Паршивая овца

Среди стада прошёл слух, что завилась у них паршивая овца. Испугались овцы этому известию и собрали совет, дабы решить, что им делать с этой напастью.

Заблеяли овцы:

- Овца! Какова овса? ОВЦА! Какая овца? Паршивая овца. А что про овёс то? Да какой овёс! Паршивая овца говорю! Паршивая овца!? Паршивая овца! ПАРШИВАЯ!!!

Молодая овца спросила:

- Извините, что такое паршивая овца?

А овцы заблеяли:

- ПАРШИВАЯ ОВЦА!!! АААААААА! Да заткнись ты, дура! Сама дура! Я дура? Да, не ты, а она. Кто она? Да она, блин! Ты чё не видишь её, дура?! Так я всё-таки дура?!

- Что такое паршивая овца? - спросила молодая овца.

- Что же это будет? Ой, что же это будет, овцы добрые!? Это, что же получается? Это конец, что ли? Не, не конец, какой там конец, эт только начало. Да какое начало, говорят же - конец. Да вы ничего не поняли! Это ни начало и ни конец, это период такой! Период! Период? Период, - блеяли овцы.

- Простите, я не поняла, а что такое паршивая овца? - спросила молодая овца.

- Паршивая овца! ПАРШИВАЯ!!! Что же будет! МЫ ВСЕ УМРЁМ!!! ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ! Сама заткнись, дура! Так я дура, да?! Да помолчи ты! Лучше скажите, что с овсом? Да нету овса, есть период! Вы о чём вообще говорите!? У нас тут паршивая овца! ПАРШИВАЯ!!! - заблеяли овцы.

- Овцы добрые, да объясните же мне, что такое паршивая овца? - спросила молодая овца.

- Овцы добрые, да услышат мудрые из вас слова мои. Не паршивую овцу пригрели мы в травосольном стаде нашем, - на пригорочек поднялась старая овца.

- А кого же? - спросили овцы

- Трепещет сердце моё, но должно мне глаголить истину. Не паршивую овцу мы пригрели, а препаршивую, - ответила старая овца.

- Препаршивую? - спросили овцы.

- Самую паршивую-препаршивую овцу! - ответила старая овца.

- Самую паршивую-препаршивую? - ахнули овцы.

- А в чём разница между этой самой паршивой-препаршивой овцой и просто паршивой овцой? - спросила молодая овца.

И сказала старая овца:

- Не для устрашения будет сказано, но ради блага всеобщего. Если паршивая овца в стаде нашем, беду это несёт нам, ибо проблеяно было, что коль будет хоть одна овца паршивая в стаде, то и стадо станет паршивым.

Замолкли овцы на минуточку и проблеяли в ужасе:

- Так это что же получается? Это стадо теперь... Это как же? Это что же? Ох, как она говорит. Как говорит! Мы умрём!!! Мы все умрём! Спокойно! Спокойно! Ааааа! Да заткнись уже! Спокойно!!! А если мы умрём, то это что же получается? Это кто тогда травку нашу кушать будет? Аааа! СПОКОЙНО!!! МЫ ВСЕ УМРЁМ!!!

- Ну будет стадо паршивым и будет. Мне кто-нибудь объяснит, что это значит?! - возмутилась молодая овца.

- Прошу вас, о несчастный овечий народ! Не убоитесь открыть мне сердец ваших. Скажите мне, разве не стесняет дух ваш ужас перед мыслью об печальной доле стада нашего, - так говорила старая овца, стоя на пригорочке.

- Да! Да! ДА! - закричали ей овцы.

- О, я слышу ваши мольбы, я чувствую, что вы нуждаетесь в совете. Но достойна ли я того, чтобы взвалить на себя священное право советчицы в это тяжёлое для нашего народа время? - старая овца в превеликом сомнении прикрыла глаза и медленно начала спускаться с пригорка.

- Не уходи! Мы просим тебя! Не бросай нас! Мы любим тебя, хоть ты и старая! Да не старая она вовсе, а ещё очень то и ничего! Ты чё ошалела, дура?! Опять дурой обзываешься. Ну что за овцы! Помоги нам, старая овца. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста...СПАСИ НАС!!! - кричали овцы.

- И почему мы должны довериться ей? - спросила молодая овца.

- Раз такова воля ваша, я не смею противиться, - старая овца со смирением превеликим опустила голову. Но лишь на секундочку. Затем её глаза загорелись, как горят зверушки в лесном пожаре, и она громко сказала:

- Как было проблеяно в веках, есть лишь один путь, дабы стадо наше могло избежать «паршивости». И это путь крови!

- Путь крови! Путь крови? Крови. Крови? Крови!!! - заблеяли овцы.

- Мы должны скинуть паршивую овцу в овраг, - сказала старая овца.

Овцы хотели что-то сказать, но старая овца их перебила:

- Приведите мне чёрную овцу!

Из самого конца толпы притащили дрожащую чёрную, как белая ворона, овцу. Она беспомощно водила глазками и захлёбывалась в собственном блеянии.

- ТЫ! Ты! - возопила старая овца, - ты хоть понимаешь, ЧТО ты наделала?!

- Кстати, хороший вопрос, - заметила молодая овца, - вот мне тоже интересно.

- П-простите... Простите, простите, простите...- проблеяла себе под нос чёрная овца, слёзы заблестели на глазах её.

- Своею шерстью ты опаршивила всё стадо, - сурово сказала старая овца, с пригорочка смотря на чёрную овцу.

- Простите...Я... я не хотела... Я не специально... Я уберу, уберу... - заплакала чёрна овца. Она зубами ухватилась за свою тёмную шкурку и принялась отрывать от неё куски, вместе с плотью. Окровавленные клочки шерсти падали на землю. Чёрная овца рыдала, но не смела стонать от боли. Овцы отворачивались от этого зрелища. Кто-то плакал.

Старая овца, оглядев овец, закричала:

-Хватит! Ложью своей ты не умилостивишь нас! Только кровь твоя отмоет паршивость твою.

Чёрная овца разрывала свою шкуру.

- Ну что вы стоите! Схватите её и бросьте в овраг! - приказала стара овца.

- Чем, у нас же копыта? - заметила молодая овца.

- Ну так затолкайте её туда! - закричала старая овца.

Овцы безмолвствовал.

- Затолкайте её в овраг! Иначе паршивая овца опаршивит всё наше стадо! Всё стадо! НАШЕ стадо! - вопила старая овца.

- Ну, в принципе, можно, - прикинула большая овца, - эй, сеструх, пошли!

- Ну… может быть… Ну… мы эт самое, - замялась маленькая овца.

- Ну так ты чё, а?! Я не поняла, мы идём или нет?! – прикрикнула на сестру большая овца.

- Да, - сдалась маленькая овца.

Они принялись толкать чёрную овцу к оврагу, а та даже не сопротивлялась, только плакала и извинялась. Они столкнули чёрную овцу в овраг. Она упало с таким звуком, как будто это ветка ломается. Её голова как-то неестественно запрокинулась на верх, смотря распухшими глазами на стадо. Овцы разошлись, а земля кончиком языка попробовала кровь.

Через три года среди стада прошёл слух, что завилась у них паршивая овца. Испугались овцы этому известию и собрали совет, дабы решать, что им делать с этой напастью.

Заблеяли овцы:

- Овца! Какова овса? ОВЦА! Какая овца? Паршивая овца. А что про овёс то? Да какой овёс!? Паршивая овца, говорю! Паршивая овца!? Паршивая овца! ПАРШИВАЯ!!!

- На этот раз, мне кто-нибудь объяснит, кто такая эта паршивая овца? - спросила молодая овца.

- ПАРШИВАЯ ОВЦА!!! ААААА! Да хватит орать дура! Тебя чё, овод укусил? У нас что, ещё и оводы поселились? Да нет, у нас только паршивая овца. Фух, ну хорошо. Да чего хорошего, у нас паршивая овца! Паршивая. Хотя не, не так. ПАРШИВАЯ!!! – говорили овцы.

- Ну, я понимаю, что никто, - покачала головой молодая овца.

- О, овцы добрые, видят очи мои, вновь паршивость пришла в стадо наше несчастное! – старая овца вышла на пригорочек.

- О, старая овца пришла! Как думаешь у неё есть овёс? Да какой овёс?! Хватит уже про овёс! Про паршивую овцу нам надо. Ну раз пришла пускай говорит, что надо. А что надо? Говорить. Ну, говорить это можно, это и я могу. Да ты только дурь говоришь! Я дурь говорю!? Это кто говорит? Я! Нет, не я, а ты. Нет я, я не ты. В смысле, ты – я. Я это я. Так ты – «я» для себя, а я – «я» для себя. Кто такой этот «себя»? – забеляли овцы.

- ЭЙ, овцы, кто такая паршивая овца?! А!? Кто-нибудь знает?! Скажите, пожалуйста! – крикачала молодая овца.

- Не хочется мне ещё раз пугать вас, ибо знаю я, что наполнено ужасом Дело Святое. Знайте, что и моя душа робеет перед ним. Но как проблеяно было в веках, есть только один способ, дабы спасти стадо наше от паршивости, - старя овца говорила опустив голову, но вдруг глаза её заблестели огнём, - Путь крови!

- Путь Крови! Путь крови? Не, путь крови. Ну путь и путь. Это же ПУТЬ КРОВИ! Она сказала путь крови? Путь крови. Путь крови! Фу, крови, почему не травы? ПУТЬ КРОВИ!!! Да где это дура, которая постоянно орёт! Достала она меня уже. Я тебе бочка пощипаю!

- Ну на вопрос то ответь, в конце-то концов, - молодая овца покачала головой, - это уже не смешно.

- Знаю я, что вы пребываете в ужасе, но нету у нас выбора иного, - говорила старая овца с печалью, - поймите, мне тоже страшно. Всё тело моё пропитано ужасом, но мы должны это сделать. Ради нашего стадо! Ради всего овечьего народа!

- Да ради овец! Овцы — это сила! Овцы это… это как травка зелёная, только ещё лучше! Ну, лично мне больше сено нравиться. Фу, сено отстой, как оводы! ААА! ОВОДЫ!!! Тебе же сказали, нету никаких оводов. КТО ОРАЛ, КТО ТУТ ОРАЛ!!! Так ты сейчас и орал. Ну держись «ты»! Когда я найду этого «ты», все бока пообщипываю!!!

- Кто такая паршивая овца!? Кто такая паршивая овца!? – кричала молодая овца в морды другим овцам.

- Паршивая овца, - отвечали ей.

- Кто это!!? – кричала молодая овца.

- Паршивая овца, - отвечали ей.

- Сколько бы вы не сопротивлялись, как бы сильно вы этого не хотели, но вам придётся скинуть кого-то в овраг. Хотите вы этого или нет, но сегодня одна из вас умрёт! И вам лучше самим решить кто это будет. Иначе, клянусь честью наших предков, ни одна овца не доживёт до следующего рассвета! – старая овца зыркнула на стадо своими пылающими глазами.

Овцы безмолвствовали.

- ДА ЧТО ТАКОЕ, РАЗДЕРИ МЕНЯ МЕДВЕДЬ, ЭТА ВАША ПАРШИВАЯ ОВЦА!!! – завопила молодая овца.

- Она – это она! – закричала старая овца, - посмотрите, паршивость уже вырывается из неё наружу.

- Да я сама уже готова прыгнуть в овраг, только скажите мне, что такое ПАРШИВАЯ ОВЦА!!! – орала молодая овца.

- В овраг её! В овраг, - крикнула старая овца большой овце.

-Хорошо, - ответила большая овца, улыбаясь, - пошли сеструха.

- Ну… ладно, - ответила маленькая овца.

Большая и маленькая овцы затолкали вопящую молодую овцу в овраг. Её череп хрустнул и из него вылетел мозг. Кто-то смотрел на это в ужасе. Овцы разошлись, а земля лизнула кровь.

Через три месяца среди стада прошёл слух, что завилась у них паршивая овца. Испугались овцы этому известию и собрали совет, дабы решать, что им делать с этой напастью.

Заблеяли овцы:

- Паршивая овца! Овса, наконец-то, немного овса! Да пошла ты со своим овсом, знаешь куда? ТЫ! ГДЕ ЭТОТ «ТЫ»! Я ему бока пооткусываю. Да это ты! Где? Здесь. Где!? Да вот здесь, не видишь, дура, я на тебя показываю!!! Ах, вы опять меня дурой называете! А ты то куда полезла! Это «ты»! Ну все, конец бокам твоим! ААА, ЩИПАЮТ!!! Кто щипает? Паршивая овца? НЕТ! Ну тогда не ори!

- Эй, старая овца, подскажи-ка, кто у нас сегодня запаршивился, а? – спросила большая овца.

- Ох, тяжела доля советчицы, но раз народ овечий нуждается во мне, кто я такая, чтобы противиться этому, - с опущенной головой старая овца вышла на пригорочек.

Она оглядела стадо и сказала:

- Мой взгляд видит перед собой множество прекрасных овец, настоящая гордость нашего стада. Но нутро моё чувствует зло, что живёт среди нас. И есть лишь одна вещь, которая может спасти нас…

Глаза её вспыхнули, и она торжественно произнесла:

- Путь крови!

- Не надо нам твоего пути! Хватит с нас этого ужаса! – вперёд вышла храбрая овца.

Старая овца посмотрела на выскочку, и пожар в глазах старой овцы стал разгораться ещё сильнее.

- Я вижу тот страх, что обуял ваше сердце. Я понимаю его. Здесь нечего стыдиться. Каждый может поддастся чувству страха. Это нормально. Это делает нас настоящими, живыми овцами. Главное, чтобы страх не застелил ваш разум, - поучала старая овца.

- Да пошли лесом твои советы! – закричала храбрая овца, - уже две овцы умерли из-за твоего идиотского пути! Скольких ещё придётся убить, прежде чем твой нелепый план сработает, а?!

- Ох, я разделяю вашу скорбь. Мне самой противно то, что нам приходиться делать, но это ради благой цели. Поймите, у нас просто нету иного пути, - в печали великой склонила старая овца голову свою.

- Да не работает твой путь! – крикнула храбрая овца, - мы уже двух овец угробили и ничего. Как была у нас в стаде паршивая овца, так и осталась.

- Но какой у нас есть выбор? Конечно, Путь крови жесток и ужасен, но я просто не знаю иного пути. Но я же всего лишь глупая и старя овца, может у кого-то есть идеи и получше. Ежели так, то пуская он подымиться на пригорочек и расскажет о своём плане всему стаду, - старя овца внимательно смотрела на овец.

- Идеи? У меня есть одна. Предлагаю не слушать тебя! Твой план вообще не работает. Ты убила двух овец и не одна из них не оказалась паршивой. Ты лгунья, а твой путь бред! – крикнула храбрая овца, стоя у склона пригорочка.

- Я лгунья? – удивилась старя овца, - вы уверены в своих словах. Я… я, право, и не знаю, что вам сказать. Ох, наверное, я была слишком слепа. Конечно, мы никогда не видим своих грехов. Может кто-нибудь тоже думает, что я лгунья?

- Нет! Это дура просто нихрена не знает! Она просто дура! – крикнула большая овца.

- Да… вы не лгунья… Ну, в смысле я вам верю, - сказала маленькая овца.

- Ты, о дитя овечьего народа, поведай нам свои думы. Прошу тебя, - старая овца посмотрела на маленькую овцу своими добрыми яркими глаза.

- Да что она там скажет! Нормальная у нас старая овца, и всё тут, - крикнула большая овца.

- Нет, подожди. Пусть она сама скажет, - сказала старя овца.

Стадо расступилось и все уставились на маленькую овцу.

- Я… правда? – маленькая овца неуверенно улыбнулась, - ну… я не знаю… Просто вы, то есть старая овца, всегда говорит с таким огнём в глазах. Она… она знает, что делает… Понимаете в ней такое пламя, такая сила духа, такая… мощь, мощь истинно горящей души. И понимаете, даже если она не знает, что делать, она всё равно будет пытаться, бороться до самого конца!

Чем больше маленькая овца говорила, тем шире она улыбалась. Старая овца добродушно смотрела на неё и миролюбиво кивала. Кто-то смотрел на это в недоумении.

- ДЫ ВЫ ИЗДЕВАЕТЕСЬ! – заорала храбрая овца, - эта сраная мразь задурила вам мозги, а вы и рады её слушать! Вы понимаете, что он нас всех убьёт! Да она хуже волка, раздери меня медведь!

Стадо тихонько зашепталось, но их тут же перебила старая овца:

- О овечий народ, я вижу, что вы растеряны. Я вижу, что вы напуган. Я вижу, что вы скорбите об умерших собратьях. Я вижу, вы вините себя в их смерти. Я разделяю ваше горе. Мы все виноваты в том, что с ними случилось. Но скажите мне, разве это была ваша идея, убить их? Разве это было ваше желание? Подумайте, кто спрятался в ваших рядах? Кто шептал вам эти паршивые идеи?

Стадо переглянулось в недоумении, а старая овца кивнула в сторону храброй овцы. Все овцы посмотрели на ту, что стаяла перед пригорочком.

- Вы… вы что серьёзно, - храбрая овца в недоумении уставилась на стадо.

- Толкай её! – крикнула большая овца. Маленькая овца набросилась на храбрую овцу и вытолкнула её в овраг. Храбрая овца разбилась об дно овраг и, испустив последний дух промолвила:

- О, ради кого я умерла?

Кто-то смотрел на это в недоумении. Овцы разошлись, а земля пригубила кровь.

Через три недели среди стада прошёл слух, что завилась у них паршивая овца. Испугались овцы этому известию и собрали совет, дабы решать, что им делать с этой напастью.

- Что же делать? Как же быть? Лучше вовсе не ходить! А как не ходить? Ну просто стоять. Я так не умею, если я буду просто стоять, то я всю траву вокруг себя съем и мне больше нечего будет есть. Ну тогда не ходи, а бегай. Но я устану бегать. А ты медленно бегай, тогда не устанешь. ПАРШИВАЯ ОВЦА!!! ААААА! Опять орёшь?! Нет. ПАРШИВАЯ ОВЦА!!! ААА!!! Так нормально? Ну, в принципе, да. –заблеяло стадо.

- Эй старая овца! Ты где там, а ну-ка иди сюда! – крикнула большая овца.

- Пожалуйста, помоги нам, о мудрейшая! – просила маленькая овца вместе с друзьями.

- Я чувствую, как трепещут ваши сердца в ожидании, - на пригорочек вышла старая овца, - я чувствую, как паршивость ползает среди стада нашего. Я чувствую, как блеют в веках предки наши. И говорят они одно…

Старая овца выдержала театральную паузу и, оглядев всех овец горящим взглядом, громко произнесла:

- Путь крови!

- Укажи нам на паршивую овцу, просим тебя! Просим! – крикнула маленькая овца и её друзья.

- Да покажи! – крикнула большая овца.

Овцы зашептались, но из-за криков ничего не было слышно.

- Пусть вперёд выйдут те, кто плакал, во время смерти паршивой чёрной овцы, - сказала старая овца.

Маленькая овца и её друзья вытолкнули вперёд овец с мокрыми глазами.

- За… за что? Что мы сделали?! – заплакали овцы.

- Вы открыли свои сердца паршивости, и она пробралась в них, - с сожалением сказала старая овца.

- Но… нам просто было жалко этих… паршивых, - плача, сказали овцы.

- На Пути крови нет места жалости! – закричала овца, - толкай их в яму!

Большая овца вместе с друзьями маленькой овцы столкнули рыдающих овец в овраг. Рыдающие овцы разбились об дно и из их глазниц вылилась глазные яблоки. Кто-то посмотрел на это и улыбнулся. Овцы разошлись, а земля глотнула крови.

Через три дня среди стада прошёл слух, что завилась у них паршивая овца. Испугались овцы этому известию и собрали совет, дабы решать, что им делать с этой напастью.

- Старая овца! Мы молим тебя о помощи! Помоги нам, о мудрейшая! – кричала маленькая овца, и стадо вторило ей.

- Не бойтесь стадо моё! Не брошу я вас в час тёмный для всего народа овечьего. Идите без страха, без сомнения за мной, и проведу я вас по Пути крови! – громко сказала старая овца, восседая на вершине пригорочка.

- Путь крови! Путь крови! Путь крови! – кричало стадо.

Старая овца оглядела овец своим пылающим взглядом и заметила нескольких, которые молчат.

- Вот паршивые овцы, притаились, - указала она на них копытом.

Молчаливые овцы хотели что-то сказать, но маленькая овца заорала во всю глотку:

- В ОВРАГ ИХ!

Большая овца вместе со стадом затолкала молчаливых овец в овраг. Они не успели даже вздохнуть, как расшиблись об дно оврага. Кто-то восторженно заблеял. Овцы разошлись, а земля хлебнула крови.

Через три часа среди стада прошёл слух, что завилась у них паршивая овца. Испугались овцы этому известию и собрали совет, дабы решать, что им делать с этой напастью.

- Мудрейшая! О, мудрейшая! Мудрейшая! – кричало стадо.

- О стадо моё, - сказала старая овца, осматривая овец, - паршивость не дремлет! Но у нас есть Путь! Путь крови!

- Путь крови. Путь крови! Путь крови!!! ПУТЬ КРОВИ! ПУТЬ КРОВИ!!! – орало стадо, сотрясая небеса.

Пока овцы кричали, старая овца подозвала к себе маленькую овцу.

- Мудрейшая, что… что Вы желаете от меня, - маленькая овца опустила голову.

- О, не стоит так унижаться передо мной, - улыбнулась старая овца, - подними голову, ты больше, чем кто-либо ещё заслуживаешь ходить с гордо поднятой головой.

- П-правда? – маленькая овца расцвела.

- Конечно же, - добродушно улыбнулась старая овца, - я никогда не видела, столь чистую сердцем овцу, как ты.

- Вы…я… - маленькая овца заплакала, - извините… просто… Никто и никогда не был ко мне так добр…

- Ну-ну, будет тебе, милая, - старая овца улыбнулась, как мама. Маленькая овца утёрла слёзы об траву.

- Но послушай меня, - сказала старая овца уже серьёзно, - овечий народ находиться в великой опасности. Путь крови ведёт нас к свету, но дорога терниста, и только сильные духом смогут пройти его. Нам придётся заплатить огромную цену и пройти через невероятные испытания. Я не могу заставить тебя пройти через всё это. Ты сама должна принять это решение.

- Я пойду за вами даже в пасть к волку, - сказала молодая овца твёрдо.

- Я и не сомневалась в тебе, - улыбнулась старая овца, и глаза её загорелись, - паршивость глубоко засела в нашем стаде. Она уже пустила корни в сердцах наших сестёр. Я боюсь, что уже случилось самое худшее. Только лучшие из нас смогут пройти по Пути. У тебя самое чистое сердце, поэтому только ты сможешь увидеть тех, в ком ещё остались силы на великий путь. Собери их и отправь паршивых овец на дно оврага.

- Я не подведу вас, о мудрейшая, - кивнула маленькая овца. Она подошла к своей сестре и своим друзьям и стала с ними о чём-то шушукаться.

- Путь крови! Путь крови приведёт нас к светлому будущему. Так было проблеяно в веках. Да, в веках, говорят, в веках. Паршивость не дремлет сёстры! Она притаилась в сердцах слабых. Мы сильные, мы чистые сердцем, нам ничего не страшно! Ну, это мы посмотрим, что там скажет мудрейшая. Мудрейшая! О. мудрейшая! Величайшая из народа нашего! Да, мудрейшая, так было проблеяно в веках! Путь крови! АААААА! ПУТЬ КРОВИ!!! – кричали овцы.

- Послушайте! Послушайте! – закричала маленькая овца, стоя на склоне пригорочка, - дабы проверить чистоту сердец наших, мы должны взглянуть в глаза паршивости. Вперёд, к оврагу, нас ведёт Путь крови!

- Путь крови! Путь крови! – закричали радостные овцы и подошли к краю оврага. Большая овца вместе с друзьями маленькой овцы принялись толкать овец. Долго радостные овцы упирались, но в конце концов все полетели в овраг, крича:

- Почему Путь крови? Почему?!

Они разбились об дно оврага, блея и вереща. Кто-то смотрел на это с наслаждением. Овцы разошлись, а земля напилась кровью.

Через три минуты среди стада прошёл слух, что завилась у них паршивая овца. Испугались овцы этому известию и собрали совет, дабы решать, что им делать с этой напастью.

Стадо стояло и молчало, ожидая слов старой овцы.

- Народ овечий возрадуйтесь, ибо не осталось паршивости в стаде нашем. Разговоры про паршивую овцу – ложь, вызванная страхом, живущим в сердцах ваших! – радостно сказала старая овца.

Овцы переглянулись.

- Я понимаю, после того ужаса, что вы пережили, сложно принять мысль, что всё кончилось. Но знайте, много мужества нужно, чтобы пережить тёмные времена, но нужно ещё больше мужества, что после тёмных времён продолжать жить дальше. Отриньте свои страхи, улыбнитесь этому солнечному небу и возрадуйтесь, ибо Путь крови пройден! – улыбнулась старая овца.

- Ура! УРАААА! –закричали овцы.

Старая овца подозвала маленькую овцу.

- Я не буду скрывать, твоё сердце такое же чистое, как родниковая вода. Поэтому только тебе я могу поведать ужасную тайну, - старая овца со всей важностью выдержала пауза и тихо промолвила – Путь крови, ещё не закончен.

- Кто паршивая овца, о мудрейшая? Скажите мне кто это, и я столкну его в овраг! – сказала маленькая овца, пылая сердцем.

- Ох, знание – это тяжёлое бремя, но тебе должно предстать перед истиной, - произнесла старая овца, опустив взгляд, а затем подняло его и со всей скорбью сказала, - они все – паршивые овцы.

- Что? Но… как?! – воскликнула молодая овца.

- Я не знаю, но я вижу паршивость в сердцах их. Я знаю, что не могу просить тебя об этом, но ты должна убить их всех: своих знакомы, своих друзей, свою сестру. Я знаю, что это слишком много для тебя, но от этого зависит судьба нашего стада. Ты – настоящее сокровище. Ты - последняя надежда овечьего народа. Только тебе решать, что будет со всеми нами. Знай, я верю в тебя, - сказала старая овца.

Маленькая овца хотела подумала, но жар в сердце оказался сильнее, и она сказала:

- Я сделаю это. Ради нашего стада.

- Дочь моя, ты сияешь ярче, чем солнце в небесах, - со слезами на глазах сказала старая овца и поцеловала маленькую овцу.

Маленькая овца улыбнулась и поклонилась старой овце. Маленькая овца подошла к большой овце.

- Здорова сеструха, о чём со старухой болтала? – спросила большая овца.

Маленькая овца огляделась и, увидев, что все овцы заняты празднованием, сказала:

- Нам нужно убить всех овец.

- Чё?! Нахрена? – удивилась большая овца.

- Они все опаршивились, - ответила маленькая овца.

- Чего? Ты… ты уверена? – спросила большая овца.

- Да, - со всей серьёзностью сказала маленькая овца, - и я прошу тебя помочь мне, как сестра.

Большая овца тяжело задышала, её взгляд бешено прыгал то на сестру, то на овец, то на мудрейшую. Она тяжело вздохнула и уже хотела сказать, но посмотрев последний раз на сестру передумала и воскликнула:

- Раздери меня медведь, ладно, я помогу тебе!

Маленькая овца благодарно кивнула. Она забралась на склон пригорчка и громко сказала:

- Вы все! Идите ко оврагу, кто-то из паршивых овец не умер, и сейчас пытается вылезти оттуда!

Овцы переглянулись, но никто из них не решился перечить маленькой овце. Они все столпились у края оврага. Большая овца и маленькая овца разбежались и влетели в овец. Несколько друзей маленькой овцы сразу полетели вниз, другие стали упираться. Долго сёстры толкались с овцами, насилу их всех скинули в овраг.

- Ну всё, они мертвы, - тяжело дыша, сказала большая овца.

Маленькая овца разбежалась и врезалась в сестру. Большая овца полетела на гору трупов, но в последний момент успела зацепиться за край.

- Ты чё делаешь, дура!!! –заорала большая овца.

- Прости! Прости! Но ты… ты… ты паршивая овца! – закричала маленькая овца плача.

- Чё? Это тебе старуха сказала? Она врёт! Она мразь тупорылая! Помоги мне, сестра! Помоги! – кричала большая овца цепляясь за край оврага.

- Нет, нет, нет, нет. Нет… - маленькая овца, рыдая, качала головой, - так нельзя… я не могу!

- Помоги мне! ДУРА! – орала большая овца.

- Нет! Прости! ПРОСТИ! – завопила изо всех сил маленькая овца и столкнула большую овцу в овраг. Большая овца упала на кучу трупов, сломала себе ноги, но осталась живой.

- ААААА! Раздери меня медведь, как же больно!!! Мразь! Я убью тебя! Слышишь, сестра, я убью тебя! Ты дура! Ты самая тупая мразь, какую я видела! Ты… ты дура! Ты тупее чем, сраный помёт сраных птиц! Ты… Ух, раздери меня медведь, как же больно! Дура! Тупорылая дура! Я знала, что таких мелких паскуд надо топтать пока они ещё ягнята. Не надо было тебя оставлять в живых! Я тебя ненавижу! НЕНАВИЖУ!.. Больно, как же больно, раздери меня медведь! Чё ты стоишь, а? Помоги мне! Помоги! Вытащи меня отсюда, тут воняет сраной мертвечиной! Эй, малявка, тащи сюда свою пушистую задницу, дура тупорылая! Раздери меня медведь, у меня ноги сломаны! АААА! СПАСИ МЕНЯ! СЕСТРА! СПАСИ!!! ЭЙ! Эй…. Эй ты меня слышишь?.. Слышишь? Ой, как же… больно. Сестра, мне холодно… Слышишь? Тут… тут так много крови… Как же много крови… Я… Сестра ты где? Ты где? Эй! Ты слышишь?.. Где ты… Сестрёнка… Я тебя не слышу?! Ты где… где… - говорила большая овца, пока не истекла кровью. Маленькая овца смотрела на это с горящим сердцем. Овцы разошлись, а земля захлебнулась в крови.

Через три секунды среди стада прошёл слух, что завилась у них паршивая овца. Старая овца подошла к маленькой овце.

- Мы… мы спасли овечий народ? – спросила маленькая овца.

- Мы… прости меня, - старая овца в сожалении великом опустила голову.

- Что? – удивилась маленькая овца.

- Я виновата перед тобой? Я… какая же я дура! – зарыдала старая овца.

- Мудрейшая, вы… что с вами? – в шоке спросила маленькая овца.

- Оно… эта мерзость, эта паршивость… она… она в тебе! Она проникла в твоё сердце! – рыдала старая овца.

- Но… как?! – воскликнула маленькая овца

- Я не знаю, я не знаю… О, какая же я дура! Прости меня, доченька! – старая овца бросилась в ноги маленькой овце, - я даже не смогла спасти тебя, о солнышко моё, прости дуру старую! Это я виновата, я не доглядела... Теперь паршивость воцариться над родом нашим. Пропал народ овечий, пропал! Всё кончено!!!

- Нет, не кончено. Не переживайте, я знаю, что делать, с оставшейся паршивостью. Овечий народ не пропадёт, - улыбнулась маленькая овца.

- Но как же… - начала старая овца, но молодая овца, не говоря ни слова, прыгнула в овраг.

Она переломала себе задние ноги, но выжила. На передних ногах, наступая на труп сестры, маленькая овца доползла до края оврага, откуда торчал острый камень, и стала биться об него головой до тех пор, пока мозги не потекли наружу.

Старая овца смотрела на это безразлично. Земля упилась кровью вусмерть.

Прошло время. Трупы ушли в землю, а земля поросла жирной, лоснящейся, сочной травой. Солнце ярко светило в небе, а старая овца кушала вкусную травушку. День был воистину не паршив.