Пепел нового мира: хроники выживания

Война. Что вы знаете о войне? Наверняка вы скажете, что это плохо. Кто-то скажет, что это смерть и тому подобное. Но вот что я вам скажу: отчасти вы правы, но не совсем. Я был на войне, и это страшно. Для одних война — это деньги и способ заработать. Для других война — это способ скинуть свои маски и начать творить всякую мерзость.

Кто-то, кто не участвует в войне, всё равно страдает. Словами военных это сопутствующие жертвы, которые ложатся в удручающую статистику. Умирают сотни, тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч людей по вине тех, кто сидит в своих уютных кабинетах и решает, кто будет жить, а кто не стоит и толики их внимания.

Я был на войне и скажу вам так: ничего хорошего в этом нет. Всё началось буднично. США вновь выступило со своим заявлением, что, мол, Россия нарушила границы Евросоюза. И если мы не отступим, то они будут вынуждены предъявить нам санкции. А если и продолжим наступать, то США выставят свои войска для защиты их союзника. Мы же, в свою очередь, говорим, что границ ничьих мы не нарушали, а просто помогаем своим союзникам стабилизировать обстановку вблизи их и своих границ.

Евросоюз, в свою очередь, наращивает свою группировку войск вблизи наших и союзных границ. Обуславливает своё поведение тем, что мы якобы своими действиями во внутренней политике вынуждаем их послать освободительные войска на нашу территорию, чтобы освободить людей от тирании власти. Пока эта война была политической, вместо военных в полях воевали политики на политической арене, чтобы урегулировать конфликт и заключить мирное соглашение. Ведь никто не хотел настоящей войны.

Но, похоже, так думали только мы. Когда политики не пришли к общему знаменателю, то Евросоюз вторгнулся на наши территории и территории наших союзников. Первым в этой войне пал Калининград. Так как он был изолирован, его захватили относительно быстро. Но не без потерь, так как там всё-таки были наши войска, а мирных жителей наши власти постарались вывезти заранее. Поэтому потерь среди мирного населения почти не было.

Наши военные сражались примерно месяц, а под конец, когда стало известно, что им не осилить, они решили подорвать все склады с продовольствием, оружием и всем мало-мальски полезным. Мда... Решили захватить наши склады с добром, а получили лишь дымящиеся руины. Вот тогда они офигели и начали нас в интернете поливать грязью, что, мол, бросили своих людей на произвол судьбы. И чтобы замести свои следы позора, решили подорвать целый город целиком, населённый как мирными, так и военными.

Одновременно с этими действиями на основной территории ввели комендантский час одновременно с военным положением. Начали проводить частичную мобилизацию. Под неё попал и я с моим братом. Мне тогда было лет двадцать, а брату двадцать два. Нас направили на одно из направлений, которое проседало под натиском врага. Мы оба были обычными штурмовиками, но война заставила нас стать и инженерами, и водителями. А также пришлось научиться стрелять почти из всего, что только стреляет. И всё ради призрачного шанса, что завтра ты выживешь.

Шёл уже год, как наши войска бились с недругом, но успехов как таковых не было ни у нас, ни у них. Множество городов было стёрто с лица земли. Спустя ещё полгода мы подписали временное перемирие. Правда, перемирие не продлилось и месяца. США, видя всю тщетность попыток нападения на нас Евросоюзом, решили ввести свои войска на нашу территорию. Естественно, нам это не понравилось, но это их мало интересовало.

Началось новое противостояние, ещё сильней и ожесточённее. Нас тогда отправили в какой-то посёлок, название уже не помню, да это уже и не важно. И вот нас с братом и группой отправили в посёлок. По наводке, там обитает группа войск, и нам нужно убедиться в этом, и если они действительно там есть, то нужно будет устроить небольшую диверсию. Походу, нас тогда слили, так как, зайдя в деревню, мы увидели лишь пустые дома. И вот, когда мы должны были пройти уже до середины деревни, нашему командиру поступил приказ о немедленном отступлении, и что это подстава.

Эх, как мы тогда бежали, побыстрее всяких спринтеров! Успели убежать в рядом росший подлесок, когда деревню накрыло обстрелом из артиллерии. Тогда и нас посекло немного, просто рядом упал снаряд, но то ли сдетонировал как-то не так, или чего ещё, я не знаю. Но взрыв был меньше, чем у тех, что были в деревне. И вот этим взрывом нас и посекло немного. Все в нашем отряде выжили тогда, а вот тех, кто нас сдал, нашли быстро, и над ними был проведён трибунал.

Потом на то место, где мы базировались, было совершено нападение. Мы отбились, конечно, но вот выжило примерно половина, а все, кто выжил, были ранены так или иначе. Тогда я получил свою контузию: снаряд взорвался рядом со мной, правда, ни один не попал, зато взрывной волной меня и контузило. Наш отряд тогда перевели в другое место. Но скажу вам так, и в другом месте не было лучше. Дальше нас с братом отправили на захваченную нами территорию, для усиления наших позиций и людей, там находящихся.

В тот момент, когда на нас началось усиленное давление, я думал, что умру, но, к счастью, пронесло. Правда, там мало кто выжил. Я видел, как в человека, стоявшего всего в паре сотен метров от наших позиций, попал артиллерийский снаряд. Скажу вам так: от человека там мало что осталось. Видел, как людей разрывало на части от пулемётных очередей, что прошивали насквозь бетонные стены.

Кого-то разрывало от попадания снаряда или ракет в их позиции. Кому-то отрывало руки, ноги от гранат или мин. Мне тогда повезло: с моего фланга было только стрелковое вооружение. Из нашего отряда выжила лишь половина. Меня тогда ранили и отвезли в госпиталь, а брат остался там. Примерно месяц я провалялся в госпитале, и после выписки поехал обратно туда. Таким макаром прошло ещё полгода.

Тогда меня ранили ещё раз, уже в бедро, и теперь я хромаю. В этот раз меня отвезли в госпиталь куда-то в глубь. А брат остался там. И вот тогда случилось страшное: США не выдержали и запустили по нам свои ядерные боеголовки. Вот тогда стало действительно страшно. Мы не остались в стороне и тоже выпустили свои боеголовки, как по всей Европе, так и до США дотянулись. Множество городов по всей стране в одночасье превратилось в разрушенное ядерным огнём пепелище. Нам повезло: наш город был расположен на Волге, рядом была расположена ГЭС и завод по производству моторов, а так же всяких тягачей, что в период войны был переделан для производства военной техники.

Первые часы и дни все люди были в панике от всего происходящего. Но потом паника сменилась отчаянием, и множество людей стали устраивать беспорядки. Кто-то от отчаянья наложил на себя руки, а кто-то и на других. Военная полиция, наряду с обычной, пыталась устранить беспорядки, но куда там. Люди в порыве страха начали убивать друг друга.

Военные и полиция пытались хоть что-то сделать, но это у них плохо получалось. Спустя неделю обстановка в городе немного стабилизировалась. Военные с полицией смогли организовать некий лагерь выживших, где собрали всех тех, кто хоть сколько-то важен: докторов и врачей, пожарных и спасателей, всяких инженеров, технологов и просто людей, которые работали на всех тех производствах, что тут были. Я тоже присоединился к ним, а что поделать?

И вот в то время, пока в лагере стабилизировалась обстановка, в городе начали появляться всякие лагеря выживших и банды отморозков, которые мочат людей направо и налево, чисто ради удовлетворения своих мерзких желаний. Обосновались мы на одном из заводов, что тут были, так как территория окружена бетонным забором с колючей проволокой. Плюс по всему периметру завода расположены камеры. Также здесь есть уже оборудованное КПП. На территории организовали палаточный лагерь, но это временно, пока мы не разберёмся с продовольствием и постоянным местом для проживания.

Ах да, забыл сказать, что, так как единое командование пропало, во власть вступило местное самоуправление. Ну и, так как я служил, то и тут меня взяли на службу. Командиры собрали пару отрядов и поставили меня командиром в один из этих отрядов. У наших отрядов были разные задачи: у одних – охрана лагеря, у других – охрана собирателей, которые выходят на вылазки в город за едой, лекарствами, одеждой и топливом. Другие отряды были посланы на разведку в город, а мой отряд и ещё два других были отрядами зачистки.

И вот в один момент разведчики заметили лагерь бандитов. Передали данные командованию, а командование, после изучения, дало команду нам действовать. В том лагере бандитов было всего тридцать человек, но были у них и пленники: кто просто сидел привязанный к трубе, а кто-то – в клетках. И от этого вида нас немного было в большинстве. После того как мы окружили их, я включил мегафон и начал говорить, что, мол, если вы сложите оружие и отпустите пленников, всех убивать не будем, а представим перед судом. Но, как и следовало ожидать, они не стали выполнять наши приказы.

И мы начали подавление сопротивления. Они огрызались, но против военных в полном обмундировании у них не было и шансов. Мы перебили их всех. После этого мы освободили пленников и вызвали помощь с вывозом добра из этого лагеря и перевозки бывших пленных. После этого мы ещё пару раз выезжали для уничтожения мелких банд, но потом это стало невыгодно и затратно. Да и мелкие банды не представляли нам угрозы, ведь они знали, что, если они нападут на нас, то будут уничтожены. И вот со временем ситуация вроде как урегулировалась. Потом, спустя года три, в городе возле церкви выросла небольшая община. Мы попытались с ними начать контактировать, но они отказались и сказали, что они мирные и ничего не планируют нам плохого, но ничего с теми, из-за кого случился крах их мира, не желают иметь ничего общего.

Мы смирились и ничего делать не стали. А зачем? Они ничего плохого не делают, так выращивают еду да молятся целыми днями. Потом ещё один лагерь объявился, но долго не продержался. Просто из-за большого выброса гамма-излучения из ядерных боеголовок многие животные умерли, а те, кто остался, мутировали в разных чудовищ. И лишь малая часть животных подверглась незначительным изменениям. И вот одни из чудовищ собрались в стаю и уничтожили тот лагерь.

Мы хотели выяснить и уничтожить этих монстров, но командование решило, что это не наше дело. Потом с нами начали выходить на связь выжившие из разных городов. А также и разная шваль тоже вышла на нас и начала угрожать, выставив счёт в виде женщин, еды и оружия, иначе они нас уничтожат. Ну, мы их и послали, но восприняли их угрозу всерьёз и начали готовиться к обороне.

Спустя примерно полторы недели на наш завод напала довольно крупная банда, подъехав к границам нашего лагеря. С их стороны выехала машина с парламентером. А с нашей стороны послали одного командира и меня с несколькими моими парнями в прикрытие. И вот, когда наши машины встретились, мы вышли из машин, как и их парламентеры.

Ничего нового они сказать не смогли и повторили свои требования, что, мол, вы нам еду, боеприпасы и женщин, а они нас не трогают. Мы, в свою очередь, отказались от таких весьма "привлекательных" предложений. После таких своеобразных переговоров мы вернулись в свой лагерь и стали готовиться к обороне. У них в наличии было всего две машины, оборудованные для того, чтобы таранить стены. Ещё пяток переделанных легковушек на манер "Безумного Макса". Ну и пара "Уралов" для перевозки бойцов и боеприпасов.

Я с бойцами справедливо решил, что для нас большей проблемой являются две машины для тарана стен. В нашем распоряжении было всего два РПГ и четыре снаряда к ним, плюс коробка гранат, ну и пару подствольников с ВОГами. Для уверенного попадания из РПГ нужно было подпустить их машины поближе, но тут и увеличен риск: если мы промахнёмся, то они протаранят стену, и вражеские бойцы проникнут на нашу территорию, и преимущество с нашей стороны будет нивелировано тем, что нам придется воевать на два фронта.

Так как у нас в общем было всего четыре снаряда, скрепя сердцем я сказал, что два потратим на пристрелку. И вот первые два снаряда вылетели с наших позиций. Один снаряд попал рядом с первой машиной, из-за чего её немного накренило и повело в сторону, а вторая смогла увернуться. Практически сразу после запуска первых снарядов я приказал зарядить последние и по готовности выпустить их в машины, но перед этим внести поправки.

И вот, спустя ещё полминуты, с нашей стороны вылетело ещё два смертоносных снаряда. В первую машину, которая была повреждена первым попаданием, прилетел и второй, прямо в двигатель. А вот со второй машиной произошла заминка. Снаряд попал под неё, да, по факту он подорвал её, но вот машина от этого подскочила и на лету со всей скорости протаранила забор, и лишь после того, как приземлилась на крышу, она взорвалась.

** Прода будет выходить примерно раз в три дня и если вам понравиться данное произведение то есть небольшая просьба, поставить лайк и написать комментарий. Спасибо )**