Печальные начала

Азарт и нетерпение. Плетение «Прекрасной охоты» проходится по округе, указывая хорошо заметным в ночи свечением все имеющиеся поблизости следы. По размерам я быстро нахожу нужные и мысленно корректирую направление. После чего, прорычав словно зверь, тут же срываюсь с места и вновь устремляюсь в погоню.

Усилив себя магией я не ведаю ни страха ни усталости, поэтому могу без отдыха гнать свою добычу часами, а вот преследуемая тварь уже явно начала сдавать. Судя по глубине и свежести еще не заполнившегося болотной влагой следа, расстояние между нами сильно сократилось, да и травма задней лапы, после нашего недавнего столкновения, тоже начала давать о себе знать.

- Близко… Еще немного… - подбадривал и подгонял себя я и без того едва ли не летя над переполненной сыростью землей, и не без труда успевая огибать редкие давно уже мертвые деревья. Сплетшуюся ветвями древесную пару оббегать я не стал и просто кинул вперед насыщенные силой когти ветра, буквально снося эту помеху со своего пути. Отмахнувшись рукой от мелкой щепы и пыли, перепрыгнул через оставшиеся пни и постарался еще немного ускориться, желая опять нагнать уже потрепанного мною недавно монстра – Быстрее… Уже близко…

Не рискуя зазря, я обогнул слегка выдающийся в серости «Поганого болота», словно большой созревший прыщ, небольшой холм с какой-то упрямой живучей травой… и едва успел увернуться, когда уставший убегать зверь прыгнул на меня с дерева. Окутанный черным дымом барс легко пробил своими напитанными магией когтями мой защитный кокон и резанул по укрепленной коже, разрывая рукав охотничьего костюма и оставляя длинную кровавую полосу на плече. А в следующий миг, не обращая внимания на вспыхнувшую боль, я ударил не успевшего приземлиться кошака молотом вихря, вколачивая наглую тварь в грязь и давая себе пару секунд на формирование целительного плетения.

По правой руке прокатывается волна лечащего жара, а левая уже отправляет сразу два метательных кинжала, метя в тлеющие угли глаз вновь рвущегося в атаку монстра. Вреда это конечно туманному барсу не нанесло, но все равно вынудило рефлекторно отвернуть голову и слегка замедлиться. А мне этой заминки хватило чтобы ударить тварюге по морде кулаком сырой силы и, завершив плетение, кинуть в нее «сеть молний». Искрящиеся нити прижали противника к земле… и начали стремительно растворяться в окутывающей монстра тьме. Конечно не надеялся что это его остановит, но пару-тройку секунд мне это дало. За это время я торопливо разрывал дистанцию, одновременно готовя более убойную атаку. Каким-то звериным чутьем поняв, что не успеет выйти из зоны поражения, уничтоживший сеть монстр не стал даже пытаться сбежать. В отчаянии он отправил в меня сгусток отделившейся от своей шкуры тьмы и, осознавая что он не пробьет магические щиты, и сам ринулся следом, надеясь дорваться до человеческого нутра своими, опасными даже для сильнейших архимагов когтями.

Полностью сосредоточенный на формировании плетения высшего порядка, я не мог даже сдвинуться с места и, ставя на кон свою жизнь, неотрывно смотрел в тлеющие углями глаза своей возможной смерти. К печали хищной твари, цена первой атаки оказалась для нее слишком высокой. Черная клякса бессильно расплескалась по моей защите, стекая с тихим шипением на мертвую землю болота. В следующий миг до меня добрался и сам зверь, наивно надеясь сбить с ног массой своей немалой туши. Барс ударился об барьер купольной защиты, словно об скалу, и, чувствуя что уже опоздал, в отчаянии полоснул наотмашь когтями. Кривые лезвия вновь легко прошли через все слои защиты и глубоко распахали грудину. Но я вновь не обратил на это внимания. Последние нити энергии наконец-то легли в общий контур плетения, а затем… Тонкий упавший с небес луч рассек окружающую тьму, превращая глубокую ночь в рассветное утро и заодно насквозь пробивая тело твари. Свет, словно сильнейший яд, отравил монстра непреодолимой слабостью и буквально сдул с него весь покров из тьмы. Убрал его естественную защиту, обнажая, как оказалось, довольно тощее и абсолютно лысое тело зверя, очень отдаленно связанного с кошачьим родом-племенем.

Такая небольшая, пусть и сквозная, рана конечно же не могла убить эту невероятно живучую тварь. Более того, барс уже начал стремительно восстанавливаться медленно заращивая рану и понемногу возвращая свою потерянную одежку из тьмы. Только вот я, пока вражина была практически обездвижена, не собирался вежливо дожидаться окончания ее регенерации, чтобы потом продолжить наш ’’честный’’ бой. Во мне не было столько чести, чтобы давать лишние шансы невероятно опасной магической твари.

Скрипя зубами от ужасной боли и с явственно слышимым бульканьем втягивая явно разорванные и еще не успевшие восстановиться высшим исцелением легкие, я совершил непросто давшийся мне шаг вперед… И опустил напитанную магией до предела ладонь на лысую и на удивление хлипкую шею чудовища, словно топором палача, отсекая его большую лобастую голову. И тут же, в нетерпении, принялся поглощать магическое ядро поверженного монстра, делая ее частью себя. Торопливо и жадно вытягивал чужую силу, стараясь не упустить даже самой малой капли. Выпивал досуха чужой источник, с удовлетворением хищника наблюдая за тем как стремительно усыхает и буквально рассыпается прахом тело когда-то могучего магического зверя.

Минута-другая и вот уже мой недавний враг окончательно распадается в мелкую пыль и смешивается с сырой болотной землей. Ну а я… Я все так же стою на месте и, разумом погрузившись глубоко внутрь себя, контролирую процесс усвоения чужих сил. При этом с восторгом и предвкушением чувствуя свое приближение к новому рубежу бесконечного развития.

- ДА! ХВАТИЛО! – не удержался и радостно выкрикнул я, когда мое магическое ядро начало коллапсировать, стремительно увеличивая свой размер. Миг и вот мой резерв вырос едва ли не вдвое, а по энергетическим каналам тела прокатился настоящий жар, расширяя их и делая еще прочнее. Поднимая меня на новую ступень культивации силы и еще немного приближая к почетному званию архимага.

- Сшшшшшшш – выпустил сквозь зубы воздух когда-то задержанного дыхания когда, спустя несколько долгих минут, все процессы моих внутренних изменений подошли к концу. Я стал сильнее не только в магическом плане, но и тело, поспевая за ростом ядра, тоже стало существенно крепче и выносливее. Я буквально чувствовал как по моим мышцам прокатывается резко увеличившаяся мощь, требуя выхода в движении. И сдерживать себя мне не хотелось.

Не удержавшись, я подскочил к ближайшему мертвому дереву и одним ударом кулака снес его словно сухую хворостину. Отлетев на несколько метров, поломанная деревяшка едва слышно чавкнула когда упала в болотную жижу и тут же принялась погружаться в эту обманчиво-безобидную, а на деле бездонную грязь. Уже не чувствуя местной сырой прохладцы, сорвал с себя разодранную когтями зверя куртку и лихо пнул торчащий из земли пень, отправляя его в полет по тому же маршруту. А после едва удержал в себе восторженно-радостный крик. В этих проклятых всеми богами краях водились твари и пострашнее туманных барсов, поэтому не стоило лишний раз привлекать к себе их внимание.

- Да! Я смог! – негромко воскликнул я, глядя в далекие ночные небеса… А в следующий миг едва не поплатился за свою поспешность и беспечность. Словно норовистый скакун, мое только-только стабилизировавшееся ядро неожиданно взбрыкнуло, теряя свою четкую структурность и прямо говоря о том, что контроль был ослаблен слишком рано. Мне, прилагая немалые магические и моральные силы, пришлось восстанавливать его форму, не давая пойти в полнейший разнос. Коря себя за глупую жадность из-за которой произошел слишком резкий скачек силы, я сжимал парящую внутри моего пространства души сферу, сдерживая все ее хаотичные толчки и попытки бесконтрольно расширяться.

Полностью сосредоточенный на сражении с собственным даром, даже и не заметил когда оказался лежащим на влажной земле. Да это было и не важно. Рыча и шипя, словно зверь, я, игнорируя прокатывающиеся по телу едва ощутимые волны боли, продолжал свою борьбу. Царапая спину об редкие камни, сжимал магическое ядро изо всех сил, старательно удерживая его в прежней форме и рамках. Давил на него всем своим существом и… в какой-то момент все наконец-то закончилось. Правда на этот раз я не позволил себе расслабиться. Еще на протяжении долгого получаса удерживал свой дар под полнейшим контролем, пытаясь уловить даже самые слабейшие всплески неструктурированной силы. И лишь когда решил что ядро наконец-то обрело стабильность, наконец-то отпустил его.

Печальный самообман.

Это был даже не всплеск, а… волна настоящего цунами. Обманчивая стабильность лопнула, словно мыльный пузырь, и разом выплеснула всю имевшуюся внутри энергию, формируя не просто нестабильность, а настоящий взрыв. Крохотная звезда, размером с одного азартного и жадного дурака, вспыхнула в свой последний раз и озарила светом довольно большой участок болота. В следующий миг по округе, вместе с воздушной волной, пронесся запоздалый звук взрыва. А еще через десяток секунд, когда вспышка наконец-то погасла и растревоженная ночь вновь взяла свою власть, с неба посыпалась поднятая ввысь земля и щепа.

На этом охота подошла к своему финалу. И завершилась она, как всегда, победой природы. Безразличное ко всему болото молча впитало в себя чужой прах и мусор и лишь булькнуло поднявшимися из глубин пузырями, прося добавки. Дожидаясь новых глупцов, решивших забраться в его влажную пасть.