Перерождение Культиватора 2: Закатное Солнце

Цин Болин стоял на коленях в тронном зале. Горькая смесь недоумения, злости и разочарования буквально душила его.

“Отец... какова должна быть глубина амбиций, какова должна быть цена власти, чтобы пожертвовать собственным ребёнком? Какие цели способны затмить небо, которое ты когда-то обещал показать мне и Жолянь? Ты уже контролируешь миллионы судеб, твоей волей дышит Империя. Так почему тебе этого мало…”

— Отец... — начал Цин Болин.

— Обращайтесь "Ваше Величество", — тут же перебил его Имперский наставник.

— Ваше Величество, — сказал Цин Болин, смотря искоса на наставника. — Это ошибка. Воевода Ду Шэн не мог совершить того, о чём донесли с передовой. Он верой и правдой служил Империи уже тысячу лет. Как его номинальный ученик, я готов поклясться Небесами, что он не предавал.

— Небеса не терпят лжецов и предателей! — снова вмешался наставник. Его звали Шан Ин. — Из провинции Пылающего Облака поступили достоверные факты: Ду Шэн напал на Имперских наставников уровня Трансформации Души (6), и это произошло в решающий момент сражения с армией Империи Огненных Холмов. Из-за этого первый рубеж обороны был прорван, сотни тысяч солдат пали или попали в плен.

— Шан Ин, не клевещи на моего учителя! — не сдержался Цин Болин и выкрикнул эти слова.

Духовная энергия тут же подавила его. Его лицо впечаталось в пол, и он почувствовал острую боль в скулах. Он хотел встать и отстоять честь учителя, но не успел опомниться, как сознание покинуло его.

Цин Болин проснулся уже в своих покоях. Лицо болело. “Так беспощадно обращаться с имперскими потомками может только сам Император.”

Рядом, как всегда, сидел его личный слуга, который сопровождал его всю жизнь. Дряхлый седой старик, которому, казалось, давно пора на покой. Он был стариком уже в тот день, когда родился Цин Болин.

— Старик Тяньху, я не сдержался...

— Терпеливость и сдержанность никогда не были твоими сильными сторонами, — сказал старик Тяньху, протирая ножны меча. — Пытаться перечить "мёртвым костям" на официальном заседании Императорского Суда — глупая затея.

"Мёртвыми костями" он называл Имперских наставников, которые заведовали всеми политическими делами от лица Императора.

— Как ты думаешь, это правда? То, что учитель предал...

— Есть факты, которые нельзя отрицать, — ответил старик. — Два эксперта Трансформации Души (6) пали. Как минимум сотня экспертов Зарождения Души (5) и трое Трансформации Души (6) видели, как в критический момент Ду Шэн предпринял неистовую атаку на экспертов Империи. Я слышал, что Император лично использовал Поиск Души на умирающем культиваторе Зарождения Души (5). Он подтвердил информацию.

«Учитель не мог так поступить. Это не укладывается в голове».

Его мысли прервал шум снаружи. Когда Цин Болин вышел из покоев, перед ним предстал целый парад чиновников. Его слуги метались в нерешительности: они не могли преграждать дорогу чиновникам, но и просто пропустить их к принцу было нарушением этикета. Когда главный чиновник увидел Цин Болина, он тут же раскрыл свиток с Императорским Указом.

— Его Величество Император Небесных Звёзд повелевает седьмому принцу Цин Болину подавить нашествие демонических зверей на границе Империи и начать завоёвывать Безмолвные Горы. Вам выдадут в подчинение силы провинции Сюй и один Имперский боевой корабль пятого уровня.

После прочтения Указа эта шайка чиновников быстро удалилась. На их лицах отчётливо было видно ликование.

“Меня — принца, рождённого от наложницы, не имеющего никакой власти, — отправляют подавить нашествие демонических зверей, которых не было уже тысячу лет. Это, откровенно говоря, отправка на казнь…”

— Ха-ха-ха, мальчик, — раздался смех старика. — Они все таки смогли повлиять на твоего отца, чтобы он отправил тебя на убой в провинцию Сюй.

Смех старика был не таким обычным, как прежде; в нём чувствовались нотки недовольства.

— Помирать я там не собираюсь, — отрезал Цин Болин. — Жолянь с мамой ждут моего приезда в Пруд Бессмертных Фей. У меня есть ещё десять лет, чтобы попасть туда.

— Пруд Бессмертных Фей... Попасть в это Секретное Царство очень тяжело, — заметил старик. — Критерии что ты должен быть на стадии Зарождения Души (5) и возраст не должен превышать тридцати лет. Тебе сейчас двадцать, и ты на первом уровне Золотого Ядра (4). За десять лет пройти путь до Зарождения Души — это чересчур, даже для небесных детей...

— Старик, мне нет пути назад, — тихо ответил принц. — Если я не смогу, то...

— Я отлично знаю, мальчишка, не надо мне повторять снова и снова одну сказку.

Вздохнув, старик пошёл собирать вещи, всё так же мягко держа ножны с мечом. Этот меч всегда был при нём. За все двадцать лет жизни Цин Болин никогда не видел, чтобы старик был без него. Он называл свой меч "Мягкая Зима", иногда нежно гладя его и вспоминая одному ему ведомые воспоминания.

— Ваше Высочество, что прикажете? — вдруг раздался знакомый голос.

Цин Болин узнал в говорившем своего командира стражи. Каждый принц был под охраной как минимум одного человека уровня Зарождения Души (5). Конкретно его командир стражи, Вай Чжу, был уже преклонного возраста. Да в принципе, все его слуги и охранники были либо ещё зелёные салаги, либо старпёры, доживающие последние годы.

Это объяснялось всё тем же: Цин Болин — отпрыск наложницы и не имеет власти. У его матери нет влиятельной семьи. Она попала во дворец только из-за своей небесной красоты, и Император возжелал её. Но статус официальной жены ей не дали, лишь наложница. Цин Болин и его сестра — самые слабые, если судить по фону власти и отсутствию покровителей.

— Вай Чжу, что думаешь? Твои кости выдержат ещё одну войну? — спросил Цин Болин, едва ухмыляясь.

— Не сомневайтесь, Ваше Высочество, мы с братьями Закатного Солнца обязательно защитим вас.

— Закатное Солнце... Как символично. Ваш корпус стражи основан, чтобы служить и защищать меня, седьмого принца. Иметь такое название всегда было для меня чем-то оскорбительным. Имперские наставники закрепили его, чтобы ещё в зачатке подавить меня и вас, старых ветеранов, доживающих свои последние годы. Но мне всегда хотелось думать, что Закатное Солнце должно символизировать конец наших врагов. Что все они пали на закате, и на их костях мы восстанем. Ты согласен на это, Вай Чжу? Я знаю тебя столько же, сколько себя. Ты, братья Закатного Солнца и этот старый мечник — теперь единственные мои опоры в этом дворце и в предстоящей войне подавления на краю Империи.

— Ваше Высочество... За семьсот восемьдесят лет жизни я побывал в бесчисленных сражениях, одерживал победы во имя Императора и Империи. Жить мне осталось пару десятков лет, и моё единственное желание — уничтожить как можно больше ваших врагов.

— Готовь братьев Закатного Солнца. Мы выступаем немедленно, как только я получу припасы и корабль.

— Как прикажете, Ваше Высочество! — Старик Вай Чжу быстро ушёл выполнять приказ.

В то время как судьба Империи Небесных Звёзд решалась в пышном, но смертоносном Тронном Зале, Тан Фэн продвигался по изрезанной огнём равнине. Он ничего не знал о разворачивающемся на южном фронте предательстве. Его мир сузился до острой боли в теле и необходимости оторваться от погони.

Спустя день после битвы с Химерой и мощного взрыва, он наконец вышел к узкому ущелью, где, согласно его инструкциям, должен был ждать отряд. Там, среди скал, горели тусклые костры.

Увидев его, люди встрепенулись. Солдаты и ученики, сидевшие в напряжённом ожидании, разом выдохнули. Радость была искренней. Юань Гун, командовавший ожидающим отрядом, поспешил навстречу.

— Командир! Мы уж думали, всё... — начал он, но облегчение не дало ему закончить фразу.

— Думали, что я погиб? — закончил Тан Фэн без тени эмоций. Его лицо было покрыто копотью, а одежда висела лохмотьями. — Я вернулся.

Облегчение, прокатившееся по лагерю, было почти осязаемым. Для этих людей Тан Фэн был не просто командиром, а якорем посреди бури.

После короткого разговора и быстрой, но тщательной оценки их запасов и потерь, Тан Фэн отдал приказ о немедленной передислокации на более безопасную позицию.

Убедившись, что отряд готовится к новому переходу, он удалился в единственную, скромную палатку. Тан Фэн не мог больше тратить время на светские беседы. Ему нужно было исцеление.

Он сел в позу лотоса, и его внутренняя Ци медленно потекла по повреждённым меридианам. Раны от когтей Химеры были серьёзны, но не смертельны. Настоящая проблема крылась в другом — в цене победы.

Он извлёк из своего кольца те самые десять костяных пластин, которые спасли их отряд. Они были почти пусты, их звериная эссенция полностью истощена, но они всё ещё пульсировали остатками силы Золотого Ядра.

«Эти пластины... они сработали идеально. Компенсировали разницу в силе, позволили одолеть Химеру. Но любая компенсация требует платы. Культиватор Основания Духа не может просто так манипулировать силой Золотого Ядра без жертв».

Тан Фэн сжал кулаки. Он чувствовал, что его Море Ци стало меньше, а духовное Основание — нестабильным, словно его кто-то намеренно ослабил. Он использовал свою жизненную силу и уровни культивации как топливо, как катализатор для активации этих ужасающих артефактов.

Он закрыл глаза и провёл внутреннюю проверку. Результат был суров:

Десять пластин, созданных из костей и эссенции зверей, забрали у него два полных уровня культивации.

Он спустился с 3-го уровня Основания Духа до 1-го уровня Основания Духа.

«Два уровня. Это цена выживания.. Эти два уровня — всего лишь временное отступление. Я верну их, и с лихвой. У меня есть Вечный Потенциал».

С этой холодной решимостью Тан Фэн погрузился в глубокую медитацию, начиная изнурительный процесс восстановления.

На следующий день Тан Фэн вышел из палатки, чувствуя, что его Ци стабилизировалась, а физические травмы понемногу затягиваются. Восстановление двух потерянных уровней Основания Духа было делом долгим и кропотливым, но он больше не находился на грани коллапса.

После короткой подготовки отряд, состоящий из потрёпанных, но дисциплинированных солдат и учеников, пустился в путь. Их целью была точка сбора — временный Штаб, организованный Кланом Ван в этом секторе.

Изначально в этом районе действовало десять отрядов, приписанных к уезду Клана Ван. Они покрывали малую часть территорий, служа своеобразным щитом для деревень.

«Теперь всё изменилось, — размышлял Тан Фэн. — Должность командующего этим сектором покинул Ван Жэнь, отправившись с сыном на Первый Фронт. В Штабе должен быть другой наследник Клана Ван. Более мягкий? Или более агрессивный? В любом случае, он будет относиться ко мне, как к старосте деревни, что позволит мне действовать в тени».

Через ещё один день пути, когда солнце стояло высоко, а воздух был наполнен предчувствием новых атак, передовой дозор отряда Тан Фэна подал сигнал: контакт.

Напряжение мгновенно взвилось. Все приготовились к бою, полагая, что столкнулись с новой волной демонических зверей. Однако спустя несколько минут настороженного ожидания, сквозь лесную чащу показались люди.

Это был другой отряд, и встреча, начавшаяся с угрожающей тишины, сменилась всеобщим облегчением.

— Слава Небесам, это люди! — выдохнул Юань Гун.

Встречным отрядом командовал старейшина Шу Ян из деревни Травогорье.

Шу Ян, коренастый мужчина, выглядел усталым. Его отряд держался уверенно, но без излишней бравады.

— Тан Фэн! Живой! — воскликнул Шу Ян, подходя ближе. Его глаза внимательно, почти хищно, сканировали состояние людей Тан Фэна.

— Старейшина Шу, — кивнул Тан Фэн. — Рад видеть, что вы в порядке.

Начался молчаливый осмотр. Отряд Тан Фэна выглядел, словно его пережевали и выплюнули: раны, прожжённая одежда, пустые взгляды. Отряд Шу Яна, напротив, был цел, с минимальными видимыми потерями.

Тан Фэн бегло оценил их силы, и его внутренняя настороженность возросла: помимо самого Шу Яна, в его отряде было ещё семь мастеров Основания Духа. Восемь высших культиваторов против четырёх его собственных.

Шу Ян не хвастался. Он просто давал Тан Фэну увидеть, насколько он сильнее.

— Вам пришлось не сладко, — констатировал Шу Ян, его взгляд задержался на Ван Шуне и Ло Цзюне.

— Каждый платит свою цену, — парировал Тан Фэн. — Главное, что наш сектор не рухнул. Как у вас?

— Волны были сильны. Мы понесли потери, но не критические. Мы увидели сигнал и поспешили отступить.

— Аналогично - сказал Тан Фэн - Старейшина Шу, вы слышали что-нибудь о Штабе? Кто командует?

— Командует, как говорят, Ван Лэй, наследник Золотого Ядра. А что касается остального... ходят лишь грязные слухи. Одни говорят, что Первый Фронт держится. Другие, что он рухнул и Империя проиграла. Никто не знает, что правда.

Неизвестность была худшим врагом. Если Первый Фронт пал, то грядущие приказы будут касаться не обороны, а отступления или тотальной мобилизации. А если рухнул только контроль, то Ван Лэй, новый командующий, может оказаться опаснее демонических зверей.

— Понятно. Тогда нам лучше держаться вместе, пока не дойдём до Штаба. Движение двумя крупными отрядами безопаснее, — предложил Тан Фэн, зная, что Шу Ян согласится: вместе им не так страшно наткнуться на крупную стаю зверей, а соперничество можно отложить до встречи с Ван Лэем.

— Согласен, — кивнул Шу Ян. — Но наш отряд пойдёт впереди. Мы свежее.

— Конечно.

Оба отряда возобновили путь. Тан Фэн замыкал колонну, позволяя Шу Яну вести.

«Восемь мастеров. Это много. В то время как я отдал два уровня, чтобы спасти всех, он сохранил свои силы. Схватка в Штабе будет не за ресурсы, а за право их сохранить».

В это время столица империи

Наконец наступил час выступления. Цин Болин покинул свои покои и направился в Имперскую Сокровищницу, чтобы забрать обещанные указом припасы и боевой корабль.

Он шёл с холодной решимостью. После унижения в тронном зале и осознания, что его отправляют умирать, он отбросил все надежды на справедливость. Осталась только цель: Пруд Бессмертных Фей и спасение семьи.

В Сокровищнице его встретил главный интендант — полный, надменный чиновник, чья вежливость была столь же фальшива, как и его усыпанный золотом халат. Рядом стояла группа чиновников, всем своим видом выражающих скуку и превосходство.

— Ваше Высочество, все, что причитается, готово, — провозгласил интендант с едва заметным пренебрежением. — Припасы для провинции Сюй и, конечно же, боевой корабль.

Цин Болин кивнул, но его слуги и Вай Чжу насторожились. Когда им показали место стоянки корабля, недовольство вспыхнуло открыто.

Указ Императора чётко гласил: "Имперский боевой корабль пятого уровня". Пятый уровень корабля должен был обладать мощью, эквивалентной мастеру Трансформации Души (6), и быть оснащён новейшими формациями защиты и нападения.

Перед ними же стоял потемневший, скрипучий корпус, покрытый заплатками и ржавчиной. Его формации казались тусклыми, а орудийные порты — устаревшими.

— Это что такое? — прорычал Вай Чжу, его рука инстинктивно легла на рукоять меча.

— Прошу прощения, — холодно и надменно ответил интендант. — Это "Небесный Странник", старый, но надёжный корабль. Он был классифицирован как пятый уровень, во время Войн Семи Герцогств.

— Это корабль третьего уровня по современным стандартам! — выкрикнул один из молодых солдат. — Корабль пятого уровня не выглядел бы, как кусок гниющего дерева!

«Они даже не потрудились скрыть свою гнусность, — с горечью подумал Цин Болин. — Это не просто ошибка. Это публичное издевательство».

— Тихо, — приказал Цин Болин своим людям. Его голос был тих, но абсолютен, пресекая нарастающую ругань.

— Ваше Высочество, это... это саботаж! — прошептал Вай Чжу, его старое лицо побагровело от гнева. — Нас отправляют на смерть, давая нам дряхлый гроб вместо корабля!

— Я вижу, — ответил Цин Болин. Он сделал шаг вперёд и посмотрел прямо в сытые глаза интенданта, который едва сдерживал торжествующую улыбку. — Вы выполнили указ Императора, предоставив корабль "пятого уровня". У меня нет причин оспаривать вашу преданность.

«Нет смысла спорить с марионеткой. Они уже победили, и моя гневная реакция только доставит им удовольствие. Единственный способ выиграть — принять их условия и выжить вопреки им».

— Мы забираем то, что нам дали, — объявил Цин Болин, поворачиваясь к своим людям.

Он проигнорировал ярость своих слуг и презрительное ликование чиновников. Припасы были собраны, корабль "Небесный Странник" перешёл под его командование.

— Подготовить "Небесный Странник" к отплытию, — велел он. — Немедленно.

Цин Болин понимал: его низкий статус принца от наложницы не давал ему права на защиту, на честные условия или даже на уважение. Он был пешкой, которую "мёртвые кости" решили убрать с доски.

«Пусть. Вы дали мне корабль, пусть и старый. Я сам найду силы, которых вы меня лишили».