Падение Небес. Крах святости.

С тех пор, как я написал летопись, повествующую о причине Малалитали – Третья Башня, прошло много времени. Я побывал во множестве миров, подарил огромному числу людей жизнь, полную смысла и счастья, прославлял Сакраарха, а самое главное – нашёл ту самую легендарную Третью Башню. Для этого мне пришлось долго и старательно искать приверженцев Пути Миллиона, втираться к ним в доверие и побуждать их делиться тем, что они узнали сами. Изведал я множество знаний, бо́льшая часть из которых либо сочинены для запутывания тех, кто пытается отыскать Третью Башню ради непредназначенных для неё целей, либо, как это обычно бывает среди людей, просто обросли множеством слухов и домыслов. А, возможно, и то и другое. Однако в ходе множества исследований и сопоставления различных фактов я выявил истинность только двух из них. Одну я изложу в этой повести, другая будет записана в книге «Эренцир».

Несмотря на все попытки искоренить и истребить последователей Милиона, они по-прежнему селятся среди святых служителей Сакраарха и живут как обычные сатлармы и нимкары. И они находятся в постоянном поиске неуверенных и маловерных, склоняя их на путь скверны. Ежели такого лицемера хватают, его либо запирают в тюрьме, либо уничтожают, в зависимости от того, пытается он оказать сопротивление или нет. Но к тому моменту он уже имеет одного, двух, а иногда и несколько последователей. В результате тюрьмы наполняются, рост скверны замедляется, но приток новых заключённых не прекращается, и сама вербовка не останавливается.

Для того, чтобы отыскать приверженцев Третьей Башни, я решил несколько месяцев исполнять только волю Сакраарха, путешествуя в различные миры и отыскивая достойных. Кстати, прошло уже не одно десятилетие с тех пор, как я впервые попытался приблизить к Сакраарху первый народ, и я стал замечать большую разницу в откликах людей. Изначально больше половины народов принимали нас. Со временем до того, как случилась Малалиталь, отзывчивых становилось всё меньше и меньше, во многом благодаря неразумным вербовщикам, кои проявляли больше ненависти, нежели рвение к святости. Но также виноваты отчасти и те, кто был лишены благословения Сакраарха, а после изгнаны из Святой Империи.

В общем, до Малалитали уже больше половины народов отказывались принимать нас, а некоторые и вовсе встречали во всеоружии, ибо были введены в заблуждение, будто мы приходим и силой насаждаем свою веру. Ныне же, дабы найти хотя бы один народ, достойный присоединения к Святой Империи, приходится неделями странствовать и встречать противостояние, и то, даже в тех народах, кто принимает нас, всегда находятся люди, пытающиеся отговорить своих сородичей, а иногда и поднимая восстания, собирая соратников с таким же испорченным сердцем, что и у них. Вскоре было принято решение отыскивать подобных и, оставляя в их родном мире, изолировать от основного общества, дабы они не засоряли умы людей. Так в Святой Империи появились недостойные. Такие не получают благословения Сакраарха, но и не считаются врагами Святой Империи, как в случае с проклятыми и падшими.

Так вот, спустя несколько месяцев моего верного служения Святой Империи я решил начать отслеживать служителей Милиона. Это было крайне непросто, ибо они почти всегда избирали своей целью маловерных и новообращённых, дабы им было проще сломить уверенность в Святой Империи и внедрить свои мысли. Я же всегда был верным и примерным. Мне пришлось попридержать свой святой пыл и начать притворятся, будто мне наскучил сей путь и я не так сильно в нём уверен. Время от времени я заводил со своими сослуживцами разговоры о Малалитали, о Третьей Башне и о том, правильный ли путь мы избрали. Разумеется, я старался действовать осмотрительно, дабы своими словами не пошатнуть веру тех, кто слаб. Я понимал, что во время поисков хотя бы одного приверженца пути Милиона мне придётся проводить такие беседы не один и не десятки раз. Дабы стать мишенью для их скверны, я должен проявить признаки недовольства Святой Империей перед несколькими лицемерам, чтобы они доложили обо мне тому, кто попытается вербовать меня, а также, скорее всего, несколько раз поднимать подобные темы с одним и тем же членом Святой Империи, укрепляя их мнение обо мне. По сути, дабы стать одним из хищников, мне самому пришлось перестать быть жертвой и применять те же методы, что и они. Правда, у меня было одно несравнимое преимущество – дар видеть сердца людей. Он очень помогал не перегнуть палку в разговоре с теми, кто мог бы поддаться моему влиянию.

Наконец, один из тех, с кем я уже три раза обсуждал подобные темы, сам подошёл ко мне и завёл разговор. Он пытался понять, почему я, такой верный, преданный и примерный служитель Сакраарха, настолько сильно поменял свои взгляды. Разумеется, в виду своей святости я не мог лгать ему, иначе я просто перестал бы претворяться одним из них и действительно стал бы таким, как они. Посему мне пришлось говорить частичную истину, расставляя это в такой последовательности, чтобы из этого можно было сделать разные выводы. Например, я упоминал, что уже десятки лет Святая Империя ведёт свою миссию, а конца ей нет. Что нас теперь слушают намного меньше, чем прежде. Что нимкары что-то скрывают от нас и что Малалиталь показала слабость Святой Империи. Всё сие возымело правильное воздействие, и лжеслужитель пообещал, что скоро мы встретимся вновь.

И в самом деле, через три дня он нашёл меня и отвёл в один из домов, находившихся в мире Кразу. Он даже нашёл очень символичным то, что мы собираемся именно в этом мире, так как Святая Империя считает злом нас, а мы знаем, что зло – это Святая Империя. Там, вдали от чужих глаз он начал говорить мне разные вещи о том, что святая миссия – это ложь, что Сакраарх – это самозванец, а его догмы – это ересь, которую он так умело скрывает за обличием закона, и многое другое. Не буду засорять скверными подробностями сей том, ибо оно не достойно внимания. Скажу лишь одно – его слова были весьма убедительны. Читатель, ежели ты помышляешь о подобном безрассудстве, кое сделал я, дабы выяснить все эти факты, то рекомендую отбросить сии мысли. Даже я, один из самых преданных служителей владыки Сакраарха, летописец и участник написания Святой Белой Книги, чуть было не поверил его словам. Меня спасли лишь две вещи: осознание моей цели и дар видеть сердца. Иногда в его словах я замечал, что в чём-то он лукавит, посему моя уверенность, что Путь Милиона лживый, не покидала меня. Прошу тебя, читатель, никогда не повторяй подобного. Лучше пусть ты чего-то не узнаешь и останешься преданным служителем Святой Империи, чем попытаешься проникнуть за завесу и запутаешься в тенётах хитросплетений многогранной лжи.

После всех этих убеждений, во время которых он внимательно следил за моей реакцией (видимо, тот факт, что их часто излавливают, и побудил их стать предельно осторожными), он начал задавать вопросы. Благодаря своему дару видеть сердца, я старался обходить темы, которые могли выдать мои намеренья. Если вдруг он замечал во мне что-то неладное, я старался невзначай кинуть мысль, которая развеивала все его подозрения. Много раз я был на грани, чтобы не выдать себя или солгать. В итоге он был убеждён и сказал, что завтра мы вместе отправимся туда, где все мои печали разделят такие же искатели истины.

Этой ночью я совершенно не спал. Меня переполняли мысли. Что, если Третья Башня возрождена, и меня там будут ждать помимо проклятых ещё и эренгары? Вдруг они смогут прознать, что я на самом деле не собираюсь на их сторону? А если они умудрились каким-то образом вернуть Милиона из Хора? С одной стороны, эти мысли настораживали. С другой, я должен был узнать обо всём этом. Но в итоге, как всегда, всё оказалось проще, чем казалось.

Когда мы всё-таки встретились, он открыл портал, через который мы перешли в другой мир. То, что я увидел, одновременно и поразило меня, и развеяло мои опасения: Третья Башня. Нет, это была не та башня, которую разрушили сакры. Это был даже не тот мир. Последователи Милиона перетащили сюда каждый кирпичик прошлой башни и начали восстанавливать её тут. Конечно, они не смогли возродить и одной десятой от общей конструкции, но сам факт того, что они настолько преданы своему повелителю и так тщательно стараются вернуть то, что для них так дорого, весьма впечатляет.

К счастью, ни самого Милиона, ни одного из эренгаров тут не было. За то этот мир был наполнен множеством его последователей, которые уверены, что ныне я один из них, посему были готовы с радостью делиться всем, чему их научил Милион. Как я в итоге выяснил, некоторые из них даже были возвращены из Хора. Для этого были проведены различные ритуалы с людскими жертвоприношениями, дабы духи проклятых могли материализоваться в их телах. Какая мерзость! Сакраарх перерождает своих последователей в виде нимкаров благодаря своей силе и без каких-либо жертв. А эти… хотя, чего ожидать от тех, кто отрёкся от силы своего владыки и примкнул к врагам?

Пробыв среди них какое-то время, я решил, что нужно вернуться в свой мир. Они стали убеждать меня, что более мне нет смысла искать пристанища в Святой Империи, так как там пока что хватает опытных вербовщиков, а излишек может начать привлекать много внимания. Я же поведал им, что являюсь очень ценным человеком для Сакраарха, посему он будет меня искать, и это может привести сюда святое воинство. Они приняли сей довод, потому я отправился исполнять свой святой долг.

Пока что я не стал ничего сообщать никому из сакров о своём путешествии, ибо предполагал, что они посоветуют мне отречься от сего и не делать того, что я замыслил. Но я хотел знать всё. Побывав в очередной неудачной святой миссии, я отправился в свой родной мир – Вендорию и напитался мудростью из томов святой библиотеки. Странно, однако сейчас все книги, которые прежде я уже не раз читал, виделись мне немного иначе. Учитывая все те слова, которые наговорил мне Кальмион (а ведь прежде его звали Кальм), я стал подвергать сомнению некоторые мысли, которые прежде считал непоколебимой истиной, а иногда и вовсе находил доводы, ясно показывающие, что какой-то факт был искажён в пользу Святой Империи. Сейчас, проанализировав всё, что мне удалось узнать, я могу смело заявить, что сие на самом деле было воздействие лживых слов. Но всё же несколько мыслей я до сих могу запросто опровергнуть. Но не стану этого делать пока что.

Я смог внедриться в стан проклятых и черпать их знания. Да, на самом деле были среди них те, кто знал непосредственно Милиона и вникал в его наставления. Общение с такими было наиболее ценным, но я не пренебрегал возможностью изведать, что привлекало и других встать на этот путь. Я услышал самые различные истории. Одних я вполне мог понять – жизнь приучила их только грешить и ничего иного они не ведали, посему им было трудно находиться среди святых людей. В то же время, они наблюдали, что среди проповедников многие сами не соответствуют тому, чему они учат, посему это считалось лицемерием. Их логика подсказывала им, что лучше они будут называться проклятыми, но по крайней мере они останутся честными перед самими собой, в отличие от тех, кто ходит со словами Великой Белой Книги на устах, но с пороками и ложью в сердце. Другие же были просто скверными людьми, посему и примкнули они к пути Милиона. Такие с самого рождения были непослушными, высокомерными и похотливыми. Что интересно, некоторые из них были даже рождены в Святой Империи, то есть имели совершенство от рождения, но всё равно стремились ко греху. Таких я не мог понять. Однако я и не собирался это делать. Единственное, что я искал, – это информацию о том, кто такой на самом деле Сакраарх и что произошло во время Падения Небес. И вот что я выяснил.

Итак, нимкары мне в своё время поведали, что некогда произошла битва между нашими возвышенными братьями и саткарами, в результате которой саткары каким-то неведомым образом одержали верх. Тогда не все детали этой истории были мне открыты, сейчас же мне известно намного больше. В том числе и то, как наш владыка назвал то самое событие, – Падение небес. Но начну я с самого начала.

Много тысяч лет назад были некие великие, именуемые вехойтамы. Они образовали из первоначального хаоса миры, в которых каждых создавал себе народы, дабы те сражались на их стороне во славу своих владык. Они старались награждать своих созданий различными способностями, пригодными в войне. Каждый придумывал что-то уникальное: кто-то имел огромные размеры и устрашающую внешность; кому-то доставались сверхъестественные силы, на подобии управления стихиями или внушение страха; а есть и такие, кто могут пожирать всё на свете и тем самым увеличиваться числом. Правда, не все творцы обрекли свои народы на участь вечной войны. Некоторые народы, например, эльфы и мале́ни, были созданы жить в прекрасных условиях мира и гармонии, однако остальные народы постоянно стремились нарушить это спокойствие.

Сакраарх не был вехойтамом – он лишь одно из его творений, но он был вместе со всеми сакрами нардом света. Сакры любили добро, свет, истину и презирали всё, что было противоположно этому. Они обладали колоссальной мощью и могли выжигать целые миры одним только своим присутствием, если бы пожелали этого. В отличие от других, они не пускали свои силы в бой всякий раз. Они старались жить мирно и сражались только с теми народами, которые либо нападали непосредственно на них, либо угнетали другие, более слабые народы. Словно спасители, они являлись в свете славы и величия, не оставляя врагу ни единого шанса на победу. Сотни миров были признательны им за спасение. Молва о них ходила среди измерений, и некоторые мечтали уподобиться им.

Тогда война Великих была в самом разгаре, и были те, кто мог бы противопоставить свою мощь мощи сакров. Хотя явных победителей назвать было нельзя, однако несколько имён уже звучали чаще других. Например, Датарол, предводитель непобедимых, не проигравший ни одной битвы; Йор, который создал титанов; или некий Безымянный. Что интересно, об этом Безымянном почти ничего не известно. Однако позже его имя будет звучать чаще других. Я выяснил лишь то, что он создал свой народ и оставил его на верную гибель. Что могло побудить оставить творца своё творение, не понятно. Возможно, эта были лишь легенда, дабы заполнить пустоту его неизвестности. А, может быть, его народ противился воле своего господина, как это произошло с титанами Йора, которые оказались настолько поглощены своей силой, что отказались служить его оружием в Войне Великих. В любом случае, было множество самых различных существ, от низкорослых хорганов до огромных кала́р-зи́ров, и каждый был хорош по-своему.

Однако в Войне Великих наступил такой период, когда народы стали не просто сражаться между собой, а буквально истребляться. Многие виды ныне просто не существуют. Более того, их невозможно вернуть, ибо вместе с народами начали исчезать и Великие. Что произошло с ними, тоже не совсем понятно: одни считают, что Великим просто оскудела война и они отправились в иные грани бытия, дабы искать смысл там; другие думают, что Великие не такие уж и всемогущие, что их тоже можно уничтожить (в качестве одного из доказательств приводят существование неких мифических Бесконечных Источников – сгустки неисчерпаемой силы, крайне редко находимых в мирах и дающие тому, кто их нашёл, невообразимую мощь); а есть и такие, кто утверждают, что пути Великих неисповедимы и нам просто не дано понять их решений. В любом случае, подавляющее большинство сходится во мнении, что Великих становилось всё меньше, а, следовательно, и вернуть к существованию свои народы они не могли. Лично я пока что воздержусь от своего мнения, поскольку общался только с людьми, но не имел возможности обсуждать подобные темы с представителями иных народов.

Поскольку Великих становилось всё меньше, а те из них, кто создавал наиболее приспособленные к войне народы, продолжали осуществлять свой замысел, то всё более заметными становились самые сильные соперники. Разумеется, тем, кто уже побеждал многие народы, было мало интересно истреблять тех, кто не имеет подобных сил, например, людей и хорганов. Такие стремились искать равных себе противников. Так, непобедимые войска Датарола – ратарды – в основном находились где-то в своём мире и искали возможности одолеть очередное могучее воинство. Другие же творения Йора – саткары, – движимые своими разносторонними силами и греховными наклонностями, в основном поглощали одно царство людей за другим, изредка встречая противодействие со стороны ратардов или сариномов – полулюдей-полумашин.

Сакры стремились спасать именно человеческих существ, но приход саткаров всегда был неожиданным и стремительным, посему, когда спасители являлись в мир, наводнённый отродьями Хора, было уже поздно – большинство было либо уже истреблено, либо порабощено различными страстями из-за влияния краснокожих тварей. Сакрам приходилось только истреблять саткаров, наводнивших мир, и упокаивать бедных одержимых, дабы они более не мучились от влияния скверны.

Вскоре сакры решили устроить засаду – множество воинов света устремились в различные миры, сильно заселённые людьми, и ждали прихода скверных порождений Йора. И так были спасены три людских мира – саткары были истребляемы прямо на подходе. Тогда приняли решение сакры, что людям тоже необходимо даровать силу света, дабы те могли быть не жертвами, а воинами. Какое-то время это имело пользу – как только саткары приходили в мир, воины вступали в оборону и призывали своих спасителей. Но такой триумф продлился недолго.

Однажды в очередной мир вновь пришли саткары, но они были намного сильнее, чем обычно. Воины не продержались и нескольких минут, как были сокрушены. Пришедший на помощь сакр встретил небывалое сопротивление, но всё же одолел врага. Далее всё было ещё хуже. С каждым новым приходом саткаров на помощь и поддержку требовалось всё больше и больше сакров, так что уже чуть ли не половина воинов света мчалась на защиту и с трудом одерживала верх. Более того, из-за невообразимо возросшей мощи саткаров они успевали истреблять некоторые миры ещё до прихода спасителей, так что сакры уже впустую тратили время, сражаясь с полчищами кровожадных и скверных тварей ради погибшего мира. В результате всего этого сакры выяснили причину усиления саткаров.

Дело в том, что Йор сотворил своих слуг, как существ, которые должны повелевать тем или иным состоянием мира. Так, например, среди них есть повелители ужасов, войны, страхов, кошмаров, боли и много чего другого. Это и есть истинные саткары. А те, кто шёл в бой, всего лишь их порождения – саткарги. И когда саткарги просто шли в бой, их вёл Дадон – саткар войны. Однако, когда саткары начали терпеть поражение, к Дадону присоединялись другие владыки саткаров. Чем больше владык вступало в бой, тем сильнее становился каждый отдельный саткарг. А сами владыки несли с собой свои ауры, что влияло уже на тех, с кем сражались саткары. Так, в бою люди, даже исполненные силы света, испытывали страх (теряя уверенность победе), ужас (желая убежать с поля боя), ярость (не думая о победе, а желая лишь безумно выплёскивать свой гнев). И с каждым новым владыкой саткаров люди испытывали всё больше и больше этих страстей. Поэтому, когда в мир, где нет ни одного сакра, приходили саткары, преисполненные такой чудовищной силой, некоторые воители умирали либо от того, что их сердце не выносило такого сильного ужаса, либо в безумии они убивали друг друга. Всё, что было необходимо сделать саткарам, – добить испуганные и извращённые остатки человеческих сил. Разумеется, избыток силы саткаров-владык делал этих тварей почти равносильными сакрам, посему была необходимость почти в половине воинов света, дабы сразить их.

Но такой расклад не устраивал саткаров. Однажды они решили собрать все свои силы и напасть никуда иначе, а именно на самих сакров! Без предупреждения, внезапно, одновременно они явились в мир, где находилась половина сакров. Не знаю, был ли среди них Йор, но их общая мощь была настолько непомерна, что она влияла даже на сакров. Сложно себе такое вообразить, но воины света, способные истреблять целые миры, стали бояться, яриться, вожделеть и безумствовать. Одни в ярости кинулись без раздумий в бой. Другие, пытаясь перебороть свой страх, неуверенно продвигались к противнику. Кто-то соблазнился владычицей похоти и, материализовавшись, вступил с ней в распутную связь, словно дикое животное. Кто-то просто смеялся, совершенно не обращая внимание, с кем он сражается (конечно, своим собратьям сакры не могли нанести вреда, но действия святых воителей, подпавших под влияние саткаров, лишали общее воинство ещё одной боевой единицы, из-за чего ещё больше уменьшались шансы на победу). В общем, в тот день саткары показали всё, на что они способны. Но ярче всех себя проявил Шаотарон.

Да, я много раз слышал это имя среди миров. Кажется, если и завести с кем-то разговор о саткарах, то большинству существ на ум придёт именно он. Его песенка, с которой он явился в тот мир, помнил даже Милион. Не буду засорять сей священный том данными стихотворениями, но скажу лишь то, что теперь я знаю её наизусть. Просто многим милионопоклоникам она так понравилась, что они иногда напевают её, как знак того, что Святая Империя когда-нибудь падёт под их натиском.

Итак, когда из различных миров стала приходить подмога сакрам, это не сильно меняло дело – поражение было неизбежно. Извращённые, потерявшие свою былую мощь сакры стали лишь жалким подобием воинов света. В тот миг это была лишь свора обезумевших духов, пытающихся прорвать усиливающиеся тенёта скверны.

Никто не мог даже представить, что такое возможно. Как ни прискорбно, однако именно то, чем славились сакры – доброта, сострадание и любовь, – саткары в этот миг использовали против них же. Тех же ратардов проклятое воинство Хора никогда не могло одолеть, ибо ратарды не знают ничего, кроме войны. Они не испытывают сострадания к тем, с кем они сражаются; они не гневаются на врага; они не желают никому ни добра, ни зла; они не хотят побеждать. Они просто делают то, что они умеют лучше всего – сражаются. Саткарам просто не за что ухватиться в их мыслях, дабы раздуть это в грех и использовать против них. Посему, когда саткары приходят на битву с ратардами, то происходит сражение между воителями, которые делают своё дело лучше всего, и просто воплощёнными духами огня, которые без влияния на врагов ни на что не способны. В сакрах же саткары находят желание помогать людям, и тем самым они вселяют в них неуверенность; ненависть к саткарам, за то, что они такие скверные, и раздувают это в безрассудную ярость; любовь к красоте и другим созданием, и так соблазняют их на распутный шаг.

Что же это получается? Всё то, что делает нас людьми – любовь, радость, горечи, страхи – будет использовано когда-нибудь против нас же самих? Что жизнь в том смысле, в котором она понимается в наших умах, является скорее недостатком, чем преимуществом, и быть бездушным киборгом или грехопадшим творением лучше, чем жить и наслаждаться жизнью? Нет! Что саткары, что ратарды – все они были созданы исключительно для войны. Без сражений их жизнь лишена смысла. В ходе Войны Великих многие народы были истреблены. Если это никогда не кончится, то со временем останется только один народ – тот, кто победит в последней войне. И что станет с этим народом? Ничего! Они не умеют наслаждаться жизнью. Смысл их существования – война. А если все народы побеждены, то войны больше не будет, следовательно, они лишатся смысла своего существования. Выходит, это самый несчастный народ из всех. У нас, может быть, и не получится одолеть любого врага, и когда-нибудь, может быть, нас тоже истребят. Но, по крайней мере, мы проживём свою жизнь со смыслом – мы будем получать удовольствие от жизни. Мы будем любить и будем любимыми. Мы будем радоваться и вся наша жизнь будет наполнено смыслом – либо бесконечно, либо до смерти.

Но я отвлёкся. Итак, как и стало ясно – в той битве сакры проиграли. Самых светлых и добрых существ истребили самые мерзкие и ничтожные. Но истребили они их не полностью. Несколько из тех, кто принимал участие в сражении с самого начала, уцелели, когда саткары покидали обитель света. Ещё несколько прибыли сюда после поражения, так как они были заняты, защищая людей от других врагов. Поскольку сакры успели подать зов о помощи только один раз – в самом начале сражения, а после их захлестнула волна грехов, так что они уже не имели возможности повторно воззвать к собратьям, посему те посчитали, что бой там идёт успешно, и не торопились на помощь. Возможно, сие было и к лучшему, ибо иначе могло уцелеть ещё меньше сакров. Однако, несмотря на то, что сакры сохранились, их силы были далеко не те, что прежде. Раньше один сакр был сильнее и пятерых нынешних.

Итак, осталось всего девятнадцать представителей народа света. Что им было делать, неясно. Почти всем своим войском они не смогли одолеть саткаров, а теперь их осталось в разы меньше. Теперь им невозможно следить за всеми мирами, пытаясь помочь людям – кто бы помог им самим. Всё, чем они жили, пало. Не осталось почти ничего. В тот миг их впервые захлестнуло отчаянье. Они знали, что уже множество народов никогда не вернётся. Они проиграли в войне с полными силами, теперь же, когда их почти не осталось, победить их будет ещё проще – любой народ, что не ограничен материальным пространством и побеждал хотя бы в некоторых войнах, сможет прийти и сокрушить остатки света. Но случилось две невероятные вещи.

Первой был Йор. Как я уже упоминал, непонятно, присутствовал ли он на протяжении всего сражения или явился только сейчас, но в тот миг сакры подумали, что он истребит их. Однако вместо этого он собрал оставшиеся частички духа павших сакров, и создал их них нового… нет, не сакра, а саткара. Светлый брат Сакраарха, некогда известный как Милиил, ныне стал Милионом – полусакром-полусаткаром. Светлые воины не знали, ликовать им или грустить ещё больше, ибо с одной стороны брат их вернулся к жизни, но с другой стороны он же стал их врагом – одним из тех, кто только что истребил всё, чем они жили. После этого, Йор покинул сакров, оставив их наедине со своим новым братом. Однако, это было не самым удивительным.

Далее явился сам Зорага. Да, тогда среди миров были наслышаны о некоем духе, с приходом которого все страдали и умирали. Кто-то считал, что это некий мститель, пострадавший и не упокоенный, стремящийся нести боль и смерть. Другие придерживались мнения, что это просто некий необъяснимый катаклизм, что случается с определённой периодичностью. Несколько миров, пострадавших от его влияния были под присмотром сакров, и они являлись, дабы исцелить занедуживших. В попытках узнать причину сакры и натолкнулись на Зорагу, посему им прекрасно известно, кто был сим духом и на что он был способен. Ныне его приход сильно испугал ослабевших воинов света, ибо они помыслили, будто он явился за ними. Однако всё было совершенно иначе.

Он прознал про гибель столь великого народа и решил помочь им. Дабы не утерять павших святых навечно, ведь время могло стереть их раз и навсегда, Зорага предложил им схоронить остатки душ их товарищей до времени Последних Дней. Отчаянные, они согласились. Тогда Зорага поднял одного из павших сакров – Дариила, в виде себе подобного духа – Дариса. В прошлой книге я уже описал, что это был некто на подобии нежити, происходящей из людей, только произошедший из сакра. Ныне я немного дополню сие знание – это был полусакр-полунежить. Он помнил всё, что делал при жизни, он знал всё, что знают сакры, он так же мог обитать в духовной сфере, как и его братья. Однако всё, что раньше представляла из себя его личность – было стёрто: он не любил, не сострадал, не смеялся. Он стал мрачным и малословным. Как и в случае с Милиилом, от части он оставался сакром, но в то же время, он был уже представителем другого народа. Зорага вручил остатки сущностей павших братьев Дарису, дабы тот хранил их. После этого Зорага покинул их.

Не совсем ясно, что двигало Духом Гибели. Ежели с Йором всё понятно – он просто создал ещё один вид саткара для своего воинства, дабы оно было ещё более непобедимое, то Зорага никогда не участвовал ни в Войне Великих, ни проявлял какого-то интереса к народу света. Единственное, что он делал – перемещался от одного мира к другому, неся смерть. Изредка из-за его действий появлялись противоестественные порождения, застрявшие между жизнью и смертью. С чего бы это Зораге, Духу Гибели, отравителю человеческих жизней, ни с того ни с сего помогать сакрам, своим, по сути, врагам?..

Итак, поскольку святые воины потеряли бо́льшую часть своего народа, лишились былого могущества, а двое из них вообще стали существами, противоположными по сущности, но при этом сами они ещё остались существовать, было принято решение, назвать сей скорбный день Падение небес. Тогда сакры решили, что можно восстановить свою силу. Поскольку люди были способны принять силу света, дабы использовать её, то сакры решились на отчаянный шаг – использовать людей, как зародышей для новых воинов света. Тогда сакры решились более не называться своим именем, а приняли имя Нимкары – в противоположность саткарам. Тогда же они поклялись набрать достаточно силы, дабы истребить это скверное порождение Йора и восстановить свой народ, хотя и обходным способом.

Что я могу сказать тебе, читатель? Как ни прискорбно, но отчасти милионопоклонники говорили правду – Святая Империя основана на лжи. Но в то же время, это не совсем так. Я бы не назвал это ложью. Скорее, это исправленная действительность. Да, Сакраарх не создавал людей. Кто создал нас, неизвестно. Возможно, мы и есть порождения того самого Безымянного, брошенные на «милость» более сильных народов. Однако Сакраарх и весь народ сакров всегда защищал людей, словно они и были нашими создателями. Сакраарх организовал Святую Империю, подарил нам силу света – возможность противостоять другим народам, обеспечил нас смыслом существования и дал шанс на перерождение в более возвышенную форму бытия. Он сделал больше, чем наш творец! Разве после всего этого он недостоин называться единственным богом людей? Пусть он и не вехойтам, но он заслуживает поклонения. И после всего, что он сделал для нас, как можно отречься от него и примкнуть к предателям, я не понимаю. Милионопоклонники не заслуживают жить из-за этого! Лично я предан Сакраарху, святой миссии и Святой Империи, что бы ни произошло.