Память Мо

Накануне Дня открытия Портала памяти шел обычный февральский дождь. Прозрачные капли бежали по стеклам бесконечных рядов окон коридоров Всеобщего института истинных знаний. Мо смотрела на извилистые струи воды, не замечая толпы несущихся мимо нее студентов. Впрочем, и те не видели Мо, увлеченные новой игрушкой – очками-обручами окулус-реалити, которые были способны переносить их в разные города и страны. Это представляло из себя не просто демонстрацию картинок: пользователь мог буквально очутиться в новом пространство, чувствуя все запахи, звуки и вкусы и испытывая все тактильные ощущения. При этом – в зависимости, конечно, от оплаченного тарифа, – гаджет уберегал человека от всех сопутствующих месту проблем: грабежей, вымогательств, приглашения к участию в сомнительных авантюрах. Те, кто предпочитал экономить, неизменно попадали в лапы мошенников.

Такой же гаджет лежал у Мо дома. Его ей подарила мама – потому что так было правильно. Эл, известная ведущая новостей, чьи голограммы украшали весь мир-2325, считала, что ее дочь должна идти в ногу со временем. Сама Эл была идеальным олицетворением эпохи: безупречно гладкая кожа, по которой никогда не угадаешь возраст, черные, идеально – прядь к пряди – уложенные волосы без единого намека на седину, черные же непроницаемые глаза и в меру пухлые губы, со встроенной функцией, как и у всякого современного ей репортера: менять цвет в зависимости от объявляемого сообщения. Нейтральный персиковый – для сводок о погоде и курсе валют, который не менялся уже лет двести; нежно-розовый – для радостных событий, вроде светских праздников, новых рекордов рождаемости или урожая; красный – для дел государственной важности: визитов первых лиц или объявления национальных дат. Еще в арсенале новостников был и черный цвет – на случай войны. Но Эл не приходилось использовать его ни разу.

Одевалась женщина подстать внешности: утонченно, элегантно, не позволяя себе никаких вульгарных излишеств – при этом достаточно демократично. Это был умный ход добиться любви аудитории, которой давно уже приелось следить за дольче витой. Их героями были такие же простые люди, как и они, и Эл успешно играла эту роль, зарабатывая при этом приличные деньги.

Мо родственную связь с известной матерью лишний раз не афишировала – не любила повышенное внимание к собственной персоне. Да и была полной противоположностью Эл. В свои 23 года предпочитала подростковый стиль – мешковатую одежду, скрывающую худое бледное тело. Черные волосы чаще всего были растрепаны, реже – собраны китайскими палочками в тугой пучок на затылке. Общению предпочитала музыку и чтение. Друзей как таковых не имела, хотя и изгоем не была – так скажем, держалась на волнах собственного течения.

Пока ее сокурсники сновали по разным городам и странам, не выходя за пределы университетского кампуса, Мо с нетерпением ждала другого путешествия, которое должно было состояться уже завтра и о котором вот-вот должна была сообщить всему миру-2325 мамина красная помада.

Вдруг движение в коридорах остановилось. В каплях дождя размножилась голограмма со знакомым Мо лицом. Девушка наконец оторвалась от окна и увидела, как толпа сгрудилась вокруг информационного куба, где эфирное воплощение Эл уже чеканило каждое слово важного правительственного сообщения:

«Внимание жителям мира-2325! Напоминаем, что завтра, 15 февраля, каждый желающий сможет открыть двери в Портал памяти! Для тех, кто впервые слышит о Портале, поясняем: в этом виртуальном месте, открываемом в нужное час домашними роботами, хранятся ваши болезненные воспоминания, которые вы по каким-либо причинам хотите возобновить вновь. Подобные воспоминания заливаются с чипа, вшитого в вашу голову, на единый сервер. Для этого не нужно никуда выходить из дома: Программа все сделает за вас. После избавления о неприятных мыслей и связанных с ними эмоций вы сможете продолжить продуктивную жизнь во благо мира-2325! Но если вдруг вам захочется по каким бы то ни было причинам соприкоснуться с прошлым – повторяем, завтра, 15 февраля, будет открыт Портал. Время его действия – с 12:00 до 20:00. Подготовьте место и домашнего робота. Желаем всем производственных и учебных успехов!» – сказали красные губы.

Пока Мо завороженно слушала знакомый голос и заученные за многие годы фразы, пространство вокруг информационного куба опустело. Редкие студенты, проходившие мимо девушки, обсуждали, скорее, 16 февраля – день, когда они, наконец, смогут избавиться от ненавистных воспоминаний. Мо же ждала открытие Портала как единственную возможность встретиться с отцом, который погиб в том же институте, где теперь училась его дочь, во время опыта по стиранию памяти.

Память — особенно та, что относилась к так называемой негативной — в новом мире считалась по меньшей мере моветоном. Мало кто стремился помнить и заново переживать или как-то перерабатывать болезненные эмоции. Для того, чтобы быть продуктивным и производительным — а уже эти два фактора признавались идеологически верными — человеку предписывалось избавляться от дурных воспоминаний. Важная деталь заключалась в том, что чипы стирали лишь память о событиях, но не уничтожали накопленный даже в результате неудачных экспериментов опыт — иначе не было бы прогресса и общество попросту бы погибло. Ученых-добровольцев, решивших на себе испытать новый метод по сути улучшения производительности было десять человек. Погибли шестеро. В их числе был и отец Мо Феб.

Порталом памяти в мире 2325 продолжали пользоваться для своих нужд ученые, а среди обычного населения — в основном только старики, которым высокие производительность и продуктивность были ни к чему. И Мо: пока другие предпочитали не оглядываться назад, стирая лишние воспоминания, она ждала Дня открытия Портала, как другие ждут Нового Года.

— Все дело в ее чипе, — разводили руками врачи. Все попытки его исправить ни к чему не приводили, Мо всякий раз зарабатывала лишь сильнейшие приступы мигрени. Вставить новое устройство запрещала государственная программа. Чипы создавались из редкого металла и изготавливались длительный срок, предназначаясь индивидуально для каждого жителя нового мира.

Мо тянуло в прошлое. Ее отец умер, когда двушка была еще совсем крохой, а Эл ничего не рассказывала о муже — она предпочла стереть горькую память о нем, оставив только базовую информацию. Мо же ежегодно отправлялась в Портал, чтобы обнять аватар отца, услышать его последние слова, обращенные к ней, перед тем, как он ушел на смертельный эксперимент.

«Погода во всем мире завтра по-прежнему будет дождливой, а курс валют — неизменным», — снова заговорил информационный куб, на этот раз нейтрально-персиковыми губами Эл.