Пчелиная семья

Жил-был в одной сказочной стране мальчик по имени Клевер. Он всегда мечтал попасть в мир пчел. Перелетать с цветка на цветок, есть нектар, и чтобы никто его не заставлял читать.

Через два месяца Клевер пойдет в школу, во второй класс. Снова придется вставать рано, учить уроки. В отличие от его двоюродной сестры Акации у него нет желания сидеть за партой. А нельзя ли вернуться в детский сад? Играть и ничего не делать?

Как-то ранним утром отправились Клевер с сестрой на рынок.

Торговые ряды уходили на восток и терялись в солнечном диске. Рынок гудел, как пчелиный рой. Торговцы старались перекричать друг друга и зазывали покупателей к себе.

— Пироги. Купите пироги! – горланила толстая тетка в переднике. Она брала с лотка выпечку и протягивала прохожим. – Пироги с картошкой, капустой, ливером. Беляши. Покупайте беляши.

— Арбузы, дыни, сладкие как мед, – приглашал к себе усатый дядька в черной широкой кепке. Он отрезал кусочек арбуза и протянул Клеверу, но Акация потащила Клевера дальше.

Прилавки пестрели изобилием товаров. У одного лотка на гвозде висели баранки и сушки, у другого в разноцветных пластмассовых ведрах стояла брусника, малина, смородина. Клевер шел вдоль рядов. У него разбегались глаза от выбора товаров. Он бы все попробовал, но сестра держала его за руку. Она видимо, боялась, что Клевер может потеряться. Он пытался вытащить руку, но Акация крепко сжимала его ладонь.

— Не проходите мимо, ребятки, – сказал один дядька в широкополой шляпе. Над его лицом свисала черная защитная сетка, похожая на накомарник. – Мед любите?

Клевер очень любил мед. Была бы его воля, он ел бы его ложками с утра до вечера. Только вот родители не давали. Они покупали его совсем немного и запирали в буфет на замок. Выдавали только к чаю на завтрак, обед и ужин.

Клевер остановился напротив дядьки. На его прилавке строем стояли стеклянные банки с медом от золотистого до темно–коричневого. Тут же лежала палочка с продольными надрезами, напоминающая леденец, с которой стекала янтарная струйка. Клевер облизнулся и потащил сестру к прилавку.

— Я его обожаю, – ответил он.

— Замечательно, мальчик, – сказал дядька и улыбнулся. – Меня зовут Пасечник, и я продаю здесь самый лучший мед.

— А я всегда завидовал пчелам. У них есть крылья, летают, где хотят, и нектар едят вдоволь.

— Пчелам завидуешь? – спросил Пасечник.

— Конечно, – причмокнул Клевер. – Вот бы стать пчелой, хотя бы на день.

— Я могу помочь тебе.

— Правда? Прямо сейчас? – спросил Клевер и подпрыгнул от счастья.

— Клевер, дядя пошутил, – дернула за руку сестра.

— Ничуть. Я не шучу, – ответил Пасечник. – Попробуй мой мед. Он волшебный. И ты станешь пчелой.

— А к концу дня мы снова будем людьми? – сузив глаза, спросила Акация.

Пасечник кивнул. Он макнул палочку-леденец в мед и подал Клеверу. Клевер взял палочку и уже поднес ко рту, но Акация отобрала у него.

— Одного не пущу. А то отвечать потом за тебя.

Акация лизнула мед и отдала Клеверу. Он засунул палочку в рот.

Мир стал меняться. Прилавки, люди, все увеличивалось в размере. Появилась мозаика перед глазами, будто кто-то разделил мир на пазлы.

Их стремительно перенесло на пасеку. На поляне высились большие улья, размером с девятиэтажные дома. Вместо окон и дверей почти у самого основания одного из них растянулась щель. Ее облепили пчелы. Одни жаждали попасть внутрь, другие торопились вылететь. Оставались еще одни, которые почему-то не спешили залезть или выползти, а просто сидели на стене домика и наблюдали.

Клевер повернулся в одну, потом в другую сторону. Рядом с ним жужжала какая-то пчела. Он уже заволновался, куда пропала сестра. Неужели он один останется в этом мире пчел.

— Акация, ты где? – спросил Клевер.

— Рядом с тобой. Мы превратились в пчел, братик. И все по твоей прихоти.

— Ура! – закричал он. Затем помотал головой, будто он хотел сбросить наваждение. – Что за мозаика перед глазами?

— Не знаю.

Из улья вылетела пчела, примерно такого же роста, как и Акация. На ее брюшке имелось пять черных, четыре желтых полос и одно оранжевое. Пчела остановилась возле Клевера и Акации, и весело посмотрела на них.

— Здравствуйте! Меня зовут Ешка. Я рабочая пчела. Королева попросила меня рассказать вам о правилах поведения в нашей семье.

Клевер и Акация поздоровались с Ешкой, и они все вместе полетели к ближайшему улью.

— Скажи, Ешка, почему в глазах одна мозаика? – спросил Клевер. – Даже ты состоишь из нескольких частей.

— Это мы так видим мир, – ответила Ешка.

Они оказались внутри. Рой гудел. По рамкам, похожим на вафли, ползали пчелы. Они заполняли шестигранные ямки нектаром и улетали. Другие пчелы кружились, зависая под крышей дома, от них шла прохлада.

— Сейчас вам все объясню, – начала Ешка. – В улье у каждой пчелы есть свои заботы.

Она рассказала, что те пчелы, которые летают под потолком, служат вентилятором, чтобы в жару было прохладнее. Сборщики приносят нектар в улей и отдают пчелам-приемщицам, которые заполняют ячейки. Королева укладывает деток в ячейки, а няни кормят их пыльцой. Пчелы-стражники охраняют вход в улей.

Две жирные пчелы лежали и поедали мед, который приносили рабочие.

— А что эти толстяки делают? – спросил Клевер.

— Ничего они не делают, паразиты, – выдохнув, ответила Ешка. – Их называют трутнями. Они едят и весь день валяются.

— Клевер, прям как ты, – сказала Акация и улыбнулась. – Значит, ты хочешь стать трутнем?

— Вовсе я не хочу стать штруделем.

Клевер отвернулся от сестры, поглядывая на трутней. Нет. Он не хотел походить на них.

— Да, чуть не забыла, – спохватилась Ешка. – Королева сказала, что вам нужно слетать за нектаром десять раз до заката солнца.

— Десять раз? – Клевер схватился руками за голову. – Я же хотел пыльцы наесться, а не собирать ее. Пасечник – обманщик.

— А если не соберем? – спросила Акация.

— Останетесь пчелами навсегда.

— Чего?! – хором сказали Клевер и Акация.

— Что братик, поел меда? Это из-за тебя мы здесь.

Сестра посмотрела на него так, будто хотела укусить. Клевер сжался под ее взглядом, и готов был разреветься. Он почувствовал, как у него повлажнели глаза.

— Нечего нюни распускать, – сказала Ешка. – Полетели пока солнце не зашло.

Она раздала им каждому по две сумки, которые были размером с трехлитровые банки.

Клевер всю дорогу молчал и уже пожалел, что из-за его минутной слабости они с сестрой влипли в историю. Не об этом он мечтал. Клевер рад был вернуться домой, но теперь до заката ему придется работать на Пасечника.

Вдали показалось поле, усеянное синими цветами, трава была странной – фиолетовой. Клевер никак не мог привыкнуть к тому, что весь мир выглядит как мозаика.

Высокие стебли были похожи на стволы больших деревьев, и венчались гроздьями цветов. Они заполняли всю округу, насколько хватало глаз. Ешка сказала, что это поле иван-чая. Она подлетела к одному из цветков и приземлилась на лепесток, казавшийся синим, хотя Клевер хорошо знал, что цветы иван-чая розовые. Но, видимо, зрение пчел устроено как-то иначе.

Ешка приблизилась к светлому отростку, похожему на трубочку, на конце которого покачивался набалдашник, напоминающий кофейное зерно.

— Это тычиночная нить, – сказала Ешка. – А ее верх называется пыльником.

— Там что? Пыль? – спросил Клевер.

— Не мешай, – махнула лапой Акация. – Дай дослушать.

— Пыльник потому, что там пыльца находится, – ответила Ешка.

Она надкусила челюстями верхушку пыльника и лизнула языком. На мордочку Ешки покатились фиолетовые мячики. Она скатывала их и отправляла в сумку. Затем, проделала то же самое с другим «кофейным зерном». Ешка закинула сумки на спину.

Клевер и Акация, наблюдавшие за Ешкой, смеялись, особенно когда она купалась в пыльце. Клевер даже забыл о том, что он может навсегда остаться здесь.

На ближайший от Ешки цветок села Акация. Она также приняла душ из пыльцы, часть которой даже слопала от радости. Клевер сидел рядом с Ешкой и ждал своей очереди. Уж он-то насладится нектаром.

Когда Акация набрала две сумки пыльцы, Клевер перелетел на другой цветок. Он дотянулся до белой трубочки. Клевер вонзил свои жвала в пыльник, ожидая ощутить вкус кофе, ведь он помнил, как пахнут кофейные зерна, когда папа перемалывает их на кофемолке. Но вместо этого он ощутил запах меда, резкий и пряный, как у гвоздики. У пыльцы был приятный кисло-сладкий вкус. Сладкие ароматные шарики посыпались на голову, Клевер ловил их ртом. Чтобы было удобнее уплетать пыльцу, он сел на лепесток.

— Клевер, хватит, лопать, – сказала Ешка. – Ты не трутень, а рабочая пчела.

— Сказал же, что я не штрудель, – шмыгнул носом Клевер и полетел на другой цветок.

Когда они отправились в обратный путь, Клевер заметил, что к ним летит что-то похожее на ос.

— Шершни! – закричала Ешка.

— Что за черешни? – спросил Клевер.

— Такие осы, крупные. Они за нами охотятся.

Они выбрали один из кустиков иван-чая, облепленный гроздьями цветов. Залезли в чащу из лепестков.

— Закрывайте лапами сумки с нектаром, а то они учуют, – прошептала Ешка.

Клевер прижался к Акации и не дышал. Оказывается, пчелой быть не так уж и хорошо.

Двое шершней приземлились на цветок, прогнувшийся под их весом. Они были в четыре раза больше Клевера.

— Надо скорее спрятать сумки, – шепнула Ешка.

Клевер взял сумки у Акации и Ешки и перелетел на другой цветок. Он повесил их на тычиночную нить.

Толстый шершень отодвинул лепесток, за которым скрывались Акация и Ешка.

— Вот вы куда скрылись, – проворчал один из шершней. Высокий, с мощными челюстями. – А ну, отдавайте наш нектар. Иначе, крылья вам оторвем.

Шершни схватили Акацию и Ешку. Те заплакали. Они пытались вырваться из крепких лап, но не могли.

— Куда дели нашу пыльцу? – спросил Толстый.

Клевер сел на цветок, где шершни схватили Акацию и Ешку. Онспрятал за спиной свои две сумки, которые не догадался повесить на тычиночную нить. Клевер вышел вперед. Почему-то сейчас ему было ни капельки не страшно. Он боялся, что эти верзилы могут навредить сестре и Ешке, а кроме него их защитить больше некому.

— Летите отсюда! – сказал Клевер. – Это наш мед, мы его собирали. Вам что, цветов не хватает? Вон их сколько вокруг.

— Это кто там квакает? – сказал толстый шершень. – Вообще-то этот луг наш. Значит и мед тоже. Проваливай отсюда.

Высокий передал Ешку Толстому, а сам подлетел к Клеверу. Он толкнул Клевера. Сумки завалились на бок и пыльца немного рассыпалась. Клевер упал с цветка. Он летел вниз и боялся, что ушибется, но крылья вовремя заработали. Он приземлился на лепесток, на котором шершни держали Акацию и Ешку за лапы и собирались их столкнуть.

— Ну-ка, неси нам свои сумки. Иначе мы сбросим твоих подружек, – пригрозил Высокий.

— Сейчас принесу.

«Я вас угощу пыльцой», – подумал Клевер.

Он поднял свои сумки, поднес к шершням. И со всей силы ударил сумкой Толстого по голове. Пыльца рассыпалась по его морде. Акация освободилась из его цепких лап. Толстый замахал лапами и сначала упал на лист. Затем, он отпружинил и врезался в стебель. Толстый скатился по нему и рухнул на землю. Высокий отпустил Ешку и подлетел к Клеверу. Клевер запустил сумкой в Высокого.

— Летим скорее отсюда, – бросила Ешка.

Они улетели подальше, на край луга. Акация и Ешка обняли Клевера.

— Ну ты, Клевер, даешь, – Акация округлила глаза.

— Жаль, что сумки все потеряли, – расстроилась Ешка. – Вот вернемся, устроят нам выволочку.

Они отправились на пасеку.

Сделав девять перелетов, Клевер, Акация и Ешка снова вернулись в улей. Они передали нектар пчелам-приемщицам.

— Уф, я бы отдохнул немного, – сказал Клевер, усевшись на соты. – Жара на улице. Осталось всего лишь один раз слетать.

— Никакого отдыха, – пробурчал один из трутней. Он валялся на сотах и поедал нектар. – Ночью будете отдыхать.

— Зато вы, увальни, лежите и лопаете нашу пыльцу, – проворчала Акация.

Клевер показал ему язык и надул щеки.

— А ну, живо за работу, – подлетела пчела-стражник.

— Летим, – сказала Ешка и жестом показала, что нужно отправляться.

В этот раз они оказались на другом поле, сплошь покрытом белыми цветами. Ешка сказала, что это белый донник. Высокие стебли, похожие на стволы елей, были облеплены лепестками. От цветов шел приятный запах ванили. Он манил Клевера, как бабушкины булочки. Клевер вспомнил, как гостил в деревне у бабушки и дедушки. Папа помогал дедушке косить сено для коровы, а Клевер валялся на земле и уплетал ароматные булочки с молоком. Тогда он наблюдал за пчелами, как те, перелетают с цветка на цветок. Сейчас он бы с радостью снова стал человеком и обнял папу и маму. В пчелиной семье ему не понравилось. Одни работают, а другие лежат и лопают, как трутни.

Клевер, Акация и Ешка подлетели к ветви, усыпанной белыми лепестками. Каждый из них выбрал свой цветок.

Клевер осматривался по сторонам. Неприятное знакомство с шершнями заставило его озираться. Вдруг в небе он заметил птицу, похожую на чайку, только по расцветке она напоминала попугая. Клевер решил, что птицы не опасны. Но «попугай» начал резко спускаться к той ветке, на которой они сидели.

— Это что за попугай? – спросил Клевер.

— Щурка, – ответила Ешка. – Она охотится за пчелами. Быстрее прячемся...

Щурка погналась за Клевером и чуть ли не клюнула его. Акация подлетела почти к носу птицы, чтобы отвлечь ее. Клевер направился к полуоткрывшемуся цветку и юркнул внутрь. За ним влетела Ешка.

— Где сестра? – спросил он и высунул голову, оглядываясь по сторонам.

— Видимо щурка ее съела.

— Ты что? Не может быть. Скорее всего, она сидит в каком-нибудь бутоне.

— Возможно.

— Летим ее искать. Попугай уже улетел.

— Только не долго. Не забывай, что мы рабочие пчелы и нам нужно приносить в улей пыльцу.

— Ага. Чтобы потом штрудели лопали наш нектар.

Клевер выполз из бутона, Ешка последовала за ним. Они облетели несколько растений, но Акации нигде не было.

— Извини, но мне нужно собирать пыльцу.

Ешка виновато посмотрела на Клевера и полетела к улью.

— Я думал, что мы друзья. А ты…

Клевер поджав губу, улетел прочь. Он никогда бы не подумал, что Ешка могла так поступить. Взять и бросить его и сестру в беде. Видимо, он так и останется пчелой навсегда. А как же мама и папа? Они сильно расстроятся. И дядя с тетей потеряют Акацию и будут плакать. И все из-за него. Он только и думает, чтобы набить живот и лечь на диван, смотреть мультики. Тогда чем он отличается от тех же трутней?

Клевер облетел большую часть поля, но сестру так и не нашел. Он устал и решил немного передохнуть. Заполз в один из цветов и заплакал. Что случилось с сестрой? Жива ли она? Клевер гнал от себя плохие мысли.

Он немного отдохнул и полетел искать дальше. Нужно было торопиться. Оставался еще один не обследованный участок поля.

Скоро уже закат, оставалось слетать всего один раз и наполнить сумки. Самое главное ему нужно найти сестру, ведь именно из-за него она, возможно, попала в беду. Без нее он не сможет вернуться домой. Только бы она отыскалась, а Клевер будет работать за двоих.

Он летал с ветки на ветку, но все безрезультатно. Подул ветер. Небо заволокло тучами и стало темно как поздним вечером. Полил дождь. Крылья намокли и стали тяжелыми, словно на них навешали гири. Клевер еле успевал уворачиваться от больших капель дождя, размером с него. И все же огромная капля упала на голову. Его закрутило. Клевер испугался, что ушибется, но крылья выручили почти в последний момент. Он приземлился на стебель и пополз по нему. Когда до бутона оставалось совсем немного, он с трудом перелетел на него. Обессилев, Клевер еле заполз внутрь.

Он промок от задних лап до волосков на голове. Его пробрала дрожь. Не от холода, а от того, что может никогда не увидеть Акации и родителей. Летать в дождь он не мог. Что ему делать? А если сестре срочно нужна помощь и ей грозит опасность? Но как он полетит в такую непогоду. От бессилия чем-либо помочь сестре, Клевер лег, поджав лапы. И заплакал. Пыльца лежала у него под носом, но есть он не хотел. Все из-за него, из-за меда, будь он не ладен. Как бы он хотел сейчас вернуться домой в человеческом обличии вместе с Акацией и обнять папу и маму.

Вскоре дождь закончился. Клевер высунулся из своего убежища. Солнце уже ушло на запад и низко висело над горами.

Он подсушил крылья и продолжил поиски. Он уже отчаялся и вдруг заметил Акацию, которая висела на паутине. Сестра увязла лапами и брюшком в сеть. Она махала крыльями, стараясь выбраться из плена. В итоге крылья тоже прилипли к сети. Паутина была размером с пятиэтажный дом, местами порванная. Видимо паук давно покинул свою сеть. Несколько веревок, похожих на электрические провода цеплялись за листья растений.

— Как я рад, что нашел тебя. Сейчас. Освобожу тебя.

— Клевер, осторожно. Сам не попади в паутину.

— Ты давно здесь?

— Да. Еще до дождя.

Клевер размышлял, чем можно разрезать сеть. Он не боялся, что может прийти паук. Скорее всего, паутина была давно заброшенная, иначе ее хозяин давно бы пришел посмотреть, что у него попалось. Акации еще повезло.

Клевер нашел соломинку с острым концом и попытался разрезать сеть, но та была очень крепкой. Как он ни старался, ничего не получалось. Соломинка прилипла к паутине, и Клевер наступил лапой в сеть. Крылья быстрее заработали, и ему удалось выбраться из плена.

«Сейчас вытащу Акацию из паутины, и мы может быть, даже успеем набрать пыльцы. Вот если бы сейчас с нами находилась Ешка, мы бы быстро вытащили Акацию, – подумал Клевер.

Он летал и искал палку, которой смог бы освободить сестру.

«Чем бы ее разрезать? Вот бы сейчас пилу», – подумал он.

Вдруг Клевер заметил какую-то странную соломинку, на ней была шершавая поверхность, похожая на расческу, только зубья были крохотными. Он стал пилить сеть, но и эта палка прилипла к паутине, отрезав только часть веревок. Он пошевелил соломинку, пытаясь вытащить ее из липкой сети, но ничего не вышло.

Он потянул сестру за лапы, но паутина крепко ее держала.

Клевер услышал приближающееся жужжание крыльев и обернулся.

— Ешка! – хором крикнули Клевер и Акация.

— Вы думали, что я вас брошу? – спросила Ешка.

— Помоги мне, – попросил Клевер. – Ты за одну лапу, я за другую.

Они потянули Акацию, паутина натягивалась, но не хотела отпускать добычу, словно берегла для своего хозяина.

— Паук! – завизжала Акация. – Паук. Клевер, быстрее.

Клевер посмотрел вправо. Паук направлялся к ним. Его желтое брюшко похожее на половинку арахиса свисало, когда шесть скрюченных лап скользили по паутине.

Клевер и Ешка изо всех сил потянули Акацию. Сеть качнулась. Больше всего Клевер боялся, что они не успеют вытащить сестру. Он уже устал и крылья не так быстро работали, как было нужно. Паук неумолимо приближался. Акация не могла махать крыльями, они запутались в паутине. Она дрожала от страха и вся сетка затряслась. Клевер предложил Ешке освободить крылья Акации. Они потянули за крылья и вытащили их из плена. Паук тем временем почти вплотную подполз к сестре. На его скрюченных лапах появилась небольшая сеть.

— Клевер, Ешка, улетайте, – заплакала сестра. – Спасайтесь сами.

— Ни за что! – ответил Клевер. – Я без тебя не уйду.

Он и Ешка потянули за лапы Акацию, и та освободилась от двух веревок. Оставалась еще одна.

Паук бросил сеть в Клевера. Клевер успел увернуться, а паутина упала на лист.

«Что же делать? Как прогнать паука? Как спасти сестру? – думал Клевер. И вдруг его осенило! – Я ведь пчела. У меня есть жало».

— Ну, паук. Сейчас я тебя ужалю, – пригрозил Клевер.

— Клевер, даже не думай, – сказала Ешка. – Ты умрешь.

«Если я не спасу сестру, никогда себе не прощу. Ведь только из-за моих прихотей она попала в беду».

Клевер развернулся в полете и согнул брюшко, выставив жало впереди себя. Паук снова бросил на него сеть. Клевер увернулся. Он набрал скорость, хотя силы уже покидали его. И когда паук хотел дотронуться лапами до Акации, Клевер вонзил жало ему в брюхо.

Мир вокруг Клевера затуманился, и он не в силах пошевелить крыльями, полетел вниз.

Перед его глазами замелькали кадры, как на старой киноленте. Клевер наблюдал, как паук отползает от Акации. Потом сестра отталкивается от паутины и летит назад. Он понял, что кто-то отматывает кадры. Кинолента остановилась тогда, когда Акация отдала палочку-леденец Пасечнику.

Торговцы галдели, приглашая покупателей к себе. Клевер уловил запах сдобы и ванили.

Он посмотрел на свои руки и ноги. Затем глянул на сестру. Неужели они снова стали людьми? Нет, он бредит. Как ему проверить, что это не сон? Клевер ущипнул сестру.

— Ай! – вскрикнула Акация. – Ты, что с ума сошел?

— Значит мы снова стали людьми? – спросил Клевер.

— Конечно. Мы вернулись, – ответила Акация.

— Почему я не погиб? Ешка говорила, что когда пчелы жалят, они умирают.

Пасечник откинул накомарник и улыбнулся, в уголках глаз появились лучики. На его седой бороде сидела знакомая пчела. Пасечник объяснил им, что Клевера спасло от гибели то, что он, будучи пчелой, оставался в душе человеком и пожертвовал собой ради сестры. Они могли не вернуться, остаться навсегда пчелами, но благодаря героическому поступку Клевера, снова стали людьми.