Падение Империй

Зерус. Великая матерь Смалк

После отлёта отца и деток, которых он взял с собой, мне пришлось невероятно сложно. Империю вновь настиг хаос управления — слишком много взрослых особей разом покинуло наши ряды. Теперь мне приходилось ежемесячно раскидывать сеть единства по всем уголкам нашей державы, проверяя дела, контролируя процессы и раздавая ментальные подзатыльники нерадивым деткам. Каждый раз, когда энергия единства пронизывала наши разумы, соединяя их вместе, я чувствовала, как миллиарды мыслей со всей империи бьются в унисон моим приказам.

Империя перешла на военные рельсы. Зерус, наш оплот, уже полностью превратился в гигантскую крепость: его горные хребты были изрыты тоннелями и усеяны биофабриками, а небо пронзали башни-маяки, излучавшие защитные поля. Остальные территории, как и хотел отец, оставались дикими — безмолвными пустошами, где ветер выл песни забытых эпох битв с Зел-Нага, зелёным покровом лесов и джунглей, в которых ни на секунду не замолкала жизнь и смерть в своём вечном противостоянии, а воды Зеруса кишели своей неповторимостью, благо теперь там никто не скрывался от нас.

Меки, наши доблестные и немного безумные инженеры, наконец завершили строительство своих орбитальных колец — циклопических структур, опоясавших ключевые точки нашей космической обороны на планете и разворачивали подобные на других. Каждое кольцо гудело, как живое существо, перерабатывая астероиды в энергию и материалы. Биологи тем временем засеяли десятки миров, но это не были полноценные колонии. Мы создавали лишь ресурсные комплексы, «родильни» для новых поколений и гигантские биозаводы-теплицы. Эти купола, похожие на стеклянные пузыри, клокотали внутри биомассой, а их стенки пульсировали, словно жилы космического монстра из страшилок терранов.

Ограничения на производство низших особей сняли. Я потребовала от биологов обеспечить их левиафанами — живыми кораблями, способными без особых проблем бороздить космос. Они пригнали к Зерусу десятки лун, превратив их в космические верфи. Левиафаны выращивались в гигантских сотах, питаясь солнечной энергией и огромных вливаний биомасс из наших «теплиц». Зрелище было сюрреалистичным: луны, опутанные паутиной корней, рождали невообразимых по своей красоте существ, чьи тела светились изнутри, как новорождённые звёзды.

Меки, вдохновлённые успехом либри, предложили амбициозный проект — «Мир-Кольцо» вокруг одинокой звезды. Но я после долгих споров и размышлений отвергла его. Слишком много ресурсов, слишком долгий срок. Да, идея завораживала: кольцо, где гравитация и свет создавали бы рай для жизни… Но сейчас мы не могли позволить себе роскошь мечтаний. Война требовала прагматизма и чёткого распорядка потребления наших первейших нужд.

Главной проблемой стал стремительный рост населения и острая нехватка зрелых и опытных особей. Мне довелось столкнуться с теми же проблемами, что и Отцу в первые, полные борьбы годы становления нашей империи. Он не уставал повторять ставшую крылатой фразу: «Кадры решают всё» — слова, ставшие стержнем нашей государственной машины. Однажды, когда я попыталась глубже понять философию этой фразы, он рассмеялся — смехом, в котором слышались отголоски давних битв и несбывшихся надежд других людей. «Знаешь, Смалк, — сказал он, прищурившись, будто всматриваясь в призраков прошлого, — я смог воплотить мечту, которая преследовала меня и тех, кто был до меня, ещё в той, другой жизни. Ту, что казалась невозможной даже в самых дерзких фантазиях».

Он не стал уточнять детали, но в его голосе прозвучала горечь и странное облегчение, словно многовековая ноша наконец свалилась с плеч. Возможно, именно это «воплощение» объясняло его фанатичную преданность делу: каждый закон, каждый указ были кирпичиками в фундаменте утопии, рождённой когда-то в чужом мире, под иными звёздами.

В любом случае, ситуацию удалось частично исправить, возобновив разработки по программе клонирования людей. Само клонирование нас не интересовало, но гипнопрограммирование оказалось весьма многообещающим. Хотя изначально идея казалась бесполезной, но она подтолкнула меня к весьма радикальному решению.

С грустью, но я одобрила загрузку ментальных шаблонов древних и первородных особей, создавших рексов, в ещё не рождённых зародышей, формирующихся в кладках. Это тяжёлое решение позволило создать новых «умелых и обученных» управленцев и командиров, чья компетентность была признана относительно приемлемой. Новые особи не являлись точными копиями своих «доноров», но их индивидуальное развитие сильно зависело от унаследованных паттернов. Казалось, я насильно лишала их свободы выбора, свободы их сознания и отнимала их волю, но…

Все наши с Отцом дети приняли эту меру как временную необходимость, более того все рождённые по этой технологии, не чувствовали себя ни в чём ущемлёнными, лучше многих осознавая критичность текущей ситуации.

Тем временем промышленность империи набрала невероятные обороты, обогнав наши самые смелые предварительные прогнозы. В космическом пространстве формировались огромные флотилии. Уже одиннадцать укомплектованных минимальными экипажами эскадр стояло на окраинах Зеруса — мы физически не успевали обучать достаточное число особей.

Читая статистику, я смогла выделить из отчётов следующее:

Основные особи не вылезали из учебных центров и арен, которые росли как грибы, но их всё равно не хватало.Низшие особи проходили ускоренную подготовку: краткий обмен знаниями со старшими членами стаи → анабиоз → новые гипнопрограммы → загрузка в левиафаны или распределение на корабли орков.

Несмотря на достигнутые успехи, наша империя продолжала сталкиваться с серьёзными проблемами: острой нехваткой квалифицированных управленцев даже после принятых мер, существенным дисбалансом между производственными мощностями и доступными ресурсами, а также с рисками, связанными с ментальным программированием новых поколений, которые могут проявиться позднее. Но к сожалению, без Отца мне не хватит сил и навыков полностью исключить такие риски.

Но шаг за шагом Империя Ситхов выживала, крепла и готовилась. Готовилась к решающему сражению, которое уже скоро состоится. Даже «Мир-Кольцо», отложенный ранее, начал обсуждаться в узких кругах как символ послевоенного будущего или в качестве аванпоста нашей колонии за пределами нашей галактики…

Естественно, мы производили огромный ассортимент бытовых товаров и вещей, но постепенно и гражданская часть промышленности полностью перешла на военные рельсы. Личное оружие, боеприпасы, наземная и воздушная техника — мекам и другим видам был дан зелёный свет на реализацию почти всех их проектов. Чего стоят лишь два десятка «Странствующих малых библиотек» — мобильных исследовательских станций, или экспериментальная супер-малюсенькая «Звёздочка Смерти» размером с луну, чьи лазеры могли с лёгкостью испепелить стандартный охранный флот колоний человечества близ Доминиона.

Меня постоянно преследовали приступы паники за Отца и ушедших с ним детей. Сидеть сложа руки было невыносимо, поэтому я не только укрепляла оборону империи, но и готовила к отправке свежие силы для экспедиции Отца и Керриган: десять флотилий с основными особями и семь тысяч левиафанов, погруженными на них в анабиоз низшими, должны были отправиться вслед за ними.

Связь с экспедицией оставалась ужасной. Удачные сеансы позволяли понять, что несмотря на бравый и лихой наскок, наши не ожидали такого отпора от людей и серых. А ведь силы Отца даже не встретив пешек Амуна, уже несли серьёзные потери, благо перевес был пока на нашей стороне, но что было бы, если бы Отец сразу встретил его… И это пугало.

Теоретически квантовые передатчики должны были обеспечить стабильный канал, но на практике сигнал постоянно прерывался. Даже в редких сеансах хорошей связи я не упоминала о готовящейся помощи, помня наказ отца о военной тайне и рисках взлома, а главное о нашей скрытности.

Тем временем передовая группа меков строила сеть гиперпространственных и варп-маяков. Это не только улучшило бы связь, но и создало защищённые «космические трассы» для быстрых перемещений между звёздами. Правда, на мой вопрос откуда меки и либри достали эти маяки я впервые получила отказ со ссылкой на распоряжение Отца, который запретил им рассказывать тайну их происхождения. И видимо риск этой тайны многократно превышал наш риск раскрыться перед рабами Зел-Нага.

Я не забывала и о другом задании отца: наращивать военный потенциал всевозможными средствами. В итоге я сняла для биологов многие запреты на разработку нового биологического оружия. Теперь они разрабатывали новые виды боевых организмов и штампов биологического оружие (хотя не все их идеи одобрялись).

Меки с головой ушли в свои исследования, погрузившись в лаборатории и совершенствуя всевозможные орудия разрушения и жадно ожидая «гостинцев» — новых и вкуснючих технологий с фронта.

Либри, оказавшиеся гениями фортификации, по моему указу начали превращать звёздные системы в полноценные космические крепости. И пусть их рвение и паранойя были поставлены под жёсткий контроль комиссии из десяти первородных матерей, но масштабы поражали: каждый мир обрастал щитами, планетарными пушками и лабиринтами ловушек.

С другой стороны, когда в их цепких лапках оказались ныне священные документики с моей подписью, разрешающей создание парочки «Звёздочек Смерти», их восторг превзошёл все мыслимые пределы. Казалось, время остановилось, пока они лихорадочно листали страницы, словно держали в руках не указ, а ключи от первородной силы Праматери. Их радостные визги, напоминающие помесь технических сигналов и первобытного ликования, огласили каждый уголок дворца. Даже холодные стены мековских лабораторий ожили, казалось, что всё и вся вибрирует от всеобщего экстаза — будто сама идея апокалиптического оружия зарядила пространство электричеством безумия. То, что для меня было формальным разрешением, для них стало актом священного благословения, превратившим чертежи в мантры, а меков — в жрецов грядущего бАААльшучего фейерверка.

Самое удивительное, что несмотря на все мои усилия, кое-что осталось прежним - секретный мир Лаборатории Древнего Меха, обладая привилегированным статусом, получал ресурсы по первому требованию, а все её запросы выполнялись незамедлительно. Уже сейчас начали прибывать первые партии системных проекторов и двигателей, которые немедленно устанавливались на орбитах планет и лун. В ближайшее время планировалось начать сборку Солнечного каскада, после чего аналогичные конструкции должны были опоясать всю звёздную систему. Примечательно, что параллельно такие же процессы запускались в других уголках галактики, однако доступ к этим объектам имели исключительно представители самой Лаборатории.

Инвиторы, испытывая лёгкую меланхолию от невозможной к их сожалению полной застройки Зеруса, с утроенной энергией бросили силы на добычу ресурсов и наращивание производственных мощностей. Тем временем феи, роями, напоминающими тучи, непрерывно сверялись с архивными данными, совершенствовали буквально каждый элемент инфраструктуры. Дворцовый комплекс благодаря их усилиям пережил уже девять этапов эволюции, а их новое увлечение — «кровавые игры» — стало настоящим прорывом. Вдохновившись «древними манускриптами» за авторством Отца, они разделяли охрану на штурмующие и обороняющиеся отряды, которые после схваток проводили детальный разбор ошибок, внося радикальные изменения в систему защиты. С третьего цикла к играм стали привлекать сторонние подразделения, чтобы повысить масштаб и объективность испытаний. Изначально локализованные в пределах библиотек и родного мира, эти эксперименты вскоре распространились на всю империю. Было странно видеть, как одни из моих детей атакуют Зерус, а другие с фанатичной яростью защищают его.

Флотские офицеры и военные, впечатлённые «кровавыми играми», запустили крайне рискованные учения. Мне пришлось вмешаться, запретив применение смертоносного оружия и ограничив мощность энергетических установок в тренировочных боях. Однако даже эти меры не предотвратили неприятных инцидентов: в ходе космических манёвров уже погибли десяток рядовых и двое высокопоставленных особей. Тем временем орки и отряды космодесанта превратили свой мир в полигон — ландшафт пришлось воссоздавать заново четырежды. Легионеры, включая орков и добровольцев, занимались интенсивной подготовкой без перерывов, оттачивая навыки в бесконечных схватках. У меня было ощущение, что уже вся поверхность их планеты, пропитанная кровью, стала символом их безжалостной преданности делу.

Я не переставала восхищаться моим личным «мну» Швейком — уникальной личностью, чья перерождённая душа раскрыла не только его личные возможности в снабжении и управлении, но и доведя кпд всего его вида на невиданный доселе уровень эффективности. Он оказывал благотворное влияние на сородичей, не стесняясь устраивать строгие разборы даже молодым матерям. Странным образом после его внушений их мышление обретало кристальную ясность, а «пропесоченные» долгими лекциями мозги будто вставали на предназначенные им места, словно шестерёнки, наконец попавшие в пазы механизма. Особенно колоритными были его публичные выступления, когда Швейк, сверкая глазами, громогласно заявлял: «Некоторые особи перестали думать тем самым местом, откуда я, бедный страдалец, их вытащил!» — и тут же тыкал пальцем в воздух, будто указывал на невидимые миру пороки. Его метафора о «месте», откуда он «вытаскивал» заблудшие умы, стала легендой: подразумевалось, что он буквально выдёргивал их из трясины невежества, заставляя включить забытые инстинкты выживания и развития.

Легендами стали его требования к мекам и их устройствам, порой ужасавшие всех своей «точностью и масштабом». Но это ещё не всё: Швейк с аппетитом поглощал ресурсы, передвигался на ручках у грудастых самок, постепенно сформировавших дополнительный штат его «сотрудниц». Он стал первым среди «новых мну», обзаведясь личной лисицей, открыто называя своё окружение гаремом, и активно готовился к эволюции.

Между тем до меня дошли сведения, что к Метрополии на всех парах мчится флотилия, доставляющая новый вид, возникший в результате эволюции «мну». А тут сам Швейк, вопреки всем ожиданиям, инициировал собственную трансформацию, параллельно агитируя сородичей. Его усилия спровоцировали эволюционный всплеск у семисот особей, уже погрузившихся в состояние хризалид. Сам же он из последних сил сдерживал начало процесса, поглощая тонны ресурсов и колоссальные объёмы энергии. «Так стану сильнее», — твердил он, оправдываясь желанием завершить дела: подготовить молодёжь, закончить проекты. Ворчал, что не может погрузиться в метаморфозы, не завершив намеченные планы. А ещё поражали некоторые изменения, которые начались твориться с его гаремом, отчего Швейк все-таки стал подумать о необходимости эволюции…

Правда недавно, он познакомился с родичем Рабиновича… И итоги встречи, о которых я не знаю, меня немного пугают.

Тем временем детки усиленно готовились к войне, оттачивая навыки и тренируясь до изнеможения. Каждая тренировка превращалась в имитацию реальных сражений: новички отрабатывали тактику отступления и штурма, а ветераны делились опытом выживания в экстремальных условиях. Даже в перерывах между занятиями они обсуждали стратегии и тактики, а их глаза стали холодно-расчётливыми. Во время финальной сессии игр связи я наблюдала, как их движения стали чёткими и плавными, никаких лишних движений. Было ясно: если придётся, они пойдут в бой без колебаний, превратив теорию в кровавую практику для врага.

Во время последнего сеанса связи я попросила отца направить на Зерус особей, отличившихся в схватках с серокожими рабами Зел-Нага. Ментальные слепки — полезный инструмент, но носители реального опыта противостояния нашим врагам куда ценнее. Они смогут передать не только знания, но и тонкости тактики, недоступные симуляциям. Отец заинтересовался идеей, назвав её «малой ротацией». Как только сформируют крупный конвой с пленными и образцами вражеской техники, вместе с ними отправятся ветераны всех видов, включая низших — все те, кто познал истину и боль войны не через проекции или карты, а в реальном бою.

Родная звёздная система, некогда пустовавшая, теперь была заполнена конструкциями: свет звёзд мерцал сквозь паутину станций и платформ, а небо вокруг Зеруса переливалось многослойными планетарными щитами. Дикая фауна демонстрировала странную активность — биологи фиксировали сотни новых подвидов и уникальных существ. Создавалось впечатление, будто сама планета готовилась к грядущим испытаниям, порождая всё более сильных и свирепых тварей. Зерус, казалось, эволюционировал вместе с нами, превращаясь в гигантский инкубатор агрессии и мощи, отчего идея Отца оставить часть планеты в первозданном виде мне теперь видится абсолютно верным решением.

Мне пришлось полностью запретить проникновения и экспедиции в сеть миров Молота Войны, которые меки устраивали в поисках ништяков. Каждый раз, когда там открывались разломы, в наш мир пытались прорваться враждебные сущности, о чём неоднократно предупреждали дети из загробного измерения. Иногда эта мерзость просачивалась даже в наш загробный мир, точнее в ту локацию теней, связанную с ним. К этим угрозам добавились новые опасения: если мы решим перенести Зерус и другие наши миры в иную реальность, останутся ли с нами наши Поля Вечной Охоты? Признавать возможность поражения было немыслимо, однако требовалось подготовиться даже к самому унизительному сценарию — поспешному бегству. Мы уже подобрали резервный мир с временным соотношением 1:270, где время текло в двести семьдесят раз быстрее. Главной надеждой оставалась связь между Зерусом и Полями, которую каждый мой ребёнок ощущал на глубинном уровне. Дети по ту сторону тоже не бездействовали: они развивали технологии, пытаясь открыть порталы в иные измерения, пока безуспешно. Единственным их достижением стало усиление существующей связи между Зерусом и Полями. В худшем случае души погибших смогут покинуть наш загробный мир, продолжив путь в иных реальностях.

Я постоянно опасалась, что меки или либри устроят катастрофу. Однако меки, к удивлению, регулярно получали строгие выговоры от странного «мну», который методично вразумлял их коллектив. Особенно эффективными оказались его абсурдные, на первый взгляд, запросы к безумным учёным. Либри же успокоились после полученного разрешения строить библиотек и «Звёздочку Смерти», а когда им поручили превратить наши миры в неприступные крепости, у них попросту не осталось времени на глупости и их вечные шалости. Совет Матерей легко гасил их редкие эксцентричные порывы. Истинная беда пришла от биологов — единственных, от кого я не ждала подвоха. Не зря Отец трепетал перед их пугающим гением: их эксперименты начали выходить за рамки контроля, подтверждая все его худшие предчувствия.

Наши милые лекари, получив разрешение на разработку оружия массового поражения, превзошли все ожидания в своей рикнутой изобретательности. Они создали портативные споровые распылители, вирусные штаммы для точечного заражения особей, и столько смертоносных патогенов вывели, что счёт шёл на тысячи. Но этим их безумие не ограничилось: они занялись «комплексным улучшением» дикой фауны, распылив вирусы-модификаторы, которые внедрили новые эссенции во всю биосферу Зеруса. Как они заявили, это должно было «скорректировать иммунитет и адаптационные механизмы» живых существ. Однако кульминацией стала их вирусная боеголовка, испытанная на отдалённой планете-полигоне. Специально синтезированный организм-пожиратель уничтожил всю органику за тридцать минут, превратив её в биомассу, напоминающую вязкую чёрную слизь. По задумке, вирус должен был самоуничтожиться через час, но вместо этого начал мутировать с пугающей скоростью, обратив собственных создателей в бегство.

От планеты стало исходить такое парализующее ужасом излучение, что я приказала её стереть с лица космоса. Меки с готовностью выполнили приказ, трижды прокалив поверхность плазменными зарядами, но даже это не помогло.

Тогда подключили «мелких» — те, используя четыре странствующие библиотеки с модернизированными главными излучателями, раздробили планету в астероидную пыль.

Все причастные к проекту, включая носителей малейшей информации о нём, впервые в истории нашей расы подверглись полной коррекции памяти. Данные о вирусной боеголовке стёрли из сознания, архивов и даже квантовых хранилищ, внедрив на генном уровне запрет на подобные исследования. Я никогда не видела «мелких» такими подавленными — их обычная самоуверенность сменилась ледяным ужасом. Единственная копия исследований теперь заперта в глубинах моего разума, за семью ментальными печатями, чтобы никто не повторил эту роковую ошибку.

Меки достигли невероятных высот в производстве, однако по расчётам мы физически не успевали подготовить обученные экипажи для такого количества кораблей. Запускать в управление судами особей, только что вылупившихся из кладок, было возможно, но их эффективность оставалась удручающе низкой. Ситуацию спасли либри на очередном совете, предложив простую, но гениальную идею: создавать гигантские летающие дроны или модифицированных низших особей-операторов. Решение оказалось блестящим — чем опытнее был экипаж корабля, тем больше дронов они могли контролировать, причём управление старыми дронами со временем становилось почти интуитивным и более управляемым.

Тем не менее, даже с этой системой мекам пришлось наладить массовый выпуск бездушных дронов — от базовых моделей до крейсеров класса «Летучий Дровосек». Последние, как метко выразилась Любава, напоминали своих тезок из Стальных Легионов: туповатых, но невероятно живучих бойцов, которых бросали в первые ряды, чтобы не жалеть о потерях.

Наши запущенные и уже утверждённые проекты, согласно прогнозам, должны были быть завершены в течение года. Поэтому параллельно начались расчёты по созданию автономных крепостей-ловушек, оснащённых приманками, а также станций, способных замедлять и перехватывать флот противника, движущийся в нашу сторону. С гиперпространством успехи уже были: первые рабочие прототипы устройств могли выдёргивать корабли из гиперпрыжка, блокируя повторный вход в нём в своей зоне влияния. Однако с варп-пространством прогресс оставался мизерным, как и с пси-разрывами, которые использовали левиафаны. Мы научились лишь слегка замедлять их, но не более.

Хотя Отец отдал чёткий приказ сосредоточиться на развитии и обороне наших территорий, выделяя ресурсы для поддержки его сил по остаточному принципу, я не смогла следовать этой директиве. Он требовал в первую очередь боеприпасы, которых, как показала практика, вечно не хватало, но бездействовать в ожидании неопределённого будущего я не могла — да и дети не поняли бы такой пассивности. Пришлось пойти на крайние меры: я отменила выходные, впервые за историю нарушив прямой указ Отца, и сняла временные моратории даже на те сферы, что казались неприкосновенными. Кафе, театры и прочие культурные объекты, и без того работавшие урывками, закрылись окончательно. Младшие особи, и прежде едва находившие время для досуга, теперь полностью погрузились в работу. Сам Зерус превратился в гигантский улей: сон сократили до физиологического минимума, заводы и плавильни гудели без остановки, а каждая особь — от высших инженеров до низших рабочих — искала хоть какую-то нишу, чтобы принести пользу.

Подготовка новорождённых, вылупившихся из кладок, велась в жёстком режиме без перерывов. Те, кто проходил обучение, распределялись на производства, в исследовательские институты, легионы или на корабли. Многие из них, если не были заняты тренировками, погружались в анабиозные капсулы, экономя ресурсы. Проблема усугублялась исчезновением особи по имени Либри Даша: её так и не нашли, но каждые два-три месяца на терминал лаборатории поступали обрывочные данные о её жизненных показателях и фрагменты координат. Наш Древний Мек, ответственный за анализ этих сигналов, каждый терял самообладание — он не мог понять, по каким принципам портативное устройство Даши передавало информацию на привязанный терминал. Однако именно эти хаотичные всплески дали неожиданный результат. Волновые помехи при подключении не только помогли составить приблизительную карту её перемещений, но и позволили стабилизировать канал, снизив энергозатраты на переход между реальностями. Это был прорыв, хотя до полного контроля над пси-разрывами, которые использовали левиафаны, оставалось далеко.

Наши разведчики создали стационарный малый аванпост и начали тайное изучение выбранной реальности. Локация оказалась идеальной для скрытных операций: лабиринт гравитационных аномалий, пси-штормов и нестабильных пространственных узлов. Этот мир, рождённый из спирали Небесной Реки, населяли существа, отдалённо напоминающие нас. Их переработанный кодекс, который мои дети использовали в своих технологиях, уже переписывался сотни раз, но сохранил архаичное ядро. Точную временную синхронизацию с нашей системой установить не удалось, однако ключевым преимуществом стало отсутствие здесь «СИЛЫ» — псевдоразумной сущности, тиранившей другие реальности. Вместо неё всё пронизывало общее информационное поле, а варп-пространство пульсировало неоформленной энергией. Астральный план вселенной не обладал собственным разумом, но отражал коллективную волю местных видов, словно эхо их мыслей. При использовании пси-способностей варп стремился «насытить» особь энергией через это поле, но защита от подобного влияния оказалась простой, и угроз мы не фиксировали. Сейчас разведгруппы прокладывают маршруты сквозь аномалии, сканируют звёздные системы и ищут плацдармы для возможного переноса наших миров в случае крайней необходимости.

К моменту завершения гипертрассы мы сможем собрать армию, втрое превосходящую численность основных особей, ушедших в Крестовый поход, и в семьдесят пять раз — низших. Эти силы должны поддержать Отца в его военной кампании. Мы уже подготовили гигантские транспортные конвои и регулярные подкрепления, согласованные ещё до начала войны. Однако внутреннее беспокойство не покидало меня: каждый раз, когда я распределяла ресурсы, меня преследовало незримое ощущение слежки. Даже дети на Полях Вечной Охоты сообщали о странностях — трижды они отражали атаки существ извне, а десятки инопространственных образований, пытавшихся внедриться в наш загробный мир, пришлось уничтожить после беглого анализа. Эти тени, лишённые формы и логики, горели в плазменных потоках, не оставляя следов своего происхождения.

Стоя на балконе, я наблюдала, как ночное небо озарялось вспышками разрывов — шёл очередной учебный бой флотилий. На улицах мелькали старшие особи, спешащие по делам в сопровождении низших, а в воздухе роились тучи фей, перестраивавших здания с маниакальной точностью. Даже личинки, обычно беззаботные, теперь хмурились, их игры превратились в имитацию сражений: редкий ребёнок щеголял в обычной одежде — детские бронекостюмы стали новой нормой. Каждый день на краю сознания шевелилась подлая мысль: вернуть Отца и детей, завершить межмировой проект и бежать в иную реальность. Слишком юные, слишком наивные, мы не были готовы к этой войне. Сердце сжималось от предчувствия: кровь наших детей прольётся реками, а победа останется призрачной надеждой. Но наша раса должна выжить любой ценой. Глядя на игры новорождённых, я решила создать десятки ковчегов — последний оплот, что уйдёт в разные миры в случае поражения. Они будут скитаться в безднах мироздания, храня семена нашей цивилизации и обещание мести.

Империя жила под лозунгом: «Всё для фронта, всё для победы». Эти слова, некогда брошенные Отцом, теперь витали в каждом закоулке Зеруса. Заводы ревели, плавильни извергали огненные реки, а звёздные доки рождали корабли быстрее, чем мы успевали обучать экипажи. Но за этим фасадом единства скрывалась трещина — тень надвигающейся катастрофы, которую мы боялись назвать вслух.

* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *

Дорогие читатели!

Наш очередной виток истории подошёл к перекрёстку судьбоносных решений и ключевых событий цикла.

Важные анонсы:

1. Новые главы 4 тома начнут выходить после 20 февраля. (сегодня старт выхода глав), следующая в среду. Как бонус за долгое ожидание.

2. Лотерея для читателей в честь завершения 3 тома:

2.1. Сроки: с 24 февраля по 01 апреля включительно.

Правила участия в лотерее:

Участие открыто для всех желающих.

Требование к регистрации:

1. Перейдите на страницу автора на Boosty, где будет размещен бесплатный пост c итогами розыгрыша 9-12 апреля.

2. Для удобства отслеживания, можно поставить "отслеживать" на профиле Дениса в Boosty https://boosty.to/mixsus1

Условия для участия:

1. Напишите комментарий к посту о лотерее, здесь в ответах ниже. В нём укажите:

1.1.Что вам понравилось в книге автора;

1.2. Что, на ваш взгляд, можно улучшить.

2. Поставьте порядковый номер вашего комментария (например, первый участник — №1, следующий — №2 и т.д.).

P/S/ Каждый участник может оставить только один комментарий.

Определение победителей:

1. После завершения голосования будет проведена случайная выборка среди всех номеров участников.

2. Видео с результатами розыгрыша будет опубликовано на Boosty-странице Дениса и на официальном сайте на авторе.

Дополнительно:

1. Убедитесь, что ваш комментарий соответствует правилам платформы.

2. Победители будут уведомлены через личные сообщения на Boosty/автор.

Пример комментария: (TD)

«Понравилось: глубина и проработка персонажей и динамичный сюжет с постоянным развитием.

Не понравилось: некоторые диалоги казались затянутыми.

Номер: #7».

Удачи всем участникам!

P/S/ были некоторые проблемы технического плана. Приношу извинения, пост перезаливаем. И продлеваем до апреля срок розыгрыша.

P/S/S/ Про главы помним, скоро...

ВАЖНО !!!!!!!!

Что бы принять участие в конкурсе переходите по ссылке https://author.today/work/390143 !!!!!!!!!!!!!!