Отрада волчья

— Буха́ли медведи в клубе на Победе, ну и с ними кот задом наперёд, — громко посмеялась я, сквозь царящий в клубе шум.

Не злобно, между прочим, не знаю, зачем он своими глазами изумрудными блеснул.

Кот настолько гибкий оказался, что сидя на высоком барном стуле, умудрялся к себе одну ногу подтянуть, другую как-то неестественно выгнуть, прямо солист балета, не удивлюсь, кстати. Как только джинсы не лопнули.

Котолаков в мире людей крайне редко встретишь, вот мы и прибалдели с подружкой Алькой. Смело подошли ближе, чтобы посмотреть, может, пощупать. Короче говоря, страх совсем потеряли.

Особенно когда он улыбнулся, усыпляя бдительность.

Светленький, моська славная, приятная. И глаза блядские зелёные. Вот откуда у кошаков такие глазища! И это ведь не просто милый взгляд, это взгляд искушённого хищника и падшего развратника. Даже сквозь десяток коктейлей, я чувствовала, что его опасаться надо, но при этом продолжало к нему тянуть. Хотелось за ушком почесать, в розовый нос чмокнуть.

Парню на вид лет двадцать, на самом деле больше. Я хоть и юная колдунья, но понимала, что рядом взрослый самец котолака.

Ну, блин, так хотелось!

— Мур, — приласкалась я.

Он улыбнулся, показал бармену три пальца, тот помчал наливать что-то.

У кота под рубахой мягкое тело. Обычно мускулатура у оборотней развита, а тут нетвёрдый вовсе, приятный и горячий. А я в клуб платье надела короткое на тонких лямках, тепла захотелось, к нему льнула.

— Ух, — чуть пьяно прошептала Алия, трогая его густые русые волосы, торчащие в разные стороны, но не безобразно, а вроде стильно и потрясающе.

Из копны вверх выглядывали два острых, с пушком, уха, как будто игрушечные, на самом деле его личные. То есть уши человеческие и животные.

Коты интересные, загадочные и невероятно обаятельные. Стройные и сильные. Конечно же, у волков тоже такие бывают, их называют Гончими, те которые очень быстро бегают на дальние расстояния и умеют искать и догонять. А тут целое племя котолаков.

Я тащилась.

— Тебе есть восемнадцать? — слащаво мурлыкнул кот, его лицо было напротив моего.

От него пахло ананасом, персиком и кошатиной.

Жаль. С другой стороны, что-то я перебрала явно.

— Четыре часа как, — улыбнулась я ему.

Кот покосился на Альку. Та от нас отвалила, стояла рядом, но скачущая на танцполе толпа, время от времени, как коварные морские волны, её утаскивала под лазерные лучи. И всё время кто-то к ней лип. Я даже ей завидовала. Ко мне так не подкатывали. Взгляд у меня, наверное, папин, хмурый из-под бровей. А папа ещё тот альфа.

Алия же напротив имела обманчивую милую внешность, почти как у кота. Немного нестандартную: густые рыжие кудри, фарфоровая белая кожа и раскосые, азиатские глаза серого цвета, и это не считая римского профиля и идеальной фигуры.

Естественно, её истинный самец там рвёт и мечет, что мы свалили из особняка.

Вон, названивал. Потерял любимую.

— Нравится моя подруга? — пьяно поинтересовалась я.

— Если были бы вы кошечками, мы б здесь не сидели.

Я рассмеялась, понимая, на что он намекает. Упала на стул рядом, почувствовав его тёплую приятную руку под коротким подолом. Ласкал мою попу, нахал.

— А ты смелый, — продолжала смеяться я.

— Вы же любите волчьи игры.

— Я обожаю, даже с людьми.

— Можно так поиграть, детка, что целкой останешься, а удовольствие неземное получишь.

Голос его шуршал, терялась половина слов, потому что пытался околдовать с помощью заклинания Звука.

Серьги в моих ушах мама подарила, они защитные. Сказала – лапша будет лучше соскальзывать.

Работало!

— Проблема котов в том, что вы ходите одиночками. Но ты прибился к медведям.

Я сказал правду. Среди человеческой толпы было несколько медведей-оборотней. Косолапые к нам не приставали, хотя посматривали с любопытством. Они просто знали, что в Санкт-Петербурге целая волчья стая тусуется, и как бы конфликты не нужны совершенно, поэтому близко не подходили.

А этот наглый. Я ведь пошутила, а он всерьёз. Опять глазами зелёными блеснул.

— Кот, ты осторожней со своими яйцами кошачьими. Руку из-под платья моего вынул!

— Му-ур, — мяукнул он мне в ухо.

Язык шершавый. У волков мягкие, шёлковые, а здесь как лизнул, так пробило дрожью.

Захотелось. Мне последнее время всё время хотелось секса попробовать, а жених не ехал. Знал ведь волк, что мне сегодня день рождения, и можно. А точнее нужно!

Кот поцеловал, ухо, висок. Влажно. Скрипнули его зубы.

— Никто не узнает, — прошептал он. — Ничего не произойдёт. Зато вспоминать будешь долго. И сравнивать меня со своими волками.

— Волк один, на всю жизнь.

— Я колдун сильный. Я тебе правду скажу: зависнешь ты между двух волков, и каждый из них тебя трахать будет, а ты с каждым из них себя будешь чувствовать сукой. А вспоминать меня. А может и не надо волков. Пойдёшь со мной?

— Что значит… между двух волков? — я покосилась на котолака, он дал мне стопку, сам с лёгкостью свою опрокинул.

— Значит, что в любовный треугольник ты попала. И кровавым он будет, — поморщился кот и прихватил дольку лимона.

— Если б это было правдой, то папа бы мне уже сказал и защитил.

— Значит, папу ты своего не знаешь, и не в курсе ты его планов.

Кот подмигнул мне. Руку из-под платья вынул, но ласкать бёдра и талию не перестал. Руки его горячие, и словно лапки кошачьи мягко скользили и чуть-чуть коготками царапали. Не больно, будоражаще.

— Пей, — напевно шипел он, маняще улыбаясь мне.

— Я только в коктейлях, — растерянно смотрела на стопку.

— Ничего, — он пододвинул ко мне блюдечко с лимоном. — Выдыхай, заглатывай, пососи, наслаждайся. Потом мы в обратной последовательности сделаем это.

— Нет, меня не вырвет, — пообещала я, а потом кинула на него грозный взгляд. — Ты на что сейчас намекнул?!

Он рассмеялся красиво и задорно.

— Дошло? Маленькая волчица, дошло до тебя.

— Дурак, — хихикнула я и несильно толкнула его плечом.

Выдохнула и уже хотела смело заглотить спиртное, как кот резко от меня отпрянул.

Маленький, но очень сильный кулак Алии только скользнул по его смазливой морде, разбив чутка нос. Из губ кота вылетела моя серьга на стойку бара.

— Вот тварь! — обиженно завыла я, хватая пальцами серьгу, что подарила мне мама для защиты вот от таких.

Это кот меня так облизывал и целовал, что незаметно серёжку с мочки стащил!

— То есть ты не битая, и страха не знаешь, — котолак вытер салфеткой лицо, дал знак бармену, чтобы не беспокоился.

— Ты охуел что ли? К дочери волчьего альфы под юбку!

— Маленькая сука, — протянул кот, щурил зелёные глаза на мою подругу.

— Маленькая сука у тебя в штанах, — крикнула Алия.

— То есть ты не мелкая, я ошибся. Да? Уже лет тридцать, — усмехнулся кот, похотливо проезжаясь взглядом по Алькиной фигуре.

— Да не пытайся, котяра драный, — Алия откинула шикарную огненную шевелюру с крупными локонами за плечо. — Тебе не повезло.

Я чуть не споткнулась, сползая с высокого стула. Ноги не слушались, заплетались. Серьгу я с трудом вставила обратно, но голова кружилась, и это не от спиртного…

— А не Лихо ли ты дочка? — кот теперь смотрел на меня нереальными какими-то изумрудами. — Волчья отРада, так ведь тебя зовут.

Я поспешила от колдуна убраться, ощущая, что сейчас будет нечто.

****

Такое в мире оборотней редко встретишь, что говорить про мир людей!

Папа мой… Действительно Лихо Нил Ильич, бывало перемещался в пространстве, но не злоупотреблял.

Странное ощущение, когда тебя в переносят с места на место.

По телу россыпь мурашек пробежала. Будто под музыку начала трястись картина мира. Дрожь в коленях. Поток межпространственного тёплого ветра подул, и туман чёрный перед глазами мелькнул.

Это всё случилось за сотую долю секунды. На танцполе люди ахнули, ощутив нечто. Мой перенос с колдуном из клуба мало кто заметил. Если только медведи и Алия.

Голоса стихли.

Я когда котолака в клубе увидела, то спьяну крикнула: "Вот этот кто нассал мне в тапки!"

Может, он обиделся? Обычно оборотни в мире людей на откровенные конфликты не шли. Совсем их избегали, если честно.

Неужели опять вражда какая-то между племенами?

Вот это я попала!

Алька меня убьёт. Я ей обещала вести себя хорошо. Алия ещё та колдунья. И может даже найдёт меня, потому что у неё родители по пространству тоже спецы.

Очутившись на улице, еле устояла на ногах, они подкашивались. Казалось что каблуки, врезающиеся в кромку льда на дорожке, могут сломаться. Почувствовала страшный холод, потому что минус двадцать, а я в тонком сарафане и в туфлях. Не особо комфортно.

Ну ничего! У меня же внутри волчица. Сейчас выпущу, согреюсь.

Бац и нифига!

Я перепугалась.

Невольно простонала, ошарашенно распахнула глаза, посмотрев по сторонам.

Очутилась в какой-то пустой подворотне. Это даже не колодец, похоже у промзоны, и дом то ли заброшен, то ли народ спал. Ни людей, ни машин. Вдалеке горели фонари, разило канализацией, и где-то совсем рядом ехал поезд.

Ещё раз попыталась перекинуться в волчицу. Это единственное спасение. Не смогла.

Начала сильно замерзать, что несвойственно оборотницам. Ещё перестала в темноте видеть. Только немного запахи ощущала. Это всё что мне осталось от моей оборотной природы. Я заныла, обхватив плечи руками и съёжившись всем телом.

Рассмеялся котолак совсем рядом.

Я сколько не щурилась, рассмотреть его не удавалось. А потом его глаза в непроглядном сумраке зажглись, яркими лукавыми полумесяцами изумрудов, и чуть показались очертания острых, тонких клыков в широкой пасти.

Ужас! Насколько я оборотница, прямо чистокровная, но сейчас в таком беззащитном состоянии, я до оцепенения ошалела от страха. Как-то не очень прикольно остаться простой девчонкой в обществе настоящего оборотня. Да ещё оборотня – хищника.

— Детка, тебе понравилось? — издевательски мурлыкнул кот.

— Что ты делаешь? — закричала я. — Ты же понимаешь, что мы живём стаей, и меня всё равно найдут.

— Мёртвой! — он ещё сильнее рассмеялся. — Тебя найдут мёртвой, хорошенько так изнасилованной! Как тебе, отпрыск Лихо?

— Зачем ты это делаешь? Я слышала, что медведи склонны к насилию, но чтобы коты! Впервые в жизни!

— А ты слышала, когда-нибудь про такую девушку, Ольгу Ниловну?

— Ниловна? — стучала я зубами, уже не чувствуя ног, и кажется плечи покрывались инеем. — Это папы моего?

— Да, это твоя сестра единокровная. Он убил её.

— Что? — опешила я. — Мой папа убил своего ребёнка? Ты охренел, кошак?! Мой папа – истинный волк, он о потомстве всегда радеет.

— Ух, ты! Что, реально так думаешь? Твой папаша убил девушку Олю. Она была прекрасна! — кричал возмущённо кот, он был недоволен и зол. Голос его красивый и мелодичный срывался на утробный рык, зверь просыпался внутри него. — Просто Оленька полюбила котолака и получилась так, что у неё появилась возможность стать кошкой. И она стала! Была Ольга Ниловна великолепным лекарем, спасла тысячи моих соплеменников, а Лихо взял и убил свою дочь, только потому, что он – волк.

Его голос пронзительный и строгий, пропитанный едкой угрозой, эхом отражался от стен дома.

— А я-то тут причём?! — закричала на кота.

— Кровь за кровь!

— Не знаю такой политики!

— А ты у папы спроси, — зашипел самец котолака их темноты. — Хотя уже поздно.

Я с ужасом смотрела по сторонам, почти терялось сознание.

Ну, этого я от себя не ожидала! Слабачка!

Уж если он меня изнасилует, то мёртвую. Я же живой не отдамся.

— Можешь спастись, предлагаю поступить, как поступила твоя старшая сестра. Пойдём со мной, у Лихо дети талантливые, ты станешь отрадой котолаков.

— Волчья радость я, — шмыгнула носом, слёзы на щеках сразу в лёд превращались. Я их смахнула, замёрзшую кожу отшлёпала хорошенько.

— Дурочка мелкая, ты в моей власти.

— Ага, сейчас, размечтался.

Вдохнула носом ледяной воздух и стиснула зубы от боли, потому что ноги, похоже, я отморожу.

Мой папа Лихо Нил Ильич, волк-оборотень, чистокровный, ему больше пятисот лет. Конечно в таком возрасте у него могли быть любые секреты, которых я не знала. А может я вообще ничего не знала о своём папе, всегда считала его хорошим. Конечно, он суров, потому что ему защищать клан нужно. Но я в восторге от папы! Я бы очень хотела, чтобы мой муж Аглай Листопад, которого ждала я вот-вот, со дня на день, был таким же альфой.

Но видимо ни папу, ни жениха я больше не увижу.

Кот вышел из тени здания. Лапой в джинсы залез, задницу свою почесал, хвост пятнистый вытащил, он у него мягкий на вид. Подходил ко мне ближе, я попятилась.

— Папа! Мама! — выкрикнула я.

— Как хотела, для них, детка, кровью твоей напишу послание. Я же тебя предупреждал, что колдун я сильный.

— А папа всё равно меня не оставит, — я сняла туфли и накренилась вперёд. — И живой я тебе не отдамся.

Арктический ветер пронизывал до костей, я околела так, что перестала чувствовать свои ноги и руки, зато отлично чувствовала запах папы.

Это необычный запах. Прямо в городе сквозь весь смрад, копоть, выхлопные газы тянуло свежестью мокрой земли после осеннего дождя, и ароматами влажного леса.

Кот видимо тоже почувствовал, поэтому поспешил – прыгнул на меня.

Мне даже показалось это моими последними секундами жизни. Разверзлась страшная пасть котолака, ничуть не хуже, чем волчья. Горели страшные зелёные глаза, и мощь его я ощущала физически.

— Я – дочь Лихо! — отчаянно заорала я и кинулась на него.

Вообще на что рассчитывала, сама не знала, но стиснув зубы, мчалась защищаться. Погибнуть в бою – явно не из моих девичьих мечтаний. Но что делать! Маму с папой не опозорю!

Коготь всё же задел меня. У котов есть когти… Острые такие. Но больше котолак ничего сделать не смог, только поцарапал.

Меня защитили.

На ногах я не устояла, сильно ударилась носом об асфальтовую дорожку, покрытую льдом. Руки и колени загудели. Из носа полилась кровь. И мой защитник в этот момент приоткрыл свой запах.

Это был мой истинный.

Пришёл всё-таки Аглай Листопад! Ровненько, как обещал – на восемнадцать лет.

В нос ударил запах леса, пронизанный ароматом полевых трав. Вкусно…

Ничего себе у него запах!

И он специально открыл его для меня, чтобы я не боялась. Мой обалденный истинный!

Мне хотелось плакать от счастья и бесконечной радости. Казалось, я очутилась в лесу и стрелой бежала волчицей. Свобода и бескрайние таёжные просторы мира оборотней. И луга, где колосились травы, обвивая меня приятными, жаркими ароматами тёплого лета и истинной любви.

Вот какой замечательный запах у моего обожаемого волка.

Когда мы виделись с ним, я была мелкая, не половозрелая, а теперь взрослая, и чувствовала его запах по-другому.

Это защита, надёжность, любовь, преданность и смысл всей моей будущей жизни.

Волк-оборотень прикрыл меня, ощерился. Большой, светлая шерсть стояла дыбом. Хвостом виляющим гладил меня и ласкал.

Я попыталась подняться , вытерла кровь рукой.

Запах крови истинной пары может до безумства довести самца. Он будет в такой ярости защищать свою женщину, что даже в пять раз сильнее враг огребёт и будет уничтожен.

И хотя с Аглаем мы пару не закрепили, волки ориентируются на запах.

Котолак приобретал образ зверя.

Уши его светлые покрылись точками.

Ох, не повезло волку, потому что перед нами был ягуар, хотя размером приблизительно с волка, напором мог не уступить.

В природе кошачьи сильнее волков, но тоже зависит от размера. В мире оборотней у волков есть когти, ничуть не меньше, чем у котолаков.

Драка началась мгновенно.

Мама с папой меня пока что ещё не брали на настоящие битвы или в патруль. Видела, как дрались парни, видела, как старшие тренировали младших волков.

Но такую битву не на жизнь, а насмерть приходилось видеть впервые. Это страшно для моей человеческой части, это возбуждало мою звериную половину.

Котолак отпустил своё проклятое заклинание, которое сдерживало мой оборот. Сейчас ему было не до этого.

И я сразу же покрылась тёмно-серой шерстью с чёрными подпалинами.