первым.

— Понимаю, мам.

— Я работаю с утра до вечера, ты в школе, потом поступление, институт. Наташа вообще в разъездах постоянных. Кто будет ухаживать за кошкой или собакой? Это ответственность, Настя. Животное нельзя бросить, когда станет неудобно. Оно как ребёнок, требует времени, внимания, заботы. И денег тоже. Корм, ветеринар, прививки. Я не говорю, что мы бедные, но всё-таки нужно рассчитывать силы.

— Я понимаю, — повторила Настя тише. — Просто иногда думаю, как было бы здорово. Папа ведь хотел, чтобы у нас был питомец. Он обещал.

Повисла короткая тишина. Мама вздохнула, потянулась через стол и накрыла ладонью руку дочери.

— Папа многое обещал, и он бы обязательно выполнил. Но сейчас нас трое, и нужно быть реалистами. Когда ты поступишь, устроишься, заведёшь свою жизнь, тогда сможешь взять хоть десять котят. А пока давай помогать тем, кто есть, находить им хорошие дома. Ты же это отлично делаешь.

Настя слабо улыбнулась и кивнула. Мама права, как всегда. Она доела йогурт, встала, ополоснула ложку под краном и пошла обратно в свою комнату собираться.

Рюкзак лежал на стуле у письменного стола, и Настя принялась методично заполнять его содержимым. Сначала учебник биологии, потому что сегодня первым уроком была именно биология, и его нужно было держать под рукой, ближе к молнии. Потом папка с распечатанными материалами о поступлении на ветеринарный факультет, которую она перечитывала в свободные минуты, запоминая требования, сроки, экзамены. Настя мечтала стать ветеринаром с тех пор, как в детстве вытащила из подвала дворовую кошку с раной на лапе и выходила её вместе с папой. Он тогда сказал, что у неё доброе сердце и крепкие руки, а это главное для врача.

Она достала из ящика стола сложенный лист бумаги, на котором был напечатан график смен в зоомагазине. Нашла сегодняшнюю дату и улыбнулась, увидев нарисованное от руки маленькое сердечко рядом с пометкой о котёнке. Люда разрешила ей заниматься пристройством в рабочее время, если это не мешает покупателям. Настя аккуратно вложила график обратно в папку, застегнула рюкзак и перевела взгляд на переноску, стоявшую у шкафа.

Переноска была серого цвета, пластиковая, с металлической дверцей на защёлке. Настя подошла, присела на корточки и проверила замок, дважды щёлкнув им туда-сюда. Всё работало. Она поднялась, взяла телефон с кровати и открыла переписку с сестрой Наташей. Та сейчас была на сборах в Европе, готовилась к международному турниру по теннису, и Настя знала, что сегодня у неё важный матч. Быстро набрала сообщение.

«Желаю удачи. Порви их всех».

Отправила, потом зашла в настройки и перевела телефон в режим без звука. В школе лучше не отвлекаться.

В прихожей Настя натянула джинсы, тёплый свитер и куртку, проверила, что ключи лежат в кармане, накинула рюкзак на плечи и вышла из квартиры. Дважды повернула ключ в замке, убедилась, что дверь заперта, и спустилась по лестнице вниз. В подъезде пахло сыростью и старой краской. Настя ещё раз взглянула на телефон, подтвердила режим без звука и вышла на улицу.

Воздух был влажным и прохладным, пах весенней землёй и мокрым асфальтом. Настя поправила лямки рюкзака, засунула руки в карманы куртки и двинулась в сторону остановки. До школы было минут двадцать пешком, но она предпочитала идти, а не толкаться в автобусе. Так можно было подумать, собраться с мыслями, настроиться на день.

Город просыпался медленно. Мимо проезжали редкие машины, на тротуарах попадались такие же ранние пешеходы, кутающиеся в куртки и пальто. Настя шла размеренным шагом, обходя лужи и думая о предстоящем дне. Биология, потом русский, математика, ещё что-то. После школы зоомагазин, котёнок, пост в соцсетях. Нужно будет снять хорошее видео, чтобы людям захотелось забрать малыша. Но только в ответственные руки. Никаких спонтанных решений, никаких разговоров о том, что возьмут на недельку, а там посмотрят.

Школа показалась впереди, серое здание с широкими окнами и облупившейся штукатуркой на фасаде. Настя поднялась по ступенькам, толкнула тяжёлую дверь и шагнула в шумный коридор. Здесь было тепло, пахло столовой и мелом, вдоль стен толпились ученики, кто-то громко смеялся, кто-то листал телефон, прислонившись к батарее. Настя прошла мимо раздевалки, не снимая куртки, потому что в кабинетах всегда было прохладно, и двинулась к лестнице на второй этаж, где находился кабинет биологии.

Дверь класса была приоткрыта. Внутри у окна уже стоял Сергей Николаевич, учитель биологии, мужчина лет пятидесяти с седеющими висками и добрыми глазами за очками в тонкой оправе. Он что-то раскладывал на демонстрационном столе, когда Настя вошла и кивнула ему в знак приветствия.

— Доброе утро, Настя, — отозвался Сергей Николаевич, выпрямляясь и улыбаясь. — Как всегда вовремя. Не поможешь микроскопы настроить? Сегодня практическая, а у меня руки не доходят.

— Конечно, — ответила Настя, скидывая рюкзак на свою парту у окна и подходя к шкафу, где хранилось оборудование.

Она достала микроскопы один за другим, аккуратно расставила их на партах, потом принялась протирать линзы мягкой салфеткой. Сергей Николаевич наблюдал с одобрением. Настя выставляла свет, крутила винты, регулируя резкость, проверяла каждый прибор с тщательностью, которой могли позавидовать взрослые лаборанты. Она любила биологию, любила эту точность, возможность заглянуть в скрытый мир клеток и тканей, понять, как устроена жизнь.

Класс начал заполняться. Первыми вошли Вика с Катей, её одноклассницы, обе с телефонами в руках и недоспавшими лицами. Вика сразу плюхнулась на заднюю парту, даже не поздоровавшись, уткнулась в экран и принялась что-то быстро печатать. Катя прошла мимо, бросила на Настю короткий взгляд и кивнула, но в глазах было что-то отстранённое, усталое. Настя хотела спросить, как дела, но Катя уже села на своё место у стены и отвернулась к окну.

Остальные подтягивались медленно, кто-то зевал, кто-то жевал шоколадный батончик, кто-то громко обсуждал вчерашний матч. Сергей Николаевич подождал, пока все рассядутся, постучал костяшками пальцев по столу и поднял руку, требуя тишины.

— Доброе утро всем. Сегодня у нас практическое занятие, будем рассматривать клетки эпителия под микроскопом. Но сначала небольшая теория. Настя, ты готовила доклад про вакцинацию и гигиену содержания животных, верно?

Настя кивнула, поднимаясь со своего места. Она достала из папки листок с тезисами, хотя знала текст почти наизусть. Вышла к доске, оглядела класс и начала говорить спокойно и уверенно.

— Вакцинация домашних животных является основой профилактики инфекционных заболеваний. Первую прививку котятам делают в возрасте восьми недель, это комплексная вакцина против панлейкопении, калицивироза и ринотрахеита. Через три недели проводят ревакцинацию, и только после этого животное считается защищённым. Также обязательна прививка от бешенства, которую делают в три месяца. Что касается гигиены, важно регулярно обрабатывать животных от внешних и внутренних паразитов, следить за чистотой лотка, мисок, подстилки. Нельзя давать животным сырое мясо без предварительной заморозки, потому что там могут быть гельминты. Нужно регулярно показывать питомца ветеринару, даже если внешне он здоров, потому что многие болезни протекают скрыто на ранних стадиях.

Она говорила, а класс молчал, но это была не тишина внимания, а тишина равнодушия. Кто-то рисовал в тетради, кто-то переписывался под партой, Вика вообще не подняла головы от телефона. Настя почувствовала, как внутри что-то сжалось от досады, но продолжала, потому что ей было важно донести информацию, даже если никто не слушает.

— Также важно понимать, что животное, это не игрушка. Нельзя брать котёнка или щенка импульсивно, потому что он милый. Это живое существо, которое проживёт рядом с вами десять, пятнадцать, двадцать лет. Оно требует ухода, денег, времени, ответственности. Если вы не готовы к этому, лучше не заводить питомца вообще.

Сергей Николаевич громко стукнул ладонью по столу, и несколько человек вздрогнули, отрываясь от телефонов.

— Уберите гаджеты, я сказал. Настя вам рассказывает важные вещи, а вы сидите как в транспорте. Неуважение к выступающему, это неуважение к себе.

В классе зашуршало, телефоны нехотя спрятали в карманы. Настя слабо улыбнулась учителю в знак благодарности и закончила доклад. Сергей Николаевич кивнул одобрительно.

— Спасибо, Настя. Очень содержательно и по существу. Пять тебе в журнал. Садись.

Настя вернулась на своё место, и внутри стало чуть легче. Оценка была не главным, главным было то, что учитель её поддержал, услышал, оценил. Это давало ощущение правильности выбранного пути. Она открыла тетрадь и принялась записывать то, что Сергей Николаевич начал объяснять про строение клетки.

Урок тянулся размеренно. Потом прозвенел звонок, и класс разом ожил, загремел стульями, загудел голосами. Настя собрала тетради, закрыла учебник и пошла в столовую. В коридоре она поймала Вику за рукав.

— Вик, пойдём поедим?

Вика обернулась, на лице мелькнуло что-то вроде улыбки.

— Да, пошли. Катя, ты с нами?

Катя шла сзади, медленно, будто раздумывая. Потом кивнула и пристроилась рядом. Они втроём спустились на первый этаж, где находилась столовая. Здесь пахло жареной картошкой и компотом, гудели голоса, звенели подносы. Настя взяла тарелку с макаронами и котлетой, стакан чая и прошла к столику у окна, куда уже сели Вика с Катей.

Настя села напротив, размешала сахар в чае и решила начать разговор с чего-то нейтрального.

— Вик, ты контрольную по математике доделала?

Вика оторвалась от телефона, который лежал рядом с подносом экраном вверх, и пожала плечами.

— Не, забила. Всё равно ничего не понимаю. Лучше посмотри, — она повернула телефон к Насте, — вчера у Димки стрим был, две тысячи фолловеров. Представляешь? Он теперь на донатах больше зарабатывает, чем его родители на работе.

Настя взглянула на экран, где замер кадр из какой-то компьютерной игры. Ник стримера был написан английскими буквами, что-то вроде DarkSh4dow или около того. Она не очень разбиралась в этом.

— Димка, это тот, который в одиннадцатом учится? Который вообще в школу не ходит?

— Ага, он самый, — Вика оживилась, глаза загорелись. — Говорит, зачем ему школа, если он уже деньги делает. Вот это жизнь, а не наша тоска.

Настя хотела возразить, сказать, что образование всё-таки важно, что стримы могут закончиться, а диплом останется, но промолчала. Вика сейчас была влюблена в этого Димку, и любые разумные доводы просто не дошли бы. Она переключилась на Катю, которая молча ковыряла вилкой картошку, даже не пытаясь есть.

— Кать, ты чего такая грустная? Всё нормально?

Катя вздрогнула, подняла глаза. В них было что-то настороженное, почти испуганное.

— Да, всё нормально. Просто устала.

— Может, хочешь поговорить? — мягко спросила Настя.

— Не, спасибо. Всё окей.

Повисла неловкая пауза. Вика снова уткнулась в телефон, Катя отвернулась к окну. Настя прожевала кусок котлеты, запила чаем и решила попробовать ещё раз.

— Кать, если что-то случилось, ты знаешь, что можешь мне сказать, да? Я не буду никому рассказывать.

Катя дёрнула плечом, но промолчала. Тогда заговорила Вика, не отрываясь от экрана.

— Да у неё всё пучком, Настя. Её теперь на тачке забирают после школы. Прикинь, на чёрном внедорожнике. Я видела позавчера.

Настя нахмурилась.

— Кать, это кто тебя забирает? Родители?

Катя покачала головой, губы сжались в тонкую линию.

— Не родители. Один человек.

— Какой человек?

— Просто знакомый. Старше меня. Он хороший.

— А сколько ему лет?

Катя замялась, потом тихо, почти шёпотом, произнесла.

— Тринадцать пять. Но это неважно, правда. Он не такой, как все. Он меня понимает.

У Насти внутри похолодело. Тринадцать пять лет, а Кате только семнадцать. Это уже не просто разница в возрасте, это что-то неправильное.

— Катя, а твои родители знают про него?

— Нет, и не надо, — Катя резко подняла голову, в глазах мелькнул страх. — Настя, пожалуйста, не говори никому. Они не поймут. Скажут, что я дура, что он меня использует. Но это не так.

— А он не использует? — осторожно спросила Настя.

— Нет, — Катя сглотнула, голос дрогнул. — Он меня любит. Говорит, что я особенная. Что мне не место здесь, в этой школе, с этими детьми. Он хочет, чтобы я переехала к нему.

Настя почувствовала, как внутри поднимается тревога. Это были все классические признаки того, что кто-то манипулирует Катей, изолирует её, внушает, что вокруг одни враги, а он единственный, кто её понимает.

— Катя, послушай, — Настя наклонилась ближе, говорила тихо, но настойчиво. — Если человек действительно любит, он не будет скрывать отношения. Он не будет требовать, чтобы ты бросала школу, друзей, родителей. Если он говорит, что ты должна выбирать между ним и всеми остальными, это не любовь, это контроль.

Катя резко отодвинулась, лицо стало закрытым.

— Ты не понимаешь, Настя. Ты просто не знаешь, каково это, когда кто-то действительно видит тебя. Не как школьницу, не как ребёнка, а как личность.

— Но ты и есть школьница, — мягко возразила Настя. — И в этом нет ничего плохого.

Катя встала, схватила поднос.

— Мне пора. Он ждёт у школы.

— Катя, подожди, — Настя тоже поднялась, но Катя уже пошла к выходу, быстро, не оглядываясь.

Настя хотела пойти за ней, но Вика перехватила её за руку.

— Не лезь, Настя. Это её дело. Она взрослая, сама разберётся.

— Взрослая? — Настя обернулась к Вике, в голосе прозвучало раздражение. — Вика, ей семнадцать. А ему тридцать пять. Это манипуляция, ты не видишь?

Вика пожала плечами, вернулась к телефону.

— Может, он и правда её любит. Бывает же.

— Бывает, — согласилась Настя устало, — но очень редко.

Вика ничего не ответила. Настя поняла, что разговор бесполезен. Она допила чай, взяла поднос и пошла к раздаче сдавать посуду. Внутри осталось неприятное, тревожное чувство. Нужно было что-то делать, но что именно, она не знала. Поговорить с классным руководителем? Но Катя просила не говорить. Позвонить родителям Кати? Но тогда Катя никогда ей не простит.

Настя вернулась в коридор, достала телефон и посмотрела на время. До следующего урока оставалось ещё десять минут. Она прислонилась к стене, открыла браузер и набрала в поиске запрос о том, как помочь подруге, которая попала в токсичные отношения. Статей было много, но все они сводились к одному, нужно оставаться рядом, не осуждать, быть готовой поддержать, когда человек сам захочет уйти. Настя сохранила несколько ссылок себе в заметки и убрала телефон в карман. Урок русского языка прошёл в каком-то тумане, она механически записывала правила, решала упражнения, но мысли постоянно возвращались к Кате. Потом была математика, потом ещё что-то. Катя так и не вернулась. Её место у стены пустовало весь день, и Настя то и дело ловила себя на том, что смотрит туда, надеясь увидеть подругу.

Когда прозвенел последний звонок, Настя собрала вещи, попрощалась с Викой, которая тут же умчалась куда-то со своим телефоном, и вышла из школы. На улице стало теплее, солнце пробилось сквозь облака, и лужи начали подсыхать по краям. Настя достала телефон, набрала сообщение маме.

«Иду в зоомаг. Вечером позвоню». Отправила и пошла в сторону остановки.

Зоомагазин находился в двадцати минутах ходьбы от школы, в небольшом торговом центре на первом этаже. Настя любила эту дорогу, она давала время переключиться, отпустить школьные мысли и настроиться на работу. Сегодня в голове крутилась Катя, но Настя заставила себя сосредоточиться на котёнке. Ему нужен дом, хорошие руки, любящая семья. Это сейчас важнее всего.

Она свернула к торговому центру, поднялась по ступенькам и толкнула стеклянную дверь. Внутри было тепло, пахло попкорном из кинотеатра на втором этаже и чем-то сладким из кондитерской. Настя прошла мимо магазинов одежды, мимо аптеки и остановилась у знакомой вывески с нарисованной лапкой и надписью «Мир животных».

Над дверью висел маленький колокольчик, и когда Настя вошла, он звякнул негромко и приветливо. Из-за прилавка выглянула Люда, женщина лет тридцати пяти с короткими рыжими волосами и весёлыми карими глазами. На ней был синий фартук с логотипом магазина, а на фартуке красовалась брошка в виде кошачьей мордочки.

— О, Настюша, привет, — Люда улыбнулась широко и искренне. — Я уж думала, ты сегодня не придёшь. Как школа?

— Нормально, — Настя скинула рюкзак на стул за прилавком и прошла в подсобку, где стоял умывальник. — Сейчас руки помою и к котёнку.

— Давай, давай. Он там весь день скучал, спал в основном. Но когда я мимо проходила, мяукал так жалобно, прямо сердце разрывалось.

Настя вымыла руки с мылом, вытерла полотенцем и вышла обратно в торговый зал. В углу, на специальной полке, стояла просторная клетка, застеленная мягким пледом. Внутри, свернувшись клубочком, спал рыжий котёнок. Он был совсем маленький, пушистый, с белыми лапками и белой грудкой. Уши торчали смешно, хвостик был свёрнут колечком. Настя присела на корточки перед клеткой и тихо позвала.

— Малыш, привет. Как ты тут?

Котёнок открыл один глаз, потом второй, потянулся и зевнул, показывая розовый язычок и острые молочные зубки. Потом он поднялся, подошёл к прутьям клетки и ткнулся мордочкой в пальцы Насти, мурлыкая. Сердце у неё сжалось от нежности.

— Ты такой хороший, — прошептала она. — Мы обязательно найдём тебе дом. Обязательно.

Люда подошла сзади, положила руку на плечо Насти.

— Снимай видео, выкладывай. У тебя хорошо получается, люди доверяют. В прошлый раз ты ту кошку пристроила за три дня, помнишь?

— Помню, — Настя кивнула и достала телефон. Она открыла дверцу клетки, осторожно взяла котёнка на руки. Он был тёплый, лёгкий, мурлыкал так громко, что вибрация чувствовалась в ладонях. Настя включила камеру, направила телефон на котёнка и нажала запись.

— Всем привет, — начала она спокойным, доброжелательным тоном. — Меня зовут Настя, я волонтёр, и сегодня я хочу рассказать вам об этом замечательном малыше. Ему примерно три месяца, он был найден неделю назад в коробке у входа в зоомагазин. Мы его обработали от паразитов, сделали первую комплексную прививку. Он здоров, активен, очень ласковый и игривый. Ищем ответственных хозяев, которые готовы дать ему любовь и заботу.

Котёнок в этот момент потянулся к камере лапкой, и Настя не удержалась, улыбнулась.

— Но есть несколько важных условий, — продолжила она серьёзнее. — Забрать котёнка можно только с переноской. Это безопасность и для него, и для вас. Мы подписываем договор передачи, где вы обязуетесь кастрировать или стерилизовать животное по достижении возраста, следить за здоровьем и содержать в хороших условиях. Также я прошу оставаться на связи после пристройства, присылать фото, рассказывать, как дела. Если вы готовы к ответственности, пишите мне в личные сообщения. Контакты в описании. Спасибо за внимание.

Она остановила запись, пересмотрела видео и осталась довольна. Котёнок получился очаровательным, а её голос звучал уверенно и по-деловому. Настя открыла приложение соцсети, загрузила видео, добавила хештеги и описание с условиями пристройства, указала адрес магазина и нажала «Опубликовать».

— Готово, — сказала она Люде, возвращая котёнка в клетку. — Теперь ждём откликов.

— Молодец, — Люда кивнула одобрительно. — Я уверена, что найдутся хорошие люди. Ты так тщательно проверяешь, что мне даже спокойнее.

Настя улыбнулась и прошла за прилавок, заняв своё рабочее место. Следующие два часа прошли в обычной рутине. Приходили покупатели, Настя взвешивала корм, консультировала по витаминам, помогала выбрать игрушки. В какой-то момент зашла пожилая женщина с вопросом о корме для попугая, и Настя терпеливо объясняла, какие зерновые смеси лучше, почему важно добавлять овощи и фрукты, как следить за здоровьем птицы.

Потом, ближе к пяти вечера, когда Настя разбирала коробку с новым товаром, дверь открылась, и вошла женщина лет тридцати, в джинсах и коричневой куртке, с сумкой через плечо. Она огляделась, увидела клетку с котёнком и сразу направилась туда.

— Ой, какой хорошенький, — женщина присела, просунула пальцы сквозь прутья, погладила котёнка. — А его можно забрать?

Настя подошла, вытирая руки о фартук.

— Да, конечно. Вы видели пост в соцсетях?

— Нет, я просто мимо проходила, зашла, — женщина выпрямилась, посмотрела на Настю. — А что, нужно было заранее писать?

— Не обязательно, но есть условия, — спокойно объяснила Настя. — Забрать котёнка можно только с переноской и после заполнения анкеты. Мы должны убедиться, что ему будет хорошо.

Женщина нахмурилась.

— Переноска? У меня нет. А зачем она, если мы живём недалеко? Я на руках донесу.

— На руках нельзя, — Настя покачала головой, голос остался мягким, но твёрдым. — Котёнок может испугаться, вырваться, убежать. Или поцарапать вас. Переноска, это безопасность. Мы продаём их здесь, есть недорогие варианты.

Женщина поджала губы, явно раздражённая.

— А анкета зачем? Я что, экзамен сдавать должна, чтобы котёнка забрать?

— Это не экзамен, — терпеливо пояснила Настя. — Просто несколько вопросов. Условия проживания, есть ли другие животные, готовы ли вы к расходам на корм и ветеринара, планируете ли кастрацию. Мы хотим быть уверены, что котёнок попадёт в ответственные руки.

Женщина помолчала, глядя на котёнка, потом вздохнула.

— Ладно, дайте анкету, я заполню дома и принесу завтра. И переноску посмотрю.

Настя прошла за прилавок, достала из папки распечатанный бланк анкеты и протянула женщине.

— Вот, пожалуйста. Если будут вопросы, звоните, телефон внизу указан.

Женщина взяла анкету, сложила пополам и сунула в сумку.

— Спасибо. Я подумаю.

Она вышла, и колокольчик снова звякнул. Люда, которая всё это время стояла в подсобке и слушала разговор, вышла и покачала головой с улыбкой.

— Настя, ты прямо как пограничник на посту. Ни шагу назад.

— Я просто хочу, чтобы котёнку было хорошо, — Настя пожала плечами. — Если человек не готов даже переноску купить, какой из него хозяин?

— Правильно думаешь, — Люда похлопала её по плечу. — Вот за это я тебя и ценю. У тебя принципы есть.

Настя улыбнулась и вернулась к клетке. Котёнок снова спал, свернувшись в клубочек на пледе. Она осторожно погладила его через прутья, и он, не просыпаясь, довольно мурлыкнул. Внутри стало тепло и спокойно. Всё будет хорошо. Обязательно найдутся правильные люди.

Настя выпрямилась, потянулась, разминая затёкшую спину, и взглянула на часы. Половина шестого. Ещё полчаса до конца смены. Она прошла к стеллажу с кормами, принялась расставлять новые пачки, которые привезли утром. Работа была размеренной, успокаивающей, руки двигались сами по себе, а мысли текли свободно.

Дверь распахнулась с таким шумом, что Настя вздрогнула и обернулась. В магазин ввалилась компания из четырёх парней, все примерно одного возраста, лет двадцати или чуть больше. Они говорили громко, перебивая друг друга, смеялись, размахивали телефонами. Один сразу направился к аквариуму с рыбками и постучал пальцем по стеклу, другой снимал что-то на камеру, третий листал экран, не поднимая головы. Четвёртый, самый высокий, в светлой куртке из дорогой ткани, остановился у входа и оглядел магазин внимательным взглядом.

Люда вышла из подсобки, услышав шум, и строго сказала, обращаясь к парню у аквариума.

— Молодой человек, не стучите, пожалуйста. Рыбы пугаются.

Парень отдёрнул руку, виноватая усмешка промелькнула на лице, но он ничего не ответил. Зато высокий в светлой куртке быстро подошёл к нему, положил руку на плечо и негромко, но твёрдо произнёс.

— Серёга, спокойнее. Мы же договаривались.

Серёга кивнул, отошёл от аквариума и засунул руки в карманы. Остальные тоже притихли, переглянулись. Высокий развернулся и направился к прилавку, где стояли Настя с Людой. Теперь Настя могла рассмотреть его получше. Он был действительно высоким, под метр девяносто, широкоплечим, но не массивным, скорее спортивным. Тёмные кудрявые волосы уложены небрежно, но со вкусом, большие карие глаза, ровные черты лица, лёгкая небритость, которая добавляла какой-то мужественности. Одет дорого, но без вызова. Светлая куртка, тёмные джинсы, белые кроссовки, на запястье часы, которые, судя по виду, стоили больше, чем месячная зарплата Людмилы.

Он подошёл, остановился в паре шагов и улыбнулся. Улыбка была спокойной, уверенной, но не высокомерной.

— Добрый вечер. Извините за шум, ребята увлеклись. Меня зовут Артём Воронцов, — он протянул руку сначала Людмиле, потом Насте. Рукопожатие было крепким, тёплым. — Мы блогеры, снимаем контент про добрые дела и социальные проекты. Хотели бы снять короткий ролик здесь, если вы не против.

Люда нахмурилась, явно настороженная.

— Ролик про что именно?

— Про ответственное отношение к животным, — объяснил Артём, голос ровный, убедительный. — Мы увидели час назад пост в соцсети о котёнке и решили забрать его. Хотим показать своей аудитории, что это не игрушка, а живое существо, о котором нужно заботиться. У нас большая аудитория, в основном дети. Считаю, что это хорошая возможность донести правильные ценности.

Настя слушала внимательно, изучая Артёма. Он говорил красиво, без запинок, явно привык выступать на камеру. Но было в его манере что-то слишком гладкое, отрепетированное. Она скрестила руки на груди и спросила осторожно.

— А вы действительно готовы забрать котёнка? Или это просто для видео?

Артём перевёл взгляд на неё, и в его глазах мелькнуло что-то вроде уважения.

— Действительно готовы. Я в курсе про ответственность. Мой ник в соцсетях, ВоронART, можете проверить, мы регулярно делаем благотворительные проекты. Приюты, помощь бездомным, экология. Это не разовая акция для хайпа.

Настя кивнула, но не расслабилась.

— Хорошо. Но у нас есть условия. Забрать котёнка можно только с переноской и после заполнения анкеты. Также мы подписываем договор передачи, где вы обязуетесь следить за здоровьем животного, кастрировать по возрасту и оставаться на связи. Если вас это устраивает, тогда можем обсудить съёмку.

Артём улыбнулся шире, в глазах появился азарт.

— Идеально. Это именно то, что нам нужно. Мы как раз хотим показать весь процесс, все правила. Ребята, — он обернулся к своей команде, — ставьте стабилизатор, готовим свет.

Трое парней ожили, достали из рюкзаков оборудование. Один начал собирать штатив, другой проверял камеру, третий настраивал какой-то небольшой светильник на прищепке. Люда наблюдала за этим с сомнением, потом посмотрела на Настю, та пожала плечами. Люда вздохнула и кивнула.

— Ладно, снимайте. Но аккуратно, ничего не трогайте без спроса, и товар не двигайте.

— Конечно, спасибо большое, — Артём снова улыбнулся, потом снова повернулся к Насте. — А ты, наверное, та самая Настя, которая выложила пост?,

— Да.

— Настя, не хочешь быть в кадре? Ты куратор, объяснишь правила лучше меня. Зрители доверяют, когда видят реальных людей, которые действительно разбираются.

Настя замешкалась. С одной стороны, она не любила камеры, не любила быть на виду. С другой, это шанс донести информацию до большой аудитории. Если у этого Артёма действительно много подписчиков, то её слова услышат тысячи людей. А это могло бы помочь и другим животным в будущем.

— Хорошо, — согласилась она наконец. — Но я буду говорить только про правила пристройства. Никаких шуток или лишнего.

— Договорились, — Артём протянул руку, и они снова пожали друг другу ладони.

Настя прошла к клетке, открыла дверцу и осторожно достала бланк анкеты из папки, вернулась к прилавку и положила его перед Артёмом вместе с ручкой.

— Заполните, пожалуйста. Имя, адрес, телефон, условия проживания, наличие других животных, опыт содержания.

Артём взял ручку и начал писать быстро, уверенными движениями. Настя наблюдала, читая перевёрнутый текст. Артём Сергеевич Воронцов, двадцать один год, квартира в центре, других животных нет, опыт содержания кошек в детстве. Почерк красивый, разборчивый. Он закончил, отложил ручку и посмотрел на Настю.

— Готово. Что дальше?

— Дальше нужна переноска, — Настя кивнула на стеллаж, где стояли пластиковые переноски разных размеров. — Вот те подойдут. Можете выбрать любую.

Артём подошёл, взял серую переноску среднего размера, вернулся.

— Эта нормально?

— Да, отличный выбор.

Один из ребят, тот, что с камерой, подошёл и сказал.

— Тёма, готовы. Можем начинать.

— Отлично, — Артём расправил плечи, провёл рукой по волосам, и в нём что-то изменилось. Он стал ещё увереннее, ещё более собранным, словно включился внутренний переключатель. — Настя, ты готова?

— Готова.

Настя подошла к клетке, открыла дверцу и аккуратно взяла котёнка на руки. Он проснулся, зевнул, потянулся и устроился у неё на локте, мурлыкая. Настя вернулась к прилавку, встала рядом с Артёмом. Камера была направлена на них, красная лампочка записи загорелась.

— Всем привет, с вами ВоронART, — начал Артём, глядя прямо в объектив, голос стал чуть громче, энергичнее. — Сегодня особенный выпуск. Мы в обычном зоомагазине в Нижнем Новгороде, и сейчас заберём малыша на пристройство. Со мной Настя, она волонтёр и куратор. Настя, расскажи, что нужно, чтобы забрать котёнка правильно.

Настя сглотнула, посмотрела в камеру и постаралась говорить спокойно.

— Первое, переноска. Всегда. Нельзя нести животное на руках, это опасно. Второе, заполняем анкету и подписываем договор передачи. Это ответственность с обеих сторон. Третье, обязательно следим за прививками, кастрацией по возрасту и регулярными визитами к ветеринару. Четвёртое, сетки на окна. Это жизненно важно. И последнее, оставайтесь на связи с куратором, присылайте фото, рассказывайте, как дела. Мы всегда готовы помочь советом.

— Видите? — Артём повернулся к камере, улыбаясь. — Это не просто взять и унести. Это правила, система, забота. Мы всё это делаем, потому что животное, это не игрушка. Это член семьи. Идём к кассе.

Он взял переноску, Настя с котёнком пошла следом. У кассы Артём достал кошелёк, расплатился за переноску, потом достал ещё одну купюру, крупную, пятитысячную, и положил в прозрачную коробку на прилавке, на которой было написано маркером «Благотворительность, корм для приютов».

— Вот это тоже важно, — сказал он в камеру. — Поддержать тех, кто помогает животным. Каждый рубль идёт на корм, лекарства, уход.

Настя осторожно пересадила котёнка в переноску, закрыла дверцу и проверила защёлку. Котёнок внутри сел и посмотрел на неё большими глазами, чуть жалобно мяукнув. Настя погладила его через прутья и повернулась к Артёму.

— Следующая прививка через три недели. Вот контакты ветклиники, которой мы доверяем, — она протянула ему зелёный флаер. — И не забудьте про сетки. Металлические, прочные. Пластиковые кошки прогрызают.

— Всё сделаем, обещаю, — Артём взял листок, сложил и убрал в карман. — И это всё прозвучит в ролике. Люди должны знать.

Камера выключилась. Один из ребят сказал.

— Снято. Файлы на месте, монтаж вечером, ссылки добавим.

Артём кивнул, потом повернулся к Насте и протянул свой телефон.

— Настя, давай контакты. И вот мой номер, если будут вопросы по малышу или нужна будет помощь с другими пристройками.

Настя продиктовала свой номер, Артём сохранил его, потом набрал что-то и нажал вызов. У Насти в кармане завибрировал телефон.

— Теперь у тебя мой тоже есть, — он улыбнулся. — Ещё раз спасибо. Ты классная. Серьёзная, ответственная. Таких мало.

— Спасибо, — Настя чуть смутилась, отвела взгляд. — Просто делаю то, что считаю правильным.

— Вот именно за это и уважаю, — Артём взял переноску с котёнком, поднял её легко, словно она ничего не весила. — Настя, выложу вечером, скину ссылку, отмечу твой аккаунт. Договорились?

— Договорились, — кивнула она.

Артём махнул рукой своей команде, и все четверо направились к выходу. Дверь закрылась за ними, колокольчик прозвенел в последний раз, и в магазине снова стало тихо. Настя стояла у прилавка, глядя на закрытую дверь, и медленно выдохнула. Всё произошло так быстро, что она не успела толком осмыслить.

Люда подошла сбоку, покачала головой с улыбкой.

— Ну и ребята. Шумные, но вроде адекватные. Главное, что котёнка забрали по всем правилам. Настя, ты молодец, не растерялась.

— Спасибо, — Настя взяла телефон из кармана и открыла волонтёрский чат. Быстро набрала сообщение. «Пристроен рыжий котёнок, мальчик, три месяца. Забрали с переноской, договор подписан, все условия выполнены. Куратор я, контакт есть». Отправила и убрала телефон.

Люда прошла к кассе, заглянула в коробку для благотворительности и присвистнула.

— Пять тысяч оставил. Ничего себе. Богатенький парнишка.

Настя подошла, посмотрела на купюру, лежащую сверху на других, более мелких. Купюра была новой, словно только что из банка. Внутри шевельнулось что-то неопределённое, смесь благодарности и лёгкого дискомфорта. Слишком чисто, слишком идеально. Как маркер, на котором написано «мы хорошие». Но деньги пойдут на корм, а это главное.

— Ладно, Настюш, иди домой, — Люда похлопала её по плечу. — Смена закончилась, ты устала.

— Хорошо. Спасибо, Люда. До завтра.

Настя взяла рюкзак, попрощалась и вышла на улицу. Вечер опустился совсем, фонари уже горели, освещая пустеющие улицы. Воздух был свежим, пахло весной и чем-то далёким, обещающим перемены. Настя шла медленно, обдумывая всё, что произошло. Артём показался ей странным, не в плохом смысле, просто необычным. Слишком уверенным, слишком идеальным. Но он выполнил все условия, заплатил, пообещал следить за котёнком. Это главное.

Дома было тихо и пусто. Мама всё ещё на педсовете, Наташа в Москве. Настя разулась, прошла на кухню, налила себе воды и выпила большими глотками. Потом достала телефон и села на диван в гостиной. Открыла браузер, набрала в поиске «ВоронART». Первая же ссылка вела на его канал в популярной видеоплатформе.

Настя перешла. Канал был большим, почти триста тысяч подписчиков. Превью аккуратные, профессиональные, с яркими надписями и хорошо подобранными кадрами. Несколько видео про благотворительность, про помощь приютам, про экологические акции. Чаще попадались лайфстайл-ролики, влоги, обзоры. Всё выглядело дорого, качественно, продуманно. Настя пролистала несколько превью, открыла одно из последних видео про помощь детскому дому. Посмотрела минуту, потом закрыла.

Она открыла его профиль в соцсети. Сторис обновились буквально час назад. Настя нажала на аватарку. На экране появился короткий клип, снятый в зоомагазине. Артём держал переноску с котёнком, улыбался в камеру. Голос за кадром, его собственный, говорил бодро.

«Взяли малыша. Забота, это базово. Делаем всё по правилам. Скоро полный ролик».

Комментарии сыпались один за другим. «Ты лучший!», «Спасибо, что показываешь правильный пример», «Красавчик и душка», «Хочу так же». Редкие голоса сомнений тонули в море восторгов. Кто-то написал «А не для хайпа ли?», но под этим комментарием уже висело десять ответов от фанатов с защитой Артёма. Настя то улыбалась, то поджимала губы. Добро, упакованное в красивый контент. Она не могла понять, искренне ли это или просто хорошо сыгранная роль.

Настя открыла личные сообщения, нашла контакт Артёма и написала.

«Артём, привет. Вот ссылка на мой волонтёрский блог. Напоминаю, через три недели вторая прививка, обязательно запишитесь к ветеринару».

Ответ пришёл почти мгновенно.

«Настя, привет! Всё сделаем, обещаю. Спасибо за заботу. Ты крутая».

Следом прилетел смайлик с сердечком. Настя усмехнулась, убрала телефон и откинулась на спинку дивана. В комнате было тихо, за окном шумели редкие машины, где-то вдалеке лаяла собака. Настя закрыла глаза и подумала, что сегодня у одного малыша появился адрес. Пусть и не совсем обычным способом, но всё-таки появился.

В мягком вечернем свете, пробивающемся сквозь занавески, она ощущала, что сделала сегодня именно то, что важно. Настя поднялась с дивана, прошла в свою комнату и начала готовиться ко сну. День выдался долгим, насыщенным, полным разных событий. Катя, которая так и не вернулась после обеда. Урок биологии, где её доклад никто не слушал. И Артём с его командой, камерами, идеальной картинкой добра.

Она легла в кровать, укрылась одеялом и взяла телефон в последний раз. Проверила уведомления. Несколько лайков под её постом про котёнка, комментарии от знакомых волонтёров с поздравлениями. Ничего от Кати. Настя вздохнула, написала подруге короткое сообщение.

«Катя, как ты? Напиши, если захочешь поговорить. Я рядом».

Отправила, поставила телефон на беззвучный режим и положила на тумбочку. Закрыла глаза и медленно провалилась в сон, где снились рыжие котята, бесконечные коридоры школы и карие глаза, смотрящие прямо на нее.