Отрицательный герой

Вся моя жизнь прошла в маленьком городе Благовещенск, прямо у самой границы Китая. Жизнь в Благовещенске была спокойной и размеренной, особенно зимой, когда улицы покрывал толстый слой снега, а все люди укутывались в шарфы и шапки, чтобы не замерзнуть. Я часто гулял по заснеженным улицам, курил, думал о своей жизни, о той кого любил, а она меня нет и о будущем, в которое честно говоря не верил. Снежные улицы, покрытые белоснежным покрывалом, казалось, зеркалили мои мысли и чувства. Я долго ходил на заснеженной дороге, по Воронкова, где когда-то меня били гопники, курил сигарету за сигаретой и всё время пребывал в состоянии некой дереализации. Я не понимаю кто есть я и настоящий ли этот мир. Я понимал что это всё результаты моего одиночества, моей отстранённости и комплекса несбывшихся надежд. Я не вижу не жизни и даже людей, что всегда проходят мимо меня, как и мои мечты. Я как всегда плыву в пространстве, как облако дыма от десятков и сотен сигарет, которые я курил каждый день. Сегодня у меня кстати "Манчестер". Единственное что я могу себе позволить в данный момент. Стоят они 125 рублей.

Хочу переехать. Умереть и переехать. А меня пусть переедет машина. Я оставляю в этом городе всё - всё что нажил, вещи... воспоминания и любовь. Свою семью, друзей... Алину... Новая жизнь привет! - Я ненавижу свою старую, перерезал бы ей вены, да боюсь за татуировки, сделанные Пашей по дешману. Больше меня ничего не радует и ничего не вдохновляет в этом городе. Я оставляю свои чувства и свою отложенную смерть

- Любимая, если я тебя достал, не волнуйся, моя верёвка рядом, это так, на всякий случай.

В последнее время мой смысл жизни заключается в том, чтобы о тебе не думать. А больше меня ничего не вдохновляет, даже пачки снотворного, от которого скоро умру.

Все мечты оказались ничем. Ни секс с тобой, ни фильмы, где Тони Монтана стреляет из подствольного гранатомёта в дверь своего особняка и валит несколько мафиози.

Честно хотелось бы быть таким же, как он.

В Благовещенске я нахуй никому не нужен. У меня никого не осталось. Никто не любит. Никто не ебётся со мной. Никто не печатает. Никто не читает.

Ужасна жизнь поэта если кратко.

Скучна, заурядна. Как хотите.

Каждый вечер, не пьянее от алкоголя, а от собственных переживаний, я скользил по городу, как тень в вечернем свете, прятался в подворотнях, где жизнь текла по канавам грязи и разочарования. Казань манила, как блудница на перекрёстке в мечтах: другая женщина, другой язык, другие тени. Это было больше, чем просто желание — это был крик души, жажда убежать от реальности, которая, в исполнении моей мизантропии, шептала: «Привет, ты всё равно никому не нужен».