Печать Велисы 6. Долина Смерти

— Папенька? Что? — изумилась Анна, говоря по телефону с отцом.

Графиня была в своём номере вместе с Юлей. Их доставили к отелю сразу же после того, как детектив опросил её в роли свидетельницы по делу о пропаже Афелии. Алевтина Евгеньевна, провожавшая девушек к пустующему номеру, была порядком на взводе. Это же и передалось Анне, когда ей позвонил отец.

— Я что, не ясно выразился? — раздражённо спросил отец. — Я сказал: ни ногой пока из Лондона!

— Папенька, но почему? Я уверена, что…

— Ты слишком много говоришь, дочь, — сухо перебил Николай. — Насколько я понял, с твоих слов, вам навязали сопровождение Её Высочества на олимпиаде. Только теперь, оказалось, что вы должны были её охранять и с треском провалились, как гвардейцы. Ты знаешь, какое было прозвище у отца нашего императора?

— Папа, я не понимаю… — окончательно растерялась Аня.

— Александр Кровавый, — продолжил отец. — Лично на его руках десятки тысяч смертей. Во времена смуты он собственноручно поливал Красную площадь кровью бунтарей и заговорщиков. Но Дмитрий, когда только занял свой престол после выгорания печати его отца, не занимался такой мелочью, как штучное наказание виновных. В восьмидесятых, всего за год своего правления, он получил прозвище Безумный Дмитрий. Он ровнял с землёй целые деревни из-за присутствия в них пары бунтарей. Целые деревни с ни в чём не повинными людьми, женщинами, детьми, аристократами легко вминались в землю, а на том месте образовывался квадратный кратер. Эти захоронения есть по всей нашей Родине, как напоминание того, что этот человек, облечённый властью и чудовищной силой, делает с теми, кто ему не нравится. С виду хладнокровный и справедливый самодержец, а внутри безумец, каких поискать. Только с появлением на должности Чёрного Лебедя его жажда крови вынужденно поубавилась…

— Папа, причём здесь это?! — не выдержала графиня, повысив голос. — Андрей скоро вернёт Афину и Афелию! Нас не за что так наказывать!

Анна мельком слышала эти истории в более лёгком формате. Но даже тогда это казалось из разряда баек, что с реальностью мало имеет общего.

«Как здравомыслящий и отзывчивый император мог раньше быть таким чудовищем?» — подумала девушка.

Анна помнила, как императорский дворец очень легко помогал даже мелким аристократам и беспристрастно разрешал их проблемы. А сколько с подачи императора написано законов для простого люда, чтобы защитить от произвола аристократов – не счесть.

— Аннушка, это всё твои догадки, пока что. Поверь мне, за то, что вы не сумели оправдать его ожидания, Дмитрий не посмотрит, что ты моя дочь, его дальняя родственница и несовершеннолетняя. Его сила… — запнулся князь. — Его сила очень нестабильна и завязана на эмоциях. Он может тебя погубить, сам того не желая. Но если он пожелает, то вряд ли его остановит даже Чёрный Лебедь. Десятилетия он был вынужденно миролюбив, так что Жертвенное выгорание ему не грозит.

Слова отца прозвучали в крайней степени серьёзно, и поэтому Анна задумалась. Её отец не любитель что-либо преувеличивать, а зная, что князю открыты многие государственные тайны – не верить ему совершенно нет оснований. И поэтому только сейчас Анна стала себя корить за то, что так легкомысленно отнеслась к квесту Андрея.

— Я поняла тебя, папенька. Я остаюсь здесь, пока Андрей не вернётся, — наконец вымолвила графиня.

— Вечером я позвоню, будь на связи, дочка, — со вздохом ответил отец и прервал вызов.

Анна опустилась на кровать с телефоном в руках и поглядела на переминающуюся с ноги на ногу Юлю, которая ждала указаний. Ведь та по неведомой причине не могла отправиться в сосуд своего хозяина. Какая-то сила блокировала её способность. Но это значило, что Юлия переходит в подчинение невесте Андрея.

— Отправляйся к родителям Андрея и расскажи, что у нас случилось, — нахмурила брови Анна. — И старайся быть в тени. Многие видели тебя с Афелией.

— Хорошо, госпожа. Будет сделано, — поклонилась Юля и провалилась в пол.

После этого Анна впала в лёгкое уныние. Даже голос Алианны в голове, который аргументированно успокаивал девушку, не помогал. Чувство беспокойства за жениха не давало ей сосредоточиться.

Провалявшись на кровати более двух часов, графиня решилась ещё раз написать богине:

«Богиня Велиса, Андрей правда выберется?»

«Ты моя птичка! (^_^) Ну конечно же, он выберется. Мало того, у него шанс в 80%, что он выберется вместе с сестричками. Не переживай, твой суженый справится. Но и тебе нужно постараться ему помочь».

«Но что я могу?»

«Узнаешь чуть позже. Не переживай:)»

«Спасибо вам, богиня. Вы самая лучшая из всех богов», — растроганно написала Аня, чувствуя успокоение на душе.

«Ох, какой комплиментик (*^_^*). За это я тебе дам совет: больше доверяй Алианне и прислушивайся. Позже она окажется права».

Анна ещё раз поблагодарила богиню и закрыла чат. Для чего были сказаны последние слова про доверие и правоту, графиня не понимала. Про доверие особенно странно, так как доверяет своей сестре.

— А я говорила тебе, — недовольно произнесла Алианна и добавила с лёгкой обидой: — Даже богиня косвенно подтвердила, что ты мне не доверяешь…

— Ну прости меня, сестрёнка… Мне просто не спокойно. Одно дело ты говоришь, а другое – богиня, — мысленно ответила Анна. — Я тебе доверяю, ты же знаешь.

— Если доверяешь – отдавай мне управление, а сама поспи. Я пока пройду тенями, посмотрю, что вокруг происходит. Но предварительно предупреди Викторию. Напиши ей.

— Да. Ты права… — вздохнула графиня.

— Хочешь, я сама напишу?

— Нет, лучше я.

Вот только написать Виктории Анна не успела – зазвонил телефон. Номер был не знаком, но девушка всё же подняла трубку.

— Анна, это Лебедь, — ответил мужской голос.

Графиня не сразу узнала серьёзную интонацию.

— Эм… Ваше высокопревосходительство?

— Да. Рассказывай, что случилось и где Андрей? — сухо потребовал генералиссимус.

— Д-да, как прикажете… — нервно начала Аня и быстро изложила все события, а также свои предположения. Конечно же, умолчав о богине и её квесте.

— Через полчаса я буду в Лондоне. Скажешь Шевчуку, что остаёшься там по моему приказу. Тебе понятно?

— Будет сделано, Ваше высокопревосходительство, — проблеяла графиня.

Но только Анна завершила вызов, прямо перед ней из серого дыма появился ректор, а спустя две секунды два пространственных хлопка, которые перенесли двух мужчин в специальной форме СПТК и с оружием в руках.

— Владимир Юлианович? — изумилась графиня, оглядывая троицу и непроизвольно отстраняясь назад.

— Прости за беспокойство, Анна, — поморщился ректор, — но дело безотлагательное. Нам срочно надо вернуться в Россию…

* * *

— Не вздумай усесться, Максим, — чересчур сухо вымолвил Дмитрий, когда генералиссимус появился в кабинете правителя.

Император поднял непроницаемое лицо на своего друга.

Максим знал особое состояние Дмитрия: если при каком-то инциденте он чересчур спокоен – это значило, что планка «зол» перешла в разряд исключительного бешенства.

— Митя, я только что из Лондона и…

— Мои бойцы уже отловили причастных, Максим, — оборвал генералиссимуса император. — С разрешения Ричарда эти подонки находятся у нас. Яшин собрал очень много интересных данных. Меня интересует другое: как ты посмел поручиться за мальца Черных и девку наглого Воронова?

— Я виноват, Митя. Но у меня есть достоверная информация, что Афелия и Афина живы. И я предполагаю, что в этом деле могут быть замешаны те самые ведьмаки и…

— Дай угадаю: эта информация у тебя от Вороновой? — хмыкнул правитель и нажал какую-то кнопку на рабочем телефоне. — Сюда доставьте девку.

Максим и ранее понял, почему не смог встретиться в Лондоне с Анной – его опередил Шевчук и полностью наплевал на приказ оставить девушку в покое. Но сейчас генералиссимус чувствовал за собой вину от случившегося, поэтому и не стал что-либо возражать.

Через десяток секунд в кабинете появились двое портальщиков, конвоиров СПТК, которые придерживали испуганно оглядывающуюся графиню со сцепленными спереди руками в наручниках.

— Ты в своём уме, Митя? — не выдержал Максим. — Она не преступница, чтобы её заковывать.

— Замолчи, генералиссимус, — бросил император, поглядев на того. — Ты возложил на них ответственность гвардейской охраны. Значит, они будут отдуваться за тебя. А начну я со своей двоюродной племянницы. — И перевёл взгляд на испуганную Анну.

— Ваше… В-величество… — сбивчиво начала графиня. — Я говорю правду… Андрей обязательно вернёт ваших дочерей, а я могу помочь, ведь…

У Максима же в этот момент в груди всё сдавило. Он знал, что даже Афина, его дочь от дорогой любовницы Дмитрию, не то что безразлична, но точно не на первом месте среди тех, кого он оберегает. Уже не говоря о какой-то дальней родственнице, с родом которой напряжённые отношения. Всех, кого он искренне бережёт, – только его прямые наследники от признанной жены. Император может поступать жёстко со своими родственниками, точно так же, как и с любым другим аристократом, не оправдавшим его доверие. Даже генералиссимус был под ударом.

— Я подтверждаю слова Анны, — сразу вставил Максим после пояснения графини. — Я чувствую аурную составляющую Черных и Афелии, но пока не могу определить направление. К тому же ты не прислушался к моим словам насчёт Детрова. Нужно было…

— Мне неважны эти глупости, связанные с ведьмаками, — перебил император. — Яшин уже обо всём доложил, генералиссимус, и он не выявил никого из заказчиков, кто хоть сколько-нибудь походил на африканцев. После того как Афелия, — выделил он имя своей дочери, — вернётся, я отдам приказ отправить на костёр последнего виновника. — И поглядел на Анну. — Но приговор будет назначен сегодня, а первое его исполнение на послезавтра. В течение недели, согласно законной процедуре, он будет исполнен. Семьи виновников мной благодушно затронуты не будут, так же согласно указу.

Анна после этих слов почувствовала в груди вспышку паники, от чего подкосились ноги. Если бы её не держали двое сотрудников СПТК, то графиня рухнула бы на пол. Слова императора прямо обозначали, что её и Андрея собираются казнить. И девушка сильно сомневалась, что её отправят на костёр самой последней, дабы жених успел найти решение.

— Отдай мне управление, Аня, — в голове раздался холодный голос Алианны.

— Я… я не могу… На мне антисигилы, Аля! — мысленно ответила Анна, почти плача.

— Эти браслеты – игрушка. Сосредоточься, мысленно отринь кнопку интерфейса и пожелай передать мне управление.

Тем временем шокированный генералиссимус быстро отвис и, подойдя к столу, процедил:

— Они святые! Ты в своём уме, Митя?! Хочешь стать врагом Ватикану?! Вместо безумца тебя будут кличать дьяволом!

— С этим я разберусь. Это не твои заботы, — поморщился император, в глубине души признавая правоту старого друга. — В крайней необходимости я заставлю церковь пересмотреть решение, что Нисхождение было настоящим. В чём, собственно, я почти не сомневаюсь.

Правитель был слишком зол, чтобы прислушиваться к разумным словам. Его воли хватало только на то, чтобы не казнить всех виновников здесь и сейчас.

Но генералиссимус, шипя, продолжил:

— Лешего за ногу, Митя! Что на тебя опять нашло?! Ты охренеть как перегибаешь палку! Если тебе будет спокойнее, то я лично всех найду, накажу и доставлю Афелию живой, невредимой и с прекрасным расположением духа! Только прекрати бушевать! Ты же ставишь под угрозу безопасность империи!

— Я не вижу никакой опасности для империи. А твои слова – это пустые звуки, генералиссимус, — спокойно ответил император. — Безусловно, ты найдёшь мою дочь, если не хочешь пострадать сам. Но моё решение окончательное. Сегодня я подпишу соответствующий указ с верховным судьёй.

Дмитрий не удержал проявление злости, и от пыхнувшей в разные стороны мощи все лёгкие предметы в кабинете моментально прибились к потолку, но на живых эта сила проявилась иначе. Даже генералиссимус почувствовал, насколько его плечи потяжелели, что захотелось слегка согнуться. А о других и говорить нечего: конвоиры, как и Анна, вскрикнули и упали на колени, упираясь ладонями в пол.

— Ваше Величество, — спокойно начал Максим, — подумай, что будет, когда по возвращении Черных выяснится совсем иная правда. Своими поспешными действиями ты создашь проблемы не только себе, но и империи в целом. Одумайся, — и пыхнул чёрной дымкой из глаз.

— Одуматься? — переспросил император. — По предоставленной твоей милостью охране мою дочь выкрали. Я делаю то, что полагается делать правителю, а именно: исполнять свой же закон. За провал задания особой важности, согласно государственному указу за номером тридцать два дробь пять, каждого императорского гвардейца ждёт соответствующее наказание. В данном случае – смертная казнь. Виноваты они или нет, святые они или нет – закон для всех един. Не тебе меня учить, генералиссимус.

Максим испугался уже за друга. Если он совершит непоправимое, то Черных станет лютым врагом всех Петровых и присоединится к коммунистам. Он выкрутится, спасёт свою семью и отомстит. А сила за ним имеется. Генералиссимус чувствовал, как парень набирает не силу, а мощь. Ни одному носителю первого круга такое не снилось. Именно поэтому его нужно было сделать другом, но не врагом.

Вот только приводить такие аргументы, которые его старый друг даже видеть не хочет, – ещё опаснее. Равным образом сказать, что император слаб и он должен бояться этого молодого барона.

«Я обязан это предотвратить…» — поджал губы генералиссимус и, понизив голос, сказал:

— Я не дам тебе совершить такую глупость, Митя. — Из-под его плаща стал выделяться чёрный дым.

— Попробуешь остановить меня, как сорок лет назад? — ледяным тоном вопросил император, усилив давление.

От обоих повеяло нешуточной угрозой. Девушки видели, что ещё чуть-чуть, и драки двух сильнейших людей не избежать. Но Алианна уже взяла управление и решила вмешаться, чтобы переключить фокус на себя.

— Вам не нужна справедливость, Ваше Величество, — вдруг раздался погрубевший голос Анны.

Генералиссимус с лёгким изумлением перевёл взгляд за спину. Покрасневшая глазами графиня довольно легко встала с колен и простым движением порвала наручники, блокирующие любую печать. Затем она с презрением глянула на государя и добавила:

— Ненависть и ярость, что клокочет в вас, – вот что вами движет. Эти чувства недостойны правителя великой державы.

— Что ты… — непонимающе запнулся Дмитрий и опустил брови, — сейчас сказала, девка?

Его давление усилилось до такой степени, что конвоиры распластались на полу и отключились. Та же участь произошла с большинством, кто находился на одном этаже с правителем. По всему Кремлю поднялась паника.

Генералиссимус сильной разницы не ощутил, а Алианна лишь слегка опустила плечи, прогоняя по телу Тьму. Затем она продолжила, не переставая с вызовом смотреть на императора:

— Я сказала, что не стоит так пренебрежительно относиться к своим подданным, Ваше Величество. Рано или поздно это вас погубит. Будьте справедливы и мудры, с холодной головой карайте подчинённых по поступкам, осознав истину их деяний. А истина она такова: на вашу дочь совершили покушение прислужники грязной тьмы. Это нападение случилось бы независимо от того, кто её охранял. Скажу я более – Афелии улыбнулась удача, что на неё совершили покушение, когда рядом был Андрей. В противном случае вы бы лишились своей дочери. Я и мой жених сделаем всё, чтобы исполнить свой долг и вернуть великую княгиню, но вы этому препятствуете. К тому же таковое событие не произошло бы, если бы вы прислушивались к своим подданным, Ваше Величество.

На самом деле бывшая владычица достоверно не знала, что это были те самые враги. А тем более она не знала, что целью была именно великая княгиня. Аля и Аня предположили, что таким образом Андрея хотели заманить в какую-то западню. Но эта теория рассыпается, так как есть гораздо легче приманки, например – Виктория. Её бы Андрей без разговоров пошёл спасать. Поэтому Алианна сделала для себя единственно верное предположение: целью врагов была Афелия, а не Андрей.

Аргумент девушки император не принял. Дмитрий вообще мало что понял из сказанного, так как был ослеплён яростью. Первый раз за десятки лет с ним в таком тоне разговаривает кто-то, помимо генералиссимуса и родной сестры. Даже его вспыльчивая супруга и боевитая любовница не смели никогда поучать самодержца, в глубине души побаиваясь его.

Однако владычица не преследовала цели образумить Дмитрия. Ей нужно было сбежать, чтобы посильно помочь своему жениху. Алианна была очень внимательна и хорошо разбиралась в психологии сильных воителей. Она видела, что драки между двумя друзьями не избежать, а потому решила отчитать правителя, чтобы тот потерял голову ещё больше, подарив этим самым шанс генералиссимусу.

— Кем ты себя возомнила, мошка?.. — процедил император и встал со своего места.

Мысленный ограничитель силы Дмитрия слетел на двадцать процентов. Его кожа слегка засветилась, а стены Кремля затряслись от невидимых волн нейтральной маны, преобразованных в силу гравитации. Алианна слегка согнулась, но не перестала с вызовом смотреть в лицо правителя. От этого император вскинул руку, собираясь прихлопнуть наглую девку, а бывшая владычица была готова выпустить свою тьму на полную, чтобы защититься и убежать.

— ТЫ-Ы!.. — рявкнул Дмитрий перед своей атакой, но в этот момент он почувствовал удар в челюсть.

Этот удар был такой силы, что император пробил собой стену соседнего кабинета, а за ним ещё и ещё, пока чуть не вылетел на улицу.

Генералиссимус, светясь по контуру фиолетовым свечением, опустил кулак и зыркнул на графиню чернейшими провалами вместо глаз.

— Живо убирайся отсюда! И не показывайся до тех пор, пока Андрей не вернётся! — прогремел Максим звериным от проявленной силы голосом.

Алианну немного восхитил этот жест. Ведь она сама была не прочь образумить этого глупца ударом плашмя мечом по лицу.

— Благодарю вас, Максим Фёдорович, — с благодарностью вымолвила Алианна и, кивнув, провалилась сквозь пол.

— Благодарю… — фыркая, повторил тот. — Ну и детки пошли…

Максим ощутил, насколько быстро отсюда отдаляется Анна, и мельком порадовался, что теперь её не достать даже ему. Но он так же ощутил, что позади материализовался Дмитрий с яростной гримасой и в замахе кулаком.

За сотую долю секунды обернувшись, генералиссимус заблокировал удар и саданул императору с колена в живот. Дмитрий полетел в противоположную сторону, но, не долетая до стены, растворился в воздухе, чтобы опять появиться сзади Максима. Только в этот раз тому не получилось заблокировать удар, прилетевший в затылок. Чёрный Лебедь пробил своим телом пол, обрушивая половину кабинета на этаж ниже и пробивая перекрытия до самого фундамента здания, – сотряс землю.

Император высвободил уже тридцать процентов своих сил. Его не волновало, что погиб десяток верных подданных. Он хотел лишь одного – выплеснуть свою ярость. Слепую ярость, которая способна убить даже близкого человека.

Но и это ещё не всё. Из-за его врождённого психического отклонения Дмитрия не волновала даже собственная жизнь. Десять лет он старался не проявлять свою силу, не благоразумия ради, но ради того, чтобы не повторить участь своего отца, получившего Жертвенное выгорание носителя печати первого круга. А она подступала, и он это чувствовал. Государственные дела съедали всё время его главного предназначения носителя печати первого круга – уничтожение красных разломов.

— Меня не просто так прозвали Чёрным Лебедем, Митя, — прозвучало сзади, и Дмитрий обернулся, засветившись силой ещё сильнее.

Грохот снизу ещё не до конца окончился, а совершенно невредимый генералиссимус стоял на целом участке пола и пылал чёрно-лиловыми миазмами во все стороны, которые слегка напоминали расправленные крылья. Под его опущенными густыми бровями в чёрных провалах проглядывались два фиолетовых зрачка, вызывая зловещее ощущение опасности даже у императора.

Но Дмитрий, пребывая в неистовстве, не мог бояться такого пустяка. Вытянув руку вперёд, он собирался сжать кулак и смять своего друга в мясную труху.

«Придётся всё же набить тебе морду, как сорок лет назад», — поморщился Максим и первым щёлкнул пальцами в сторону Дмитрия.

Красную площадь огласил сотрясающий взрыв плазменного удара с лиловым оттенком, который осветил ночное небо. По всему Кремлю заработала сирена, а здание оцепили солдаты Специального подразделения. Им был дан приказ арестовать генералиссимуса армии Российской Империи…

* * *

Когда я перешёл через портал, совершенно не почувствовал каких-либо изменений. Даже обстановка напоминала тот самый разлом, откуда я вышел. Вокруг был туман, но довольно светлый, а под ногами песок с камнями.

Обернувшись – чёрный портал негритоса за мной закрылся.

— Ну хоть не жерло вулкана, мазафака его в щель… — пробормотал я.

Я хотел открыть нейроинтерфейс, но меня ждал облом, так как он полностью пропал. Мысленные команды не воспринимались, будто на мне надет антисигил. Машинально глянул на руку, а потом пощупал карман куртки – блокирующее кольцо было там, но аура почему-то слетела.

— Какого хера тут происходит?.. — добавил я и продолжил оглядываться. — Куда этот нигер меня запихнул?

Я никогда не слышал о местах, где блокируется печать. Вроде как за всю историю червоточин в Южной Америке был один большой разлом с похожим эффектом. Его смогли закрыть путём больших жертв, в том числе и жертвы сигилоносца первого круга.

«Неужели они нашли где-то похожий разлом?» — скривил я рожу от мысли, что на первый круг я по силе не тяну.

Попытавшись без системы выпустить слой Пустоты, я с облегчением обнаружил, что энергия отзывается. Трудно, неохотно, но я смог создать бусину, которая, шипя, стала втягивать воздух. Окутать свои кулаки у меня тоже получилось, но с большим трудом. Это значило, что при должной тренировке получится воспроизвести ауру.

«А ведь хотел на досуге заняться такими тренировками…» — поморщился я во второй раз.

На всякий пожарный я потратил полминуты, чтобы создать похожий эффект, как у алтаря Аббахаба, чтобы появился интерфейс. Но как бы я ни крутил вокруг себя шарик чёрной дыры, всё было тщетно. Проблема состояла в том, что я не вижу потоков энергий, а потому не знаю, как расположить пустоту, чтобы она блокировала враждебный магический фон.

Я перешёл к следующему экспресс тесту.

Огонь и воздух тоже поддавались, но гораздо хуже. Получился лишь небольшой порыв ветра и пламя в двадцать сантиметров. Ощущалось, что моя мана в этом месте выходила с большой неохотой, будто что-то зажимало манаканалы.

Потратив на эксперименты в общем около двух минут, я отложил этот вопрос на потом. Опять бесполезно повертев башкой, я нашёл глазами большой булыжник и двинулся в его сторону, предполагая запомнить ориентир.

Я не знал, куда идти, чтобы найти девушек, а потому мне стоило поступить очень опрометчиво, пока могу так поступить – скоро засчитают провал квеста, и я стану в половину слабее. Сейчас я могу справиться с врагами, и нужно этим пользоваться.

Ещё раз оглянувшись, я набрал побольше воздуха и проорал:

— АФИНА-А-А-А-А! Э-ГЭ-ГЭЙ!

Прислушался, прикрыв глаза – даже эха нет. Через несколько секунд произошёл хруст камня позади, и я обернулся, сжимая кулаки. Приглядевшись, никого не обнаружил. Этот хруст внезапно дал понять, что вокруг абсолютная тишина. Гробовая и давящая на психику тишина.

Пока я об этом думал, произошёл хруст с противоположной стороны. Мне показалось, что кто-то сделал шаг буквально в паре метров от меня. Но там также никого не было.

— Что за Сайлент Хилл-то, а?.. — буркнул я, и опять набрал в лёгкие воздух. — АФИНА-А-А-А! АФЕЛИЯ-А-А!

Опять звенящая тишина. Я оглянулся вокруг в белом молоке тумана, но вокруг один и тот же пейзаж. Закрыв глаза, попытался распознать какие-либо звуки или шаги потенциального врага-бабайки. Десяток секунд ничего не происходило, но затем я почувствовал на своём затылке чью-то очень холодную паклю.

— ФАК! — вскрикнул я, оглядываясь и отпрыгивая назад.

Разумеется, как и полагается в разломе хреновых бабаек, никого за спиной не было.

— Походу, мне и глаза закрывать нельзя, а не только спать… — пробурчал и почувствовал по спине холодящие мурашки.

Здесь было определённо опасно. Но если нигер предполагал, что мы здесь подохнем, то тут вдвойне определённо опасно. А если здесь опасность сопровождается такими мистическими штуками, как в ужастиках, то это опасность квадроберного уровня!

— А-а-а-а!.. — услышал вдалеке женский визг справа.

Округлив свои локаторы, я ломанулся на крик. По своим внутренним часам я прикинул, что у меня осталось минут десять до провала квеста, поэтому успевал как следует навалять бабайкам, которые накинулись на девушек.

— АФИНА! АФЕЛИЯ! — крикнул я, когда визг затих.

— Андрей!..

— ПРОДОЛЖАЙ КРИЧАТЬ!

Я узнал голос японки и ускорил свой бег. Через двадцать секунд перепрыгнул небольшую скалистую гору в песке и прямо в полёте округлил глаза до блюдец. На небольшой каменистой поляне, я увидел валяющуюся на плоском камне княгиню, а рядом…