Перемены

"Раз-два-три, раз-два и раз-два-три, раз!", - от скуки девушка начала мысленно отсчитывать ритм музыки. Все балы однообразны, так было всегда и будет всегда. И балы нечисти не исключение. Сплетни, лицемерие, попытка обзавестись связями… Разве что здесь были ещё мелкие вредительские сглазы и проклятия. Мерзость и тоска зелёная.

Как там написал какой-то смертный? Ах да:

"Звучанье шпор, шуршанье платьев,

Но необычны гости здесь.

Здесь нет чинов и нету званьев,

В наличьи только нечисть есть."

Ложь. Чины есть везде, от иерархии, капитализма и бюрократии не сбежать нигде.

Взять к примеру её саму. Чин Верховной ведьмы. С каким трудом она его выгрызала, доказывала, что ничуть не хуже своей матери, Маргариты, даже не смотря на юный возраст.

А зачем? Для того чтобы сейчас следить за тем, чтобы её ведьмы не натворили ничего? Так ведь всё равно натворят. Разыгрывать из себя хозяйку всего этого безобразия? Так себе привилегия, скорее ещё одна утомляющая обязанность. Зато почёт, уважение и власть.

Кстати, слухи о том, что Азазелло убил Маргариту с её Мастером - тоже брехня та ещё. Ведь у мёртвых не могла родиться она, Вивьен, прозванная Вендеттой? Нет, мать умерла гораздо позже, от рук своих же завистников. И как там тот смертный описывал бал Сатаны? Хозяйка бала - голая? Ну и чушь! Да никогда нечисть на такую пошлость не пойдёт! Ведь опять же, зачем? Однако в принципе суть всего тот писатель передал правила. Лишь добавил ненужной отсебятины.

Мысли о той книге, что она прочитала на досуге, отвлекли от мучающей её скуки. Однако ненадолго. Она задумчиво покружила бокал, заставив вино завертеться в нём маленьким водоворотом. Ну хоть выпивка здесь хорошая, уже что-то.

- И как моя мать терпела всю эту бессмысленную тягомотину? - спросила она вслух, даже не оборачиваясь. Просто ощутила присутствие Коровьева за своей спиной. Тот, если что, тоже как был шутом, так и остался. И будет им ещё очень, очень долго.

- Ваша мать просто была куда почтительнее к традициям, - веско, непривычно веско для него произнёс бывший рыцарь. Обычно тот не говорил ничего занудного, но тут видимо решил почитать нотации. - И вам следует.

- Ах да, люди развиваются, а мы по прежнему консерваторы, - Вивьен демонстративно зевнула. - И так будет до тех пор, пока Воланду не надоест весь этот фарс. Право же, пора уже менять хоть что-то.

- Вы только при Азазелло этого не умудритесь сказать, - голос Коровьева стал насмешливо-саркастичным.

- Надо будет и при нём скажу, - вздохнула ведьма. - Вот только это всё равно ничего не изменит.

Рядом с её ногами появился её вечный слуга - рыжий кот Валлон. Посмотрел на неё пристально и сказал:

- Дельфия замышляет сорвать бал.

- Замечательно, - Вивьен знала, что должна бы предотвратить всё это, но даже не подумала двинуться с места. Чутьё подсказывало ей что вот оно - начало долгожданных перемен. А вмешиваться в естественный ход судьбы таким грубым образом права у неё не было. - Пускай срывает. Хоть что-то интересное будет.

Коровьев за её спиной характерно кашлянул в кулак, но смолчал. Он как никто другой понимал, что сейчас Вивьен действует так, как должна. Отсутствие перемен равняется регрессу, Верховная лишь выполняет свой долг бездействуя.

Воланд, наблюдая за Верховной из противоположного угла зала криво понимающе усмехнулся и, глубоко вхдохнув, гулко расхохотался, но хохот этот был слышен только ему. Он знал, что восшествие юной Вендетты, так кроваво отомстившей за мать, на материнский же пост было неспроста. Перемены. Они звучали везде: в шуршании платьев, в разговорах, в музыке. И принесла их Вивьен, достойная наследница своей матери. Как же он долго этого ждал!