Извиняйте, Михаил Михайлович, но Вы сами напросились. Оно, конечно, кажется весело вот так надо мной посмеяться, думая, что на концерте меня нет и я не смогу ответить. Вы забыли про ютьюб – проклятье всех, кто не думает о последствиях.
Последствия пришли Маэстро.
Я это увидел.
Ловите ответку.
Концерт юмориста.
«Вы только посмотрите, что вы делаете с моим лицом? Я в вашем гриме похож на старого 80-тилетнего еврея»
«Вы и есть старый 80-летний еврей»
«Ну вы же профессионал! Сделайте молодого, веселого, ну там 70-тилетноего, и пусть так уж и будет, еврея»
«Михал Михалыч, вы же не петь будете. Вас любят не столько за неотразимый внешний вид, столько за горячий темперамент».
«А от куда тебе, дочка, знать про мой горячий южный темперамент?»
«От вашей левой руки, что гладит меня сейчас, чуть ниже спины!»
«Смотри как неожиданно закончилась спина. И не заметил»
«Всё! Как публика? На приставных сидят? На ступеньках сидят? Что??? Есть пустые ступеньки??? Это провал! Сегодня на ступеньках места есть – завтра на День нефтяника не пригласят. Ну, всё! Пора! Кураж! Где мой кураж??? Рано я левую руку убрал! Кураж, кураж! Что всё? Пора? Уже?»
«Что это я как пацан боюсь? Вдруг не засмеются, вдруг не засмеются? Куда вы денетесь? За билеты вон сколько отвалили. Вот теперь хохочи и отбивай бабки на билет потраченные или молчи, но это будет признание, что ты дебил и столько на билет зря потратил. А кому приятно считать себя дебилом? То-то. Засмеются, как миленькие. Животики надорвут».
«А если не засмеются??? А над кем тогда смеяться??? Над Петросяном, Альтовым, Задорновым??? Не смешите! Российский юмор - это Жванецкий, потом долго-долго никого, и дальше все эти развалины и молодёжь, со всеми этими камеди, которая смеётся над своими шутками громче публики, а билеты такие дорогущие и публика вынуждена хихикать. И юмор всё ниже пояса. Какое там пояса, до плинтуса не дотягивает! Засмеются, куда они денутся?»
«Смотри, уже две шутки – ноль реакции! Не может же быть весь зал дебилов. Чтобы все абсолютно без чувства юмора. А может в дурдоме массовый побег? Бывает такое. Только бы сцену не перепутать, как тогда в Кисловодске, когда мы с сексопатологом перепутали площадки. Тогда сексопатолога, у которого зал ухахатывался увезли на скорой, а я после лекции до самого утра консультировал эту бедную девушку из Салехарда, которая жаловалась, что из-за бюста шестого размера в ней мужчины не видят личность. Я увидел».
«Пора в ход пускать артиллерию. Делаем паузу. Держим. Держим. Ожидающий взгляд. Прямо в глаза этим не смеющимся тварям. И пусть софиты слепят меня, и я не вижу вас. Но я запомню каждого. Вы все низкие и ограниченные личности! Это для вас я всю жизнь трачу свой мозг. Трачу, трачу. Уже почти ничего не осталось. Трачу чтобы рассмешить вас, а вы сидите, там за софитами думаете - не вижу, не узнаю, не запомню. Если вы прямо сейчас после моего коронного «ну-ну догоняем» не засмеётесь, я сдохну прямо на сцене и буду приходить в ваши сраные сны, до конца вашей никчёмной жизни, то есть недолго».
«Что делать? У этих уродов вообще нет чувства юмора. Над чем ещё смеяться, если не над этим? Кто выше в юморе? Гоголь, Салтыков-Щедрин, Ильф-и-Петров, Зощенко? Нет, я, конечно, уважаю этих ребят, но только пригласите кого-то из них хоть на один шефский концерт, и он усрётся! А я до колик доводил руководство КГБ и они у меня хохотали так, что как минимум раза три я предотвратил ввод советских войск в разные страны! И чтобы сейчас не рассмешить? Вперед на амбразуру! Я должен видеть глаза этих людей. Людей, которые не понимают юмора высочайшей пробы. Моего юмора. Хватит прятаться за слепящим светом софитов! Я иду к вам, посмотреть в ваши пустые глаза. Вот я уже у края сцены. Впереди только оркестровая яма и зрители. И глаза. Заинтересованные. Добрые. Смеющиеся. Вот пацан на ступеньках у первого ряда хихикнул. Или хмыкнул??? Нет хихикнул. Всё покатилось по залу. Лёгкий смех. Ща я ещё поддам вам ребята. Что получили??? Этот пацан уже хохочет. Хохот катиться по залу. То-то. Так нужно реагировать на классика. Так реагирует на тончайший юмор мой зритель. Лучший в мире зритель! Как я вас люблю!».