Отвернувшаяся

Будильник зазвонил ровно в шесть. Он всегда звенит в это время, неизменно. Я открыла глаза, осознавая где я и кто я. Поднявшись с постели, подошла к окну и раздвинула плотные шторы. Город тонул в молочных сумерках. Я распахнула окно и вдохнула пыльный тёплый воздух. Моё любимое время, пограничное состояние между ночью и днём, противостояние солнца и луны. Добра и зла. Жизни и смерти.

Слегка мучила жажда и царапало в горле после сна. Я включила телефон и проверила входящую почту. От Криса новостей не было. Вот уже три дня нет ни писем, ни звонков, ни сообщений. Я набрала его номер, но в ответ услышала одно и то же за все время безмолвия : телефон отключён. Я начинала смутно беспокоиться не случилось бы чего, так пропадать - это несвойственно Крису. Нужно поехать к нему и убедиться, что все в порядке. Иначе я пропаду без него.
Приняв душ, я поставила чайник для кофе. Мне ещё нравится кофе. Его аромат будоражит сознание, проникая через ноздри в мозг и вызывает давно забытые ощущения и ассоциации.
Я предпочитаю варить настоящий кофе в турке, следя за пенкой и добавлять щепотку соли для раскрытия вкуса.
Поставив чашку с напитком остужаться на столе, ещё раз набрала Криса, но результат оказался прежним. Я сделала глоток. Горячая чёрная жидкость обожгла язык и пролилась в горло, обволакивая его горечью и смягчая царапанье.
Сумерки становились гуще, словно патока, спешащие прохожие вязли в них, словно мухи в мёду. Из распахнутого окна доносились людские голоса и шелест автомобильных колес по асфальту. Я побарабанила пальцами по столу и одним глотком опрокинула в себя остатки кофе.

В этот момент мой телефон зазвонил.

Номер был незнакомый и я не стала отвечать. Кольнуло беспокойное предчувствие чего-то не слишком хорошего. Телефон умолк, а через минут пять позвонил снова, но на этот раз номер был скрыт.

Я заволновалась, одним движением влетела в джинсы и натянула футболку. Прикрыла окно, оставив небольшую щель. Я живу на четвёртом этаже в панельной пятиэтажке и бояться, что ко мне кто-нибудь может забраться, считаю бессмысленным. Тем более, что бояться иногда нужно меня. Беспокойство росло и я, кажется, находила его причину в этих странных звонках и исчезновении Кристофера.

Накинув кожаную куртку и прихватив небольшую сумочку, я прислушалась в прихожей возле входной двери. Снаружи все было тихо и спокойно, на пятом этаже у пожилой соседки работал телевизор. Я заперла дверь на все замки и поспешила на улицу.

Лето не спеша сдавало позиции и вечера становились прохладнее.

Крис жил на другом конце города, в самом неблагополучном районе. Но ему нравилось, так как он считал, что там проще быть незаметным и не привлекать к себе лишнего внимания. А оно ему ни к чему, как, впрочем, и мне.

На город опустилась ночь, свет от уличных фонарей разбавлял темноту над дорогой. Я завела свою старенькую нексию. Немного подумав, вытащила из телефона сим-карту и переломила её надвое. Размахнулась и швырнула ставший бесполезным телефон подальше в кусты. Я знаю, что можно отследить объект по сим-карте и imei коду телефона, а мне лишние проблемы не нужны. Хотя я могла опоздать и, возможно, меня уже засекли, а мне никак не хочется, чтобы это случилось. И светить своё теперешнее место жительства я не горю желанием. Обругав себя последними словами за медлительность, я нажала на педаль газа и выехала на дорогу.

Возле дома Кристофера не горело ни одного фонаря. Сам дом глядел в окружающую темноту чёрными провалами окон. Крис снимал отдельный одноэтажный дом из четырёх комнат, гостиной и кухни. Вокруг дома рос яблоневый сад размером с хорошее футбольное поле, имелся бассейн и парковка. Я оставила машину в ста метрах от дома и пошла пешком, оглядываясь через плечо, так как меня охватило ощущение будто за мной наблюдают и это мне не понравилось. Уже тридцать лет я живу в страхе, страхе разоблачения и последующего за ним наказания. Иногда я боюсь собственной тени и стараюсь лишний раз не выбираться из дома. Крис приносил мне еду и читал нотации, что так жить нельзя. Что мне совершенно нечего бояться, что я свободна в своём выборе и зря не желаю видеть те перспективы, что открываются передо мной. Мы часто ругались, я кричала на него и злилась, обвиняла, что он во всем виноват. В последнюю нашу встречу мы снова разругались. И когда Крис не появился через день и не позвонил, я даже сначала обрадовалась, что он наконец оставил меня в покое. Но когда он не объявился ещё через пару дней, я заволновалась и поняла, что без его помощи мне не справиться.

Я открыла калитку и вошла во двор дома. Кристофер никогда не запирал дверь, он считал себя бесстрашным и сильным.

В горле пересохло от волнения. Я поднялась на крыльцо и тронула ручку двери. Убедившись, что дверь в дом не заперта, я осторожно шагнула внутрь. В доме пахло пеплом и любимым парфюмом Криса. Нашарив выключатель, я щёлкнула им в надежде, что загорится свет, но надежда не оправдалась. В принципе я хорошо видела в темноте.

- Крис, ты здесь? Это я, - мой голос прозвучал немного хрипло и жалобно.

Ответа не последовало. Скорей всего Кристофер отсутствовал и тогда я запаниковала. Обошла все комнаты и ни в одной Криса не было. В гостиной на полу возле дивана что-то блеснуло. Я наклонилась, чтоб посмотреть что это и почувствовала как у меня на затылке зашевелились волосы от ужаса. На паркете поблескивала цепочка с медальоном. Платиновая цепочка Криса с медальоном, в котором хранилась фотография его матери и прядь её волос. Это была самая важная и дорогая вещь для Криса, и тот факт, что она валялась на полу и нигде не присутствовали следы её владельца был пугающ и отвратителен. Крис никогда не расставался с цепочкой. Моя интуиция уже вовсю кричала об опасности.

- А вот и подружка пожаловала, - раздался довольный голос.

Я резко схватила цепочку и обернулась. Голос принадлежал высокому мужчине в тёмной куртке, который стоял возле стены, в руках он держал пистолет, направленный на меня.

- Не дёргайся, дорогая, - с насмешкой продолжил незнакомец, - он заряжен и там не совсем обычные пули.

Я лихорадочно соображала как мне поступить в этой ситуации и что вообще происходит.

- Я ничего не понимаю, кто вы? - спросила я, стараясь, чтоб мой голос прозвучал твёрдо, - как вы здесь оказались? Это частная территория и её хозяину совсем не понравится ваше вторжение.

Мужчина рассмеялся.

- Боюсь огорчить, но твой приятель мёртв.

Слова ударили моё сознание словно плетью. Я дёрнулась в сторону.

- Стой где стоишь, иначе я стану стрелять! - зло выплюнул незнакомец.

- Я вызову полицию! Что здесь происходит? - повторила я, засовывая медальон в задний карман джинсов.

- Что происходит? - переспросил незнакомец, - несколько лет я следил за твоим другом, чтобы уничтожить эту тварь раз и навсегда. Каждый раз ему удавалось сбежать, но теперь все кончено и бежать ему теперь некуда, разве что в ад. Эта мразь сдыхала в жутких мучениях.

Незнакомец усмехнулся и сделал шаг вперёд в мою сторону. Я стояла не двигаясь и лихорадочно думала, как мне выбраться отсюда целой и желательно невредимой. Я должна наладить с ним зрительный контакт и попробовать убедить, что я не несу никакой угрозы. Только проблема была в том, что в темноте это сделать крайне сложно. Остаётся попытаться уговорить его, уболтать и убедить, что я безопасна и безоружна.

Я подняла вверх руки и спросила:

- Как тебя зовут? Откуда ты знаешь Криса? Что тебе нужно?

- Как много вопросов! Только ты ошиблась, крошка, вопросы задавать здесь должен я. Но, если ты хочешь обращаться ко мне по имени, можешь называть меня Охотником. Мы те, кто борется со злом и очищает этот мир от скверны.

Я облизала пересохшие губы. Дело дрянь. Я все поняла. Случилось то, чего я так сильно боялась.

- Охотник, ты ошибаешься, я не знаю, что ты задумал, но я не зло и не понимаю, что вообще происходит! - я заплакала, - я приехала в гости к приятелю, его дома не оказалось, зато в дом вломился какой-то тип и угрожает мне пистолетом! - я всхлипнула и продолжила с горечью, - мне нужна помощь. Уже поздно и я хочу домой. Не убивай меня, пожалуйста, я не хочу погибать так рано, я не успела пожить!

- Ты давно мертва, - незнакомец приблизился и протянул руку к моей щеке.

Я не пошевелилась, когда он дотронулся до меня. Я смотрела ему в лицо прямо в глаза. Кажется они у него были голубыми.

- Как я могу быть мёртвой, если я здесь, если я дышу, разговариваю и чувствую? - мой голос прозвучал на полтона ниже, глубже и тише. Он словно обволакивал и гипнотизировал, - мы все мертвы давным давно, Охотник. И ты тоже. Разве это жизнь: у тебя нет ни жены, ни дома, ни детей, ни друзей. Ты одинок, всю жизнь одинок. Твоё существование сводится к тому, чтобы убивать. Но я не могу тебя винить в этом. Знаешь почему?

- Почему? - послушно повторил мужчина.

Я обошла его по кругу. Кажется мне удаётся ввести его в транс, что ж, неплохо. Значит Крис был прав и мне стоит бороться с собственными страхами и развивать способности, которые у меня несомненно есть.

- Потому что сильный всегда убивает слабого. Только ты забыл одну очень важную вещь, - мой голос вводил его в транс все сильнее, - сказать какую?

- Да.

Я обняла мужчину сзади, сложив свои руки у него на груди и прошептала на ухо:

- Потому что мы сильнее, мы - вершина пищевой цепочки.

С этими словами я вонзила свои удлинившиеся клыки в его шею.