От депрессии и отчаяния меня спасает одна мысль – сияющая, как заря после долгой ненастной ночи. Как только эта мысль приходит мне на ум – жизнь становится безоблачной, а будущее – восхитительным.
Я думаю – пройдет каких-нибудь лет тридцать, тридцать пять – и всех, кто делает сегодня нашу жизнь невыносимой, зароют в землю. Быстро отшумят лживые надгробные речи, забвение сгложет памятники, а время сровняет могилы – и они, которые сейчас начальствуют, пишут законы и раздуваются, как пузыри на болоте, станут смрадным прахом в источенных червями и гнилью гробах. Понемногу они смешаются с землёй и станут частью плодородной почвы, и кто-нибудь нароет ведёрко той почвы для помидорной рассады. И перегнившие мозги нынешних правителей будут уложены в поддон на подоконнике, и из грязи, где когда-то булькали эгоизм и паскудство, пробьются нежные ростки юных помидорчиков. Ненавистные для нас фамилии будут забыты, и найти их можно будет лишь с большой лупой в самой подробной энциклопедии, потому что подлые ничтожества – как бы они не величались при жизни и как бы им не льстили прихлебатели – не задерживаются в истории. Через триста лет их вычеркнут за ненадобностью даже и из энциклопедий.
Конечно, горько и обидно осознавать, что те, чьё единственное подлинное призвание – быть грунтом в ящике с рассадой, сейчас помыкают нами, растлевают, разоряют и попирают всё и вся. Но моя мысль утешает меня.
И наши потомки в отдалённом будущем прочтут эту мысль, изложенную в коротких строках, всплеснут руками и воскликнут:
– Ах, как это современно! как это актуально!
Именно так они и воскликнут – ведь они тоже будут жить в России.