Павлик

Третьего сентября, в аккурат в тот день, когда горят костры рябин, произошло страшное событие, которое не укладывается в моей наполовину седой голове. Ну, ладно, не наполовину, но на треть точно.

Это случилось очень давно и не со мной: выдыхайте, бобры.

Небольшой экскурс в историю нашей страны: 1932 год. По большой новорожденной стране перемалывающим судьбы катком несётся коллективизация: создаются колхозы, раскулачиваются «кулаки».

В этом же году, только в марте, на Оренбуржье, родился мой дед. История не про него, это так, лирическое отступление.

Я и сама праправнучка «кулака». Только моего прапрадеда расстреляли вместе с женой, с двухлетним сыном на руках, и закопали в общей яме. А семь их дочерей, в том числе моя прабабушка Мария, целую неделю прятались в бане у соседей, чтобы миновать этой ужасной участи. Ну да ладно, история не об этом тоже. Это я о том, что времена были жестокие.

Итак, 1932 год. В одном из сёл Уральской области (ныне Свердловской), Герасимовке, зверски убивают двоих мальчишек, четырнадцати и девяти лет. Зачем?

Их отец, Трофим Сергеевич, в прошлом красный командир, а нынче председатель Герасимовского сельсовета, не живёт со своей женой, их матерью, Татьяной, и своими четырьмя сыновьями. В свободное от сожительства с соседкой время он жестоко избивает Татьяну и детей. И за очень-очень хорошую мзду подписывает кулакам липовые справки об отсутствии у них недоимок.

Родители у Трофима были весьма непростые. Папенька, Сергей Сергеевич, сын кавалера шести орденов, которые Сергей-старший получил в нескольких войнах, работал жандармом на этапировании заключённых. Однажды ему пришлось охранять преступницу, конокрадку Ксению (Аксинью), в которую он влюбился без памяти. После того, как истекли полтора года срока её заключения в тюрьме, они поженились.

Однако тихая семейная жизнь Ксению не укротила, и она почти сразу же взялась за старое. Лишь поручительство Сергея и его взятка нужным людям спасли её во второй раз от тюрьмы.

Колоритная была семейка, да. Среди соседей она пользовалась дурной славой.

Невестку, Татьяну, они ненавидели, потому что та не хотела жить вместе с ними, и вразрез с традициями потребовала раздельного владения имуществом. Четверых её детей, своих внуков, дед Сергей иначе как «щенками» не называл и своими потомками не считал.

Так вот, Трофим. Сын крутохарактерной парочки, будучи председателем сельсовета, зарабатывал деньги тем, что раздавал фиктивные справки, присваивал добро раскулаченных граждан и укрывал от обложения хозяйства кулаков, которые предлагали ему мзду. Кроме того, за ценное вознаграждение он продавал ссыльным в этих краях раскулаченным личностям удостоверения, в которых они значились жителями Герасимовского поселения, что давало им право совершенно свободно уехать отсюда в любой уголок огромной страны.

На жирных харчах Трофим зазнался, потерял последний страх и начал раздавать липовые справки не только кулакам, но и жившим в тех лесах бандитам. Мнил себя едва ли не местным божком.

И всё продолжалось бы сколь угодно долго: он безнаказанно делал бы свои тёмные делишки, избивал семью и развратничал, но случился закономерный итог – в 1930 году на него завели дело. Кто-то говорит, что это был донос, другие твердят, что с его «липой» попался какой-то бандюган, неважно. Трофим предстал перед судом.

Против него свидетельствовала жена, Татьяна, которая была в курсе части махинаций, так как Трофим сам о них рассказывал, не таясь. А её слова подтвердил старший сын, двенадцатилетний Павел. Павлик. Говорят, он хотел поддержать мать и думал, что отца припугнут, и тот вернётся в семью. Свидетельствовать он не мог по причине малого возраста, да и слушать его не стали, почти сразу прервали, но факт есть факт.

Трофима Морозова осудили на десять лет и сослали строить Беломоро-Балтийский канал.

А потом случилось то самое, страшное.

Дедушка Серёжа с бывшей конокрадкой, бабушкой Ксюшей, не простили Татьяне этого свидетельства против их сына (напомним, что они ненавидели её самой чёрной ненавистью) и решили ей отомстить. Мысли об этой мести они лелеяли два года. Сначала хотели убить саму Татьяну, но потом решили, что смерть сына будет для неё страшнее собственной.

Был там и холодный расчёт. Павел являлся наследником выделенного хозяйства, и его смерть вернула бы этот надел во владение Сергея и Ксении.

26 августа 1932 года от Павла участковому милиционеру было подано заявление об угрозах.

2 сентября Татьяна уехала из села по делам, а её старшие сыновья, Павлик и девятилетний Фёдор, отправились в лес за клюквой с намерением в лесу же заночевать. Самостоятельные были мальчишки.

Из леса они так и не вернулись.

Как убить братьев, придумал кулак Арсений Кулуканов и дал за это двоюродному брату мальчишек, Даниле Морозову, аванс - 5 рублей. После "работы" он обещал заплатить золотом и подговорил Данилу пойти в лес вместе с дедом Сергеем Морозовым, с которым предварительно сговорился, и убить братьев. Данила отправился домой и передал разговор деду Сергею. Последний, видя, что Данила берёт нож, ни слова не говоря вышел из дома и отправился вместе с ним, сказав: «Идём убивать, смотри не испугайся»...

3 сентября вечером, на виду у всех, Данила Морозов с дедом Сергеем закончили сеять и якобы направились домой. Дорогой они незаметно свернули в лес, и пошли на поиски Паши и Феди.

Мальчики не стали убегать от родни. Расправа над ними была короткой: Павла ударили ножом в спину в районе сердца и вспороли живот, младшему просто вспороли живот. И если Павел умер сразу, то Федя умирал от ранения долго: он пытался ползти, оставив кровавый след. Рядом с братьями, через несколько дней, нашили две корзины и рассыпанную клюкву.

Данила с дедом спокойно вернулись домой и сели ужинать. Бабушка Ксения начала отмачивать их окровавленную одежду.

После того, как трупы нашли, подозрение сразу же пало на Данилу и деда Сергея. Односельчане видели, как они уходили в лес.

6 сентября, когда зарезанных детей привезли из леса, бабка Ксения встретила мать Павлика, Татьяну, на улице, и при свидетелях с усмешкой сказала: «Татьяна, мы тебе наделали мяса, а ты теперь его ешь!». Перхоть рода людского, а не женщина.

После расследования, на скамье подсудимых оказались кулаки Кулуканов, Силин, убийцы Сергей и Данила Морозовы, их сообщница Ксения Морозова.

Данила Морозов подтвердил все обвинения, остальные обвиняемые вину отрицали. Главными уликами являлись хозяйственный нож, найденный у Сергея Морозова, и окровавленная одежда Данилы, замоченная, но не отстиранная Ксенией. Кровь они объясняли тем, что прирезали телёнка.

Суд был показательным. Арсений Кулуканов и Данила Морозов были ликвидированы (расстреляны), восьмидесятилетние Сергей и Ксения Морозовы позже умерли в тюрьме. Другой дядя Павлика, Арсений Силин, обвинённый в соучастии в убийстве братьев, был оправдан в ходе суда.

__________________________________________

Вот так, из-за злобы и корысти, были убиты дети. Из Павлика, который незадолго до гибели успел вступить в ряды пионеров, советская власть сделала мученика за советские идеалы. А в восьмидесятые годы, когда всё советское разоблачалось и выставлялось в невыгодном свете, его имя стало нарицательным, как символ какого-то предательства.

Про Фёдора забыли вообще все, кроме историков и немногочисленной родни. Вспомните о нём, когда в следующий раз при вас кого-то в сердцах назовут «павликом морозовым».