Паразитоид.

-Ай, блин! - Рыжий Серёга зашипел через сжатые зубы, стукнул себя ладонью по загривку, потом там же что-то схватил пальцами и с сердитым выражением лица начал рассматривать какую-то зловредную букашку.

-Я ж тебе говорил, побрызгайся “Лешим”, а ты какой-то хренью для городских лохов пользуешься, из аптеки. Слушай дядю Никиту, покупай нормальную химию, из специальных магазинов. Все кровососы ещё на подлёте дохнуть будут.

-Да иди ты нахрен, дядь Никита. Это вообще-то не комар, да и ты сам то чё, не городской лох?

-Да иди ты сам. А чё эт тогда?

-Да хрен его знает... - Серёга потёр пальцами, разрывая молекулярные связи насекомого и тряхнул рукой, выбрасывая останки в траву. - На осу похоже, или пчёлку. Только маленькую и чёрненькую. Глянь лучше, не опухает? - Серёга повернулся к Никите спиной, немного оттянул вниз воротник камуфлированной куртки и наклонил голову вперёд.

Никитос подошел ближе, расстегнул около глаз москитку чтобы не мешала смотреть и уставился на загривок товарища.

-Где?

-Да вот тута, - грязный палец товарища ткнулся куда-то рядом с едва заметным красноватым бугорком около выпирающего у основания шеи позвонка.

-Пипец, братан, - озабоченно проговорил Никитос. - У тебя голова не кружится?

-Не. А чё? Чё там ваще?

Никитос положил руку на плечо друга и с озабоченным видом развернул его к себе лицом. В глазах появилась тревога.

-Сядь, братан, посиди! А то вдруг анафилаксия, шок, отёк Квинке, а у меня даже лекарств нету. Ничё, онемение в месте укуса не наблюдается?

-Да что там, э?! Ты можешь нормально сказать?!

-Кишки лезут, братан. Тебе кабзда! Я буду помнить тебя всю жизнь, братская ты печень! - И заржал, не выдержав, глядя на вытянувшееся поначалу лицо друга. - Когда ты умрёшь, я заберу твою мобилу, на память! Все тебя забудут, а я тебя буду помнить! Буду по ней звонить и рыдать!

-Да пошёл ты! - Отмахнулся Серёга, поняв что его разыграли. - Ну правда, там жала никакого нету? А то воспалится ещё.

-Да не, всё нормально. Его или не было, или ты его рукой стёр, - ответил Никита. - У меня в аптечке в рюкзаке “Супрастин” есть, бахни на всякий случай пару таблетосов.

Серёга тряхнул медно-рыжей шевелюрой, понял, мол, поправил рюкзак, поднял удочки и зашагал по тропинке в направлении машины.

-И ваще! Ты кого послал, э?! В глаза мне смотри! В глаза смотри, тварь! Извинился быстро, э! Стоять, мы будем драться! - снова начал дурачился Никита, шагая сзади товарища.

Настроение было хорошее, рыбалка удалась, шашлыки удались, уха получилась просто огонь, погода удалась, жизнь в целом тоже удалась. Поэтому инцидент с непонятной букашкой забылся самое большее минут через пять.

А ещё через час парни въехали в Иртышск, Серёга выгрузил Никитоса в Нефтяниках, около “Весны”, а сам отправился на своей потрёпанной белой “шохе” в Амур, где жил со своей подругой недалеко от поликлиники.

По приезду домой Никитос по привычке первым делом осмотрел кухню на предмет наличия тараканов. Чистоту и порядок будущий хирург возводил в культ, его всегда завораживал вид стерильной операционной под ярким софитом. Нерегламентированных же насекомых в квартире парень ненавидел люто, а наличие маргинальных элементов в квартире двумя этажами выше не давали этой ненависти сойти на нет. Маргиналы тащили с помойки домой или в подъезд всякий хлам, который с их точки зрения представлял хоть какой-то интерес. Поэтому в подъезде под лестницей регулярно появлялись запчасти от стиральных машин, железки, коробки с макулатурой, а на лестничных клетках между этажами - старые кресла или пакеты с тряпьём. Тараканы ходили по лестнице строем, а когда в квартирах у соседей этих помоечников появились клопы, маргиналов даже немного били. Даже иногда чуть-чуть ногами. Но от клопов это не спасало, поэтому дядьки в противогазах и с оборудованием для инсектицидной обработки были в подъезде частыми гостями. Некоторых видимо узнавали даже тараканы, поэтому организованными колоннами они перебирались то в подвал, то по вентиляции в квартиры, не тронутые пока отравой.

Ненависть к насекомым у Никиты появилась однажды ночью, вскоре после покупки квартиры. Тогда, проснувшись по нужде, он зажёг свет в комнате, и ему показалось, что на полу рассыпаны семечки. А когда эти “семечки” начали шустро разбегаться по углам, парень осознал масштаб проблемы. Тараканы были везде, просто везде: на кухне, во всех шкафах, по плинтусам, под кухонным гарнитуром. Они бегали по микроволновке, по пакетам с макаронами, открытой коробочке сахара и мелкими мародёрскими отрядами по десять-двадцать штук тонули в чайнике. А если на свою беду он оставлял на столе кружку с чаем или водой на ночь, то к утру там плавали трупы с растопыренными в агонии крылышками. С утра эту кружку приходилось нести к унитазу и смывать там утопленников. Поначалу Никита даже посуду выкидывал, ибо брезговал, но потом посчитал деньги и прослезился. Родительский бюджет всё ж не резиновый, а пластиковые стаканчики всё-таки не для вдумчивого чаепития.

Борьба с насекомыми вышла на уровень войны миров. Пленных не было, всех помножили на двести. Было вытравлено всё живое, закрыты москитными сетками не только окна, но даже вентиляционные каналы на кухне и в санузле. Проверены и засыпаны отравой розетки. Плинтусы промазаны силиконом, чтобы даже самый маленький детёныш таракана не получил шанса незамеченным дожить до половой зрелости. На входной двери заменены все уплотнители. Ну и во всех труднодоступных местах как кокаиновые дорожки были насыпаны полоски средства от тараканов. А каждое случайно обнаруженное насекомое было поводом начать тщательное расследование.

И совершенно незаметно в процессе войны с этими домашними животными появилось и неприятие всей другой членистоногой живности. Поэтому для похода на речку или в лес Никита одевал просторную “кенгуруху” с москитной сеткой, и обязательно заливал все вещи ядрёной химией от комаров и клещей. И даже иногда, когда комаров становилось совсем уж много и не спасали репелленты, одевал на руки тактические перчатки, которые не могли прокусить эти кровососы.

2.

Некоторые странности начались примерно в октябре. Начали пропадать люди. Сперва незаметно, и о пропажах писали только местные паблики типа “Лизы Алерт” или “ЧП Иртышска”. Дальше - больше, чем раньше, хоть и без особой массовости. Некоторые друзья по соцсетям тоже стали постить или репостить фотографии пропавших родственников - разного возраста, пола и социального положения. Иногда проглядывая в ленту “ВК” Никита уже начинал путаться, такие фото уже были или это уже новые, так их стало много. Хотя он особого интереса к такой информации не испытывал, всегда репостил подобные просьбы помощи: ему не сложно, а кому-то, глядишь, поможет. Так или иначе, но какие-то лица или истории невольно отложились в памяти, и он мог с уверенностью сказать - пропавших среди его знакомых или членов их семей стало существенно больше.

Люди выходили в магазин и не возвращались. Не возвращались с работы, или просто хлопали дверью со словами “я сейчас” и больше их никто не видел. Одинокие просто не выходили на работу, не отвечали на звонки и их даже не всегда сразу начинали искать.

В конце ноября пропал Серёга. В пятницу, ближе к вечеру, когда Никита после занятий в анатомичке пришёл домой и включил комп чтобы немного порубиться в очередную стрелялку, раздался телефонный звонок.

-Братец, я тебя внематочно! - бодро прокряхтел Никитос в трубу, увидев краем глаза на экране надпись “Рыжая зараза” и аватарку друга. В это самое время на персонажа игры навалились монстры, а патроны закончились. Героя надо было срочно спасать. Поэтому он не сразу осознал, что на фоне рычания из колонок вместо Серёгиного голоса из трубки доносятся сдавленные рыдания.

-Никита, Серёжа пропал, - донёсся из смартфона сдавленный голос Вики, его подруги.

-В смысле?! - Не сразу понял парень. Героя игры в это время забивали до смерти гнусные зубастые твари из подземелья. Уровень никак не хотел проходиться, вызывая раздражение. Никита откинулся на спинку кресла, отпихнул от себя мышку, отъехал от стола и перехватил смартфон поудобнее. - Что? Не понял.

-Серёжа, говорю, пропал. Он вышел на перемене между парами, сказал в туалет, и больше не вернулся, - прерывисто вздохнула, давя рыдания, Вика. - Телефон остался в аудитории на столе. Сумка тоже. Он просто зашёл в гардероб, взял пуховик и ушёл, как и другие, которые пропали, - после этих слов девушка снова зарыдала.

-Вик, Викуль, подожди-подожди, успокойся, может ещё всё нормально, - попытался успокоить девушку парень. Об игре он сразу позабыл.

-Я у охранника запись по монитору посмотрела. Он просто ушёл, как и остальные.

-Ну мало ли, - снова попробовал успокоить её Никитос, хотя сам чувствовал ничтожность такой попытки. В душе полыхнула тревога. Он, как и Вика, хорошо знал Серёгу. Выходки в подобном стиле были другу Никиты абсолютно несвойственны. Произошло точно что-то нехорошее.

Девушка его уже не слышала, из трубки донеслись сдавленные рыдания, словно она пыталась зажать себе рот. Не гладя уже на экран компьютера и прижав телефон плечом к уху, Никита запрыгал на одной ноге, влезая в брюки. Когда через какое-то время рыдания в трубке затихли, парень уже одевал куртку, стоя в коридоре. Сказал:

-Вик, не плачь, я сейчас приеду. Придумаем что-нибудь. Давай, держись там!

Услышав подтверждение, что Вика его ждёт, Никита вызвал такси.

Минут через сорок Вика по настоянию Никиты выпила пару таблеток успокоительного, и относительно успокоившись коротко рассказала, что когда Сергей не пришёл с перерыва, она забеспокоилась. Без предупреждения парень никогда не терялся. И уж тем более не оставлял на парте тетради и учебники, если собирался пропустить занятие. Вика даже выходила в коридор, прошлась к туалету, сходила поискать его в буфет, но Сергея не нашла.

К началу следующей пары девушка уже было уверена, что с её любимым что-то случилось. Она отпросилась с лабораторной, и, видимо, была в таком состоянии, что преподаватель отпустил её без лишних вопросов и условий. Виктория побежала к охране, где попросила показать видеозаписи с камер слежения. Там она тоже, видимо, выла вполне убедительна, да и слухи о пропаже людей уже гуляли по городу. Пожилой охранник нашёл нужное время и место, и достаточно быстро Вика убедилась, что Сергей вышел из аудитории, быстро и целеустремлённо спустился на первый этаж, забрал пуховик из гардероба и покинул ВУЗ.

Охранник даже не стал возражать, когда Вика попросила перекинуть видео на флешку. Он явно уже сталкивался с подобной ситуацией, только вздохнул и сочувствующе поглядел на едва сдерживающую рыдания девушку.

Никита тоже посмотрел запись. Его друг выглядел как человек, который куда-то сильно спешил. Спешил, но при этом даже не взял с собой телефон. Не искал его по карманам, желая посмотреть на часы на экране или увидеть сообщение в мессенджере. Или просто чтобы убедиться, есть ли сеть и нет ли пропущенных звонков. Это было очень непохоже на Серёгу, который вообще не выпускал мобилу из рук, и даже в ванной клал его так, чтобы телефон лежал в пределах досягаемости.

Парень просто ушёл. Как уходили другие люди, пропавшие в последнее время.

-Ты в полицию заявляла? - наконец спросил Никита девушку.

-Нет, думала, вдруг придёт? - она беспомощно пожала плечами. - И я даже не знаю, где тут отдел полиции.

-Понял, - Никита полез в телефон и открыл 2Гис. - Одевайся, бери паспорт и поехали.

В отделе полиции народу было много. Наряду с обычными дебоширами и пьяницами было и несколько человек, которые тоже хотели написать заявление о пропаже человека. Уставший прокуренный дежурный опер, узнав о причине подачи заявления, просто раздал бумагу, дал образец и махнул рукой - пишите, мол, по образцу и подробно, чтобы время не терять, все обстоятельства. И потом по очереди к нему.

Всё это действо затянулось почти до трёх ночи. Но Никита, как будущий медик услышал и отметил для себя нечто общее, что предшествовало пропаже людей - все они за несколько дней жаловались на болезненное состояние, ломоту в мышцах, постоянное чувство голода, бессонницу, беспокойство. Но температуры, что интересно, не было ни у кого.

А ещё наблюдательный студент заметил, как переглянулись и отвели взгляды опер со своим напарником. Глаза у них при этом стали не только уставшие, но и какие-то больные, словно они знали что-то не хорошее. Или подозревали. Или не знали как сказать людям, что те могут уже не ждать своих близких.

Приехал он домой уже ближе к утру. Несмотря на смертельную усталость, сон не шёл. Вспоминались люди в отделе полиции. Пожилая женщина с большой фотографией пропавшего мужа. Парень с маленьким племянником на руках, искавший свою сестру. Хорошо одетые мужчина и женщина, у которых пропал сын. Мужчина был на грани истерики, обвинял полицейских в бездействии. Женщина просто плакала, беспомощно глядя по сторонам словно надеясь, что из стены выйдет добрый волшебник и за ручку приведёт её заблудившегося сына. Вика, которая просто молча сидела на откидном стуле в углу кабинета, уставившись в одну точку. И почему-то то и дело в воспалённом сознании звучали слова Вики: “Больной он какой-то был последнее время. Места всё себе не находил. Спать не мог, всё по комнате кругами ходил...”

Через неделю-другую пропажи людей как-то вдруг сошли на нет. И эту тему в новостных лентах быстро сменила другая, звучащая примерно как “что опять происходит в Китае?!”

Снова в Поднебесной был ограничен интернет, снова пошли кадры одетых в костюмы биологической защиты людей, которые на улицах и в парках из каких-то похожих на ранцевые огнемёты устройств распыляют не то белый дым, не то туман на улицах. Низколетящие самолёты и грузовые беспилотники, распыляющие над лесами и полями какие-то вещества. Самоизоляция и комендантский час. Практически один в один как было в период ковида. Официальный Пекин снова хранил молчание, и слухи о новой пандемии разлетались со скоростью степного пожара, обрастая жуткими подробностями и откровенным бредом. А когда к новогодним каникулам пошли сообщения, что уже и наши армейские подразделения целыми колоннами и эшелонами выходят с мест постоянной дислокации и вместе с семьями уходят куда-то в Арктику, вроде как на длительные учения, то конспирологические версии стали похожи на бред шизофреника.

А потом люди стали пропадать по всему миру, в разных странах и на всех континентах. А потом их стали находить...

3.

Первыми обнаружили большое количество тел пропавших людей волонтёры “Лизы Алерт” где-то в Ростовской области. Среди волонтёров были и те, кто сам искал пропавших близких, поэтому подход был совсем не формальный - они реально обшаривали каждый сантиметр. Просматривая по камерам путь одного из потерявшихся, они примерно определили район, из которого отслеживаемый потеряшка не выходил. Волонтёрам повезло, что работали все камеры, что погода и, соответственно, видимость, были хорошие, что снега не было. И в один из солнечных январских дней десяток энтузиастов отправились на большой пустырь на территории старого заброшенного завода на краю города. В каких-то кустах был открытый канализационный люк, куда и залез настырный волонтёр. А ещё через несколько минут он оттуда почти вылетел, орошая свою грудь и эти самые кусты остатками завтрака и желчи. Приехавшая полиция оцепила завод, а прибывшие военные в спецсредствах защиты потом весь день вытаскивала из старой канализационной трубы десятки тел. Говорят, многие из них даже ещё были живы. И что они там лежали плотно, как будто сами залезли и легли. Слухи разлетелись сразу - сперва по местным пабликам, потом по всем новостным каналам, а потом они резко пропали из повестки. Вся информация быстро зачищалась, видимо, с помощью искусственного интеллекта. Стало глухо как в танке.

Потом пошли слухи, что во всём мире главы корпораций, руководители высшего эшелона и просто очень богатые люди начали уезжать из своих резиденций в неизвестном направлении. Фрахтовались лайнеры, бронировались номера в высокогорных отелях, на лыжных курортах, выкупались острова, что характерно, в полярных водах.

В середине февраля Никита узнал причину. Случилось это, как бы это ни парадоксально звучало, на лекции по паразитологии. Лекции профессора Николая Ивановича Арефьева всегда были интересны из-за богатого словарного запаса преподавателя и очень образной манеры подачи материала. Он умел зацепить и удержать внимание слушателей. Иногда он умудрялся рассказать о каком-нибудь черве или простейшем с примерами на грани фола, почти за гранью приличия. Эти примеры, тем не менее, благодаря образности и нетривиальности улучшали запоминаемость материала многократно.

Но на этот раз профессор был мрачен и как-то особенно серьёзен. Даже, если так можно выразиться, по-своему торжественен. Поздоровавшись с аудиторией, он долго всматривался в лица сидящих перед ним студентов, словно решая что-то для себя. А потом, откашлявшись, спросил, есть ли среди слушателей кто-нибудь, у кого пропали родственники или знакомые.

Поднялось несколько рук, в том числе руку поднял и Никита. Профессор ещё раз осмотрел присутствующих и начал:

-Итак, господа студенты. Пользуясь служебным положением я меняю тему сегодняшней лекции. Думаю, она будет интереснее всего, что вы от меня до этого слышали. Просто потому, что это непосредственно повлияет на вашу дальнейшую жизнь. И может даже немного продлит её. И кстати да, это будет касаться пропавших людей. Ваших родственников и знакомых.

Послышались шепотки, тихие возгласы, студенты заинтересованно зашуршали тетрадями. Кто-то даже пересел ближе. Арефьев снял очки, по своей обычной привычке сложил руки на груди и слегка прикусил дужку очков. Помолчал.

-Я сперва проведу несколько параллельных линий, чтобы объяснить вам, что происходит. Сперва давайте вспомним жизненный цикл развития Ланцетовидной двуустки. Помните, да? - профессор оглядел аудиторию. Кто-то с уверенным видом кивнул, кто-то нырнул в телефон, чтобы найти информацию в нэте. Профессор хмыкнул.

- Это на самом деле раздел из ветеринарии, мы такое не изучаем. И тот кто помнит, тот видимо либо любознательный гений, либо ветеринар, - Студенты захихикали: - Так вот. Вторым промежуточным хозяином данного сосальщика является муравей. Там, точнее, несколько видов муравьёв, но нам в данном случае интересно не это. А первым хозяином являются улитки. Да? Помните? Не слышу? - услышав в ответ невнятный гул, профессор продолжил: - Так вот. Яйца паразитов вместе с помётом животных-носителей попадают на траву, где съедаются улитками или другими брюхоногими. В печени улитки развиваются церкарии, именуемые иногда расселительными личинками. Со слизистыми выделениями улиток они попадают на листву, где и съедаются муравьями. И вот тут то начинается настоящая магия! - профессор восхищённо цокнул языком. - Большинство проглоченных муравьём этих личинок проникают через стенку зоба в полость тела и там, утратив хвост, инцистируются, превращаясь в метацеркарий. Однако одна! - Профессор высоко поднял вверх указательный палец, привлекая внимание, - Одна церкария проникает в подглоточный ганглий муравья. Там она образует особую тонкостенную цисту, не способную к дальнейшему развитию в окончательном хозяине. В результате меняется поведение муравья. Подчёркиваю, она меняется сама и меняет поведение муравья! Днём муравьи ведут себя нормально, но ночью не возвращаются в муравейник, забираясь высоко на стебли трав и прочно удерживаясь за травинку челюстями. Коровы, овцы, зайцы, верблюды, и прочие поедая траву вместе с заражёнными муравьями, становятся окончательными хозяевами. В них развиваются взрослые черви! Тем самым замыкая цикл развития.

-Вы понимаете, к чему я веду?! - буквально закричал профессор после секундной паузы. - Ребята, эта личинка, церкарий, меняется так, что врастает в нервный узел муравья и становится способна управлять поведением насекомого! Вы вообще меня слышите?! Что это? Это магия! Магия эволюции!

Профессор развёл руками в стороны, словно ему не хватало слов от восхищения.

- А теперь вторая параллельная линия. Давайте вспомним такое понятие как паразитоид. Кто из вас способен без смартфона в двух словах объяснить разницу между паразитом и паразитоидом? А? Не слышу! Давайте-давайте, неучи, напрягайте свои ганглии!

Профессор оглядел аудиторию, даже по своему обыкновению покрутил указательным пальцем, словно бы выбирая, кто будет отвечать. Не увидев желание ответить со стороны студентов махнул рукой и продолжил:

-Так вот. Паразит, как правило, во взрослом состоянии живёт в хозяине. Он заинтересован в выживании своего носителя для собственного размножения. Паразитоид же во взрослом состоянии живёт во внешней среде. А хозяином питаются его личинки, и тем самым медленно его убивают. Съедают живьём, если точнее. Ярким представителем паразитоида являются родственники ос - наездники. Там где у ос находится жало, у них длинный яйцеклад. Они откладывают яйца либо снаружи, либо в тело жертвы. Это как правило другие насекомые или гусеницы. Яйца развиваются в личинки, и поедают хозяина заживо. Некоторые наездники оставляют хозяевам способность двигаться самостоятельно. Некоторым гусеницам, например. При этом жертвы продолжают питаться травой и листьями. И даже могут защищать личинок. А эти самые личинки при этом едят своих хозяев, превращая гусениц в изъеденные огрызки. Ужасно, правда?

Девчонок с первого ряда передёрнуло. Видимо, представили эту картину во всех деталях и цвете.

- Некоторые виды наездников парализуют жертву и уносят её в свою нору. При этом гусеница остается живой, пока личинки наездника не вырастут и не покинут нору.

-Зачем вы это нам рассказываете? - Спросила одна из девушек.

-Потому что так надо. Потому что я зав кафедры паразитологии. Потому что я так считаю нужным. Потому что чувствительным и брезгливым натурам нет места в медицине. Я понятно объясняю?! - тихо, но с угрозой в голосе ответил Арефьев. Девушка замолчала и опустила голову.

-Продолжим! - уже громко сказал профессор, сложил руки за спиной и оглядел притихшую аудиторию. Студенты не понимали, что происходит и поэтому предпочли до выяснения сидеть тихо. - А ещё у наездников есть уникальный способ размножения - полиэмбриония. Даже одно яйцо способно делиться, давая сотни и тысячи зародышей. Личинок. Интересно, да? - Видя, что рассказанное вызывает у некоторых студентов неприятие, профессор как-то особенно зло улыбнулся. - Это я вам ещё про оводов не рассказал. Ну да ладно. Оводы, слава богу, пока к теме нашей сегодняшней лекции не имеют отношения, точнее, не дадут нам ничего нового. Так вот. У меня, как и у некоторых из вас, не так давно пропал родной человек. Дочь. Единственная. Поиски были безрезультатными. Но на прошлой неделе я пообщался с одним своим коллегой. И он обрисовал мне вкратце что происходит и наши дальнейшие перспективы. Поверьте, они безрадостны.

Тишина в аудитории стала просто оглушительной. Казалось, студенты даже дышать перестали.

-Во всём виновата маленькая оса-наездник. Вот такая, - он показал пальцами, - не больше сантиметра длиной. Тоненькая, чёрненькая, с длинным яйцекладом. Красива-ая... И да, она способна менять поведение жертвы примерно как Ланцетовидная двуустка. Только жертва - человек, а не муравей. И он не лезет на травинку, чтобы быть съеденной коровой. - При этих словах девчонки с первой парты, не сразу осознав смысл, нервно хихикнули, но профессор на них посмотрел таким взглядом, что девушки охнули, испуганно сжались и уставились в тетради. - Жертва уходит, сама уходит, заметьте! Чтобы спрятаться в недоступном месте. Человеческий интеллект начинает работать против человека. Жертва может даже месяц готовить себе убежище, никому ничего не говоря. Уволиться с работы, разорвать все связи так, чтобы его никто не искал. Человек просто по факту теряет адекватность. Там, в созданном им же самим убежище, он впадает в своеобразную летаргию и лежит, пока его пожирают изнутри тысячи маленьких червячков - личинок наездника. И как только станет тепло, миллиарды новых насекомых выйдут из коконов в городах и сёлах. Или просто в лесу. И выйдут они только для того, чтобы отложить яйца в человека.

Тишина в аудитории длилась не больше минуты, пока студенты переваривали сказанное. Потом начался гвалт. Все пытались задать профессору вопрос. Тот немного постоял, посмотрел, и махнул рукой, чтобы все угомонились. Когда тишина более-менее восстановилась, он сказал:

-Давайте по порядку. Информация проверенная, все кому надо уже убрались подальше. Скоро вот это вот всё прорвётся в массы и наступит анархия. Откуда взялись эти насекомые, я не знаю. Может быть, оттаяли из вечной мерзлоты. Может как результат биологических разработок. Может быть вывели китайцы, уж больно подозрительные телодвижения они совершали во времена ковида. Словно не дезинфекцию проводили, а дезинсекцию. А ковид был дымовой завесой.

- ...Нет. Столько химии для обработки территорий нет ни у одной страны. Лекарств нет и уже не будет, в достаточном для всех количестве, я имею ввиду. Максимум два-три года агонии, и цивилизация в нынешнем её виде рухнет. Ресурсов в необходимых количествах для борьбы с такой опасностью нет. Прямо сейчас начнётся экономический коллапс, сеять и пахать никто не сможет из-за насекомых. На улицу без спецодежды никто не выйдет. Крупным городам осталось времени до устойчиво тёплой погоды, когда начнётся массовый выход насекомых из коконов. На юге вот это вот всё уже началось. Дальше только ужас.

-Но ведь можно и летом ходить одетым! - крикнул кто-то с заднего ряда. - Чтобы не ужалили!

-Ходить? Ходить наверное можно. Работать на жаре? Тут вопрос. Длина яйцеклада этого вида наездников порядка восьми миллиметров. Вам надо полностью закрыться, чтобы не оставить ни одного шанса отложить в вас яйца. Можно пропитать одежду отравой? Можно. Но где вы найдёте столько отравы? Прямо сейчас? И кто её сделает, когда встанет всё производство и логистика? А кто сделает вам бензин? Кто привезёт продукты в холодильник? Подаст воду в ваш кран? Электричество вам в розетку?

Профессор ещё несколько минут с отрешённым видом послушал крики студентов, потом махнул рукой, ссутулился, и по-стариковски шаркая ногами вышел из аудитории, даже не попрощавшись. В аудитории орали, кто-то звонил, а кто-то начал записывать видео.

4.

До родителей, которые накануне поехали в отпуск в Таиланд, обеспокоенный Никита дозвониться так и не смог. Собственно, связь упала тотально. Но многие ещё успели прочитать и посмотреть, как тучи насекомых атакуют южные города. Как в какой-то норе во Вьетнаме нашли несколько сотен тел жителей соседнего городка. Они плотно лежали друг на друге и были словно ковром покрыты маленькими светлыми червячками. Самое страшное, что некоторые объеденные почти до костей тела ещё дышали и открывали в безмолвном крике рты. Какой-то учёный сказал, что если бы не подобное опасное развитие событий, то это насекомое было бы настоящим бесценным кладом - выделяемые личинками вещества являлись идеальным противовоспалительным, обезболивающим и противомикробным средством. Средством, которое шаманы, лекари и врачи искали всю свою историю. Эликсир здоровья.

Ирония судьбы. Вот, нашли. Только не в то время, не там, не так и не тогда, когда надо. Бойтесь своих желаний, они иногда исполняются.

В марте всех снова заперли на карантин. По радио и телевидению гоняли бодрые ролики, в которых спокойные немного сосредоточенные люди неспеша красиво заклеивали окна, двери, вентиляции и прочие щели, по которым насекомые могли пролезть в квартиры. На деле же в сеть прорывались жуткие видео, как в безлюдных словно вымерших городах летают тучи насекомых. Как солдаты в химзащите жгут из огнемётов покрытые бледными личинками тела людей, сгребая в кучи обугленные останки бульдозерами. Как засыпают хлоркой канализацию и подвалы. Как самолёты и дроны распыляют над городами такую отраву, что дороги и газоны покрываются тысячами мёртвых птиц, крыс, кошек и собак. Иногда и людей, инвазированных или нет уже не понять. Они просто не успели убежать, и теперь их скорченные агонией трупы лежали на асфальте или газоне в высохших пятнах рвоты. Но это не помогало. Мириады насекомых вылетали стаями из нор, подвалов или лесопосадок, куда забивались ведомые самоубийственным инстинктом инвазированные люди.

В их доме тоже несколько раз проводили обработку. Однажды утром несколько мужиков в резиновых костюмах и противогазах, вооруженных генераторами тумана и опрыскивателями зашли в подъезд и залили там всё отравой, от которой даже хорошо закрывшегося Никиту к вечеру долго и тяжело тошнило желчью, а голова просто взрывалась болью. После этого парень стал заклеивать скотчем все щели в двери, включая замочную скважину.

К маю банки перестали выдавать наличку, потому что видя что происходит с интернетом люди стали массово снимать бумажные деньги. Экономику накрыл коллапс. Продукты совсем исчезли из магазинов, однако Никита успел закупиться водой, консервами и другими полезными вещами. Профессор со своей лекцией дал таки форы в пару-тройку дней до начала паники. Ещё парень купил несколько костюмов для пчеловодов. Но когда в квартире погас свет, он понял, что долго тут не протянет. Ещё через пару дней на москитной сетке окна он увидел несколько насекомых. Никитос сразу их узнал, хотя живьём их ни разу и не видел благодаря холодной затянувшейся весне. Маленькие существа чёрного с металлическим блеском цвета с длинными лапками и тонким длинным волоском в задней части брюшка - жалом-яйцекладом. Они очень быстро двигались, и как только Никита приблизил лицо к москитке, наездники заметались, забегали по сетке, ища лазейку. Они явно чувствовали его. Ползали они быстро и плавно, иногда перелетая с места на место. Глядя на такую стремительность Никита абсолютно точно понял, что именно эти маленькие существа быстро и эффективно скинули человека с вершины пищевой пирамиды. И теперь бывший хозяин природы превратился в питательный субстрат, сидит взаперти, с тоской глядит из своей клетки на хозяев новых. Какая ирония!

Интересно, когда чёртовы мухи оплодотворяют людей, они от этого получают удовольствие? Им нравится трахать людей?! Нравится втыкать в незащищённую кожу жертвы свой яйцеклад? Они от этого возбуждаются?

Эта мысль внезапно взбесила парня. От неё явственно припахивало безумием. Он за малым не психанул и не ударил по москитной сетки кулаком наотмашь. Но взял себя в руки, с садистским удовольствием поднёс к насекомым баллончик с “Дихлофосом” и нажал на кнопку. Наездники неловко замерли, слабо цепляясь лапками за сетку, и упали вниз.

Ещё через несколько дней на улице начали стрелять. Одна из пуль влетела в окно на кухне. Никита, лежавший в это время в меланхолии на диване, замер в ужасе. Единственный барьер от смерти оказался слишком хрупким и теперь разрушен. Какое-то бесконечное время мысли метались, и он не мог решить что делать. Бежать закрывать оконный проём? Чем? И какое там повреждение?

Наконец он решил, что вероятность получить пулю куда меньше, чем запустить в квартиру проклятых ос. Парень влетел на кухню и чуть не поскользнулся на битом стекле, удержавшись от падения только чудом. В стеклопакете была треугольная дыра величиной сантиметров тридцать. Никита хотел засунуть в дыру одеяло, сдёрнутое с дивана, но увидел как на край стекла села сначала одна оса. Потом вторая. Потом одна из них перелетела на стол и села около микроволновки. Никита застонал от бессилия и разочарования, и выскочил из кухни, захлопнув дверь. Подвывая от страха и досады он торопливо полез в костюм пчеловода.

И тут же снова понял, что сделал не совсем то. Надо было для начала прикрыть одеялом щель под кухонной дверью. Поздно! Две осы словно быстрые хищные муравьи уже бежали по линолеуму из-под неё. Ещё одна уже перелетела на стену около часов. Трясущимися руками Никитос успел застегнуть молнию на костюме и опустить сетку на лицо, прежде чем прямо на неё село первое насекомое. Стараясь успокоиться, парень всё-таки прикрыл проклятую щель одеялом и полез в тумбочку за скотчем. Надо было залепить все щели. Отрывать в перчатках скотч от рулона было неудобно, но парень справился. Тщательно залепив все щели скотчем, он этим же скотчем проклеил крест накрест окна в комнате. На них же приклеил стрейч-плёнку. Если ещё случится что-то подобное, то по крайней мере дыра будет существенно меньше, и её будет залепить проще.

Потом он прибил всех залетевших в комнату наездников. И осознал, что большая часть продуктов и воды остались на кухне.

Затем обнаружил, что прыгая с табуретки на стол и подоконник, порвал на плече защитный костюм. Залепил его обычным скотчем. Плечо в месте где костюм порвался чесалось, видимо, началось раздражение из-за отсутствия элементарной гигиены. Да и швом натёрло.

Так или иначе, надо было думать, что делать дальше.

5.

К июню месяцу город начал пустеть. Люди уходили. Иногда Никита видел быстро идущего человека в легкой одежде, и понимал, что это с большой долей вероятности инвазированный. Человек уже не боялся укусов, да их, собственно, на определённой стадии заражения уже и не жалили. Видимо, насекомые как-то чувствовали, что этот инкубатор уже занят.

Иногда на рассвете или закате парень видел в окно группы людей в зимней одежде. Наглухо застёгнутые, местами обклеенные армированным скотчем, они выходили в путь вечером и шли как правило ночью, когда наездников было многократно меньше. Да и идти было не так жарко. Автомобили же стали ездить исключительно редко. Бензин ценился на вес золота. Машина уже сама по себе становилась целью для мародёров.

К июлю продукты закончились окончательно, даже мелкое мародерство уже не могло прокормить. И парень решил двигаться на север. По Иртышу, в лодке. И чем дальше на север, тем лучше. Желательно туда, где нет насекомых. Где мухи только белые, и тают на руках. Ночью плыть, днём прятаться у берега, в густой растительности.

В какой месяц и день недели парень вышел из дома и отправился к лодочной станции, он не знал - уже сбился со счёта. Да и не волновали его уже такие мелочи. Несколько дней и ночей он плыл по великой сибирской реке, как во сне. Есть хотелось зверски, хотя он и рыбачил всё время, когда не плыл. Ещё хотелось спать, но сон почему-то не шёл. Мышцы постоянно ломало и крутило, видимо отвыкли от нагрузок. Но больше всего хотелось покоя.

Недалеко от Тобольска его вдруг накрыл страх. Люди были совсем недалеко, совсем рядом, видимо, крупная община или военизированное формирование. Все в однотипной спецодежде, масках и очках. Но Никита не смог заставить себя выйти к ним. Долго наблюдал за ними из кустов, а потом развернулся и пошёл назад. Он решил, что придёт к ним весной.

Примерно в километре, в заброшенной деревне на берегу Иртыша он нашёл покосившийся домик, рядом - полуразрушенный сарай с выложенным кирпичом подвалом. Несколько дней он обустраивал этот погреб, накрывал и утеплял верх. Стаскивал в него старую одежду, листву и гнилую солому. Почистил трубу вентиляции. Зимой в этом подвале должна быть плюсовая температура, чтобы не замерзнуть. И ещё там должно быть сухо. Сухо, чтобы... чтобы что? Никита знал, что он должен сделать, но не знал зачем. Это было ему не интересно. Парень просто знал, что так будет правильно. В какой-то из дней Никита с непонятной самому себе тоской глянул на закатное небо, послушал крики птиц и шум ветра. Природа готовилась к зиме. В тяжёлом сером небе пролетела стая уток. Ветер сдувал с деревьев мокрую листву... Парень вздохнул, полез вниз и закрыл люк подвала. При свете зажигалки заткнул старым тряпьём все щели. Потом залез в спальный мешок, свернулся калачиком, накрылся с головой и уснул. Ему нужно экономить энергию. Чтобы... чтобы что?