Перерождение в фамильяра

В Зале Созидания стоял гвалт.

Ученики плотным кольцом окружили алтарь богини Астарии, и все взгляды были прикованы к массивной фигуре в центре шестигранной звезды.

— Это ведь уже девятая попытка!
— Позорище…
— Говорят, эта толстуха из графской семьи.
— Эй, неудачница, хватит уже. Сдайся.

Араселия дрожащими руками завершила последний штрих магического круга.

«И откуда они только взялись…» — с горечью подумала она.

В такие моменты она особенно ненавидела своё происхождение. Ненавидела неказистую, совершенно неподобающую аристократке внешность: вместо тонких пальцев — короткие, распухшие, словно чужие; вместо изящной фигуры — тяжёлое, непослушное тело; вместо утончённого лица — мягкое, округлое, «глупое», как ей всегда говорили.

Она установила кристалл в центр круга и, сглотнув, начала призыв:

— О, Звонкая Астария, госпожа игральных костей и винного кубка… Смеющаяся хранительница веселья и забав… Услышь мой зов и направь мне спутника.

Круг на краткое мгновение вспыхнул синим огнём — и тут же погас.

«Снова… Никто не пришёл. Опять неудача».

В зале повисла тишина. Затем из толпы вышла высокая девушка с огненно-рыжими волосами и холодным, презрительным взглядом.

— Сколько можно позорить род Эйдер? — её голос резанул слух. — Прекрати пытаться навлечь на себя гнев богов.

Араселия подняла глаза — и внутри что-то оборвалось.

«Леди Розали… Значит, она всех позвала. Чтобы я снова это услышала».

Одинокий смешок перерос в гул. Они смеялись. Все — без исключения. С первого дня в академии она была для них нелепой шуткой. Братья и сестра требовали, чтобы она была незаметной. Девять попыток. Девять молитв. Лишь бы ей позволили остаться.

— А я слышал, в роде Эйдеров полно талантливых усилителей…
— Старшие — да. И младшая. Но точно не эта.

Леди Розали смерила Араселию долгим взглядом.

— Не знаю, какого фамильяра должна послать тебе богиня, чтобы исправить такое ничтожество. Ничто тебе не поможет. Прекрати этот фарс и уходи из академии.

— Но у меня есть дар… — прошептала Араселия и тут же осеклась. — Простите.

В академии давно знали: третья дочь графа Эйдера — абсолютная бездарность.

— Извинения не приняты. Ты позоришь дворянство. Твоё место куплено — и все это знают.

По залу прокатился шёпот. Араселия сглотнула. Глаза защипало, грудь сжалась.

«Брат… забери меня отсюда».

Она закрыла глаза. Перед внутренним взором пронеслась её короткая, нелепая жизнь: вечно недовольный отец, жестокие братья, высокомерная младшая сестра. Слуги, смеющиеся за спиной. И этот кошмар — академия.

Зачем она вообще сюда пришла?

Она обхватила колени и опустила голову. И в этот момент тишина стала абсолютной. Араселия осторожно открыла глаза. Кристалл исчез. На его месте сидело призванное существо. Белая шерсть с рыжими и чёрными пятнами. Пушистые лапы. И холодный, слишком разумный взгляд.

После стольких попыток она всё-таки призвала фамильяра. Пусть самого посредственного – кота, но она справилась.

Странное чувство волнами накрыло её сознание. Фамильяр осмотрел зал, его усы дрогнули, а губы изогнулись в подобии оскала. В абсолютной тишине кот прошипел:

— Толстая…

***

Я умер в больничной палате. В полном одиночестве — под звуки триумфа моих бывших тиммейтов. На экране планшета четверо предателей улыбались и плакали от счастья. Чемпионы мира. Никогда бы не подумал, что всё закончится именно так.

Рак желудка — коварная штука. Он подкрадывается незаметно, а потом методично выедает изнутри. Сначала — тяжесть под ложечкой. Потом тошнота, отвращение к еде. В какой-то момент любой кусок превращается в безвкусное железо, а каждый глоток воды — в испытание.

Я худел. Слабел. Кожа натягивалась на кости. И вместе с телом сдавался дух.

На фан-сайтах строили теории. Кто-то писал, что меня «сожрала собственная токсичность». Кто-то — что недовольные тиммейты с менеджером меня отравили.

Забавно.

За последний месяц никто не пришёл. Ни фанаты. Ни друзья. Ни те, с кем я делил сцену и победы. Когда я был в прайме — все молились на меня. Тогда я искренне верил, что так будет всегда. Но настоящей семьи у меня никогда не было.

Только я и отец. Наверное, поэтому я и стал киберспортсменом.

Если бы у меня была мать — она бы точно не одобрила моё увлечение играми. Когда она ушла, отец не придумал ничего лучше, чем посадить меня за компьютер. Я никогда его за это не винил. Он любил меня по-своему: неловко, молча, без лишних слов.

Один из его подарков — диск с соревновательной одиночной игрой. А когда через пару лет я принёс домой первый гонорар, он неловко буркнул:

— Молодец.

Он так и не увидел, как я вышел в топы. Умер раньше. После похорон я сразу уехал из нашего провинциального городка. Есть такие места — они существуют только для того, чтобы их покидали.

Перед глазами проносились дни, когда я стал про-игроком. Первая команда. Первые победы. Потом — те, с кем я покорил киберсцену.

И вот мы здесь.

Последние дни боль не отпускала ни днём, ни ночью. Она прожигала насквозь — от желудка до спины. Иногда я просто лежал, не в силах даже стонать, и сжимал простыню, будто пытался удержать себя от растворения.

Тиммейты, которые меня бросили, стали чемпионами мира в самой популярной дисциплине. Я смотрел на них — и чувствовал маятник эмоций.

Одна часть меня хотела их провала.
Другая — быть рядом и разделить триумф.

Мысли постепенно стихали. И в какой-то момент я понял: я рад, что сердце остановилось. Наконец-то — свобода.

***

Я сидел в огромной светлой комнате, больше похожей на офис, чем на загробный мир. Напротив — аккуратный стол. Монитор. Клавиатура.

За столом — симпатичная азиатка в деловом костюме и очках, которые были слишком сексуальными для слова «деловые».

В тишине звучали только нажатия клавиш.

Тап. Тап. Тап.

Я поймал себя на странной мысли: я точно умер, но вряд ли после смерти попал в фильм для взрослых.

— И долго мне так сидеть? — не выдержал я.

— Уже можно начинать, — не глядя ответила она. — Приветствую, Вардан. Ты умер.

Я вздрогнул.

— Откуда вы знаете мой ник?

Она подняла взгляд.

— Потому что для меня это и есть твоё имя. Настоящее меня не интересует. На моих полях сражений тебя знали как Вардана.

— А вы кто такая?

— Богиня корейского рандома. Молодая. Слабая. И очень занятая.

Я нахмурился.

— Понятно. Значит, моя судьба в руках секретарши с божественным статусом.

Её брови недовольно сошлись.

— Другого ответа от тебя я и не ожидала. Будь чуточку вежливей. Всё-таки я — божество для геймеров. Тех, кто молится на новые сеты, аватарки, лут и криты. Тех, кто в любой непонятной ситуации взывает к великому рандому.

— Как странно… — протянул я. — Я думал, всё будет иначе.

— И на что ты надеялся? — спросила она. — Ад? Котлы? Вечные муки?

— Ну… да.

Она устало потерла висок.

— Люди попадают туда, во что верят. Ты не верил ни во что конкретное — значит, шёл вместе со всеми.

— В ад?

— В небесной канцелярии решили: пятый круг.
Гордыня — S-ранг.
Гнев — A.
Зависть — B. Она кивнула.

— Неплохой набор для подонка.

Я усмехнулся.

— Значит, я всё-таки мудак.

— Безусловно. Но я тебя вытащила.

— Почему?

— У богинь бывают любимчики. Хотя наблюдать за тобой стоило мне немалых нервов. Самовлюблённый. Наглый. Не лезешь за словом в карман. Винишь окружающих и в самой грубой форме указываешь на их недостатки.

Я медленно выдохнул.

— Зато я был лучшим.

— За что ты мне и нравился, — спокойно ответила она. — Но чемпионом ты так и не стал. Ты не умеешь доверять людям, Вардан.

— Мне просто не повезло, — отрезал я. — Я попался с неблагодарными людьми. Я их всему научил. Наш стиль, мои страты, драфты все это благодаря мне, а они бросили меня. Заменили каким-то бездарем.

— И победили. Без тебя.

Я стиснул зубы.

— Было бы у меня время…

— Даже если бы оно у тебя было, ты бы ничего не добился, — сказала богиня. — Тебе повезло найти людей, которые так долго терпели тебя и дали раскрыться.

— Проехали, — отмахнулся я. — Что дальше?

Она улыбнулась.

— Теперь ты должен доказать, что я не зря постаралась.

— Конкретнее.

— Для начала — спасти хотя бы одного человека.

— Одного? — я скривился. — Ради этого великая богиня рандома вытащила меня из ада?

— Да. Ты переродишься в другом мире тем, кем презирал больше всего — помощником. В форме, которая лучше всего подходит для этого. Ты станешь фамильяром.

— Фамильяром?..

В её глазах мелькнул хитрый огонёк.

— В прошлой жизни ты был лишён любви. Поэтому, что бы ты ни выбрал, ты станешь милейшим существом на свете.

— Мне уже не нравится твой план.

— Удачи, Вардан, — мягко произнесла она. — Позаботься о своём мастере. Что бы ты о ней ни думал — она хороший человек.

Комната дрогнула.

— И да, — добавила богиня. — Как и положено каждому уважающему себя перерожденцу, я дам тебе дар.

Столб света ударил туда, где я стоял. Мир загудел, будто завис.

— Что за дар?! — успел крикнуть я.

— Тебе понравится… — донеслось в ответ.